Ханахаки

Ехав как можно быстрее, Юнги постоянно поглядывал на Чимина через зеркало заднего вида. Парень уже не хрипел, но и ярких призныков не подавал. Юнги нервничал, сердце не находило место. Пальцы сами нервно постукивали по рулю. Хотелось наорать на всех, из-за этого светафора, что долго не загорался зелёным и на этого барана, который долго не мог тронуться. Но путь был преодален и парень уже нёс омега в здание частной больницы. Его сразу же обступили врачи, санитары забрали Чимина и увезли. Наступили тягучие минуты ожидания. На звонки тренира альфа не отвечал, боялся сорваться и наговорить лишнего. Страшно… Юнги только начал приглядываться к этому парню… Сердце сейчас выскочит из грудной клетки… Пусть всё будет хорошо… Но не одному Юнги было тяжело. Чонгук минут десять пытался успакоить парня (а это сделать трудно, когда сам на приделе). Всё же как-то взяв в руки себя и своего парня, Чонгук повёл Тэхёна к машине. Ехали молча, каждый думал и корил себя, за то что не усмотрели, упустили состояние Чимина. Хотелось плакать и кричать. Доехав до квартиры, они так же молча вышли из машины и пошли в квартиру. Тэхён взялся за руку Чонгука. Пальцы и всё тело дрожали. Плачет. Чонгук понял это сразу, но не стал успокаивать парня, пусть выплачется. Так будет правильнее. У самого руки трясутся. Ключ попадает в замочную скважину с попытки шестой. Ещё столько же приходится промучаться с открыванием двери, руки будто ватные и совсем не слушаются. Кое как попав в квартиру, парни пошли собирать вещи друга. Тэхён успакоился, и только мелкие подрагивания и красные опухшие глаза говорили о том, что он недавно плакал. Чонгук, пойдя в ванную собирать все нужные вещи, умыл лицо холодной водой и долго смотрел на своё лицо. Глаза немного припухли, говоря о том, что парень слишком долго сдерживал в себе слёзы. Собрав все нужные вещи, парни сидели на кухне. -Давай чаю с ромашкой выпьем и поедем, — будто умоляюще проговорил Тэхён. -Хорошо. И снова  между ними воцарилось молчание. Молча Чонгук сделал чай, молча Тэхён достал припрятаную другом шоколадку. Молча начали пить чай. -Как думаешь, Чиминова любовь стала взаимной? — первым нарушил тишину Тэхён. -Возможно. -Он сильно испугался за него. -Я заметил. -Чонгук, давай не будем переживать и страдать, этим мы ему не поможем. А как только он придёт в себя и нас пустят к нему, то вставим ему хороших люлей, — с лёгкой улыбкой проговорил Тэ. -Именно так и сделаем, — обняв парня, ответил альфа. В неподвижном состоянии Юнги сидел уже около получаса или минут сорака, а может и час. Юнги сбился уже со времени. Отходил от палаты он единственный раз, когда ходил в туалет и за кофем. Кофе, кстати, так и стоял около парня, совсем нетронутым. Да и всё равно на него. Юнги был сбит с толку, только вчера он либо не замечал этого омегу, либо презирал, а сейчас сидит под дверью его палаты и молится всем известным богам, чтобы с Чимином всё было хорошо. Альфа не сразу замечает врача, подошедшего к нему, и пугается, когда тот касается его плеча. -Я лечащий врач Чимина и его дядя, — представился доктор. -Оу…да…здравствуйте… Я Юнги… Как он? — Юнги не мог сосредоточиться, ладошки вспотели, а ноги не хотели держать. -Сейчас уже лучше, он пришёл в сознание, я поговорю, с ним и вы сможете зайти, — успокаивающе улыбнулся доктор. Юнги только закивал головой. Самое страшное уже позади. Он вытер руки об футболку и начал ждать, когда ему можно будет войти. Вспомнив про кофе, парень взял стаканчик в руку и хотел уже отпить, как увидел, что дверь в палату была закрыта не до конца. Он подошёл, чтобы закрыть неё как услышал разговор. -Чимин, почему ты сразу не пришёл ко мне? Всё могло обернуться ещё хуже, — осуждающе проговорил доктор. Послышались всхлыпи, Чимин плакал. -Я думал, это из-за диеты, я не думал, что всё так серьёзно, — перебиваясь на всхлипы, ответил омега. -Ох, бедный мой мальчик. -Я могу умереть? -Да. -А это можно излечить? -Нет… Мир вокруг двух парней остановился. Один снова начал плакать, другой же не рассчитав силы, раздавливает стаканчик с кофе в руке (хорошо, что он уже остыл) -…дослуйшай меня и не плачь. Ханахаки… А Чимин не может дослушать, он ещё сильнее начинает плакать. Юнги же стоит в полнейшем шоке, он даже дыхание задержал. Слышатся шаги, шорох врачебного халата и всхлипы становятся приглушенее. Дядя обнял племянника. -Говорю же не плачь, ханахаки излечить нельзя, но можно остановить её развитие и ты сможешь жить спокойной жизнью и с цветами в сердце. -Можно излечить? Как? -всхлипывая спросил Чимин. -Нужно чтобы человек в которого ты влюблен ответил тебе взаимностью. -Это невозможно, — обречённо ответил Чимин. -Почему же? -Юнги-хён никогда в меня не влюбиться… И Юнги дальше не слышит ничего, подойдя к стулу, он оседает на него. Так Чимин влюблен в него. Из-за этого он отшивал от себя других альф? Из-за этого у него ханахаки? Альфу начинает колотить, слёзы текут сами собой. -Глупый, мой малыш. Уже, я уже влюбился, — начал бормотать Юнги, будто читая молитву. И снова его испугал врачь. -Я же говорил, не волноваться так сильно, можете войти к нему, -грустно улыбнулся врачь и ушёл. Юнги медлит всего секунду. Уверенным и немного сбившимся шагом идёт к двери, открывает её и заходит внутрь. -Тол… Юнги-хён, — не веря своим глазам говорит Чимин. Юнги ничего не отвечает. Просто подходит к омеге, одной рукой поднимает его голову за подбородок, скланяется к нему и целует. Чимин в шоке, он думает, что это сказка и ему снится, но незаметно ущепнув себя, понимает что это на самом деле. Сам льнет к альфе и отвечает на поцелуй. -Возможно… Всё возможно… Ты влюбил меня в себя… Я люблю тебя, — отрываясь на секунду от парня, говорит Юнги, смотрит прямо в глаза. И стирая большим пальцем слёзы омеги, снова припадает к его губам.