Ты теперь только мой.

— Отвези меня, домой, — просит Хосок, а его голос ужасно хриплый. — Мой дом — твой дом. Едем ко мне, — уверенно отвечает альфа, смотря на заплаканное лицо омеги. — Хочу домой... Прошу, отвези меня... Я устал, — еле сдерживает себя Хоби, кусает губы до крови. Ему безумно тяжело. Боль в области сердца сжигает всё внутри, как яркое пламя. Ком в горле не давал ему свободно вздохнуть. Взгляд Хосока падает на обручальное кольцо. Все это словно ночной кошмар. Ему так хочется открыть глазки и оказаться в крепких объятиях любимого. Чимин не может насмотреться на мужа. "Как же, черт возьми, он прекрасен!" — Умоляю... Я... Альфа понимает, что тому нужно время, чтобы смириться и принять случившееся. Да, он виноват во всем. Но только его любовь настолько сильна, из-за чего он потерял остаток рассудка. — Хорошо, я отвезу тебя, — мягко сказал Чимин. — Подожди, скажу адрес... — запинается в словах Хосок. — Я знаю твой адрес. Шатен на это ничего не отвечает, лишь переводит пустой взгляд в окно. *** Всю дорогу они молчали, хотя Чимин пытался начать разговор. Омега смотрел в окно, ведя себя тихо, не издавая лишнего звука. Вот они уже месту. — Я приеду рано утром, чтобы забрать тебя. Хосок быстро кивнул, как пугливый котёнок, и вышел из машины. Даже не оглядываясь назад. Ему побыстрее хочется к маме. А Чимин не успел сказать те заветные три слова. Провожал своим влюблённым взглядом омегу, пока тот не скрылся из виду. В глубине души он прекрасно понимал, что Хосок будет ненавидеть его за этот ужасный поступок. Но... Его любовь сильнее совести. *** — Хосок? — красивая омега с миловидной внешностью, удивлённо застыла, увидев парня. — Мама... — Хосок обессиленно падает на колени перед женщиной. — Сынок! — кинулась она с объятиями, боясь за состояния сына. — Что с тобой? Куда ты пропал? Почему отменили свадьбу? — Мама... — горькие слёзы хлынули новой силой из глаз, оставляя мокрые дорожки. — Мне так больно... — Сынок, что с тобой? Мой тигрёнок, Чонгук что-то сделал? Это он отменил свадьбу? — Он не виноват. Это я. — Ч-что? Почему? Ты же любил его, — мать шокирована ответом любимого сына. — И сейчас я люблю его... Меня... Я... — Хосок весь дрожит, не в силах собраться. Чон Мина — мать омеги, которая одна растила сына, даря ему всю свою любовь и нежность. Отец Хосока бросил её, когда узнал, что та носит под сердцем ребёнка. Хосок вырос любвеобильным мальчиком, который ярко улыбался, одаряя всех природной теплотой. А сейчас... Её мальчик плачет горько перед ней, а материнское сердце вместе с ним. — Заходи домой, сынок. Я всегда буду рядом, — мать помогла ему подняться на ноги, и ,пройдя в гостиную, посадила сына на диван. — Принесите воды! Побыстрее! — велит она прислуге. — Мама, почему мне так больно, а? Вот здесь, — рука его лежит на груди, в области сердца. — Я-я ненавижу себя. — Попей, сынок, — даёт в руки стакан с водой. — Успокойся. Дрожащие пальцы слабо держат хрусталь. Хосок медленно глотает жидкость. Женщина поглаживает хрупкую спину, шепча ласковые слова. — Вызвать доктора? — Нет, не надо. — Прими душ, малыш. Потом поговорим, — не смотря на сказанные слова, оставлять разговор на потом она не хотела. — Спасибо, мама... — Мой малыш, — повторяла женщина, целуя сына в висок, и поправляя шёлковые каштановые волосы. «Что же с ним случилось?» *** Осторожно открывая дверь своей комнаты, омега заходит внутрь. Его комната ничуть не изменилась. Он не был здесь уже 3 года. Ведь... Он жил с Чонгуком. Идеальная чистота в просторном помещении, яркий интерьер и различные фотографии на стене. Хосок помнит всё до мелких деталей, что здесь происходило раньше. Он легко касается пальцами кровати. Воспоминания — очень тяжёлая штука... Он помнит... Все помнит... Как они занимались с Чонгуком любовью до потери пульса, когда его мама была на работе, как альфа нежно обвивал руками тонкую талию, как жадно целовал пухлые губы с родинкой на верхней губе, как с каждым толчком вбивался в него, выбивая последние остатки воздуха из лёгких. — Гук~и... прости. Свадебный костюм, который долго и с любовью выбирал для него Чонгук, оказывается скинутым в кучу на полу. Сегодня он разрушил их бесконечную любовь своими же руками. Его поцеловали чужие губы. Ему противно от себя. Омега смотрит на свое отражение в зеркале, и тихо с мерзостью говорит: — Когда ты успел стать такой шлюшкой, Чон Хосок? *** Хосок, даже не сняв с себя одежду, сел в ванну, выкручивая кран в сторону. Ему всё равно, что из крана течёт холодная вода. Жидкость наполнила ванну до краев, начиная вытекать из нее. Мысли омеги в другом месте. — Может... Настал мой конец? — хрипло произносит шатен. Омега с головой уходит под воду. *** Чонгук вернулся домой. Злой, его глаза красные от слёз. Теперь это место для него не будет таким уютным и тёплым как раньше. — Убирайтесь! — кричит он. — Чтобы здесь не было ни единого духа. — Хорошо, господин Чон. — все работники немедленно покинули дом. Осталась только охрана. Альфа отбрасывает со злостью костюм, нервно скрипя зубами, как настоящий хищник. Его взгляд мечется по комнате. Он хватает вазу и разбивает ее к чертям. — Я не верю тебе, ХОСОК! Не верю! В особняке Чонгука буквально на каждом шагу стояли рамки с их общими фотографиями. Увидев одну из них, альфа прижимает вещь к сердцу. — Я болен твоей улыбкой... — держа в руках рамку, Чон отсматривает мягкие черты любимого на фото. — Почему? Почему!? Фоторамка оказывается на полу, осколки разлетелись по полу. — Нет! — альфа бросается вслед за фотографией, не обращая внимание на острые стекла, которые резали его руки. — Прости! Я-я... — Чонгук! Что ты делаешь!? — Тэхён кричит на друга, пытаясь привести его в чувства. — Ты что наделал!? Все ладони в порезах! Отпусти, СУКА, кому говорю! — Тэхён... — Чонгук положил голову на широкие плечи альфы. — Мне так плохо без него. Ким был в шоке от друга, ведь некогда сильный Чон Чонгук плачет из-за какого-то омеги. У него самого не было любимого, поэтому он не может понять чувства друга. — Чонгук, успокойся... Всё будет хорошо. — Не будет, он бросил меня. — Нет, ты же сказал, что он врёт. Так ведь? — обнимает крепко альфу Ким. — Да. — Тогда он вернётся. — Но он сказал, что вышел замуж. — Чон Чонгук, соберись! — Ким поднимает его подбородок, и смотрит глубоко в душу. — Где мой сильный друг, а? Слова Тэхёна подбодрили его, и сейчас в него снова вернулась злость. — Тэхён. — Да? — Найди мне всю информацию об этой мрази, — с холодным тоном произносит Чон. — Вот так то лучше. Будет сделано, — хитро улыбается Тэ. *** Мина волнуется за своего сына. Что же с ним случилось? И ещё чувство тревоги не покидает её. Хосок уже час в ванной комнате... — Сынок? — заходит в комнату. — Ты где? Направляясь в сторону ванны, она наступила в лужу, жидкость текла из под двери, и затопила коридор. Материнское сердце не обмануло. — СЫНОК! ОТКРОЙ ДВЕРЬ! — с ужасом стучит Мина в деревянную дверь. — СЫНОК! ХОСОК! Не было слышно ни единого звука, только звук текущей воды. — СОЕН, ИДИ СЮДА! ХОСОК! ОТКРОЙ! — кричит она во всё горло. — СЫНОК!