Сильное звено

Два года назад

Почти каждый из полицейского участка согласится, что Донён — самый настоящий образцовый детектив, про которого впору фильмы снимать, да приводить новеньким в пример. Аккуратно уложенные волосы, одежда всегда с иголочки, самые быстрые отчёты и неукоснительное исполнение трудных полицейских обязанностей — за всем этим стоит Ким с самого окончания академии, а времени прошло не мало. «Он самый честные детектив», «полиция — его призвание», «ни один преступник не уйдёт от него», — слышится шёпот из всех углов. Сколько бы взяток ему не предлагали, какими страшным словами бы не запугивали, ничто не мешало Донёну твёрдой рукой отправлять провинившихся за решётку. И сам он оказался в полиции не по желанию родителей или секундной прихоти, а из-за врождённого чувства справедливости, сопровождавшего его всю жизнь. Но что-то внутри Донёна ломается, когда он стоит за порогом чужой квартиры, не решаясь поднять руку к звонку. Перед глазами встают злополучные данные на ноутбуке, и кровь в жилах стынет вовсе не из-за ночного сеульского холода. Один единственный предстоящий разговор страшит его сильнее, чем все опасные операции до этого. Даже руки дрожат по-настоящему, когда он всё-таки собирается с духом и нажимает на кнопку. «Дзынь-дзынь-дзынь», — слышится по ту сторону, а затем наступает мучительная тишина. Мучительная, потому что с каждой секундой встреча с Ренджуном всё ближе, а ответ на вопрос «что делать» так и не приходит. Но Хуан ещё ничего не знает, лишь шаркает домашними тапочками, щёлкает замком и зевает прямо перед Донёном. — Неудачное ты время выбрал, чтобы в гости зайти, — произносит, потирая лицо и осматривая брата снизу вверх. Наверное, обычно спокойное и непробиваемое лицо Донёна в этот момент выглядит совсем тревожно и плохо, да так, что лицо самого Ренджуна моментально меняется на удивлённое. Не обеспокоенное, нет, ведь в их крошечной семье не принято открыто волноваться друг о друге, но едва различимая тень волнения всё же проскакивает. — Что случилось? — сон сходит с лица почти бесследно, оставляя лишь припухлость в области глаз. Донён на вопрос внезапно усмехается. — Нам сейчас же нужно поговорить, — произносит, почти не глядя на Ренджуна, и заходит внутрь без приглашения. В новой квартире брата он бывал всего пару раз, но без труда находит небольшую гостиную. Не смотря на кучу различий, Ренджун и Донён были схожи в своей любви к порядку, и скромное помещение с рассортированными бумагами на столе и полках при приглушённом свете можно было бы даже принять за обитель Кима. Донён меняет ситуацию, на ходу нажимая на выключатель и впуская в комнату приятный жёлтый свет. — Чая? — Хуан облокачивается о входную арку, смотрит на Донёна с прищуром, пытаясь уловить оттенки его настроение и хотя бы приблизительно угадать, о чём таком тот прибежал говорить посреди ночи. Самая страшная из догадок скатывается по спине табуном мурашек, но не мог же он и в самом деле… — Не время, — Донён машет головой с непривычно растрёпанной шевелюрой. — Я знаю, что ты работаешь на Чёрную Мамбу. Никаких прелюдий, только честный и точный факт, от которого табун мурашек Ренджуна уступает место холодному липкому поту. Он никогда не был дураком и знал, что Донён, по-настоящему талантливый детектив, когда-нибудь смог бы докопаться до истины. Но не так скоро. — Ты… Не так всё понял, — Хуан делает шаг вперёд, но Донён предупреждающе поднимает руку, будто бы ждёт от того каких-то действий. — Не так всё понял? Пожалуйста, только не отпирайся, — нахмуренные брови, плотно сжатые губы — таким Донён кажется куда привычнее, но он всё ещё не смотрит на Хуана, и от этого младший начинает чувствовать себя хуже. Они никогда не были близки, это правда. Когда отец совсем ещё маленького Донёна погиб от болезни, мать, никогда не проявлявшая особое расположение к мужу, спустя год выскочила замуж за богатого китайца. Её не остановили ни осуждающие сплетни родственников, ни маленький сын, всё ещё скорбящий по отцу. Хуан, правда, старался относиться к пасынку по совести, и за это Донён всегда был ему благодарен. После рождения Ренджуна материнская любовь к Донёну окончательно кончилась: приятнее было держать на руках долгожданное закрепление в брачном контракте, а не видеть рядом с собой лицо, так напоминающее нелюбимого покойного мужа. Возможно, именно из-за этого они не поладили сразу же, как Ренджун научился складывать слова в предложения. Но и во взрослом возрасте, когда детские обиды давно остались в прошлом, а приглашения на праздники из Китая приходили в двойном экземпляре, что-то всё равно давило в груди обоих. Но была и обратная сторона медали, которую Донён не признавал — он правда старался заботиться о младшем брате, даже когда Ренджун, чью грудную клетку разрывало чувство вины, всячески от неё отказывался. — А я почти устроил тебя в полицию, — звучит горький голос. — Я бы собственноручно посадил члена Мамбы в наш участок, понимаешь? — Выслушай меня, — Ренджун снова делает отчаянный шаг вперёд. Когда-то он уж представлял этот момент в голове, но тогда всё разрешалось легко и просто, а Мамба отходила на второй план. — Так было нужно, хорошо? — Хуан смотрит на Донёна так, как не смотрел ещё никогда — с отчаянной мольбой в глазах, и тогда Ким впервые поднимает голову. Он сейчас же должен сообщить обо всём в полицию или задержать Ренджуна самостоятельно, но все хвалебные товарищеские речи и горящая пламенем справедливость тускнеют под этим взглядом. — Я думал, что смогу помочь тебе, — Ренджун неловко мнётся. — Добыть нужную информацию, и тогда ты бы смог схватить их и, не знаю, получить повышение? Славу? Но они дают мне только лёгкую работу, вроде оплаты счетов, и я не собираюсь дальше там находиться. Я уйду оттуда завтра же, обещаю, я… — Ты знаешь, как я должен поступить, — холодный голос Донёна задевает нервы Ренджуна не хуже его недавнего выражения лица. — Знаю. Но я прошу тебя хоть раз побыть братом, а не полицейским. В конце концов, родственники же не обязаны свидетельствовать против друг друга? Но Донён не знает, как будет смотреть в лица команды после такого. Осудят ли его? Нет, точно найдутся те, кто сочувственно похлопает по плечу, если вдруг правда всплывет наружу. Тэён не отвернётся от него, Тэиль не уволит с позором, а остальные… — Верно, — Донён вздыхает, длинными пальцами проходясь по волосам. — Ты же понимаешь, какую ношу взваливаешь на нас обоих? — Да, — кивает, и в глазах плещется серьёзность. — Я завтра же навсегда уйду оттуда. — Я могу незаметно удалить свежие данные, и никто никогда не заподозрит тебя. Но пообещай мне, что больше ни за что не будешь иметь с Мамбой ничего общего. — Обещаю, — Ренджун кивает, и целая гора сваливается с плеч, даже дышать становиться легче. А на следующий день Донён отмечает прочитанным короткое сообщение «я ушёл», быстрым щелчком очищая папку. И обещание Ренджуна, данное с искренностью во взгляде, со звуком битого стекла рассыпается через два года.

***

Чону честно старается найти любую зацепку, тщательно проверяя каждый компьютер Неотеха под неустанным наблюдением Юно, выкурившего, кажется, за эти два дня свою месячную норму. Никто даже и не думает упрекать Кима, когда попытки проваливаются. Честно говоря, Джено не удивляется такому повороту событий. То, что они вообще смогли найти подобный след Мамбы, уже было огромной удачей, и пускай в кабинете, когда они всей «дружной» командой собираются на мозговой штурм, царит разочарованная тишина, все понимают это. — Какова вероятность того, что Мамба поняла наши намерения? — произносит Юта, удобнее всех расположившись на стуле. Вопрос крутится в голове не только у него, но дать однозначный ответ пока что трудно, поэтому Тэён, как обычно находящийся рядом с доской, сначала покусывает кончик ручки и уже затем отвечает. — Непонятно, догадаются ли они о том, что мы знаем об их сделке, — вздыхает, отнимая ручку ото рта. Если бы Донён сейчас сидел среди них, то точно сделал бы замечание, но ему и Минхёну сегодня предстояла другая задача — съездить в соседний город, чтобы поискать данные в ещё одном наиболее продвинувшемся по этому делу участке. — Ну, они точно узнали о наших попытках в Неотехе, — Юно пожимает печами, и даже мятная жвачка не уберегает Тэёна от сморщенного носа и едкого запаха табака. — Не гробь своё здоровье, боже, — Тэён показушно машет рукой, якобы разгоняя неприятный запах. Смешок издаёт каждый сидящий, и даже Чону, некогда и сам разделявший с боссом сигаретку. — Такими темпами на задержании Мамба поляжет уже от этого запаха, — хохочет Юта. Да уж, убийственный взгляд Юно проходится по нему заслуженно, но Джено не может сдержать ещё один смешок и пытается скрыть его за кашлем в кулак. — Если это задержание вообще состоится, — одним предложением Чон напоминает всем о главном вопросе всего собрания и становится уже не до смеха. — Ладно, но что мы имеем? — Тэён прикусывает губу. — Нам определённо нужно как можно меньше действовать так открыто до сделки, но, с другой стороны, полиция и раньше пыталась нарыть на Мамбу при любом удобном поводе, так что, я думаю, это не должно вызвать вопросы. — Да и сделка, если верить всей истории Мамбы, у них совсем далеко не первая, — Джено вторит словам Ли, поднимая взгляд от блокнота. Не самое радушное приветствие несколько дней назад всё-таки не сказалось на его отношении к Тэёну. То ли его обаяние, то ли безусловные лидерские качества, то ли ставящиеся на столики стаканчики с кофе (который уж точно не сравнится с той бурдой из автомата агентства) и скромной улыбкой, но что-то из этого моментально растопило сердце Джено, заставив чувствовать себя более комфортно. С Донёном они пока что держались сугубо официально, с Минхёном общались как одногодки, и, в общем, работа в отделе с каждым днём начинала казаться ему не такой уж и ужасной. Даже напряжённая атмосфера между старшими будто бы размякла под влиянием совместной цели, пускай Юно всё ещё спал и видел, как убирается из этого места подальше. — Вот именно, — Тэён кивает, — всё логично и не подозрительно. На этом вопрос и решается, все расползаются по местам. Поскольку всё основное было найдено ещё в первые дни, работы не так много, как может казаться. После повторной проверки сводок о перемещении за прошедшие месяцы Джено подкладывает руку под подбородок, невольно поворачивая голову в сторону стола Ли. И тот, оказывается, не занят работой, а разговаривает по телефону, выслушивая собеседника с широко открытыми глазами. Несколько секунд и мужчина влетает в стеклянный кабинет. — Мне звонил Минхён, они нашли кое-что, — возбуждённо говорит он, с размаху кладя на стол бумажку с начирканным адресом. Непонимание в группе возрастает вместе с заинтересованностью. — Отдел по борьбе с наркотиками в том участке следил за одним наркоторговцем, который исчез с радаров несколько месяцев назад, но появился в Собаке месяц назад. Они ждали момент, чтобы через него отследить других распространителей, и один полицейский заметил, что он дважды в неделю встречается с одной и той же девушкой. И, теперь самое главное, — Тэён переводит дыхание, и всем сразу становится понятно, что недавние размышления о полном невмешательстве в дела Мамбы не могли бы быть выполнены в принципе. — Донён и Минхён проследили её связь с Мамбой, и оказалось, что именно этой девушке когда-то удалось скрыться из дела в Инчоне. — И теперь она в Сеуле, — Чону скрещивает руки на груди, откидываясь на стуле. — А это может значить, что она связана с главным штабом, — продолжает за него Юно. — Удача снова на нашей стороне, потому что сегодня день их встречи, — победно заканчивает Тэён. — А я так давно не был в клубах, — мечтательно вздыхает Юта.

***

В последние несколько дней время для Джено превращается в сплошной сумбур, и только периодические звонки Донхёка с рассказами о повседневности не дают забыть, что за пределами полицейского участка и постоянных мыслей о деле есть и другая сторона жизни. А ещё сообщения Джемина, иногда приходящие совсем не вовремя, как сейчас, когда Джено всеми силами старается выбрать из своего скромного гардероба подходящую для клуба одежду. Джено не думает, что это отличная идея — говорить Джемину о своём походе в клуб, но Юта легко превращается в «друга», а название клуба тактично замалчивается. Парень, ожидаемо, напрашивается с ним, но все попытки заканчиваются помощью в одежде. В конечном итоге Джено блокирует телефон, садясь в машину Юты в узких чёрных джинсах и рубашке в тон. — А неплохо, — Накамото оценивающе проходится взглядом по подкаченной фигуре Джено, особенно выгодно смотрящейся в новом облачении. Сам мужчина же выглядит как настоящая звезда вечера в блестящей зелёной куртке и кожаных штанах. — Ты часто бываешь в клубах? — Джено с интересом смотрит на своего водителя. Комфортная атмосфера, несмотря на разницу в возрасте, появилась между ними не сразу. Это уже потом Джено понял, что старший всегда такой — немного закрытый и немного пугающий с первого взгляда, но раскрывающийся с совсем другой стороны с течением времени. Пускай их взаимоотношения до сих пор нельзя было назвать дружескими, но вторая сторона Юты, мягкая и чувственная, уже проявляла себя рядом с Ли. — Бывал когда-то, — Юта кивает головой со смешком на губах. — Ну, знаешь, все эти студенческие годы с выпивкой и тусовками. — Знаю? — Джено вскидывает брови максимально высоко, и Юта заливается смехом. Джено не походит на тусовщика — даже бывшего — от слова «совсем». Парня куда проще представить в окружении горы библиотечных книг или в кошачьем приюте, а не в пропахшем табачным дымом заведении. — Может оно и к лучшему, — пожимает плечами Юта, когда они паркуются рядом со стильным зданием с гигантской горящей надписью «MAD DOG». Это именно тот известный клуб, который Тэён недавно назвал Собакой. — Сберёг себя от ошибок юности. Не просто сберёг, но и оставил большую часть юности где-то там, за заученными конспектами и упорной подготовкой. Конечно, у него была цель, оправдавшая себя своим достижением, но не стоило ли ему когда-то чуть ослабить свой пыл? Иногда Джено ловил себя на мыслях, что по-своему завидует Донхёку: тот заканчивает магистратуру, подрабатывает в редакции журнала, при этом активно проводя свободное время и окружая себя людьми. Джено не умеет так, он отдаёт себя делу настолько, что для другого просто не остаётся времени. Вот и сейчас, когда солнце уже давно село за горизонт, вместо тёплого одеяла его обволакивают неоновые огни и удушающий дым. Толпа потных тел сжимает в тиски с двух сторон, и только маячащая впереди зелёная куртка не даёт сбиться с курса, пока чужие руки беззастенчиво трогают его по всему телу. Противно, скользко, душно — все эти ощущения тошнотой подкатывают к горлу. Спасительная свежесть ударяет в голову, когда агенты оказываются в части, заставленной маленькими столиками. Свежесть относительная: другие запахи, более резкие, щекочут ноздри, но уже не так активно стараются свести Джено с ума своей приторностью. Юта держится куда лучше, умудряясь незаметно передавать информацию через наушник и по-хозяйски располагаться на бархатном диване. С этого места открывается вид на большую часть клуба, но танцующие тела их не интересуют. Всё внимание сосредоточено на широкой лестнице, ведущей к вип-комнатам и богато украшенным столам. Если информация из участка в Инчоне правдива, то именно тут через десять минут должны показаться нужные личности. Задача Джено и Юты — вступить в контакт с девушкой Мамбы и без лишних подозрений вывести её из клуба в руки к Тэёну с подготовленной группой. Если в процессе что-то пойдёт не по плану, то Юта сообщает об этом Тэёну кодовым словом и план меняется. — А вот и наша пташка, — Юта едва заметно указывает на высокую брюнетку с дорогущей сумкой. Внешне девушка ничем не отличается от фешенебельных посетителей клуба, и никто никогда бы не смог заподозрить её в связях с крупной группировкой. — Приступаем, — слышится голос в ухе Джено и тот по привычке кивает, пускай Тэён через подключенные к фургону камеры клуба видит не всю картину. Сейчас самое главное — без запинки сыграть свою роль обычного посетителя из числа тех, кто может позволить себе блестящие на руках у той девушки кольца. Юта входит в эту роль мгновенно, сосредоточенность в его взгляде и действиях сменяется небрежной расслабленностью. Джено тратит на метаморфозы чуть больше времени, прочищая горло, но подходит к девушке уже с напускным выражением скуки на лице. Незнакомка покачивает ногой, сидя на стуле у барной стойки. Столешница перед ней всё ещё пустует, и Юта умело пользуется этим шансом, кидая бармену краткие указания. — Два Манхэттена и… — переводит вопросительный взгляд на сидящую. Та реагирует так, будто уже давно привыкла к подобным знакам внимания, самостоятельно заканчивая предложение. — …Мартини со льдом, — говорит с полуулыбкой и поворачивает голову в сторону Юты только тогда, когда бармен отходит от стойки. Джено в этой ситуации становится больше похож на несчастного сопровождающего, вынужденного терпеть попытки Юты заарканить очередную клубную красотку. Если все вокруг воспринят их именно так, то маскировка выполнена отлично. — Мы тут с моим другом поспорили, — Юта по-хозяйски устраивается на стуле, в то время как Джено всё ещё стоит рядом с ним. — Он сказал, что ты ни за что не согласишься со мной познакомиться. Но ты уже приняла мою выпивку, ведь так? Ли едва заметно фыркает, но слова Юты действуют на незнакомку без подозрений. Она молча кивает, заинтересованно приподнимая бровь. Возможно, обладай Накамото менее яркой внешностью, такой подход провалился бы сразу же, но тут Джено остаётся лишь молча наблюдать за представлением и держать ухо востро. — Отлично. Тогда позволь узнать твоё имя? — Карина, — произносит небрежно, не спуская с парней взгляд. Имя очевидно вымышленное, и Джено думает о том, что оно вполне подходит для использования в кругу Мамбы. — Но я сейчас занята, парни. — Вот как? — Джено опережает вопрос Юты, пока напитки оказываются на столешнице. — Но ты сидишь тут совсем без дела. — Твой друг ставит меня в неловкое положение, — Карина усмехается, и Джено получает толчок под бок. Идеально: два настоящих приятеля, подкалывающих друг друга. Что может пойти не так? — Мы можем это исправить, — Юта делает глоток холодного коктейля. — Тут так душно, не хочешь выйти? Всего на пару минут. После вопроса уверенность на лице Карины сменяется секундными размышлениями, будто она и правда думает об этом. Утвердительный кивок головы от девушки заставляет Джено насторожиться, но пока что всё идёт точно по плану, да и Юта вживается в роль просто отлично, галантно подставляя Карине руку, чтобы слезть с высокого стула. — Твой друг пойдёт с нами? — девушка бросает на Джено взгляд сузившихся глаз. Оставлять их до выхода из клуба было бы рискованно, но Юта ведь профессионал. — Он может отдохнуть немного и без меня, — произносит Накамото. Когда парочка отходит на расстояние, до Джено доносятся слова о «хорошей погоде», и это ничто иное, как знак о том, что цель движется к выходу. Кажется, их недавняя неудача в Неотехе открыла возможность для удачного завершения неожиданной операции, и Джено готов уже сейчас праздновать маленькую победу. Но бокал с Манхэттеном остаётся не тронутым и только лёгкая улыбка на губах выдаёт его радость. Сейчас бы в кофейню и… к Джемину? Эта мысль приходит к Джено внезапно и жужжит как назойливая муха, но он совсем не удивлён. Притягательность парня, который ещё и сам делает однозначные намёки, просто не могла пройти мимо чувствительной души Джено. Он всегда такой — чутко реагирует на любые благосклонные проявления в свою сторону. Донхёк ругал его за такой подход к людям ещё со старшей школы, но Джено ничто не мог поделать с установкой реагировать на добро добром. Проходит одна минута, другая, и червь плохого предчувствия начинает рыть яму. Ли отходит от бара в безлюдный угол, прикладывая пальцы к наушнику. — Тэён-щи, Юта ещё не у вас? — Джено чувствует холодок по коже и от ответа Тэёна он только усиливается. — Он не выходил из клуба, — голос старшего мгновенно приобретает стальные нотки. Вот опять — они только приближаются к возможности поймать, как Мамба, словно настоящая змея, ускользает из их рук. — Что показывают камеры? — Сейчас, — Тэён даёт быстрые команды техническим специалистам на другом конце связи, когда Джено уже не скрывая беспокойства отправляется в сторону ушедших, оглядывая каждое лицо и угол. — Вот здесь, — распоряжения всё ещё не прерываются. — Девушка проходила по этому коридору три минуты назад, но… Другой выход?! «Сукасукасука», — крутится в голове и с каждым новым осмотренным лицом возрастает паника. Отёкшие лица богатых папиков, напудренные лица девушек, худые лица бывших наркоманов — и ни одно из них не принадлежит Юте, что ушёл и буквально исчез. Танцпол вновь встречает Ли душными запахи и потными телами, и вся атмосфера начинает давить так, что голова раскалывается на части под такт ритмичной музыки из диджейской будки. Юта не мог просто исчезнуть у них из-под носа, затеряться даже среди сотни танцующих людей, и всему этому есть только одно объяснение, поражающее Джено, как гром среди ясного неба. Мигрень становится просто невыносимой, когда он выбегает в сторону группы Тэёна. Старший уже отправил нескольких полицейский осматривать клуб и теперь судорожно листает камеры, параллельно обзванивая стоящие рядом посты. — Она подсыпала ему усыпляющее, — кричит Джено, врываясь в фургон. Догадка проста в своей изящности, ведь только Юта отпивал из своего бокала. И девушка не просто так с лёгкостью согласилась пойти с ним неизвестно куда. — С алкоголем?! — глаза Тэёна горят незнакомым Джено огнём. Ответственность — вот, что лежит на хрупких плечах мужчины, и её груз особо ощущается именно в такие моменты, когда судьба подчинённого зависит от нескольких минут. Чтобы вынести это, нужно быть очень сильным, и Джено не сомневается в Ли ни на секунду, даже когда руки того подрагивают, принимая звонок. — Нашли? — в этот момент вся комната маленького фургона бесшумно выдыхает, восстанавливая сердцебиение. Но не всё так красочно: лицо Тэёна мрачнеет с каждой минутой, и Джено миллион раз жалеет о том, что не напросился с ними. Когда звонок заканчивается, Ли первым делом переводит дыхание, упираясь руками в стол. Джено не спрашивает, лишь ждёт, пока тот вернётся в норму, а перед глазами мелькает страшное в своём выражении лицо Юно. — Его отвезли в больницу, есть опасность передозировки, — подаёт голос Тэён. — В клубе был коридор без камер с комнатами для проституток, и та девушка, видимо, завела его туда, а потом скрылась через не отслеживаемый выход. — Мамба узнала о наших планах на эту ночь? Тэён кивает. Конечно, это единственное разумное объяснение произошедшему и отточенным действиям Карины. — Главное, что с Ютой всё в порядке.