Candy

Хоть комната и не очень большая, места вполне хватает для одного человека. Марк снимает с себя одежду и, так как он не спрашивал, куда лучше будет всё сложить, просто бросает поверх стиралки, не особо запариваясь о её состоянии, футболку, которая висела до этого на нём как на вешалке, носки и джинсы. Поворачивается к зеркалу, вещая рядом полотенце и кое-как домашние штаны, выданные ему Джеком. Где-то минутой ранние, когда они с Ёу всё-таки решили остаться ночевать в чужой квартире, Марк обратился к хозяину оной с вполне приемлемой, по его мнению, просьбой выдать ему чистые шмотки и полотенце, на что услышал в ответ: «Я вас даже не приглашал - ты сам пришел. Какие ещё шмотки, тебе своих что-ли мало?». Но вовремя осознав, с кем именно тот разговаривает, Джек страдальчески закатил глаза. И ведь правда, Марку не составит труда обойтись и совсем без одежды, но вот как в этом случае будут чувствовать себя окружающее, уже их личная забота. И не важно, что эти трое уже состоят в отношениях. Стыдиться может и нечего, но к последствиям готовы ещё явно не все. Так что, выдав всё нужное и показав, где находится ванная, Джек оставил Марка там одного, уже уходя, крикнув, что тот может пользоваться всем, что будет нужно, и пусть зовёт если что. И вот сейчас Ноак оценивающе смотрит на себя в зеркало, как привык делать всегда, не слыша голосов двух парней, что находятся в спальне. Взглядом мажет по неширокому развороту плеч, по плоскому животу, длинным рукам и поднимается обратно к лицу. Собственное отражение остаётся довольным увиденным, отзеркаливая слабую улыбку. Ничего нового, своеобразный ритуал, помогающий любить свое тело, хотя, кажется, многие, узнав, восприняли бы такое в штыки. Впрочем, Марку плевать. Он стягивает боксеры тоже, кидая на свои уже лежащие вещи. Для начала он залезает в ванную и регулирует температуру воды, чтобы быстро ополоснуться. Вода теплая, не отрезвляет, а заставляет расслабиться. Марк, оставляя воду набегать в ванну, сам откидывается назад со вздохом. Будь он дома сейчас, достал бы из шкафа очередную бомбочку или соль для ванны, но вряд-ли хозяин квартиры обрадуется просьбе поискать для него что-то такое, ведь изначально Марк сказал, что вернётся быстро, но это мало беспокоит его сейчас. Пока воды не набежало даже по косточки, он просто смотрит в потолок, не думая не о чем. Но чем больше расслабляется тело в приятном тепле, тем больше, казалось, растёт внутреннее напряжение. А всё из-за недавних событий, произошедших всё в этой же квартире, на диване в гостиной. Руки покрываются мурашками то ли от того, что на мокрую кожу попадает немного прохладного воздуха, то ли от собственных воспоминаний. Марк раздражён. Или больше всё-таки раззадорен? Он опускает руку на собственный живот. «От скуки», - так сказал бы сам Марк, ведь нужно чем-то занять себя, пока нет возможности залипнуть по привычке в телефон. Обводит напрягшиеся мышцы широким движением, правую руку же подносит к губам. Он касается их лишь слегка, вспоминая недавний, украденный у него поцелуй. Давая проникнуть пальцам внутрь, надавливает, облизывает, немного сжимает зубами. «Какого чёрта я всё-таки делаю. Точнее, что они оба сделали со мной. У меня целых два красивых парня под боком, а я собираюсь подрочить в одиночку, прекрасно. Просто супер», - сопровождаемый такими мыслями Марк начинает неспешно надрачивать себе, будто действительно занимается этим исключительно из-за скуки. Парень обводит взглядом комнату, не примечая ничего особенного, и останавливается на пару секунд на горящей лампочке. Зрачки то сужались, то расширялись, пока не оказались прикрыты длинными ресницами. Казалось, голова наконец-то желанно опустела, но теперь перед закрытыми глазами в окружении темноты пляшут странные пятна из-за яркого света, неожиданно воображением складываясь в более будоражащие сознание картинки. Вот сейчас, к примеру, к нему подошёл бы Джек и... Марк чертыхается, резко раскрыв глаза. В последнее время его всё преследуют лишь одни образы (а хотелось, чтобы это было чем-то большим, чем игра собственного воображения). Парень замечает, что уровень воды значительно повысился, но лишь спускается ещё чуть ниже. Он не планировал мочить волосы и жалеет, что не взял с собой резинку, но за неимением лучшего, он проводит рукой, приглаживая на тот момент немного растрёпанные уже волосы, не давая им мешаться. Совсем немного и вода дойдет и до них, пока покрывая всё, что ниже пояса. Он лишь проводит большим пальцем по головке, полностью перемещая руку на пресс. Решает продлить эту небольшую игру. Опускает руки ниже. Пальцами одной проводит по ягодице, опять закрывая глаза, и представляет, как делал бы это Джек. Явно хватка была бы сильнее его собственной. В груди разливается жар от одних лишь фантазий. Одновременно с этим он резко выдыхает, чувствуя, как пальцы правой руки кружат уже вокруг колечка мышц. Марк медлит, не смотря на то, что сам свое тело знает прекрасно, а перед другими и вовсе частенько бросался фразами вроде «не неженка, давай уже», но сознание Ноака любит издеваться даже над собственным хозяином. Сейчас он думает о Ёу. Думает о том, что сам он привык и не стыдился собственных желаний, а вот парнишке явно это всё было бы впервые. Марк думает, что его пальцы точно знают, как сделать правильно и приятно, как стоит максимально осторожно начать, чтобы не спугнуть. Представляет, как сам впервые для Ёу растягивал бы его тугие стенки своими нежными пальцами. Эти мысли проходят разрядом тока по позвоночнику. Поддавшись своим желаниям, он вводит в себя первый палец медленно, представляя младшего на своём месте. Парень не чувствует дискомфорта, но старается как можно сильнее продлить эту небольшую игру. Вода не лучшая смазка, но сейчас думать об этом совершенно не хочется. Как только добавляется второй палец, он начинает активнее задействовать кисть. А рука, оставившая на ягодице небольшие красные полумесяцы от короткостриженых ногтей, сначала довольно быстро проводит вверх к согнутой коленке, а потом прокладывает путь прямо к шее, проходя по плечам и задерживаясь в районе груди, слегка задевая соски. А ведь когда-то на них он собирался делать проколы, но отбросил тогда эту идею до лучших времён. Марк постоянно меняет силу прикосновений, то еле касаясь подушечками пальцев, то давя на мышцы, пытаясь будто пробраться под кожу. И думает, как же ахуенно всё чувствовалось бы, делай это с ним две другие пары желанных рук. Внутри он разводит пальцы на манер ножниц. И чувствуя, что стоит ему опустить подбородок немного ниже, как он уже будет чувствовать гладь воды, он садится, вынимая из себя пальцы. Марк снова возобновляет движения на члене и тянется вперед, чтобы выключить воду. Взгляд падает на стоящие рядом баночки, и парень обращает внимание на стоящий там шампунь. Открыть крышку, любопытствуя, и поднести к лицу, занимает не больше пары секунд. Вдохнуть насыщенный и сладких запах и того меньше. «Я ебанутый», - думает в следующий же момент Марк, не останавливая движений рукой. Лицо раскраснелось, зеркало рядом немного запотело. Шампунь возвращается на законное место, как и Ноак, откинувшийся обратно спиной на стенку ванной. Теперь он решает, что не будет трогать член, пока не дойдет до крайней точки, а то с таким раскладом есть возможность кончить слишком уж быстро. Ему нравится ощущать истому каждой клеточкой собственного тела. До поджимающихся пальцев на ногах, до красных щёк и покалывания в напрягающихся бёдрах. В его планы, как и до этого, входит только релакс, простое желание утонуть в приятных чувствах. Правая нога так и остаётся согнутой в колене, в то время как другую он, вынимая из воды, забрасывает на бортик ванной. Кажется, капли скатываются по ней прямо на пол. Он максимально вытягивает руку, проводит пальцами по столь беззащитной коже, опускаясь по внутренней стороне бедра обратно к ягодицам, думая, какими глазами на него сейчас смотрели бы со стороны, насколько он желанен. Марк вводит в себя сразу три пальца, он чувствует каждую реакцию собственного тела, он слишком хорошо его знает. Ему в кайф подводить себя к грани, он ощущает всё ярче с каждым мгновением. Стенки плотно сжимают пальцы, но этого не достаточно совсем, не сравнится с тем, какие бы эмоции он испытал просто от контакта с ещё одним разгорячённым телом. Поэтому он и ставит часто ограничения себе сам – закрывает глаза или намеренно не трогает самые чувствительные места. Так всё острее. Звуки вокруг сейчас бьют по ушам, будь то одиноко упавшая капля или всплески воды от движений тела, даже собственное дыхание отчётливо слышится. Его фантазия, будто восполняя то, чего не хватает прямо сейчас, представляет рядом Джека, что поглаживал бы его ногу, прямо как Марк сейчас делает своей ладонью. Парень прямо видит, как брюнет бы склонился над ним и, проведя сначала языком по внутренней стороне бедра, оставил бы засос ровно в том месте, где Ноак сейчас же щипает себя, придавая легкой болью немного реальности собственным фантазиям. При этом пальцы внутри, всё так же сгибаясь в суставах, легко достают до простаты, заставляя и так до предела возбуждённый член подрагивать. Он думает, какие слова могли бы ему шептать прямо сейчас, и понимает, что сам-то совершенно не в состоянии ничего говорить. Стук раздается вместе с обеспокоенным голосом: – Ты там скоро? Я уже следующий хочу залезть... Все хорошо? Марка пробивает на мелкую дрожь. И не ясно, от чего именно: от самого голоса Ёу, лишь подстегивающего немалое возбуждение, или от того, что парень всё-таки вспомнил у кого именно дома и чем сейчас занимается. Вместе с тем, он резко садится в ванной, обхватывая её бортики двумя руками, и с волнением распахивает глаза, переводя взгляд на дверной замок. Закрыто. И на том спасибо. От этих движений слишком много шума, но прежде чем в ответ на его возню последует ещё хоть один вопрос из-за двери, Ноак, собирая остатки терпения, громко заявляет, что совсем скоро выйдет из ванны. Слышаться удаляющие шаги. С этим звуком напряжённое тело покидают последние крупицы терпения. Марк утыкается лбом в собственную ладонь, что сжимает белую поверхность ванной с силой, заставляя белеть даже костяшки пальцев, пока вторая резкими движениями доводит его до разрядки. Позвонки четкой дорожкой выделяются на согнутой спине, пока парень пытается восстановить силы и дыхание, жар уходит вместе с напряжением, а белёсую жидкость уносит в слив вместе с остальной водой. Благо это не занимает много времени. Парень потом ещё раз быстро ополаскивается под душем, со вздохом принимая реальность, где прямо сейчас он будет вытираться чужим полотенцем, наденет чужие шмотки и пойдет в комнату к своим двум парням. А при этом всё, что пока было ему доступно, это беглое удовольствие наедине с собой. Марк матерится себе под нос. Чертовски не справедливо. Он подумает позже, как это исправить.