Война никогда не закончится

– Война никогда не закончится, – прорычал рыцарь смерти. – Вырвались из круга ненависти? Найдётся новый, куда всех затянет. – Голос таурена был металлический, гулкий – самое то, чтобы перекрыть воющий ветер Нордскола, особенно буйствовавший в эти дни, как и сорвавшаяся с поводка Плеть. Рыцарь крови хмыкнул. – Всё тебе не то и всё не так! – и тут же вздрогнул, вжал голову в плечи от зловещего раскатистого хохота рыцаря смерти. – Эй! – Что, в штаны боишься наложить, сынок? – отозвался таурен. – Ну, бойся. И меня. И наложить. – Он хмыкнул. – А меня всё всегда устраивало – более или менее: я всегда был при деле, всегда служил… слушал сестру, слушал Короля, слушал Владыку, слушал вождей… Он замолчал, и паладин мог бы поклясться, что даже безглазый взгляд давно покойного воина сейчас не устремлён на костёр – он проникает в прошлое. Эльф без всякой пользы провёл по наручам, потому что, в отличие от меховых рукавов, растирать их было бессмысленно. Осторожно высморкавшись, зажимая ноздри поочерёдно пальцем, приблизился к огню, чтобы хоть как-то согреться, хоть ненадолго… Хотя бы телом, если нельзя наполнить прежним пламенем душу. Ослабив внимание, паладин пропустил резкое движение, и огромная лапа таурена сгребла его за плечо и наклонила к самому костру настолько, что глаза начало обжигать, а на паре волосков, торчавших из-под шлема, занялось и тут же потухло пламя. – Это вы всё. Предатели. Революция. Вам не мил вождь – вы будете помогать чужому королю, старому выжившему из ума предателю и глупому юнцу! – прорычал рыцарь. – Это из-за вас… Объёмный искусно украшенный латный наплечник промялся под силой нажима проклятого воителя, царапая кожу и причиняя боль, но затем таурен хмыкнул и отбросил эльфа подальше, за небольшой светлый круг от костра. Выхваченный из ножен клинок вонзился в снег рядом с владельцем. – Что ты себе позволяешь?! – выкрикнул паладин и, поднявшись, направился к спасительному костру, прочь из лап смертоносной метели. Рыцарь смерти сел на место и покачала опущенной головой. – К демонам всё… – Может, хоть извиниться хочешь? – прошипел эльф. – Хотел бы – извинился, – отозвался таурен угрюмо. Оба сидели молча некоторое время, слыша лишь злые завывания метели. – Глупая судьба – свела нас с тобой, – пробасил рыцарь смерти. – Лоялиста и предателя. – Паладин смолчал. – Ты не серчай на меня: по меркам живых мне и положено бурчать: я не только старый, вон – весь седой, но и нет у меня ничего на этом свете, что мне дорого. Эльф подался вперёд. – А сестра, о которой ты… – начал он. Таурен покачал головой. – Я убил её, как того потребовали от меня, когда только обратили в рыцаря смерти. Иначе бы прикончили нас обоих. А тебе это действительно интересно, мальчик? – обратился он, хмыкнув. – Можешь считать, что мне на самом деле скучно: не может же мне по-настоящему быть до тебя дело, – признался эльф. Рыцарь одобрительно кивнул. – Справедливо. Правдиво. Тогда слушай. Короля я в первый раз потерял по глупости и нерасторопности: отстал при атаке на Часовню, а потом все побежали – и я с ними. Оказалось – свобода, кончилась власть Лича. Во второй раз его я потерял, когда Артаса убили… Мой гарнизон уничтожили силы Света вместе со всем Дренором. Владычица лишилась поста вместе с силой рунических клинков по вине Легиона, хм, скверны. Жены я лишился из-за атаки Альянса. Вождя у меня отняла Орда. Паладину стало как-то сразу зябко, будто душевный холод удвоился и решил перекинуться на сердце, сковать его льдом. – И у тебя осталась только война? – спросил он тихо. Таурен покачал головой. – Это у войны и Орды остался я. Не казнили, потому что тоже, как и все до этого, решили использовать меня как приложение к моему топору. Война никогда не закончится. Но когда-нибудь, наконец, закончусь я сам.