Часть 2
23 ноября 2020 г., 14:04
— Ты в порядке, дружище? — спросил Рон.
Гарри начал смеяться, всё ещё не поднимая голову со стола. Он подумал было, а не объяснить ли ситуацию Рону, но тут же представил, как его снова тащат на обследование в больницу святого Мунго. Гадая, что из этого хуже — провести утро в больнице, где в него будут тыкать палочками и колоть иголками, или встретиться с Малфоем, — он наконец вздохнул и остановил свой выбор на Малфое.
— Да, просто неделя странная какая-то, — ответил Гарри. По крайней мере, это было правдой. Он подождал ещё несколько минут, всё это время глядя на часы.
— Поттер, Уизли. В мой кабинет, — Гарри с трудом поднялся и последовал за Робардсом. — Новое дело.
Гарри взял протянутую папку, поблагодарил его и направился к двери, не оставив Рону времени на какие-либо вопросы. Он не хотел, чтобы ему снова читали лекции о работе с Малфоем.
— Даже не спросишь о деле? — спросил Рон, следуя за ним к каминам через всё Министерство.
— Уверен, все подробности есть в папке, — Гарри демонстративно распахнул её, чтобы посмотреть на детали дела, которые он уже успел запомнить наизусть.
Рон посмотрел на него с озадаченным выражением лица, а затем пожал плечами.
— А что там вообще? — поинтересовался Рон несколько минут спустя, когда они шли по Косому переулку.
— Взлом антикварного магазина и проклятый артефакт.
— Интересно, сюда уже отправили ликвидатора проклятий? Билл же в Южной Америке.
Гарри не ответил и просто сосредоточился на том, чтобы добраться до магазина. Когда он вошёл внутрь, то увидел Малфоя на том же месте и в той же позе, что и вчера. Вчера же? Гарри задумался. Считается ли это «вчера», если каждый день оно снова становится «сегодня»? Он слегка покачал головой, чтобы прояснить затуманенный разум, и тут Малфой повернулся к ним с мертвенно-бледным выражением лица.
— Поттер, на пару слов, — Малфой прошёл мимо них и вышел из магазина.
Рон посмотрел сначала на Гарри, потом на Малфоя и уже открыл было рот, но Гарри опередил его.
— Всё нормально. Просто дай мне минутку, — тихо сказал он другу, а затем повернулся и направился к выходу из магазина, к Малфою, который теперь расхаживал из стороны в сторону по каменной мостовой.
Драко быстро наложил заглушающее.
— Похоже, из-за твоего удивительного идиотизма мы застряли в какой-то временной петле, — сердито заявил он.
— Моего идиотизма? Ну, может быть, если бы ты позволил мне делать мою работу, а не спорил со мной, мы не вляпались бы в это дерьмо!
— Конечно… Как будто ты впервые запорол одно из своих драгоценных аврорских дел.
— О, извини, я, должно быть, пропустил ту часть, где ты никогда не ошибался. Нужно ли напоминать тебе о деле О’Нила?
— Это было четыре года назад… Ты серьёзно? Тебе пришлось докопаться до воспоминаний четырёхлетней давности, чтобы припомнить мне, когда я совершил ошибку?
— Я могу копнуть ещё дальше, если ты так этого хочешь, — парировал Гарри, многозначительно глядя на левую руку Малфоя. Лицо, обычно бледное, вспыхнуло ярко-красным, что было тревожным сигналом — тревожным сигналом, который Гарри чаще предпочитал игнорировать.
С этого момента ссора стала ещё хуже: оба принялись вспоминать все причины, по которым они друг друга ненавидели, и всё дерьмо, которое чинили друг другу с самого знакомства, — и так продолжалось до тех пор, пока Малфой не выдал, что Гарри был слишком высокомерен, чтобы принять предложение дружбы от одиннадцатилетнего мальчишки. Пока Гарри пытался придумать какой-нибудь другой аргумент в свою пользу, рядом замаячил Рон, который, стараясь привлечь к себе внимание, активно размахивал руками между ними.
— Что?! — обернувшись, крикнул Драко. Затем, возможно, вспомнив о наложенном Муффлиато, он снял заклинание и спросил уже более спокойно: — Что?
— Э-э… Мы закончили. Тебе нужно ещё какие-нибудь штучки сделать, Малфой? — спросил Рон, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Они оба покраснели и тяжело дышали.
Драко провёл ладонями по лицу и испустил разочарованный гортанный стон.
— Чёрт. Не… Да, позвольте мне заняться своими «штучками», — сказал он, бросив мрачный взгляд на Уизли и Поттера.
— Давай я посмотрю, есть ли там какие-то зацепки… — начал Гарри.
— Нет. Я хочу, чтобы ты держался как можно дальше от меня и от этого проклятого артефакта. Лучше иди и возьми портключ куда-нибудь на Шетландские острова. Может быть, хотя бы так ты не сделаешь ещё хуже! — с этими словами Драко скрылся внутри магазина.
Гарри сжал руки в кулаки и расслабил их, задействовав каждую капельку имеющегося у него самообладания, чтобы не последовать за ним и снова не развязать спор.
— Что это, чёрт возьми, было? — Рон посмотрел на Гарри, подняв брови.
Гарри перевёл взгляд на своего друга и вздохнул.
— Мне нужно тебе кое-что рассказать, но ты можешь пока не говорить Робардсу?
Брови Рона подпрыгнули ещё выше.
— Э-э… ладно.
— Два дня назад… Ну, не два дня назад, а сегодня, два раза назад… Это трудно объяснить, — Гарри потёр затылок. — Мы с Малфоем попали в какую-то временную петлю.
— Что?
— Мы уже были здесь, на этом самом вызове, и мы поругались, и в это время случайно активировался артефакт, и теперь мы застряли в петле.
— Что значит, артефакт «активировался»? — спросил Рон, широко раскрыв глаза.
— Его, эм… случайно коснулись, и оттуда вырвался свет и закружился вокруг нас с Малфоем. Но потом он провёл целую кучу тестов, и ничего не произошло, так что мы решили, что всё в порядке. Но когда я проснулся следующим утром, а «завтра» так и не наступило, мы подумали, что, возможно, это какой-то незарегистрированный маховик времени и если мы просто проживём этот день, то всё снова станет прекрасно. Но сегодня утром… всё повторилось.
— Ладно, притормози… Давай-ка вернёмся к началу. Если бы это был маховик времени, разве не было бы здесь вас? То есть тех, старых вас, из прошлого дня?
— Да, но нас нет. И когда я проснулся, никакого «старого меня» в постели тоже не было. Только я, заново проживающий один и тот же день.
— Значит, это не маховик времени?
— Э-э-э… нет, не похоже.
— Думаю, нам стоит пойти в Мунго, дружище.
— Нет, я там уже был! В первый день, когда Робардс узнал обо всём этом, ты отвёл меня в Мунго, а там сказали, что я в полном порядке.
— Я отвёл тебя в Мунго?
— Да! И они провели все тесты из возможных, и всё оказалось нормально. Мне просто нужно подумать, поработать над этим делом и всё исправить.
— Ладно… Я тебе верю, — однако голос Рона звучал так, будто ни черта он не поверил. — Но я думаю, нам всё равно нужно вернуться в больницу. Если случилась эта… «петля», то, может быть, что-то изменилось, — он говорил так, словно убеждал разыгравшихся детей лечь спать.
— Рон, если я просто осмотрю артефакт и магазин, то мы, возможно, что-нибудь найдём, — ответил Гарри.
— Можно я задам тебе один вопрос? — осторожно поинтересовался Рон.
— Какой?
— Предположим, что это действительно правда. Кто случайно коснулся артефакта?
Гарри почувствовал, как вспыхнуло его лицо.
— Я. Но Малфой вёл себя как придурок и спорил со мной, кто первый будет заниматься своей работой. Я просто случайно задел его тыльной стороной ладони.
Рон кивнул, как будто и так знал, что всё было именно так.
— Хорошо. Тогда давай позволим Малфою снять проклятие, а сами пойдём в больницу?
— Почему это я пойду, а он останется тут и будет работать?
— Ну, для начала, именно он у нас ликвидатор проклятий, — Рон решительно посмотрел на него. — Кроме того, я слегка раздражён тем, что ты так безосновательно плохо относишься к Малфою, что мне приходится его защищать, но прямо сейчас у него есть веская причина злиться на тебя. И я всё ещё думаю, что тебе стоит снова провериться в Мунго. Всего один раз, и я больше не буду к тебе приставать.
— Ладно, — неохотно согласился Гарри. Он знал, что Рон прав, но всё равно ненавидел саму мысль о том, что Малфой будет заниматься этим делом в одиночку.
Четыре часа спустя Гарри закончили мучить палочками, иголками, всевозможными проверками и противными зельями.
— Вы совершенно здоровы, мистер Поттер, — сказала целительница, просматривая его медицинскую карту. — На вас нет никаких следов проклятия.
Гарри резко взглянул на Рона.
— Отлично, а теперь я вернусь в магазин, — он вскочил и накинул обратно свою аврорскую мантию. Рон только вздохнул и последовал за ним к выходу.
Когда они вернулись, большая часть вспомогательного персонала Отдела магического правопорядка уже ушла — за исключением одного патрульного, который следил за тем, чтобы на территорию не заходили посторонние.
Малфой накладывал на лежащий на полу предмет замысловатую серию заклинаний, тонкими нитями сплетающуюся над ним в подобие купола.
Гарри медленно вошёл внутрь, оглядывая помещение. Он сомневался, что Малфой позволит ему приблизиться к артефакту, но, возможно, преступник — или первоначальный владелец этого предмета — оставил на месте преступления ещё какие-то улики. Владелица магазина даже не была уверена, покупала ли его на распродаже имущества. Нужно ещё раз с ней поговорить.
— О, нет. Нет, ты не… Пошёл вон! — прикрикнул Малфой, заметив его, и указал на дверь.
— Я не буду подходить ни к тебе, ни к этой штуке! Мне всё равно нужно обследовать магазин… Здесь могут быть ещё какие-то зацепки, — Гарри настаивал на своём, но вдруг услышал прямо позади тяжёлый вздох Рона.
— Ни в коем случае, — Малфой скрестил руки на груди.
— Малфой, ты серьёзно говоришь, что собираешься препятствовать аврорскому расследованию, потому что злишься на меня?
— Я говорю, что не хочу, чтобы ты участвовал в этом расследовании. А Уизли пусть продолжает совать свой нос, где хочет, и делать всё, что нужно, — ответил он, пренебрежительно махнув рукой.
— Гарри, почему бы нам не вернуться завтра? Малфой закончит, и мы сможем осмотреть остальную часть магазина. Мы уже провели первоначальный осмотр и опросили владелицу… остальное может подождать, — сказал Рон. Его, кажется, эти двое уже вконец замучили.
Гарри обернулся и уставился на него взглядом, полным неверия.
— Завтра?
— Ох, точно.
Гарри глубоко вздохнул, попытавшись успокоиться, и снова повернулся к Малфою.
— Ты хоть что-нибудь выяснил?
— Ещё выясняю, — процедил тот сквозь зубы. — Просто… мне нужно, чтобы ты просто ушёл. Я со всем разберусь, и ты в мгновение ока сможешь вернуться к своей идеальной жизни спасителя.
— Отлично, — Гарри круто развернулся и вышел на улицу, где его почти сразу догнал Рон.
— Слушай, может, на этом стоит закончить? Утром я опросил владелицу магазина, а криминалисты уже сделали все необходимые фотографии. Я просто удостоверюсь, что мы ничего не пропустили, а ты можешь просто пойти и отдохнуть остаток дня.
— Рон, завтра тебе всё равно придётся заново всё это делать, — фыркнул Гарри.
— Если только Малфой не сумеет со всем разобраться. Я постараюсь не рисковать, но всё же выполню свою работу. А ты вряд ли сегодня сделаешь что-то ещё, если Малфой так сильно на тебя злится. Если завтра ты по-прежнему будешь в петле, то всегда можешь попробовать что-то другое, — сказал Рон, направляясь обратно в магазин.
Гарри не знал, что ещё он мог бы попробовать в следующий раз, кроме как вообще не рассказывать Рону о происходящем. Он не собирался проводить ещё полдня в больнице святого Мунго. И он понятия не имел, как вести это дело, не ввязавшись в полномасштабный скандал с Малфоем. Поэтому он решил провести оставшееся время дома и попытаться придумать новый план.
***
Стоило Гарри и Рону войти в магазин, Малфой повернулся к ним и раздражённо скрестил руки на груди. — Малфой, — вежливо поприветствовал его Гарри. — Мне казалось, я ясно дал понять, что не хочу, чтобы ты приближался к этому предмету. — Ты о чём? Мы ведь только пришли, — сказал Гарри, изо всех сил притворяясь, что ничего не понимает. — Робардс только что поручил нам это дело. Глаза Малфоя сузились. — Во что ты играешь, Поттер? — Малфой, перестань. Дай нам сделать нашу работу, а мы дадим тебе сделать твою, — сказал Рон. — Поскольку Поттер уже однажды активировал этот артефакт, я так не думаю, — Малфой демонстративно посмотрел Рону в глаза. — Я хочу, чтобы он убрался с места преступления. — Да что на тебя нашло? — Это уже… Мы застряли в какой-то временной петле, потому что несколько дней назад Поттер активировал эту штуку. Ты этого не помнишь, но он помнит. Рон посмотрел на Гарри, а тот только приподнял брови и спросил: — Ты хорошо себя чувствуешь? Малфой побледнел. — Ты сукин с… — Я не совсем понимаю, что происходит, — начал Рон, — но, похоже, нам стоит доложить Робардсу. Малфой, может быть, этот предмет уже что-то с тобой сделал? Сбил тебя с толку или вроде того? — Да всё со мной в порядке! И что бы он ни сделал, на Поттера это повлияло точно так же, как и на меня! — Ладно-ладно. Успокойся. Давай мы просто позовём кого-нибудь и позаботимся об этом, — успокаивающим голосом произнёс Рон, вытаскивая свою палочку. Секундой позже, прежде чем Малфой успел возразить, Рон отправил в Министерство патронуса с сообщением о том, что Малфой, возможно, находится под влиянием какого-то проклятия. — Чёрт! — крикнул Малфой, вцепившись руками в волосы, и повернулся к Гарри. — Ублюдок! Мы потеряем целый день, только потому что ты решил побыть придурком. Гарри стоически сохранял нейтральное выражение лица, когда между ними вклинился Рон. — Хорошо, Малфой. Давай ты присядешь и просто отдохнёшь, а мы со всем разберёмся, — он словно разговаривал с расстроенным маленьким ребёнком, что, казалось, злило Малфоя ещё больше. Его лицо побагровело. Не прошло и часа, как прибыли служащие Министерства и Малфоя отправили на обследование в больницу святого Мунго. Гарри подавил усмешку и принялся за работу, неторопливо разыскивая улики по всему магазину. В конце концов Гарри добрался до сундуков и товаров с распродажи. Он достал из кармана мешочек, расстегнул его, вытащил пару защитных перчаток и тут же пожалел, что не надел эти чёртовы штуковины в тот самый момент, когда только оказался на месте преступления. Обычно он надевал их только тогда, когда знал, что будет иметь дело с уликами, но на этой неделе дополнительные меры предосторожности избавили бы его от многих неприятностей. Учитывая то, что он уже знал о загадочном предмете, валяющемся на полу, Гарри возвёл вокруг трёх сундуков, стоящих у задней стены, барьер из защитных заклинаний и только потом открыл их. Он заглянул в первый. Его содержимое больше походило на кучу хлама. Гарри начал осторожно вытаскивать один предмет за другим и складывать их на полу. На каждый из них он накладывал несколько стандартных заклинаний, а потом записывал в блокнот описание предмета и результат обследования. Разобрав примерно половину первого сундука, он слегка расслабил плечи. Почти всё там оказалось безобидным. Он знал, что нельзя терять бдительность, потому что где-то может быть спрятан ещё один мощный артефакт, но, по крайней мере, большинство предметов казались совершенно безопасными. К концу дня Гарри провёл инвентаризацию половины выставленных на продажу товаров, но так и не смог найти никаких зацепок. Он даже не знал, стоит ли на это надеяться — артефакт мог принести с собой вор. Но в данный момент других идей у него не было, так что он решил для начала тщательно изучить все имеющиеся здесь вещи. Оставалось ещё два сундука, которые ему придётся обследовать завтра… или на следующем витке. Он слишком устал, чтобы продолжать сейчас. К тому же, ему не помешало бы поужинать. Ему стало интересно, как Малфой будет вести себя в следующий раз — Гарри сильно сомневался, что тот снова попытается убедить Рона, что в этом замешан и он. При мысли о том, как Малфой проводит день в Мунго, где его подвергают проверке за проверкой, по лицу Гарри расползлась улыбка. И его вовсе не волновало, что это могло быть мелочно. Малфой заслужил.***
Когда Гарри и Рон вошли в магазин, Малфой повернулся в их сторону и скрестил руки на груди, выглядя таким же взбешённым, как и накануне, когда его утащили в больницу святого Мунго. — Малфой, — вежливо поприветствовал его Гарри. — Давно не виделись. Малфой перевёл взгляд с одного аврора на другого и открыл рот, словно намереваясь что-то сказать. — Отлично, — наконец фыркнул он. — Просто держись подальше от артефакта, пока я над ним работаю. Я серьёзно, Поттер, даже не думай подходить. Гарри ликующе вскрикнул про себя и направился к владелице магазина. — Что с ним сегодня такое? — тихо спросил Рон. — А я тебе говорил, что это он начинает, — ответил Гарри, не в силах противостоять внутреннему порыву. Оказавшись рядом с женщиной, они оба достали блокноты и самозаправляющиеся перья. — Я аврор Поттер, а это аврор Уизли. Миссис Харрис, не возражаете ли вы, если мы зададим вам несколько вопросов? — Нет, вовсе нет, — ответила невысокая волшебница, нервно заламывая руки. — Вы говорите, что не видели этого предмета раньше? — спросил Гарри. — Нет, но я только недавно приобрела много всего на распродаже имущества и ещё не успела всё разобрать, — ответила она. — Семья хотела избавиться от всех вещей, поэтому я смогла купить все сундуки и мешки за один раз. Большая часть вещей не имела никакой ценности, но я заметила среди них парочку артефактов и предметов антиквариата, которые точно купят. Ничего особенного, но я была уверена, что получу с них прибыль, даже если всё остальное придётся выкинуть. — А было ли в сундуках что-то необычное? — Я ничего такого не видела, но, как я уже сказала, я не успела разобрать всё. — Когда вы вызвали авроров, вы утверждали, что здесь оставили проклятый предмет, и просили прислать ликвидатора проклятий. Откуда вы знаете, что он проклят? — Ну, он должен быть проклят! Я провела несколько тестов — таких же, какие я обычно провожу над зачарованными артефактами, прежде чем инвентаризовать их и пустить в продажу. Показания превысили все пределы! Вы когда-либо видели что-то подобное? — спросила она, широко раскрыв глаза. — Я думала, так бывает только с артефактами, хранящимися в Министерстве… — она понизила голос до шёпота. — Ну, знаете, у невыразимцев. — Что ещё вы можете сказать о человеке, которому принадлежали все эти вещи? — спросил Рон. — То есть о волшебнике, который умер. — Немногое, на самом деле. Перед тем, как отправиться туда, я провела кое-какие исследования, чтобы понять, есть ли у них какие-то особые семейные реликвии. Их семья состоит из огромного числа полукровок, маглорождённых и чистокровных, поэтому я не ожидала найти никакой древней истории и чистокровного антиквариата. Этот мужчина, Малькольм Блайт, был немного затворником, если можно так сказать. В молодости он занимался наукой, изучал древнюю магическую историю или что-то в этом роде, но не занимался коллекционированием. Насколько я могу судить, он преподавал в различных учебных заведениях по всему миру. Информации о нём немного, и у меня сложилось впечатление, будто его родственники тоже мало о нём знают. Та женщина — его внучатая племянница, кажется — сказала, что в последний раз видела его десять лет назад на свадьбе двоюродного брата. — Основываясь на ваших показаниях и тестах, вы можете ещё что-нибудь рассказать нам об этом предмете? — спросил Гарри. Миссис Харрис оглянулась на артефакт, в который Малфой по-прежнему яростно метал заклинания. — Кожаные ремни выглядят как ручная работа, но камень… Нет, я никогда не видела ничего подобного, — она начала дрожать, пока говорила. — Я даже не могу сказать, из чего он. И тесты не смогли показать мне ничего, кроме уровня магии D-5. — И вы сказали аврору Смиту, что не знаете, украли ли что-нибудь? — продолжил Рон. — Нет… Не пропало ничего из того, что я уже успела записать. Сундуки были открыты и выглядели так, словно в них кто-то рылся. Те предметы, которые находились на полу, когда я сюда пришла, я ещё не инвентаризовала, поэтому я могу только предположить, что они из сундуков. Как думаете, с вором что-то случилось? Этот артефакт его убил? — она в ужасе распахнула глаза. — Мы не знаем, миссис Харрис, — ответил Гарри. — Если вспомните что-нибудь ещё, пожалуйста, дайте нам знать, — Рон протянул ей визитку, и они с Гарри отошли в сторону, чтобы сравнить свои записи. — Что думаешь? — Думаю, нам нужно узнать, что выяснил Малфой. И хотелось бы мне взглянуть на остальные сундуки. Давай ты поговоришь с ним, а я посмотрю, нет ли там ещё каких-нибудь зацепок относительно того, что это может быть за артефакт? Рон кивнул и подошёл к Малфою. Артефакт теперь был опутан разноцветной паутиной заклинаний. Гарри надеялся, что Рон сможет что-нибудь из него вытянуть — что-нибудь действительно стоящее. Он сомневался, что Малфой, основываясь на нынешнем затруднительном положении, расскажет Рону что-то о том, что им уже известно, но, возможно, он выяснил что-то ещё. Гарри вернулся к сундукам и принялся осматривать те, с которыми не успел поработать в прошлый раз. Через два часа он осмотрел всё содержимое сундуков и весь покрылся потом и пылью. Ни один из предметов не выдал уровня магии выше D-2, который соответствовал довольно простым заклинаниям, а большая их часть вообще оказалась просто мусором, не имеющим в себе ни малейших следов волшебства. Закончив свои записи, Гарри вновь взял в руки найденный несколькими минутами ранее кожаный блокнот. Он быстро пролистал его, когда только вытащил из сундука, но не понял ни слова. Теперь, когда он закончил инвентаризацию остальных предметов, ему захотелось взглянуть на этот блокнот ещё раз. Текст внутри был написан на языке, которого он никогда раньше не видел. Ему показалось, что символы, возможно, похожи на ближневосточные, но чуть сильнее наклонены; однако он не мог сбрасывать со счетов и тот вариант, что это был язык каких-то магических существ. Гермиона достаточно много говорила на эту тему, чтобы он понял, что вообще мало знает о магилингвистике. Он задумался, удастся ли привлечь её к этому делу. Отделу магического правопорядка часто приходилось сотрудничать с Отделом тайн, но служащим почти никогда не представлялось возможности самим выбрать, с кем они будут работать. Однако он надеялся, что, учитывая тот факт, что нужно разобрать неизвестный язык, к нему в напарники поставят Гермиону. После многих лет работы с магическими существами в Министерстве она стала своего рода экспертом по нескольким магическим языкам. В конце концов, её приняли на работу в Отдел тайн и она получила полную свободу действий в исследованиях по всему миру. В основном ей не разрешалось говорить о своей работе, но из того, что Гарри удалось узнать, она по-прежнему могла работать посредником и параллельно с ведением дел в Отделе тайн помогать магическим существам отстаивать свои права. Чаще всего она оставалась в Англии — особенно теперь, когда у них с Роном появилось двое маленьких детей, — но иногда её вызывали и в другие места, где требовался магилингвист. Гарри со вздохом опустился на маленький табурет возле сундуков и поправил очки, стараясь не задеть лицо перчатками или блокнотом. Он снова посмотрел на блокнот и продолжил листать его, пока, добравшись примерно до середины, не увидел несколько набросков. В основном они представляли собой какие-то странные фигуры — Гарри ничего из этого не узнал. Затем он перевернул ещё одну страницу, и сердце у него подпрыгнуло к самому горлу. Прямо посередине был нарисован предмет продолговатой формы, с чем-то вроде стержня, проходящего через него. Этот предмет был изображён с разных ракурсов, а всё свободное место на развороте заполняли линии и примечания, которые Гарри не смог разобрать. Он подумал о том, чтобы показать блокнот Малфою, но потом подумал, что Малфой, вероятно, кинется в него каким-нибудь не очень приятным заклинанием, если он подойдёт слишком близко — вполне ожидаемая реакция после того, что Гарри сделал вчера. Ему нужно будет найти способ быстро добраться до блокнота в следующий раз, а затем выяснить, как связаться с кем-то, кто сможет его перевести. — Есть что-нибудь? — спросил Рон, подходя к нему. — Блокнот, но я не знаю, на каком языке здесь всё написано, — Гарри раскрыл его, чтобы показать Рону, и тот наклонился в попытке рассмотреть получше. — Малфой что-нибудь нашёл? Гарри положил блокнот в специальный пакет, как и остальные улики, и заполнил на нём бирку, прекрасно зная, что утром всё это снова окажется в сундуках. — Нет, и он нервничает. Я никогда его таким не видел. То есть он, конечно, всегда немного колючий, но сейчас он действительно расстроен. И он мне ничего путного не сказал, только продолжал твердить, что ничего не знает и просто хочет, чтобы я оставил его в покое и не мешал ему работать, — Рон бросил на Гарри раздражённый взгляд. — У меня такое чувство, дружище, что это дело не из тех, которые можно так легко открыть и закрыть. Гарри вздохнул и подавил истерический смешок, который так и норовил сорваться с его губ. Отлично, подумал он. Если Малфой — ликвидатор проклятий! — ничего не понимает, значит, они определённо оказались в беде. Билла на помощь никак не позвать — чтобы получить новую информацию, у них есть всего один день. Гарри на самом деле даже не был уверен, полный ли это день: Малфой ведь сказал, что он пил вечером вино, а потом внезапно проснулся утром в своей постели. — Ты закончил? — спросил он у Рона. — Да. Пойдём. Сейчас мы тут ничего уже не сделаем. Патрульный сказал, что он останется до тех пор, пока Малфой не закончит со своими делами, а потом проследит, чтобы никто сюда не проник. А учитывая показания артефакта, Министерство скоро пришлёт ему напарника, — объяснил Рон. Гарри кивал на его слова, прекрасно понимая, что всё это не имеет никакого значения. Он взглянул на Малфоя, который стоял на полу на коленях, склонившись над предметом, окружённым нитями магии, и что-то бормотал себе под нос. Гарри ещё никогда не видел его таким напряжённым. В некоторых местах из его причёски выбились пряди волос; он работал так лихорадочно, что Гарри невольно ощутил мгновенный укол сожаления за то, что накануне лишил его возможности собрать хоть какую-то информацию. Но потом он вспомнил, что не смог бы провести никакого расследования, если бы Малфой продолжал выгонять его с места преступления, и, соответственно, не сумел бы найти этот блокнот. Выйдя из магазина, он тут же почувствовал, как сожаление стремительно угасает. Гарри попрощался с Роном и отправился домой, по дороге захватив в маленьком ресторанчике немного индийской еды на вынос. Переступив порог своего дома на площади Гриммо, он сбросил обувь и глубоко вздохнул. Он продумывал следующий шаг всё то время, пока ждал свой заказ. Начать работу над блокнотом с самого утра будет невозможно, потому что тогда он ещё не получит дело. Ему нужно будет пережить все события того утра до того момента, когда Робардс отдаст ему папку. Гарри слегка поморщился при мысли об очередной порции сухих булочек, испечённых Роном. А хуже всего было то, что у него в доме нет никакой еды, а значит, ему придётся продолжать есть эти сухие булочки, чтобы не мучиться от голода. Он понимал, что ему действительно следует получше следить за наличием еды дома, но обычно он был так занят работой, что чаще всего перебивался перекусами. Он плюхнулся на диван и поставил контейнер с едой на кофейный столик. Стоило снять с контейнера крышку, как в нос Гарри ударил аромат специй, и он мгновенно почувствовал, что напряжение в теле немного спало. Горячий ужин и несколько часов отдыха пойдут ему на пользу. Хотя он и не совсем разделял панику Малфоя, которая, казалось, охватывала его весь день, Гарри начал беспокоиться о том, сколько времени займёт решение этой проблемы. Он отломил кусочек наана и мысленно посетовал, что не застрял, например, в субботе. Покончив с ужином, Гарри решил распланировать свои дальнейшие действия. Он призвал блокнот и перо и начал набрасывать планы. За этот вечер он не успел бы больше ничего сделать, но, возможно, у него получилось бы разработать самый быстрый план, с которым можно заполучить себе в напарники кого-нибудь из невыразимцев, кто поможет ему с переводом. Оглядываясь назад, он подумал, а не следовало ли ему просто положить тот блокнот себе в карман и сразу же отнести Гермионе. Вряд ли он вляпается в неприятности из-за ненадлежащего обращения с уликами, если завтра об этом никто не вспомнит. Набросав несколько планов и зачеркнув их все, Гарри вздохнул и потёр руками лицо. Ему просто нужно…***
Гарри проснулся от звука будильника и испуганно подскочил на кровати. Дерьмо. Он только что сидел на диване, а потом оказался здесь. Да уж, перезагрузка казалась гораздо менее обескураживающей, когда случилась уже во сне. Должно быть, именно это и произошло с Малфоем — он пил вино и читал книгу, а потом внезапно проснулся утром в своей постели. Раздражённо откинувшись на подушку, Гарри попытался вспомнить, во сколько часов закончился его вечер. Вроде бы было не так уж и поздно. Он потратил несколько минут, пытаясь вычислить хотя бы примерное время, основываясь на том, когда покинул место преступления, но, наконец, сдался. Если они с Малфоем ничего не выяснят до конца этого дня, вечером ему представится ещё один шанс выяснить время перезагрузки. Он всё ещё не придумал, как заставить Робардса быстро привлечь невыразимцев к работе с блокнотом, но решил, что сегодня не стоит зря терять времени, и вскочил, сразу же принявшись собираться. Ему просто нужно добраться до места преступления, найти блокнот и забрать его оттуда. Гарри вышел из камина в Министерстве. Он успел сделать всего три шага, прежде чем на него налетела ведьма в пурпурной мантии. — Простите! — пробормотала она и поспешила дальше. Гарри сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Это уже начинало раздражать. До него вдруг дошло, насколько же предсказуемой была его жизнь, если каждое утро ему требовалось ровно столько же времени, чтобы собраться на работу, сколько и вчера. Раньше он никогда не обращал на это особого внимания, но теперь, задумавшись об этом, он понял, что каждое утро приходит на работу почти в одно и то же время. До того, как угодить в петлю, он думал, что просто пунктуален, но теперь сам себе начал казаться немного скучным. Ещё раз вздохнув, он пересёк Атриум, миновал огромную статую и добрался до своего стола. Зная, что на завтрак его ждут сухие булочки, он схватил со стола кружку и направился прямиком в зону отдыха. Дожидаясь, пока закипит чайник, он прокручивал в голове план действий. Ему нужно дождаться Рона, съесть чёртову булочку, если он не хочет остаться без еды, потом дождаться появления Робардса, а затем отправиться на место преступления. Оказавшись там, он сможет позволить Рону заняться опросом хозяйки, как и в первый день, а сам направиться в заднюю комнату, к товарам с распродажи имущества. Он задумался, сколько времени ему потребуется, чтобы найти блокнот и не вызвать подозрений, и в конце концов предположил, что если он вдруг ошибётся, то у него всегда будет завтра… или сегодня. Он вернулся на своё место и принялся ждать Рона.
