Тайная вечеря

Мозговое вещество надпочечников начало активно синтезировать адреналин, пульс заметно участился, я слышала его в ушах, мозг протрезвел, потому что сосуды расширились и печень начала работать активнее, функциональные способности моих скелетных мышц значительно усилились и вот я, абсолютно неспортивный человек от природы, скачу, как убегающий от лесного пожара, заяц – русак. Силы начали заметно покидать меня, когда я уже выбралась из леса и была на территории академии, но ожидаемого чувства безопасности не было. Страх, сжимающий горло, охватывающий все сознание, никуда не уходил, он лишь нарастал. Все сознание сосредоточилось на мысли о том, где найти спасение. Ноги сами меня привели к комнате Ника, я молилась, чтобы он уже пришел домой, слегка переведя дух, я заколотила по двери. Невероятно долгое ожидание убивало меня, я параноидально оглядывалась по сторонам, боясь увидеть преследователей, ведь это так глупо умереть в минуте от спасения. - Что – то случилось? – Ник вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. - В лесу были люди, они хотели убить меня, Ник! – я заламывала пальцы, мой голос дрожал, а все мое существо хотело наброситься на Ника, обнять его и попросить защитить меня от какого – то сектанского культа, но я себя сдерживала, видя, что он не рад меня видеть. - Глюки словила? – он ловко достал из кармана куртки злополучный пакетик и, тряся им перед моим носом, вполголоса заговорил, - эта дрянь убьет сначала твою личность, а потом тебя. Ты уже сама не знаешь, что говоришь и что видишь. Буквально час назад ты мне объясняла, что я выдумщик, что я слишком погрузился в то, что сам придумал, и сейчас, после неизвестного мне количества снюханного стимулятора, ты прибегаешь ко мне в комнату вся дрожащая, грязная, с огромными зрачками, сердцебиением, что я слышу отсюда, стоишь передо мной заламываешь руки, вся из себя жертва погони. Но не было никакой погони. Твой мозг тебя обманул, Ева. Ты просто словила бэд трип. - Какой в жопу бэд трип? – я отряхнула одним движением куртку и почувствовала, как ноют царапины на руках, - такого от обычного фена привидится не может! Ник, я знаю, что я видела, я правда это видела! На глаза навернулись слезы, я почувствовала себя маленькой девочкой, которой не верит единственный друг в том, что она видела единорога. А может, это был, действительно, просто единорог, которого, как мы все знаем, не существует? Но я не могла поверить, что это лишь проекция воспаленного, уставшего мозга, на который надавили стимуляторами. - Ева, ты не можешь быть уверена, что это лишь фен, в эти порошки чего только не насыпят, вдруг там были соли, - он смягчил тон, положил мне руку на плечо и, уже готов был притянуть меня к себе для объятий, как дверь за ним резко открылась. - Ники, ты еще долго будешь болтать? – за дверью стояла Вайолет, первокурсница, которую я очень часто видела в библиотеке. Она мило выглядела в его футболке, с растрепанными волосами, слегка раздраженная, бросила на меня секундный презрительный взгляд. - Я же сказал оставаться в комнате, - он убрал руку с моего плеча, - Векслер, иди в душ, а потом в постель, тебе нужно проспаться. Дверь передо мной закрылось, как и сердце, которое было уже готово впустить к себе Ника. Разбитая, плачущая я добралась до комнаты, переоделась в чистое, и взяв принадлежности для душа, пошла исполнять приказ Ника, уже не веря реальности раннее увиденной картины. В моей голове шла ожесточенная борьба. Если я признаю, что Ник прав и все что было недавно лишь глюк, то у меня для себя две плохие новости: первая состоит в том, что мой барыга подмешивает мне жуткую синтетику. Вторая плохая новость – у меня проблемы с наркотиками. Если же это был не глюк, то либо в самой академии, либо в городе есть жуткий культ, который, возможно, будет меня преследовать. И я не хотела верить ни в одну из этих версий. Субботнее утро выдалось солнечным, по крайней мере, так мне сказала Мишель – девушка с моего потока, крайне приветливая и навязчивая, которая пыталась со мной подружиться. Ее огненно - рыжие курчавые волосы контрастировали со всем окружением, и только в эту осеннюю пору они гармонировали с кленовыми листьями. Она заглянула ко мне в комнату ближе к трем часам дня, узнать, как я себя чувствую после вчерашней вечеринки и куда так быстро исчезла. Она принесла мне кофе и печенья. Пока я завтракала, Мишель без остановки болтала, казалось, что самый большой ее страх – тишина. Я бы могла назвать ее одной из красивых студенток. У нее была хорошая фигура, складное лицо, усыпанное веснушками, янтарные глаза, на которые я любила смотреть в солнечный час, потому что они напоминали мне расплавленное золото, тягучее и обжигающее. Мишель я привлекала своей отстраненностью, холодностью, ее тянуло ко мне, как к отрицательно заряженному заряду, когда она была искрившимся плюсом. Ей удалось меня рассмешить пару раз, хотя уровень гормонов счастья сейчас был как никогда низок. - Ева, мне кажется, нужно выбраться в город, может, за покупками? – она уставилась на меня щенячьими глазками, и я, удивив своим ответом не только ее, но и себя, начала собираться. Дружба невероятно загадочная вещь. Ты впускаешь человека в глубину своего сознания, можешь рассказывать наполненные символизмом и какофонией сны, доверяешь и доверяешься, делишь эмоции, отдаешь абсолютную платоническую любовь другому человеку. Дружба – это всего лишь удовлетворение потребности общения? Или важная, неотъемлемая часть жизни человека? Дружба нужна для развития себя самого, для радости и горя, для болезни и здравия, настоящая дружба – это истинный дар. Кажется, что спутника жизни найти проще, чем настоящего друга, искреннего, честного друга, который может стать частью твоей семьи без государственных условностей, а просто как данность. Если вспомнить про компьютер, предсказывающий будущее, можно было путем легких вычислений узнать, что весь сегодняшний день Ева Векслер, то есть я, проведет в кровати, смотря в потолок и ненавидя всю свою сущность. Но хаос, вторгнувшийся в мою комнату без приглашения, уже повернул жизнь в другое русло. Хаос необязательно должен приносить зло, какой бы он не был, он нарушает линейность повествования жизни, что придает ей витиеватые сюжеты, неожиданные повороты событий и, например, приводит меня к началу дружбы с Мишель Роуз. Мишель любила массивные украшения, очки нулевки и плиссированные юбки. Я же любила кожаные черные пиджаки, круглые серьги и ботинки на массивной подошве. Мы пили кофе, болтали ровным счетом ни о чем, и это меня удивляло, ведь для разговора с Ником мне нужно было хорошенько напрягать извилины либо совсем молчать, он любил разговаривать об искусстве, политике, все его речи несли в себе смысл непонятный для обывателя. И стоило мне вспомнить о его эксцентричной натуре, как я увидела приближающегося к нам молодого философа. - Доброго полудня, - он уселся за столик, поставил на его середину коробку моего любимого печенья с шоколадной крошкой, - это в качестве извинения за вчерашнюю грубость. - Не извиняйся, Ники, я бы сама себя выгнала вчера – я язвительно улыбнулась и потянулась за печеньем. Николас быстро понял мою отсылку, перехватил мою руку и сказал: - Мне правда жаль, что я не был рядом, когда был нужен тебе. На тот момент я был зол. - На тот момент ты был просто занят, и я все понимаю. Надеюсь, Вайолет не разозлилась, что к тебе ночью пыталась прорваться девушка. – за искренним внешним моим спокойствием и равнодушием внутри меня играла самая настоящая драма, живот скручивало от волнения, пульс участился, а к горлу подходил ком, и дело было даже не в Вайолет, а в том, что, когда я была уверенна в безусловности выбора, выбрали не меня. - Вкусное печенье, - неожиданно в разговор вмешалась Мишель, напомнив нам о своем присутствии, - я не знаю, что между вами произошло или не произошло этой ночью, ребята, но печенье просто бесподобное. И вот спустя полчаса мы уже дружно смеялись, обсуждали однокурсников и преподавателей и наслаждались обычной студенческой жизнью совсем позабыв о недавних трагических событиях, которые беспощадно выдернули нас из привычной колеи. В этот момент я была действительно счастлива, счастлива без алкоголя, наркотиков и сигарет. Такого блаженного чувства удовлетворения своей жизнью давно меня не посещало. Казалось, что все случившееся лишь прошлое, которое привело меня к тому, что я сейчас имею, и в настоящий момент меня окружала компания веселых, кудрявых ребят, с которыми мне было комфортно. Мы возвращались в общежитие уже под вечер, сгущались сумерки, на улице было довольно прохладно, но тепло, исходящее от моих друзей, меня согревало. Николас потушил сигарету, когда возле нас остановился черный, отполированный Range Rover, окно машины опустилось и мы увидели улыбающееся лицо Мистера Джексона. - Николас, Мишель, Ева, садитесь в машину, я тоже еду в академию.