Soul Searching (Поиск души)

Зена поднялась, хотя и очень неохотно. Обернув простыню вокруг талии, она вышла из спальни, чтобы открыть дверь. Габриэль пробормотала несколько отборных слов о времени и уединении и начала искать свой халат, который она нашла запутавшимся с брюками Зены у изножья кровати. Сунув одну руку в одежду, затем другую, она обернула её вокруг себя и завязала пояс, освобождая волосы одной рукой. Схватив штаны Ареса, она пошла за Зеной, чтобы увидеть, какие кризисы постигли сейчас царство. Глаза Палаемона расширились, когда вошла Королева, и ему стало совершенно ясно, что он прервал. Он переводил взгляд на Габриэль и Ареса, смехотворно надеясь, что каким-то образом неправильно истолковал ситуацию. Вступив в разговор, Королева положила ладонь на поясницу Ареса, двигая ею медленными успокаивающими кругами. Жест был бессознательным и интимным, и Палаемон некоторое время смотрел, прежде чем выйти из оцепенения. — Простите меня, ваше величество, я только что информировал… Зена подняла руку, останавливая его. — Палаемон, просто вернись в темницу и убедись, что пленник хорошо защищён. Королева и я скоро спустимся. — Как пожелаете, лорд Арес. — Капитан неохотно поклонился и вышел из комнаты, его прежнее хорошее настроение испарилось. Когда дверь закрылась, Зена обернулась и усмехнулась. — Угадай, кого они только что арестовали? — Пожалуйста, не говори мне, что это был Автолик. — ≪Мне нечего отрезать! Хорошо, что он готов отрезать≫. Зена покачала головой, тихо смеясь. — Ещё нет, Габриэль. Хотя меня это не удивит. Никто не поправляется в одночасье. Габриэль приподняла брови при лёгком тоне голоса Зены. Возможно, её любимый вор невольно заработал несколько очков с Завоевателем, прервав её и Ареса ранее в тот день. Сама она по очереди расстраивалась, злилась и, наконец, была благодарна. — Ну? Кто тогда? — Твой любимый ореховый пирог и мой. — Да! — Габриэль победно сжала кулак. — Мои мысли в точности. — Где они нашли эту предательскую сучку? — Она была поймана в комнате целителя, пытаясь убить меня… э… Ареса… э… — Зена почесала затылок. — Вакханки! — Габриэль яростно сплюнула. — Но неважно, давай просто оденемся и спустимся туда. — Она практически побежала обратно в спальню, чтобы одеться. — ≪Боги, пусть всё это почти закончится. Пожалуйста≫. — Так много для послесвечения, — проворчала Зена, следуя за своей супругой. — ≪Ты достигла конца пути, Каллисто≫. ***** Зена и Габриэль расстались, когда Автолик встретил их за пределами темницы и потребовал немного требовательным тоном, с укоризненным взглядом на Ареса, что ему нужно поговорить с Королевой. Завоеватель рассмеялась про себя, когда Автолик осторожно взял Габриэль за руку и увёл её прочь. — Я думал, что ты более популярный бог, Арес. Кажется, все знают, какой ты ублюдок. Зена открыла дверь в темницу и чуть не задохнулась от мерзкого зловония. Тьма овладела её чувствами, и она прищурилась, глядя в тусклый свет факелов. Ей пришлось напомнить себе, что богов, вероятно, не рвало. Охранник вскочил со стула, слегка покачиваясь от очевидного головокружения от такого быстрого подъёма. — Лорд Ар… Арес! Зена изобразила высокомерную позу, типичную для Бога Войны, когда она посмотрела на дородного мужчину. — Ты ожидал Купидона? — Нет, лорд Арес, но… Она снисходительно махнула рукой. — Отведи меня к Каллисто. — Да, лорд Арес. Тюремщик увёл Зену дальше в темницу, намного глубже, чем она заходила за несколько сезонов. Мужчина повесил свой факел для курения на крючок, торчащий из сырой каменной стены. Плюнув обеими руками, он упёрся ногами и массивными предплечьями и бицепсами ухватился за ручку тяжёлой двери и потянул, бросая плечи и обратно в движение. Толстая деревянная плита медленно скреблась по камням пола, открываясь с громким скрипом. Вырвавшийся наружу запах чуть не сбил Завоевателя с ног, её живот вздрогнул. Она стряхнула это. Изо всех сил стараясь дышать только через рот, она вошла внутрь. Здесь хранилось самое худшее из худшего. Было тихо и темно, как сама смерть. Что было уместно, решила Зена, поскольку эти заключённые будут распяты в течение нескольких коротких дней. Её взгляд скользнул по осуждённым мужчинам и женщинам. ≪Думаю, мне тоже не хотелось бы здесь разговаривать с сокамерниками. Неудивительно, что они никогда не взывают о пощаде перед тем, как быть пригвождёнными к кресту. Они слишком счастливы, чтобы избавиться от этой отвратительной вони! ≫ — Последняя камера справа, лорд Арес. Мы поместили её туда одну, чтобы другие заключённые не убили её. Зена крякнула в знак признательности и протянула ожидающую руку. Страж немедленно взял свой факел и сунул его в хватку Завоевателя. — Оставь меня. — Да, лорд Арес. — Прежде чем исчезнуть, он улыбнулся гнилостной улыбкой, смешанной с презрением. — Я тоже тебя люблю, — пробормотала Зена тюремщику, делая большие шаги к концу грязного коридора. Просматривая решётку, она обнаружила Каллисто, свернувшуюся в углу, сидящую на холодном полу, обнимая свои колени. С неё сняли доспехи и кожу, и на ней была грязная бесформенная туника, которая будет переработана после её смерти. — Вставай, сумасшедшая сука! — скомандовала Зена. Картина Каллисто с окровавленным кнутом в руке заполнила её разум, накапливая тёмную ярость, не подходящую для встречи, на которой она должна была быть Аресом. Она прикусила щеку изнутри, заставляя себя сосредоточиться на безвкусной задаче. — Арес! — Бывший генерал бросилась к решётке своей камеры, на её лице было ясно написано облегчение. — Забери меня отсюда! Зена невесело усмехнулась. — Зачем мне это делать? Особенно с учётом того, что в последнее время ты, кажется, пытаешься убить мою Избранницу. Каллисто попыталась покаяться, но не смогла. — Я знаю, что ты сказал мне не трогать ни одну из них. Но… — Но ничего! — ≪Арес это сказал? ≫ — Скинуть её с лестницы было достаточно плохо… Лоб Каллисто наморщился. — Ты прекрасно знаешь, что я этого не делала. Я просто пыталась немного помочь жалкому убийце. Давай, Арес, — подтолкнула она. — Если бы мы были свободны от Зены, то были бы свободны и от надоедливой маленькой блондинки, и я могла бы править Царством! — Она засунула кончик пальца в рот и одарила Ареса своей лучшей соблазнительной улыбкой. Живот Зены сжался. Когда Каллисто протянула руку через решётку, чтобы погладить её лицо, всё, что она могла сделать, не отступить. Её ноздри раздулись от отвращения, и Генерал застенчиво улыбнулась, восприняв это как свидетельство возбуждения. — Ты побрился, — промурлыкала Каллисто, слегка поглаживая кожу. — Мне это нравится. — Карие глаза скользнули по волосам Ареса, затем расширились. Она остановилась. — Умм… мне тоже нравятся волосы. Это… гм… интересно. Зена схватила её руку, болезненно сжав её. — Меня не волнует, нравится тебе это или нет. И не притворяйся, будто ты не столкнула Зену со ступенек Старой Сторожевой Башни! Каллисто отстранилась от него, критически изучая его лицо. — Тебя ударили по голове или что-то в этом роде? Ты знаешь, что это была не я. Если бы я подобралась так близко, она была бы мертва, а не просто умирала. Ну, я всегда могу надеяться, что она выживет и закончит жалкой калекой. Никогда! — Она первой упадёт на свой меч. — Лёгкая дрожь потрясла голос Зены. — ≪Боги, я даже не думала об этом≫. — Её глаза ненадолго закрылись, когда мысль о том, что она станет обузой для своей супруги, принесла ей едкий привкус желчи. — О той ночи… Улыбка скривилась на губах Каллисто. Она вспомнила битву, в которую Арес привёл её в ту ночь. — О, это было восхитительно! Вся эта красивая кровь и резня. Не говори мне, что ты уже забыл, что я была твоей гостьей. — Её взгляд стал знойным. — Особенно учитывая то, что мы сделали после. Зена прочистила горло. — Конечно, нет! — ≪Аид! ≫ — Она надула грудь и сверкнула собственной сексуальной ухмылкой. — Я хотел услышать, как ты это говоришь. — Она пожала плечом. — Ты знаешь, как я. Каллисто продолжала смотреть на него с намёком на настороженность. — Конечно, знаю. Я очень хорошо тебя знаю, Арес. — Так кто же тот убийца, которому ты пытаешься помочь? — спросила Зена с вынужденной небрежностью. Генерал вскинула руки вверх. — Как я знаю. Но тот, кто подошёл достаточно близко, чтобы коснуться её и не перерезать ей горло… идиот. — Она сделала шаг назад, когда температура в комнате упала на десять градусов. Терпение у Ареса заканчивалось, и она почувствовала, как глубоко внутри неё трясётся паника. Действительно ли он оставит её здесь на распятие? — Давай, Арес. Вытащи меня отсюда. Дай мне закончить то, что я начала, чтобы ты и я могли править миром так, как она должна была править! Прежде чем Зена смогла ответить, Палаемон и трое других стражников вошли в дверь в дальнем конце коридора. Длинными шестами они толкали и открывали узкие зарешечённые окна наверху высокого потолка. Струя прохладного свежего воздуха затопила темницу, а заключённые стонали и закрывали глаза от яркого света. В тюремном корпусе были разложены ароматические свечи, а по полу были разбросаны связки ароматических трав. — Палаемон, что происходит в Тартаре? — рявкнула Зена. — Королева уже в пути, — он сделал паузу, бросив на Бога взгляд, который можно было бы описать иначе, как ≪Лорд Арес≫. ≪Я попадаю в вонючее подземелье, и когда Габриэль входит, они проветривают это место и посыпают травами, как будто сейчас Солнцестояние! ≫ — Что, чёрт возьми, здесь происходит?! — возмущённо взревела она. — Арес, — Каллисто схватила его за жилет, — забери меня отсюда, и я… — Ты что?! — Габриэль ворвалась в темницу. — Ты снова придёшь за кем-нибудь из моей семьи? Может быть, за моим ребёнком или за моей умирающей женой? Или даже за мной? — Она подняла левую руку, сравнивая свой соединительный браслет с длинным разрезом на лице Каллисто. — Интересно, могу ли я дать тебе подходящий набор. — Ты маленькая сучка! — Каллисто отпустила Ареса, когда её руки вылетели между решётками. — Теперь это способ поговорить с твоей королевой? — Габриэль улыбнулась, сделав крошечный шаг назад и оставив между собой и камерой расстояние, достаточное для того, чтобы кончики пальцев Каллисто едва касались её туники. — Ты не моя королева. Я перережу себе глотку, прежде чем поклонюсь тебе. — Обещаешь?! Зена услышала хруст в голосе своей жены и знала, что её недавняя выходка с криками, направленная на то, чтобы запугать сатрапов, сказалась на её голосе. Она повернулась к охраннику. — Принеси мне и королеве Габриэль по чашке воды. Охранник кивнул, уходя выполнять волю Бога. — Угадай, что, Каллисто? — Габриэль нашла время, чтобы обнять Ареса за тонкую талию. — У тебя больше никогда не будет шанса причинить боль тому, кого я люблю. Разве это не так, Арес? Зена счастливо улыбнулась. — Верно, моя королева. — Она опустила голову, поймав свою супругу в нежном, но страстном поцелуе. Палаемон с удивлением смотрел, как Каллисто взвыла от ярости. Бешеные глаза переводили взгляд между тёмным богом и молодой королевой. Габриэль выпустила губы Зены, очень осторожно поглаживая лицо Зены и дёргая её нижнюю губу зубами, прежде чем отодвинуться. Зене это нравилось, и она знала, что это вызовет у неё громкое хныканье. Что, конечно, было. Она подошла на шаг ближе к Каллисто и очень медленно облизнула губы, одарив бывшего генерала яркой улыбкой и дерзко подмигнув. Каллисто с ужасом смотрела, как Арес с обожанием смотрел на Габриэль. Она никогда раньше не видела такого выражения на его лице, и она была уверена, что он был совершенно неспособен. — Ты не Арес! — обвиняла она, погрозив пальцем Зене. Высокий Бог невинно указал на себя. — О? Кто я? Может быть, Зевс? Или Афродита? — Она ухмыльнулась, приподняв бровь таким жестом, как у Зены, что, несмотря на эту невероятность, Каллисто точно знала, на кого она смотрит. — Зена?! — Она начала истерически кудахтать. — О, это замечательно! — Она хлопнула в ладоши. — Я не знаю, как и почему, но… Габриэль разразилась стальным смехом. — Мой, мой, мой, — крикнула она с притворной грустью. — Кажется, это мрачное и страшное подземелье что-то сделало с твоим и без того безумным мозгом. Палаемон? — Да, ваше величество? — Он шагнул вперёд со своего места вдоль стены. — Я собиралась приказать её распять. — Габриэль заколебалась, видимо, обдумывая ситуацию. — Но очевидно, что она не в своём уме. Было бы неправильно предать её смерти. — В её глазах появился хищный блеск. — Вместо этого перемести её в столичный приют. И убедись, что она находится в заключении с безумными преступниками. Я бы не хотела, чтобы она оставалась без компании. — Как хотите, ваше величество. Каллисто отступила в дальний конец своей камеры, крича, проклиная и бормоча что-то о заклинаниях и трюках, ещё больше укрепляя в умах всех, что она совершенно безумна. Тюремщик, посланный за водой, вернулся и передал королеве чашу. Габриэль благодарно улыбнулась и сделала долгий сытный глоток, наслаждаясь прохладной жидкостью, стекающей по её горлу, почти так же, как она наслаждалась истерикой Каллисто. Затем надзиратель вручил чашу Аресу. Бог сделал здоровый глоток самой мерзкой жидкости, которую Зена когда-либо пробовала. Она вылетела из её рта, и она начала задыхаться. Габриэль похлопала её по спине. — Что это? — зарубила Зена, вытирая язык пальцами, желая, чтобы у неё были рукава. Тюремщик расправил плечи. — Вода из резервуара, лорд Арес. Зена швырнула чашку в коридор, заставив её лязгнуть до самого конца. — Танк, в котором заключённые стирают одежду раз в месяц?! — Это вода, которую пьют заключённые, — холодно сообщил он Аресу, готовясь к быстрому и суровому наказанию. Зена ухмыльнулась и сделала угрожающий шаг к огромному человеку, у которого внезапно появились другие стражники и Палаемон, чтобы помочь ему в случае необходимости. — Нет, Арес, — прервала Габриэль, надеясь удержать свою супругу от нападения на охранника. Она прижала свою чашку к губам Зены, позволяя ей попробовать прохладную чистую воду. — Вы уволены, охранники. Спасибо. — Она бросила на Палаемона предупреждающий взгляд, и он быстро собрал тюремщика и охранников, подтолкнув их к двери, прежде чем Арес окончательно рассердится. Когда они оказались вне пределов слышимости, и Палаемон снова занял своё ненавязчивое место у стены, Габриэль просунула руку под жилет Ареса, чтобы насмехаться над Каллисто. — Это тело так восхитительно, — проворковала она в пользу генерала, едва вспомнив, что нельзя добавлять ≪Зена≫ в конце предложения. — Пойдём, снова найдём ему хорошее применение, не так ли? Зена покусала шею Королевы, на мгновение забыв обо всём, кроме мягкой шелковистой, тёплой кожи под её губами. — Так много способов, и так долго ты будешь умолять меня остановиться. — Никогда, — искренне пообещала она. После нескольких секунд пытливых поцелуев и блуждания рук Габриэль отстранилась и послала Каллисто небольшой поцелуй. Она взяла Зену за руку и пошла по тюремному корпусу, хорошо осознавая лёгкое прерывистое дыхание своей партнёрши и покрасневшую кожу. Габриэль посмотрела через плечо. — Наслаждайся новыми раскопками. Ты будешь там до конца своей естественной жизни. — Она холодно улыбнулась, наслаждаясь моментом в полной мере. — Или до тех пор, пока другие заключённые не устанут от тебя так же, как и мы. Каллисто с криком упала на колени. ***** Габриэль злобно рассмеялась, пока они с Зеной шли по каменному коридору, который вёл обратно во дворец. Зену почти переполняла гордость. Габриэль действительно была приятельницей, достойной править Царством рядом с ней. Хриплый довольный смех её возлюбленной заставил Зену гордиться и совершенно возбудиться. Она взглянула на пах Ареса. — Я рада, что у тебя по крайней мере был хороший вкус, чтобы вести себя в темнице. — Что? — спросила блондинка, толкнув Зену бедром, едва расслышав эти слова. Хотя она была уверена, что с её стороны это было ужасно неправильно, ей казалось, что она идёт по облакам. Её особенно позабавило, когда Каллисто сказала ей, что если она хочет всего этого, ей придётся трахнуть и Палаемона. Бедный капитан чуть не упал в обморок на месте. И Королева и Завоеватель немедленно согласились повысить зарплату Палаемона до статуса опасного долга и найти ему пару, чтобы в следующий раз он не впал в такое отчаяние. — Я ничего не сказала, — запротестовала Зена. Она нахмурилась, ненавидя лопнуть пузырь счастья Габриэль, но не желая откладывать это дольше, чем необходимо. — Габриэль? — Хм? — Не Каллисто столкнула меня с лестницы. Габриэль замерла как вкопанная, её хорошее настроение развеялось по ветру. — Что?! Но она пыталась убить тебя. Они поймали её! Она… — Да, любимая, она сделала. — Зена схватила Габриэль за руки. — Она пыталась убить меня сегодня. Кажется, она была с Аресом в ту ночь, когда меня столкнули с лестницы. Габриэль прижала ладони к закрытым глазам, в опасной близости от того, чтобы разрыдаться. — Боги, — вздохнула она несчастно. — Это должно было закончиться. Я была уверена, что это Каллисто! Зена заключила меньшую женщину в объятия, поцеловав её макушку. — Я бы хотела, чтобы это было. — Мы вернулись на круги своя. Завоеватель покачала головой. — Абсолютно нет, мы исключили Каллисто. Мы также знаем, что самоубийство Малауйса было уловкой и что он был убит моим убийцей. — (Было бы) убийцей, Завоеватель, — немедленно поправила Габриэль, осмеливаясь сказать Зене другое. — Правильно. — Зена заправила светлую прядь волос за ухо Габриэль. — Будет. В любом случае, надеюсь, в этот самый момент один из сатрапов не выдерживает давления твоих чудесно доставленных угроз. Габриэль разочарованно вздохнула, поцеловав Зену в ключицу, прежде чем она отстранилась, и они продолжили свой путь. — Ты права. Мы не вернулись на круги своя. Мы на квадрате полтора. — Габриэль. — Её имя было нарисовано. — Всё в порядке, Зена. Я не сдамся. Зена нежно усмехнулась. — Я знаю. Так куда теперь? Мы действительно не сможем ничего сделать, пока не дадим сатрапам больше времени подумать над Антонием, — её губы скривились в хитрой улыбке, — трагическая судьба. — Теперь мы идём навестить твоё тело, — решительно сказала Габриэль, когда они завернули за угол, несколько охранников обратили внимание, когда они проходили. — Я скучаю по нему и хочу убедиться, что всё в порядке. Зена поморщилась. — Должны ли мы? — Мысль о том, что она лежит там, вызывала у неё тошноту и одновременно злость. — Мне действительно нужно, Зена. Но я могу пойти одна, если хочешь. — ≪Пожалуйста, не обращай на меня внимания. Мне нужно, чтобы ты была рядом со мной, чтобы убедить меня, что ты цела и что ты здесь, со мной≫. — Нет шансов. Габриэль сочувственно пожала руку, которую она держала, прежде чем попытаться поднять настроение. Слабый запах жареной свинины и свежего хлеба дал им понять, что по другую сторону стены слева от них находились огромные кухни дворца. Их желудки заурчали в унисон. Зена покачала головой, и женщина невысокого роста криво усмехнулась. — О… чуть не забыла. Ты хочешь знать, что я услышала сегодня, когда ты разговаривала с Каллисто? — Возможно нет. — Зена невольно улыбнулась. — Но всё равно продолжай. Габриэль усмехнулась в ответ. — По дворцу ходят слухи, что люди злятся на Ареса за то, что он такой мерзавец, который соблазняет их скорбящую королеву, — она остановилась на драматическую паузу, закрыв глаза рукой и вздохнув, — которая, конечно же, так обезумела из-за своей умирающей подруги, что не в состоянии отразить его коварные нападки… Зена закатила глаза. — Puuuuleeeez. Габриэль от смеха запрокинула голову, поднесла её и кивнула. — Ага, Арес — всего лишь старый пёс в том, что касается персонала дворца и твоих солдат. Я практически вдова в трауре, а ты со мной ужасно волен. — Напомни мне сказать Палаемону, кто был сверху. — Не смей! — Она хлопнула по твёрдому бицепсу. — Все они думают, что я вырезана из сот, даже те, кто не был уверен во мне раньше, теперь на моей стороне. — Что ж, я согласна с посохом. Арес — ублюдок. И ты сладка, как мёд, но у тебя есть тартар. Зена уклонилась от второго удара, которому явно не хватало настоящего жала. — Ой! Знаешь, то, как ты собрала всех вокруг твоего мизинца, — включая меня, — добавила она беззвучно, — и то, как ты рассказывала сатрапам, — заставляет меня думать, что ты должна быть актрисой или, может быть, даже бардом. Габриэль фыркнула. — Быть по-настоящему, Зена. Бард? С меня хватит вонючих таверн и солдат наощупь, которых хватит на всю жизнь. — Её глаза закатились, пристально глядя на высокого тёмного партнёра, который, несмотря на то, что выглядел совсем иначе, всё же чувствовал себя как дома для Габриэль. — Ну… — поправила она. — Большинство солдат. ***** Гримасничая, Автолик держал маленький окровавленный мешочек как можно дальше от своего тела. Охранник распахнул дверь конференц-зала, и вор вошёл внутрь, швырнув мешок на стол с бесцеремонным крошечным стуком. — От нашей царицы… — Он взглянул на Клеопатру. — Надеюсь, вам не понравится правильный. Египетский монарх стояла на шатких ногах. Она потянулась за сумкой, но Мелоса схватила её за руку. — Позвольте мне, ваше величество. — Губы Мелосы скривились от отвращения… к Клеопатре. — Я предпочитаю взглянуть на содержимое, прежде чем тебя вырвет. Клеопатра подавила неприятный ответ, но кивнула, оставив ужасную обязанность заглядывать в мешок Амазонке. Мелоса открыла сумку. — Это ухо. — Человека? — спросил Брут. — Нет, слона. — Она уставилась на римлянина с открытым ртом. — Конечно, это человека, идиот! — Амазонка передала сумку Боадикеи, которая, очевидно, была совершенно недовольна находкой. Она ожидала увидеть глазное яблоко или, по крайней мере, красивую мошонку. Это было совершенно разочаровывающим. Кивнув, она согласилась с тем, что Мелоса опознала часть тела, и передала сумку Лао Ма. Автолик выхватил зубочистку из чаши на столе и задумчиво прикусил её конец. — Антоний, должно быть, не слушал Королеву, когда она сказала, что у тебя есть три часа, чтобы сказать ей, кто совершил покушение на жизнь нашей Госпожи. Я надеюсь, что ради него кто-то послушается на этот раз. — Он постучал зубочисткой по подбородку, прежде чем отбросить её. — Конечно, если нет, я уверен, что кто-нибудь из вас или Антоний увидит свет в следующем раунде. — Он начал уходить. Остановившись в дверях и не оборачиваясь, он пожал плечами. — С другой стороны, может, он и не станет. ***** Хотя Габриэль знала, что Зена стоит позади неё, целая и невредимая, вид изувеченного тела её жены, беспомощно лежащего в постели, заставил её сердце заболеть, и к горлу поднялся твёрдый ком. — Мне никогда не было больно за него так, как я болела за тебя, — прошептала она телу Зены, её пальцы нежно расчёсывали длинные тёмные волосы. — И я знала его всю свою жизнь. — Габриэль? Габриэль почувствовала, как Зена двинулась за ней, положила большие руки ей на плечи и успокаивающе помяла их. Она протянула руку, схватила Зену за руку и молчала так долго, что Зена не думала, что собирается ответить. — Я просто думала о Пердикусе, — наконец сказала она. — Когда его убили… Мне было грустно, потому что я бы с моим другом. Но когда я увидела тебя… вот так… вот так… — Она посмотрела на тело Зены, и слёзы навернулись на её глаза так быстро, что у неё не было времени их остановить. — Я… я хотела умереть. — Она тяжело сглотнула. — Я не могла представить свою жизнь без тебя. Я не хочу представить жизнь без тебя. — Я выясню, кто это со мной сделал. С нами. — Завоеватель взяла Габриэль за подбородок, приподняв, пока влажные глаза не посмотрели ей в глаза. — Или я умру, пытаясь. — Она подмигнула. Габриэль сварливо отдёрнула подбородок, но тихий смех всё же вырвался. — Это так не смешно, Зена. Зена почувствовала странное ощущение в животе. О, круто. — Я не хотела сильно расстраивать тебя, Габриэль. Я… — Остальное, что она собиралась сказать, было прервано, когда дверь в комнату открылась, и в комнату вошли Нисса и Джаррод. — Мне жаль. — Девушка нервно посмотрела на Ареса. — Надо было постучать. Я не думала, что здесь будет кто-нибудь, кроме охранников. Их нет снаружи и… и… и… Габриэль и Зена терпеливо ждали, пока наставник перестанет болтать. Было очевидно, что ей было не по себе в присутствии красивого бога. — Простите меня, ваше величество. Джаррод попросил встречи с нашей лордом-завоевателем. Я… я… думала, что всё будет хорошо. Но… но… — Расслабься, Нисса. — Габриэль мягко улыбнулась, не выдержав ни секунды мучительно неловкого лепета. — Сейчас хорошее время. Джаррод закончил свои дневные уроки? Учитель кивнула. — Тогда твой рабочий день окончен. Хорошего вечера, Нисса. — Габриэль подавила смех, когда девушка оглянулась через плечо, выходя из комнаты, её взгляд упал прямо на Ареса, который улыбнулся и пошевелил пальцами в виде волны, заставляя Ниссу бежать к закрытой двери. — Боги… я… я, — начала заикаться Нисса, её руки переместились к покрасневшим щекам. — Я не… — Всё в порядке, Нисса. — Габриэль встала и открыла девушке дверь. — Арес, — тихо предупредила она, чувствуя, как Зена готовится дразнить взволнованную девушку. Королева повернулась и беззвучно произнесла: ≪Будь мила! ≫ своему смеющемуся приятелю перед тем, как выпустить Ниссу. — Хорошо… б… пока. — Учитель умчалась прочь. Габриэль покачала головой и закрыла за собой дверь. Когда она снова повернулась, она положила руки на бёдра и взглянула на Зену, что означало, что у неё серьёзные проблемы. Победитель улыбнулась, подняв обе ладони вверх в жесте полной невинности. Когда Габриэль продолжала смотреть, она несчастно хмыкнула. — Боги, Габриэль, ты знаешь, у меня действительно есть репутация, которую нужно поддерживать, — скулила она. Джаррод выглядел слегка сбитым с толку, но быстро сосредоточился на молчаливом пациенте. Королева улыбнулась, протянула руку своему сыну и эффективно игнорировала возмутителя спокойствия, стоявшего через комнату, и подошла к кровати Зены. Она притянула его к себе и прошептала ему на ухо. — Скажи ей, что любишь её, сынок. Я знаю, что она тебя услышит. Джаррод сомневался, но мама уговорила его лёгким толчком. Мальчик наклонился над кроватью, стараясь не коснуться Зены. Он нежно поцеловал её в щеку. — Я люблю тебя, мама. Пожалуйста, вернись к нам поскорее. Зена двигалась позади Габриэль, прижимаясь губами к уху жены, так что только она могла слышать слова. — Она будет, сынок. Она слишком сильно любит тебя, чтобы делать что-нибудь ещё. ***** Все трое сели за обеденный стол в квартире Завоевателя, а Джаррод взглянул на Ареса уголком глаза. Палаемон объяснил, что, поскольку Зена была Избранницей Ареса, Бог Войны был здесь, чтобы помочь Габриэль помешать сатрапам захватить контроль над Царством, пока Зена была ранена. Но мальчик не мог понять, почему Арес всегда был так близок со своей мамой. Почему его глаза подозрительно мелькали на других, но когда они останавливались на ней, они смягчались и выглядели очень милыми. И что ещё более странно — его мама делала то же самое! Только она и Зена должны так смотреть друг на друга! Они поженились. Зена, почувствовав недовольство Джаррода, на протяжении ужина почти ничего не говорила, наблюдая, как мальчик раскладывает свою еду вилкой. Габриэль положила салфетку на стол и нахмурилась, глядя на почти нетронутую тарелку сына. Что-то пошло не так. К этому времени Джаррод обычно уже хорошо готовил вторую порцию. — Джаррод, дорогой, тебе нужно закончить ужин. — Она указала на еду подбородком. — Да, мама. — Он взял вилку и начал резать жареного ягнёнка. Но мясо никогда не доходило до его рта. — Что-то не так, Джаррод? — спросила Зена, гадая, выскажет ли мальчик своё мнение. — Нет, сэр. — Ты врёшь. — Слова были сказаны твёрдо. Глаза Джаррода расширились. Он забыл, с кем разговаривал. — Мне очень жаль, сэр. Это просто… просто… — Говори, мальчик. Поражённые глаза сосредоточились на Боге. — Арес, что ты…? Зена взглядом заставила замолчать свою подругу. Джаррод с лязгом уронил вилку, и его интенсивные зелёные глаза поднялись, чтобы встретиться с взглядом Ареса. ≪Он был зол≫, — вздрогнув, осознала Зена. Хотя парень изо всех сил старался скрыть это, его выдавали тонкие губы и сжатая челюсть. — Я скучаю по Зене. Я хочу, чтобы она поправилась и вернулась домой, чтобы мы снова могли стать семьёй. Зена подняла чашку, пряча ухмылку за широким краем. — Что ещё? — ≪Давай, Джаррод. Есть больше. Чтобы это увидеть, не нужен Бог≫. Джаррод посмотрел на свою маму, затем на Ареса, его брови сошлись. — Ты будешь спать на диване сегодня вечером? Габриэль чуть не выплюнула вино через стол, но сумела удержать его с помощью руки. Откуда он это взял? — Как ты думаешь, я должен здесь спать? — Зена наклонилась вперёд, отталкивая свою тарелку с сухой, пережаренной бараниной и безвкусными мягкими овощами. — ≪К чёрту этих злобных слуг и их мелкую месть! ≫ Джаррод кивнул. — Да. — Зачем?! — спросила Зена глубоким, гулким голосом, отчего Габриэль подпрыгнула. Восьмилетний мальчик вскочил на ноги. Его колено ударилось о край стола, и Габриэль потянулась как раз вовремя, чтобы схватить его чашку, прежде чем она опрокинулась, проливая его молоко. — Она недоступна! — Он указал на свою мать. — Это просто неправильно! Зена ещё не умерла! И мне всё равно, если ты бог! — Джаррод! — У Габриэль отвисла челюсть. Её разум закружился, когда она поняла, что Джаррод не хотел, чтобы Арес занял место Зены в её постели и их жизни. — ≪Боги, кто ему сказал, что он может вырасти?! ≫ — Сядь. — Она отругала сына интонацией своего голоса, которая всегда означала, что он испытывает удачу. Мрачно он откинулся на спинку сиденья, не отрывая глаз от стола. Его нижняя губа высовывалась, и он сунул руки в карманы, ворча себе под нос. Затем Королева прижала свою жену испепеляющим взглядом и склонила голову к Джарроду, призывая Зену что-то сделать. Зена застенчиво оглянулась, зная, что она намеренно спровоцировала взрыв. ≪ Хорошо≫, — молча сказала она своей Королеве. Она положила ладони на стол и поднялась на ноги. — Ты абсолютно прав, парень. Она недоступна. И моё место на диване. У Габриэль ещё больше отвисла челюсть. ≪Это не то, что я имела ввиду! О, лучше не будь серьёзней, Завоеватель≫. — В самом деле? Зена торжественно кивнула. — Спасибо, — тихо сказал мальчик. Почти сразу же восстановив своё обычно светлое настроение, он отодвинул свою тарелку и начал рыться в еде, накалывая большой кусок, полный тёплых, приправленных пряностями кабачков и сочной жареной баранины. Завтра он расскажет Палаемону и Автолику о своём успехе. ***** Габриэль уложила Джаррода и рассказала ему о злом, но глупом Циклопе, который схватил деревенскую девушку, но её хитрые приёмы перехитрили его. Когда история закончилась, они остались вместе, уютно устроившись в его постели, разговаривая тихим приглушённым тоном, пока Габриэль изо всех сил пыталась заверить его, что присутствие Ареса не представляет угрозы для их семьи. Вернее, что он был здесь, чтобы помочь. Несколько сопель и несколько объятий сопровождали извинения Джаррода за его поведение за обедом. Зена сидела на низком мягком кожаном диване перед тёплым очагом, прислушиваясь к их разговору, но не могла выделить ничего, кроме случайных ≪Мне страшно≫ или ≪Я тоже по ней скучаю≫. Она ткнула в огонь длинным металлическим стержнем, поправляя брёвна и разжигая тлеющие угли, утешаясь знакомым запахом гикори и пониманием, что люди, которых она больше всего любила, были рядом. Зену забавляла мальчишеская ревность Джаррода и его обоснованное чувство приличия. И она гордилась им. Гордится своим решительным протестом перед лицом Бога. И рада, что кто-то не может просто вальсировать в её доме и врезаться в своё место в сердце её семьи. Не без боя. Она понюхала горькое вино из своей чашки и бросила её содержимое в огонь. Раздалось громкое шипение, когда красная жидкость брызнула на светящиеся брёвна, и пламя взорвалось всё выше. Она всё ещё не могла поверить, что повар и обслуживающая женщина посмели дать ей еду и питьё, непригодные для её злейшего врага. ≪И раньше я думала, что меня ненавидят! ≫ — её разум зарычал. Затем её мозг сжался, когда она с поразительной ясностью осознала, что её люди боялись Завоевателя больше, чем самого Ареса. Они никогда бы не бросили ей такой вызов. Её совесть подтолкнула её, и она призналась себе, что, несмотря на то, что она чувствовала к Аресу, она сделала гораздо, намного хуже, чем соблазнила королеву, пока её супруга умирает. Зена встала и потянулась, нахмурившись, потянув за кожу, натирающую её бёдра. Боги, возможно, и не потеют, но притворство Завоевателя богом наверняка потеет. Ареса никогда не видели без чёрной кожаной одежды, поэтому у неё не оставалось иного выбора, кроме как почистить этот набор. Она перешла в спальню, быстро сняла с него одежду и завернулась в тонкую льняную простыню. Она собрала тяжёлую кожаную одежду и босиком направилась к входной двери квартиры. Холодный каменный пол приятно ложился на тёплые ступни. Когда она открыла дверь, она жестом пригласила одного из двух охранников, стоявших в конце коридора. Мужчина рванулся вперёд, его доспехи звенели, его длинное копьё покачивалось из стороны в сторону, пока он приближался. Жиль сказал ему перед тем, как отправиться на дежурство, что сегодня вечером у королевы может быть компания, и он наморщил нос богу, который воспользовался своей королевой в час нужды. ≪Ублюдок≫. — Да, лорд Арес? — Отправь их на чистку, — решительно приказала Зена, прижимая тёмный кожаный свёрток к груди стражника. Солдат секунду возился с одеждой, удерживая шерстяной чулок от падения, захватив его остриём копья. — Лорд Арес? Зена устало выдохнула. — Нужно ли мне повторяться? Убрать их. О… — Она исчезла на мгновение, затем бросила свои ботинки на кучу в руках охранника. — И мои сапоги засияли. Второй стражник присоединился к первому у двери Завоевателя, чтобы проверить, нет ли проблемы. — Я пришлю их на чистку, лорд Арес, — сказал первый стражник. — И убедитесь, что они вернутся утром. — Готов поспорить, я буду, — пробормотал он. — Что? — Конечно, лорд Арес. — Он отступил по коридору, пиная чулок, который успел упасть, несмотря на его нерешительные усилия. Зена посмотрела на другого охранника, который всё ещё стоял перед ней. — Проблема? — спросила она, изогнув бровь. — Нет, лорд Арес. Нет проблем со мной, — покорно ответил мужчина, хотя было очевидно, что он не поверил ни единому слову из того, что говорил. Хотя ей хотелось хлопнуть дверью, она не боялась разбудить спящего Джаррода. Сдерживая себя, она тихо закрыла дверь и пошла обратно к очагу, грея руки перед огнём. — Да, лорд Арес. Нет, лорд Арес… — саркастически проворчала она. — Высокомерные куски дерьма кентавров. — Она обернулась на звук смеха Габриэль позади неё. — А что, по-твоему, смешного? Голос Зены был сварливым, и Габриэль знала, что её терпение было на пределе. Она была совершенно уверена, что, если бы она не вмешивалась сегодня несколько раз, некоторые из дворцовых служащих сейчас бы остыли в темнице, или того хуже. — Что-то вроде котелка, который называется чёрным чайником, не так ли, милорд? — Более низкая женщина прикусила щеку изнутри, чтобы не рассмеяться. — О, очень забавно. — Зена поправила простыню, накинутую на её тело. — Это совсем другое. — Это? — Габриэль скривила бровь, её глаза блуждали по одежде Зены. — Ты хорошо выглядишь в этом. Держу пари, ты тоже хорошо выглядишь в одной из этих причудливых римских туник. — Ага. Но я бы выглядела даже лучше. — Зена несколько раз приподняла брови. Королева двинулась вперёд и провела тыльной стороной ладони по колючей щеке Зены. — Тебе нужно побриться. — Ну, есть четыре слова, которые я никогда не думала, что услышу от женщины. Габриэль улыбнулась. Это было странно. — Есть ли у тебя какие-то четыре, которые тебе нравятся? — Займёшься со мной любовью? — Ты часто слышишь это от женщин, не так ли? — поддразнила Габриэль, зная, что большая часть придворных и врагов Зены в равной степени отдаст свои глаза, чтобы спать с высокой красавицей. — Больше нет, жена. — Зена игриво произнесла последнее слово, ухмыляясь, когда Габриэль сморщила лицо и появился розовый язык. Габриэль обняла Зену за шею, сцепив пальцы вместе. — Ага. А как насчёт Клеопатры? Карие глаза расширились. ≪Зевс! Откуда это пришло? ≫ — Хм… да, ну… это был особый случай. — Особый случай, моя нога! — Габриэль сбросила руки с шеи Зены. Повернувшись на каблуках, она вышла из гостиной, даже не оглянувшись, её улыбка осталась незамеченной. Зена стояла ошеломлённая. ≪А? Она не может злиться на меня? Я ничего не делала! ≫ — Эээ, на случай, если тебе интересно, Габриэль, мне тоже не очень нравятся эти четыре слова. — Завоеватель скрестила мускулистые предплечья. Зена наклонила голову и вгляделась в открытую дверь спальни, мельком видя, как Габриэль входит и выходит из тени спальни. Когда она получила удар по лицу и груди туникой и нижним бельём Королевы, она широко улыбнулась. — Зена? — Да? — Займись со мной любовью. ***** Зена стояла у кровати, давно забыв о простыне. Задыхаясь, она сделала большой глоток хорошего сладкого вина, которое, к счастью, заказала Габриэль, убедившись, что слуги знают, что оно будет для неё, а не для Ареса. Зена ошеломлённо наблюдала, как мокрое от пота тело Габриэль медленно передвигается по кровати. Она облизнула губы и рассеянно поставила чашку на тумбочку, вытирая рот тыльной стороной ладони, не сводя глаз с жены. Завоеватель потеряла представление о том, как долго они занимались любовью и играли. ≪Но, клянусь богами, ей понравилось! ≫ На этот раз Зена не была новичком в теле Ареса, и она не позволяла вещам ускользать от неё, как это было раньше. Она обнаружила, что для этого требовалось больше концентрации, чем обычно, но как только она поняла, что её новое тело стремительно рвётся вперёд, независимо от намерений, она смогла лучше контролировать себя и иметь Габриэль именно так, как ей хотелось. Так, как они оба хотели. Прошло очень много времени с тех пор, как она была с кем-то, кто мог не отставать от неё в сексуальном плане, и даже тогда этого никогда, никогда не было. Она не могла понять, какое значение во всём оказывает любовь, до того раннего осеннего утра, когда она приехала в Потейдию и навсегда изменила её жизнь. Это была свобода в её самой чистой и чудесной форме, и она жадно её пила. Габриэль посмотрела на свою супругу глазами с тяжёлыми веками и улыбнулась, белые зубы блестели в приглушённом свете свечей. Её руки медленно, эротично скользили по её торсу. И взгляд Зены следил за ними дюйм за дюймом, прожигая путь по её гибкому, слегка мускулистому телу. Габриэль корчилась на шёлковых простынях, которые казались прохладными на её разгорячённой плоти. Её губы были слегка приоткрыты, и она тихонько жужжала от чувственного удовольствия, её тело всё ещё покалывало после их последней встречи. Едва её руки соскользнули на верхнюю часть бёдер и начали блуждать по рыжевато-светлым кудряшкам, как они объехали, игриво потянув за простыню, не давая её чрезвычайно возбуждённому партнёру видеть, что именно она делает. — О нет! — Зена зарычала, хватаясь за простыню. Габриэль засмеялась и схватила его, скользкая кромка скользнула между кончиками пальцев Зены. — Это то, что вы хотите, лорд-завоеватель? — невинно спросила она, во всех смыслах походя на деревенскую девушку из Потейдии, но глядя на Зену полными похоти глазами, от которых Афродита покраснела бы. Она отодвинула малиновые простыни назад ровно настолько, чтобы обнажить гладкое бедро и край руки, заросшей в блестящие кудри. Зена закрыла глаза и уронила голову вперёд, её грудь расширилась от огромного глотка воздуха, который она проглотила. Она выпустила его очень медленно, её эрекция болезненно нарастала. Она буквально начала дрожать под тяжестью нарастающего возбуждения. — Да, Габриэль, — сказала она сквозь зубы. — Ты знаешь, что это так. Габриэль провела кончиками пальцев по центру, тихо стонала и не чувствовала стыда в своём удовольствии или удовольствии, которое её партнёрша получала, наблюдая за ней таким образом. Глаза Зены вспыхнули от досады. — Вверх! — потребовала она. Сейчас ей нужна была Габриэль. Когда молодая женщина не двигалась достаточно быстро, как ей хотелось, она наклонилась вперёд и мощной рукой оторвала простыню от кровати, позволяя ей упасть туда, где она могла, когда Габриэль полностью обнажилась перед ней. Голодные глаза пожирали этот великолепный дар. Блондинка села и встала на четвереньки, медленно пробираясь через кровать к своей любовнице, её движения приобрели кошачьи качества. — Как ты хочешь меня, Зена? — спросила она хриплым голосом, гораздо более подчинённым, чем обычно. Капля пота скатилась по груди Завоевателя, прежде чем испариться на невероятно горячей коже, её желание умножалось с каждой секундой. — Это хорошо, — простонала Зена, вращая указательным пальцем в маленьком круге и показывая Габриэль, чтобы она повернулась. Меньшая женщина легко подчинилась. Густые светлые волосы упали на простыни, когда она посмотрела через плечо, слегка покачивая бёдрами. — Как это? — Она представилась полностью. — Это то, как ты хочешь меня? — О да. — Взгляд Завоевателя скользнул по прекрасному телу её жены. Габриэль чувственно потянулась, и ухмылка Зены стала хищной. — Как прекрасно. — Зена провела рукой по влажной коже бедра Габриэль, чувствуя мягкие пушистые волосы под кончиками пальцев. Её ладонь скользнула по твёрдой круглой ягодице, затем медленно скользнула по позвоночнику, растирая и массируя на ходу. Без предупреждения она схватила Габриэль за бёдра и решительно потянула к себе задыхающуюся женщину. Зена перегнулась через спину своей супруги, плотно прижимаясь своим гораздо большим телом к Габриэль, их влажная кожа заскользила вместе. Она запустила руку в растрёпанные волосы и откинула назад, подняв подбородок Габриэль вверх. Чувства Габриэль пошатнулись. Она чувствовала, как более агрессивная сторона её напарника выдвигается на передний план, и она приветствовала это, наслаждаясь приливом огня, который пронизывал её вены всякий раз, когда её забирала Разрушитель Наций. Или тот, кто берёт. Горячее дыхание щекотало её ухо, и она вздрогнула от тихих, глухих слов, прорвавшихся сквозь неё. — Ты моя, — прорычала Зена, крепче сжимая влажные светлые волосы. Она убрала волосы в сторону, прижавшись губами к гладкой коже между лопатками Габриэль. Её рука обвилась вокруг и под телом, сердце которого билось так неистово, что она могла чувствовать его биение сквозь спину Габриэль, на её собственную грудь. Живот Габриэль задрожал и дёрнулся вслед за её пальцами, которые двинулись вперёд и наконец остановились на полной груди. Зена сжала, вздохнув от ощущения такой мягкой кожи, что ей стало интересно, растает ли она в её руке. Она осторожно взяла тёплый груз. Габриэль захныкала, крепко зажмурившись. ≪Боги, Зена≫. Она упорно боролась, чтобы не кончить на месте. Она была не готова, хотя её тело кричало иначе. Когда Зена взяла свой напряжённый сосок длинным и большим пальцем и твёрдо покатила его, горячая струйка влаги прожгла дорожку вдоль внутренней стороны бедра Габриэль. — Да, — простонала она, затаив дыхание, отодвигаясь назад и пытаясь установить контакт, которого она так отчаянно хотела, полностью предлогая себя своей партнёрше. Зена знала, чего они оба хотят, но она была полна решимости контролировать это. И она контролировала это, безжалостно удерживая бёдра Габриэль на месте, несмотря на почти ненасытную потребность её собственного тела приблизить её. — На этот раз ты меня умоляй, — прошипела она, дёргая за ухо возле губ острыми зубами. Завоеватель взяла то, что принадлежало ей, захватив губы Габриэль грубым поцелуем, который был немедленно возвращён. Чтобы не отставать, когда Зена отстранилась, Габриэль подскочила в сторону, кусая Зене горло с достаточной силой, чтобы пролить небольшую каплю крови. Завоеватель ахнула, и из её груди вырвался глубокий, почти зловещий смешок. — Я всегда знала, что у тебя есть склонность к вакханкам, Габриэль. — Её шея горела в том месте, где её только что укусили, пот смешался с крохотным пятнышком крови. Сочетание возбуждения с малейшим приступом боли привело её к новым вершинам страсти. Подняв руку, она вытерла пальцем крошечную капельку, облизывая её. — Кровь Ареса, — смутно осознала она. Насколько это отличалось от того, когда она несколько дней назад кусала Аресу губу. Она почувствовала силу его крови уже тогда, но это ощущение было пронизано отвращением. Теперь, однако, с прерывистым дыханием Габриэль, пронизывающим тихий ночной воздух, и их мокрыми от пота телами, так близко пахнущими сексом, она обнаружила, что поступок поразительно похожий был таким же опьяняющим, как любое вино, которое она когда-либо пробовала по сути страсти её жены, которую она пробовала много раз этой ночью. Её сердце бешено колотилось от любви и восхищения к этой молодой женщине, которая с распростёртыми объятиями приветствовала её случайные тёмные моменты в занятиях любовью, позволяя ей выражать себя полностью, без стыда и осуждения. Она была рада обнаружить, что Габриэль отдала всё, что у неё было, высвободив свои более тёмные желания в безопасное убежище, которое доставляло им обоим беспрецедентное удовольствие. И всё же та же самая нежная женщина заставляла Зену чувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы заползать к ней на руки и плакать, как ребёнок, в случае необходимости, зная, что ничего из того, что произошло, будь то нежность или грубость, нужда или великодушие, никогда не покинет уединение этой комнаты. — Вниз. — Завоеватель крепко зажала Габриэль лопатки, прижимая её голову к мягкому перьевому матрасу. Рука Зены вернулась к светлым локонам, чувствуя, как её супругу захлёстывает тёплое влажное желание. Она глубоко вздохнула, придавая пьянящий аромат раздувающимся ноздрям. — Ты хочешь, чтобы я была в тебе, Габриэль? Я так сильно тебя хочу, это больно. — Да. — Она могла только ахнуть и кивнуть, когда почувствовала, как рука Зены скользнула между её ног, поглаживая скользкую, горячую плоть с медленной нежностью, противоречащей её командному голосу. Зена встала и снова наклонилась над своей супругой, задавая вопрос, ответ на который уже был очевиден. — Ты хочешь, чтобы я взяла тебя сейчас, Габриэль? — Боги да! — Умоляй меня! Умоляй меня взять тебя. — Зена слегка выдвинула бёдра вперёд, закрыв глаза от ощущения жидкого тепла на её эрекции. Вокруг неё. — Умоляй меня! Габриэль была почти не поддающейся описанию, её собственное сердцебиение так громко стучало в ушах, что она едва слышала Зену. Она снова оттолкнулась, но её крепко удержали на месте. Габриэль судорожно сглотнула. — Зена, пожалуйста… — бесстыдно умоляла она. — Сделай это! Трахни меня! — О да! — Завоеватель вошла в свою спутницу жизни, сразу почувствовав, как Габриэль сжимается вокруг неё, их тела и души сливаются в одно. Королева громко застонала от удовольствия, когда она почувствовала, как её бёдра приподняты, чтобы встретить Зену: — Ааа… дассш… — прошипела она в чистом восторге, когда Завоеватель взяла её. Живот Габриэль сжался, а мышцы в её центре ритмично напрягались и отпускались снова и снова в ответ на переполнявшую её страсть. Этот раунд занятий любовью был поистине первобытным и утолил потребность глубоко в обоих сердцах. Освободив бёдра Габриэль, Зена упала вместе с ней, меняя положение и перекатываясь, пока Габриэль не легла на неё, солёная влажная кожа соприкасалась по длине их тел, мягкие груди прижимались к её твёрдой груди. Зена поднялась вверх, и их глаза встретились, когда они содрогнулись в унисон, страсть, наконец, овладела ими, когда они оба потерялись в море эмоций, где столкнулись вожделение и любовь. Габриэль хрипло вскрикнула, и глубокие удовлетворённые стоны Зены смешались с её голосом. Они взлетели, а затем медленно вернулись на землю. Всё вместе. ***** — Хммм. — Это был очень удовлетворённый вздох. Руки и ноги были переплетены вместе, но обе женщины были слишком измотаны, чтобы пытаться пошевелиться, тела остыли, а сердцебиение замедлилось. Завоевательница усмехнулась, когда её помощница снова вздохнула и уткнулась носом в её обнажённую грудь. Как кошка, которую только что почесали, Габриэль счастливо дремала в туманном тумане удовольствия. — Что тут смешного? — Порывы горячего воздуха щекотали голову светловолосой женщины, разбрасывая влажную чёлку по её лбу. — Ты. — Я? — Ты, — повторила Зена, вспоминая разговор, очень похожий на этот, много недель назад, во время их первого совместного ужина. Эта мысль заставила её улыбнуться. — Ты выглядишь очень счастливой. — Да. — Сказала от души. Руки Зены нежно поглаживали гладкую кожу плеч Габриэль, прокладывая ленивую дорожку по её спине. — Хорошо. Я больше не хочу видеть тебя несчастной, Габриэль. Габриэль крепче сжала свою подругу, прижалась ближе и почувствовала, как её губы слегка дрожат, когда она говорила. — Пока мы вместе, меня не будет. — ≪У нас мало времени≫. — Мы всегда будем вместе. — ≪В итоге≫. — Зена закрыла глаза, обнимая меньшую женщину. — У нас осталось всего два дня, Кси, — прошептала Габриэль, её разочарование нарастало с каждым словом. Завоеватель кивнула, чувствуя внезапное напряжение, пробивавшееся сквозь её партнёршу. — Я знаю, мама Медведь. Но мы намного ближе к выяснению того, кто это сделал, чем были раньше. Мы доберёмся туда. — ≪Мы должны≫. — Она вздохнула. — Ненавижу это говорить, но чем больше я думаю об этом, тем больше не думаю, что сатрапы замешаны. — Как ты можешь так говорить? — Габриэль слегка приподнялась, чтобы посмотреть в лицо Зене. — Это должен быть один из них. — Нет, Габриэль. Воины среди них не стали бы пытаться вывести меня таким образом. И все остальные. — Она приподняла бровь. — Ну… ухо ≪Антония≫ должно было быть более чем достаточно убедительным, чтобы они выдохнули друг друга. Зелёные глаза округлились. — Крыса? — Ммм… Множество мерзких маленьких крыс с глазами-бусинками. Все они сообщники. Они создали союз против меня… Габриэль наморщила лоб. — Как ты можешь быть уверена? — В конференц-зале, в который я их поместила, есть уши. — Зена усмехнулась, увидев удивлённое выражение лица жены. — Кроме Антония. — Уши? — Габриэль легко ударила кулаком по широкой груди Зены. — Ещё, пожалуйста. Объясни. — За стенами скрыты проходы, в которых люди делают заметки о том, что сказано между сатрапами. Затем они оставляют записи для меня, чтобы я их собрала и прочитала позже. Записи указывают на то, что они заключили союз, чтобы помешать мне набирать их лучших воинов. Но за пределами конференц-зала всё могло пойти дальше. Невозможно быть уверенной, если один из них не признается. Но мы точно знаем, что они объединяли силы против меня. Габриэль благодарно улыбнулась коварству Завоевателя. Она сделала мысленную заметку никогда, никогда не недооценивать свою партнёршу. — Ооо, это умно. — Я знаю. Почти так же умно, как променять жизнь осуждённого заключённого на его ухо, моя дорогая. — Да, ну, не то чтобы у меня лежали какие-то запасные части тела. — Королева пожала плечами. — Я всё ещё думаю, раз это была не Каллисто, то один из сатрапов — наш следующий самый сильный подозреваемый. Завоевательница грустно выдохнула, мысленно признав, что Габриэль права. — Я полагаю. — Она потянула маленькое розовое ушко возле подбородка. — Какую часть ≪Антония≫ они получат завтра? Габриэль скривилась и на мгновение задумалась. — Я думаю его язык. — Хм, будь осторожна, Габриэль. Клеопатра могла бы это идентифицировать. — Зена хихикала, пока не ударилась локтём по рёбрам. — Уууф… — Она игриво простонала и украла нежный поцелуй. — Пора мне идти. — Идти? — Тело Габриэль неосознанно приближалось к её соседу по постели. — Снова на диван. — Завоеватель отказалась надуться, хотя чувствовала себя ребёнком, лишённым любимой игрушки. — Зена! — Я сказала мальчику, что сделаю это, — твёрдо напомнила она. Габриэль покорно вздохнула, ей совсем не нравилась идея спать в одиночестве. — Так ты и сделала. — Она резко ущипнула свою партнёршу в живот. — Это было глупо! — Ну, — засмеялась Зена. — Не то чтобы я хотела. Но мы не хотим, чтобы Джаррод думал… Светлая бровь приподнялась. — Что я сплю в постели с Богом войны? Зена нахмурилась и посмотрела на тело Бога. — Мне тоже не очень нравится эта идея. — Я знаю, — мягко согласилась Габриэль. — Я знаю, что это было тяжело. Я имею в виду… мы очень повеселились с телом Ареса. Но я… я очень скучаю по твоему, Кси. Мы… — Молодая женщина сделала неопределённый жест рукой, не может понять, о чём она думает. — Лучше подходим друг другу, — предположила Зена, её глаза мягко мерцали. Каким бы интересным ни был этот небольшой эксперимент, она думала о том же. — Да уж. — Габриэль нежно улыбнулась, похлопывая Зену по груди. — Давай, позволь мне пойти и принести тебе дополнительные одеяла. Сегодня холодно. Зена пошевелилась, как будто собиралась встать, но вместо этого резко повернулась, перевернув Габриэль спиной на мягкий матрас и, используя вес своего тела, прижала её. Она озорно ухмыльнулась удивлённым глазам, моргающим на неё. — Здесь не холодно, Габриэль. — Её голос был хриплым мурлыканьем, и её губы начали со лба Габриэль, где они медленно, нежно поцеловали её путь к её горлу. Зена смочила своё адамово яблоко кончиком языка, а затем нежно пососала трепещущую точку пульса. Габриэль ахнула, и зелёные глаза рефлекторно закрылись. Ничего она не любила больше, чем ощущение того, что она прочно укоренилась в теле своей возлюбленной, и эти талантливые губы поклоняются каждому сантиметру доступной кожи. Она обняла сильные плечи и провела руками по спине Зены. — Боги, Зена, а в свободное время ты рестлер? — Она раздвинула ноги, позволяя Зене более комфортно устроиться между ними, вздрагивая от ощущения, как обнажённая, тёплая кожа скользит по её ногам. — Нет. — Её поцелуи вернулись к уху Габриэль. — У меня просто очень много навыков. Габриэль могла только кивнуть, когда едва сдерживаемое возбуждение вернулось к жизни. Зена действительно добралась до дивана той ночью… незадолго до рассвета. ***** Нос Габриэль сморщился, когда она снова посмотрела на ноги Зены. — Я думаю, это твои ботинки. — Я только что их почистила и отполировала! Блондинка покачала головой. — Я говорю тебе, Зена, этот запах исходит от твоих ботинок. Зена наклонилась и сильно вдохнула. — Аид! Я убью тех слуг! Габриэль сообразила, что она абсолютно серьёзна, и успокаивающе похлопала её по руке. — Пожалуйста, не убивай слуг. — Ей хотелось улыбнуться своей нелепой просьбе, но один взгляд сердитых глаз убедил её в обратном. Даже эта относительно мягкая форма неповиновения была совершенно чуждой Завоевателю. — Что ты посоветуешь мне сделать? Мои ботинки не поместятся на этих ногах. И я не могу использовать божественные силы Ареса, чтобы вызвать другую пару! — Верно, — признала Габриэль, почёсывая подбородок. — Но принесёт ли тебе убийство слуг пару сапог, которые можно использовать? — Зависит от размера ноги. — Xe! — Хорошо. Хорошо, — раздражённо проворчала она. — Да ладно, мы пойдём, посмотрим, сможет ли Моргейна нам помочь. Или тебе придётся весь день идти навстречу мне. — Я не верю в это, — проворчала Зена, когда они вышли в коридор возле своей комнаты. — Персонал дворца не рабы! Они наёмные работники. Не могу поверить, что они так себя ведут! Габриэль взяла Зену за руку и крепко переплела их пальцы, спускаясь по нескольким ступеням, ведущим к служебному и рабочему крылу дворца. — Тебе, моя дорогая Завоеватель, должно быть приятно, что они так себя ведут. Это показывает не только большую преданность мне, но и тебе. Они недовольны тем, что Арес пытается встать между нами. Завоеватель печально посмотрела вниз. — Но разве им пришлось уменьшить мои шорты? ***** Моргейна притихла, когда Габриэль закончила объяснять, что ей нужно. Не то чтобы она не слышала слов. Скорее, она просто была слишком отвлечена присутствием перед ней, чтобы слушать больше, чем наполовину. Древние глаза изучали тёмного бога с головы до пят. — Ты можешь нам помочь? — спросила Габриэль, переводя взгляд с Зены на Моргейну. Престарелая швея склонила голову в сторону голоса своей Королевы, хотя её глаза не сводились с Ареса. — Конечно, ваше величество. Всего один момент. — Женщина проскользнула в заднюю комнату с изяществом и скоростью, несовместимыми с её возрастом. Дрожь пробежала по спине Зены, когда Моргейна повернулась, чтобы уйти. — Эй? — Габриэль повернулась к супруге лицом к лицу, обеспокоенная задумчивым, почти растерянным взглядом Зены. — Что не так? — Я… я не знаю. — Взгляд Зены был прикован к дверному проёму, в котором исчезла Моргейна. Она пожала мускулистым плечом, пытаясь удержать странное, мимолётное ощущение, которое охватило её. — Ха. У меня просто странное чувство, вот и всё. — Ну, она довольно пристально смотрела на тебя. — Габриэль сама задавалась вопросом об этом. Но опять же, не каждый день Бог стоял на вашей кухне и просил о помощи. — ≪Это обязательно заставит любого почувствовать себя немного смешным, — сочувственно подумала она. — Пожалуйста, не позволяй Моргейне сделать Ареса несчастным. Я не могу остановить Зену от убийства всех! ≫ — Может быть. — Но Завоевателя это не убедило. Она знала Моргейну с самых первых дней её правления. Когда женщина была просто старой, а не окаменелостью. Но что-то сегодня было не так. Может, она боялась. Одно лишь тело Ареса несло в себе грозное присутствие, независимо от того, кто в нём ходил. — Она добрая женщина, Зена. Не сердись на неё. — В голосе и глазах Габриэль был оттенок мольбы. Ей нравилась Моргейна, считая её подругой по-бабушке. Если бы не терпеливое ухо старухи и не ободряющие слова, она, возможно, никогда бы не нашла в себе смелости признаться себе, что она влюбилась в Завоевателя и что она может и примет всё, что это значило. Зена отряхнулась от своих мыслей и улыбнулась, как она надеялась, успокаивающей улыбкой. — Я не буду, любимая. — Желая стереть взволнованное выражение лица Габриэль, она приподняла обтянутую чулком ногу и демонстративно пошевелила пальцами ног. Им пришлось избавиться от сапог. Запах был невыносимым. Это было нечто среднее между навозом и каким-то другим отвратительным ароматом, который нельзя было точно определить, но он определённо говорил о чём-то плохом и испорченном. Моргейна вышла из задней комнаты с новой парой блестящих чёрных кожаных ботинок. — Я сделала их некоторое время назад для своего мужа. Но старый дурак никогда не носит их. Он так любит свои старые, что настаивает на том, чтобы залатать дыры. — Протянув руки, она протянула их Аресу. — Я думаю, это может помочь. Когда Зена не взяла ботинки, Габриэль украдкой толкнула её локтём. — Э… спасибо, — запнулась Зена, забирая ботинки. Завоеватель подняла ногу, и Габриэль крепко обняла её за талию, надевая один, затем второй. Зена одобрительно промурлыкала, разглядывая богатую эластичную кожу и поглаживая её кончиками пальцев. — Они подходят как перчатки. Моргейна улыбнулась. — Каким-то образом я знала, что они будут. — Она повернулась к Габриэль. — Есть что-нибудь ещё, Ваше Величество? — Нет. — Габриэль ухмыльнулась. — Спасибо, Моргейна. — ≪Ах да, чуть не забыла≫. — Между прочим, я сегодня встретила твоего сына. — Вы знали? — сказала она с явной гордостью. — Жиль — хороший мальчик. Габриэль мягко рассмеялась. Жиль был легко на десять лет старше её отца, будь он жив. ≪Думаю, мы никогда не видим наших собственных детей взрослыми≫. — У него твои глаза Старуха покраснела и кудахтала на Габриэль за то, что она смутила её. Она заключила молодых женщин в неожиданные, яростные объятия, сочувственно прошептала ей на ухо: — Мне очень жаль Госпожу-Завоевателя, дитя. Габриэль моргнула, удивлённая силой объятий и эмоциями, которые она могла чувствовать, пробиваясь сквозь Моргейну. Но она искренне вернула его. От Моргейны пахло мятным чаем и мёдом, и её широкие руки казались ей успокаивающими, как будто ничто не могло причинить ей вред, пока она была там. Они обладали глубоким источником силы, из которого инстинктивно черпала Габриэль. — Мне тоже. — Её голос слегка дрогнул, и она уткнулась лицом в мягкое плечо. — Вы справитесь с этим. Не сдавайтесь. Габриэль покачала головой. — Никогда, — торжественно пообещала она. Зена молча изучала интимный разговор с большим интересом. Когда Моргейна отстранилась от Габриэль, Завоеватель выпустила дыхание, которое она бессознательно задерживала. Когда казалось, что их разговор окончен, она оттолкнулась от тяжёлого деревянного стола, к которому прислонялась, и медленно двинулась к жене. Швея сочувственно улыбнулась своей королеве и по-матерински потёрла руки вверх и вниз по подлокотникам ярко-зелёной туники Габриэль. Губы Габриэль изогнула лёгкая улыбка. — Ещё раз спасибо, — сказала она с оттенком удивления. Она чувствовала себя спокойнее, чем с тех пор, как начался весь этот беспорядок. — За всё. — Не за что, — искренне произнесла Моргейна. — Всё что угодно для вас или Королевства, моя королева. — Она покорно склонила посеребренную голову, когда Арес коснулся её и нежно взял Габриэль за руку. Подняв глаза, она ясно увидела связь между ними, сверкающую верёвку Судьбы, связывающую одну душу с другой. Она смотрела, как пара исчезла, их шаги стихли в унисон, головы уже склонились друг к другу в тихом разговоре. Когда они ушли, Моргейна с громким стуком плюхнулась на слегка шаткий стул и вздрогнула, когда её старые кости соприкоснулись с деревом. — Арес! Что ты наделал? — Её мысли вернулись к молодой Королеве. — Погоди, Габриэль. Не намного дольше. ***** Автолик осторожно протянул Габриэль небольшую коробку, вытирая руки о брюки, как только они соскользнули с его кончиков пальцев. Она начала открывать её, но он положил руку на её руку. — Не ходи туда. — Он поморщился. — Это некрасиво. Она глубоко вздохнула, сжимая коробку. — Я верю тебе на слово. — Они собрались в зале совета? — нетерпеливо спросила Зена. — Вы имеете в виду, что не знаете, лорд Арес? — саркастически бросил вор, дерзко приподняв бровь. Рука Зены подошла к мечу, толстые пальцы нервно постукивали по его рукояти. Холодные глаза остановились на самодовольном лице Автолика. ≪Кто-то сегодня меня слишком сильно затянет! ≫ — Я задал тебе совершенно простой вопрос, никчёмный… — (Простой), кажется, единственный вид, который ты знаешь, — парировал Автолик, хотя и себе под нос. — Что это было?! Лицо Ареса покраснело, и он начал приближаться к человеку. Габриэль с ужасом наблюдала, как Автолик выбрал худший из возможных моментов в своей трусливой жизни, чтобы вырастить хребёт и отстоять свою позицию. Блондинка бросилась между мужчинами, услышав громкое ≪шуршание≫ металла, когда меч Зены вылетел из ножен. — ВСЁ ВЕРНО, ДОСТАТОЧНО! — взревела Габриэль, опережая руку, кладя руку на широкую грудь Ареса, чувствуя его сердцебиение. Она удержала его твёрдой рукой, бросив на Автолика крайне раздражённый взгляд. — Пожалуйста! Всё это достаточно сложно без ваших ссор. Взгляд Габриэль снова обратился к жене. — Из-за ≪правил≫, которые ты установил, мне нужно выяснить, кто ранил твою Избранную, и мне нужна его помощь, чтобы сделать это. — Она внимательно изучала Зену, и когда она была достаточно уверена, что Зена не отрубит ему голову, Габриэль повернулась к вору и указала на него. — И ты мне не нужен… — Я знаю, ваше величество, — Автолик слегка покраснел. — Я… ну… я полагаю… — Тебе жаль? — Габриэль положила руки на бёдра, а Зена положила подбородок себе на плечо. Завоеватель украсила Автолика самым серьёзным взглядом, который она могла бы изобразить, если бы не она, зная, что её близость к Габриэль раздражает его ещё больше. Челюсти Автолика сжались, и он погладил свои усы, серьёзно подумывая сделать что-нибудь ещё более глупое, чем он уже делал. — Что ж? — сердито спросила Габриэль. — Арес, — внезапно прорычала она, угрожающе выговаривая имя. Она могла только представить, какой взгляд её товарищ бросал на Автолика за её спиной. Зелёные глаза закатились. — ≪Аид! У меня уже есть восьмилетний ребёнок! ≫ — Прости, — наконец извинился вор с притворной искренностью. — Я должен был понять, что существуют условия, о которых я не знал. — Затем его голос стал серьёзным, и его глаза остановились на Габриэль. — Ты и наша Госпожа полностью верны мне. Зена изогнула бровь, слегка впечатлённая, в то время как Габриэль повернулась к ней и улыбнулась. — Спасибо, Автолик, — злорадствовала она. Когда трио подошло к дверям конференц-зала, Автолик отошёл, оставив Зену и Габриэль навестить их с сатрапами. Пара услышала ворчание сановников прежде, чем увидела их. — Вы заметили, как странно ведёт себя Арес? — поинтересовался Брут. Его слова были встречены хором ропота. — Наша маленькая королева, должно быть, настоящая адская кошка между простынями, чтобы пленить не только нашу Госпожу, но и Бога войны, — засмеялась Клеопатра, но даже не видя её лица, Зена смогла прочесть зависть. Габриэль усмехнулась. — А вот и шлюха. — Она глубоко вздохнула, прежде чем ворваться в комнату, заставляя Ареса удлинять шаг, чтобы идти в ногу с её царственной походкой. Она не стала ждать, чтобы ей сказали: ≪Вот и ты≫. Поставив небольшую деревянную коробку на край стола, она слегка подтолкнула её, заметив, что все смотрели, как она скользит в центр большой полированной деревянной плиты. — Следующая часть головоломки Антония. Жаль для вас, я не очень люблю головоломки. Или ваши игры! Голос блондинки был лишён теплоты, и её ледяной взгляд скользил по каждому сатрапу по очереди. — Я только что приказала построить кресты. Третьего предупреждения не будет. В следующий раз, — указала она на Боадикею, — я приду за тобой. Ты первая, кого пригвоздим к кресту. Я начинаю с восхода солнца, завтра и ещё раз в час, пока моя проблема не решится сама собой. — И мы не останавливаемся на тебе, — усмехнулся Арес, его глаза блестели от едва сдерживаемой ярости. — Затем мы опустошаем ваши земли. И я не проявлю пощады! — Большой кулак ударил по столу, и все в комнате, включая Габриэль и Автолика, подпрыгнули. После драматической паузы Габриэль протянула руку Аресу, который поднёс её к губам и нежно поцеловал. ≪Боги. Хорошая Зена≫ — Охранник! — закричала Габриэль, довольная, что Жиль оказался в комнате с обнажённым мечом, прежде чем она даже успела сказать это слово. Она указала на очаг. — Потуши огонь. Убери их. — Она указала пальцем на стол, на котором стояло несколько графинов вина. — И этим заключённым не должно быть никакой еды или питья, пока вы не услышите иное. — Она посмотрела на мужчину. — От меня лично. Он склонил голову, на его губах появилась лёгкая улыбка. — Да, моя королева. — Он взглянул на сатрапов и широко улыбнулся. — С удовольствием! Габриэль снова повернулась к онемевшей группе. — Приятного дня, — мягко сказала она. Перекинув волосы через плечо, она вышла из комнаты. ***** — Ты одна злая сука. — Зена усмехнулась. — Боги, я люблю тебя! Габриэль засмеялась вместе со своей партнёршей, обхватив рукой мускулистое предплечье Зены, немного наклонившись к ней, пока они шли по двору. Она горько улыбнулась, прежде чем печально вздохнуть. — Я не знала, что это было во мне. — Её губы нахмурились. — Нет, это ложь. Я знала, что это было во мне. Мне просто не нравится то, что я люблю. — Габриэль, — вздохнула Зена. — В данном случае это было необходимо. Моя Королева, тебе нечего стыдиться. — Ммм… Может быть. — Невысокая женщина потирала пальцами розовую, холодную кожу Зены. — Тебе нужен плащ, — твёрдо сказала она, и её дыхание окутало её лицо облаком тумана. — Но… — Не беспокойся. — Габриэль подняла руку. — Меня не волнует, носит ли его Арес. Он начинает сегодня. Тебе холодно. Зена открыла рот, чтобы возразить, затем позволила ему закрыться. Ей было холодно. — Ты права. Мы возьмём один в следующий раз, когда вернёмся в нашу комнату. Габриэль кивнула. Она бы предпочла, чтобы они пошли за одним сейчас… Но Зена не очень хорошо отреагировала на ≪подкаблучника≫, а терпение её возлюбленной уже было в опасной близости от локации. Она прижалась ближе, надеясь разделить немного тепла тела, пока они пробирались через толстый ковёр из мокрых листьев, поднимая пышный землистый аромат влажной почвы. Они поднялись на небольшой холм и пошли по одной из нескольких каменных дорожек, пересекающих огромный двор. Зена внезапно остановилась, на мгновение потеряв равновесие у Габриэль. — Ого. Тёмные глаза уставились на высокое зловещее строение. — Мне нужно вернуться туда. Габриэль тяжело сглотнула, легко вспомнив резкий запах крови, царивший у подножия ступеней Старой Сторожевой Башни. Кровь Зены. Она отпустила Зену, обхватив руками живот, и отогнала внезапную тошноту. — Хорошо. Пойдём. — Габ… — Даже не говори этого. Я не позволю тебе вернуться туда одной. Даже если сейчас светло. Увидев решительный блеск в глазах Габриэль, Зена неохотно кивнула. Пока они шли к башне, воин сосредоточила свой разум, пытаясь восстановить настроение и события той ночи. Воспоминания были такими яркими, как будто они навсегда зажгли её глаза. Она позволила себе снова пережить их, надеясь вспомнить что-то важное. То, что она упустила из виду. Был страх за Джаррода, разочарование, написанное на его веснушчатом лице, когда она с треском упала со своего пьедестала. Её собственный позор. Чувство вины. Гнев. Ужас видеть себя глазами Джаррода в этот самый момент. И зная в своём сердце, что она намного страшнее, чем его детский ум мог вообразить. Распахнув дверь, они вошли в холодное, рядное здание. Кто-то был наверху. Они слышали слабое эхо шагов. Зена вытащила свой тяжёлый, острый как бритва меч в тот момент, когда Габриэль выдернула кинжалы из сапог, и они начали тихий подъём по лестнице. Оказавшись наверху, Зена молча бросилась за угол, приготовившись к битве. Темноволосый мужчина лежал на полу на четвереньках. Похоже, он что-то искал. Зена прижала остриё клинка к основанию его черепа. — Потерял что-нибудь? — Ааа… Лорд Арес? — Мужчина держал голову совершенно неподвижно, узнавая голос. О, парень. — Пожалуйста, не надо. Габриэль услышала слова Зены и пробежала последние несколько шагов. Пульс у неё учащался от энергичного подъёма, а лицо и шею покрыл лёгкий слой пота. Её сердце угрожало остановиться, когда она увидела Зену и… Автолика? — Что во имя Аида?! — Похоже, преступник вернулся на место преступления, — прорычала Зена, наступая на спину Автолика своей обутой ногой и заставляя его растянуться на животе. — Я искал другой проход! — бормотал он о мокрые камни, выплёвывая полный рот грязи и слизистого мха. — Мы знаем, что здесь нет никаких проходов! — Габриэль пронеслась мимо Зены к голове вора. Схватив его за волосы, она прижала один из своих кинжалов к его горлу. — Ты пытался убить Зену? — Нет! Есть проход, Габриэль! Смотри! — Он слабо стукнул по полу. — Если нет, я буду стоять здесь тихо и больше не протестовать, пока Арес отрубит мне голову, но, пожалуйста, сначала посмотри. Пожалуйста. — Вставай! — Зена и Габриэль закричали одновременно. Как только вор ушёл с их пути, они осмотрели пол. Руки Зены двигались по полу, пока кончики её пальцев не нашли желобок. Габриэль продолжила выкапывать грязь из канавки, пока она не стала чистой. Затем Зена взяла остриё своего меча и распахнула люк. Они наклонились, глядя в длинную чёрную как смоль шахту. — Хорошо, я буду проклят. — Зена почесала щеку остриём меча. Автолик упал на колени, его охватило облегчение. — Увидьте. — Он указал на камни. — Я знаю, для чего это использовалось. Видите это расположение шкивов, рычагов и тросов? — Он поднял свой факел с пола и прижал его к шахте. — Солдаты используют это, чтобы отправлять оружие и припасы во время битвы. Габриэль и Зена просто смотрели. — Эй! — он возмущённо фыркнул. — Я вор. Не дурак. Габриэль вгляделась в темноту. — Значит, кто-то мог войти снизу. Воспользовался системой, чтобы подняться на платформу, толкнул Зену и сбежал, не оставляя следов, потому что они стояли на выдвижном полу. — Правильно! — вор. — Может быть, — сказала Зена, всё ещё не полностью убеждённая. — Закрой пол. — Килджой. — Автолик приподнялся и осторожно закрыл люк. Зена снова огляделась, сделав три шага вниз. — Автолик стоит на выдвижном полу. Он занял позицию, проверяя свой вес одной ногой, прежде чем полностью наступить на неё. Зена повернулась спиной. — Толкни меня, не делая шага вперёд. Автолик посмотрел на расстояние между ними. Он поднял руку, затем позволил ей упасть. — Я не могу связаться с тобой. Габриэль посмотрела в пол. — Значит, они не могли это использовать? Это ничего не значит? — Она осмотрела пол, отчаянно надеясь, что они что-то упустили. Ощущение опускания охватило её, и она ощутила первые приступы паники, которые не покидали поверхности за последние два дня. Им наверняка чего-то не хватает! Нежные пальцы на подбородке отвлекли её от мыслей, и она взглянула в мягкие озабоченные глаза. — Не ничего, — возразила Зена. — Я думаю, нам просто нужно начать смотреть дальше очевидного. — Она серьёзно посмотрела на свою партнёршу. — Габ? — Я в порядке, — настаивала Габриэль прерывистым голосом. Она сморгнула неожиданные слёзы, и следующее, что она помнила, её взор был заблокирован высокой тёмной фигурой, и её притянули в сильные руки. Зена осторожно повела её вперёд, прочь от света факела Автолика, в тени, которые давали им как можно больше уединения в данных обстоятельствах. Она крепко обняла Габриэль. — Прости, Зена. Я… я… — Шшш… я знаю. — Зена знала, что скоро что-то даст… Хотя Габриэль ни в коем случае не была желтохвостой, она не привыкла приказывать строить кресты для казни или доставлять части тел иностранным сановникам. После нескольких минут молчания Автолик откашлялся и склонил голову к ступеням. Он, например, более чем хотел покинуть это мерзкое место, но, учитывая первоначальную реакцию Завоевателя на его пребывание здесь, он не подумал, что это разумный шаг — подняться и исчезнуть. Зена посмотрела на Габриэль. — Готова? — Она вытерла холодными кончиками пальцев заплаканные щёки. Габриэль закрыла глаза от нежного прикосновения и кивнула. — Готова. Зена двинулась вперёд перед Автоликом и начала спускаться по ступеням. Она остановилась на третьей ступеньке, глядя на тропу, по которой упало её тело. Она хотела проверить только одно. — Положи руку мне на поясницу, Габриэль. — Арес… — Сделай это, Габриэль. Блондинка сделала шаг вперёд. Она быстро потёрла руки, чтобы согреть их, хотя она касалась жилета Ареса, а не его кожи, затем нерешительно положила руку Зене на спину. — Ниже. Она опустила руку ниже, пока она не оказалась прямо посередине поясницы Зены. — Вот? — Ага, — тихо сказала Зена. Она закрыла глаза и сильно сосредоточилась, вспоминая все ощущения от ночи падения. — Небольшое давление. — Арес… Зена слышала страх в её голосе. Но это было важно. — Пожалуйста, Габриэль… Королева резко вздохнула. Эта реконструкция ничего не сделала для её и без того измотанных нервов и слегка тошнотворного желудка. — Ладно. — Зена вздохнула и взяла Габриэль за руку. — Давай выберемся отсюда и посмотрим вокруг. Мы знаем, как они не вошли, нам нужно выяснить, как они вошли. Трио спустилось по извилистым ступеням. Пульс Зены участился, когда она вспомнила о мучительном падении. Она слышала свои собственные крики и звук ломающихся костей и разрываемой плоти. Внизу она остановилась и опустилась на колени, проведя пальцами по пятну засохшей крови. Она выпрямилась и вытерла пальцы о мокрые, покрытые мхом стены. — Пошли. Снаружи все они глубоко вдохнули прохладный послеобеденный воздух, прищурившись, когда их глаза привыкли к яркому синему небу и яркому солнечному свету. Зена повернулась к Габриэль и кивнула в сторону башни. — Когда всё это закончится, напомни мне, чтобы это снесли. — Нет проблем. — Она больше туда не вернётся. Когда-либо. Они собирались обогнуть башню, когда Палаемон въехал во двор с чёрным пони Джаррода на буксире. Трио остановилось. Габриэль посмотрела на молодого капитана, закрывая рукой солнце. — Урок верховой езды сегодня, Палаемон? — Да, ваше величество. Надеюсь, что всё в порядке. Я подумал, что было бы лучше попытаться сохранить расписание Его Высочества таким же или, по крайней мере, как можно более нормальным. Она похлопала крепкого мужчину по ноге. — Конечно. Я благодарна за внимание, которое вы с Ниссой смогли ему оказать. Позже мы зайдём к кольцу, чтобы увидеть его. — Конечно, ваше величество. Должен ли я привести Корицу и оседлать его? — Он добродушно улыбнулся, даже подмигнув Габриэль. Его ответом был резкий укол в бедро, и Габриэль высунула кончик розового языка. Но она была рада его попытке юмора и тому, что, наконец, он не обращался с ней так формально, чтобы они никогда не стали друзьями. — Думаю, можно с уверенностью предположить, что мои уроки верховой езды на данный момент могут быть забыты. — Тогда вы захотите подождать, пока Завоеватель лично предложит ей помощь? — Он не шутил, и это отразилось на решительной стиснутой челюсти и непоколебимости взгляда глубоких карих глаз. Это была чистая и простая вера, и Габриэль не могла остановить улыбку, которая формировала её губы, не больше, чем она могла остановить сияние солнца. Ей нужно было услышать это прямо. Это просто. И как ни странно это ни звучало, ей нужно было услышать это от кого-то другого, чем Зены. Она знала, что её партнёрша скажет почти всё, чтобы избавить её от боли, и она очень любила её за это. Хотя иногда это означало, что она получила слегка окрашенную версию событий. И даже слова Моргейны были адресованы Габриэль и её чувствам. Убаюкивая её осознанием того, что бы ни случилось, она справится с этим. Она выживет. Но голос Палаемона был полон надежды для Зены. И это то, что она хотела услышать. Его непоколебимая уверенность укрепила её собственную. — Очень хорошо, ваше величество. — Он ответил на улыбку Королевы и перешёл кобылу медленным галопом, стук копыт по камню затих на ветру, когда он направился к конюшням и ожидающему Джарроду. ***** Зена, Автолик и Габриэль искали снаружи Старой Сторожевой Башни что-нибудь необычное, когда раздался пронзительный сигнал тревоги. — Ой, Аид! — Зена обеими руками потёрла короткие волосы Ареса. — В чём дело?! — Габриэль слышала крики и низкий топот ботинок, который походил на раскат грома. Солдаты хлынули во двор, занимая позиции вдоль стены и к парадным воротам. Зелёные глаза расширились при виде движущейся хаотической массы, напоминающей пульсирующих на холме муравьёв. — Кто-то атакует дворец. — О, конечно! — Автолик вскинул руки вверх. — Меня здесь так или иначе убьют, не так ли? — Возможно, — скучающе сказала Зена. — Джаррод! — Беспричинный страх изменил лицо Габриэль. — Джаррод едет с Палаемоном. — Зена схватила Габриэль за руку, когда блондинка пыталась броситься к конюшне. Она схватила вора другой рукой и сильно пожала ему руку. — Возьми Габриэль и доставь её в безопасное место. — Но… — Королева начала протестовать, но Зена одновременно подтолкнула её и потянула Автолика. Зена схватила ближайшую лошадь и грубо столкнула мужчину с седла. Взобравшись на неё мощным прыжком, она поскакала к конюшне. Габриэль позволила тащить себя все десять шагов, прежде чем упёрлась в пятки и начала драться. — Убери от меня руки, Автолик! Мне нужен мой сын. — Арес достанет его, Габриэль! Тебе нужно быть… Шум во дворе перерос в глухой рёв, и она закричала, перекрывая последовавший беспредел: — Мне нужно быть с моим сыном! Резким рывком она высвободила запястья и на полном ходу устремилась к конюшням, уклоняясь от отчаянно движущихся солдат, тяжёлых телег со стрелами и чанов с греческим огнём, фыркающих лошадей, которые нервно танцевали в суматохе. — Чёрт, чёрт, чёрт! — Вор попыталась последовать за ней, но потерял её в толпе в тёмно-фиолетовой и чёрной униформе, которая продолжала хлынуть во двор. ***** Глаза Зены бешено метались по сторонам, когда она смотрела, как захватчики толкают её людей к воротам. Она вытащила меч, всё ещё двигаясь на полном скаку к последнему месту, где, как она знала, должен был находиться её сын. Зена спрыгнула с жеребца, хлопнула его по крупу и отправила обратно к воротам. Между ней и дверью, через которую ей нужно было пройти, было тело. Она грубо схватила его за руку и развернула с высоко поднятым клинком, готовая нанести смертельный удар. — Нисса? Ты в своём уме?! — прошипела Завоеватель. Дрожь пробежала по её спине, и она опустила меч дрожащей рукой. — Лорд Арес… я… я только что оставила мальчика на уроке верховой езды. Я возвращалась за ним! Зена затащила испуганную женщину за собой в конюшню, поток стрел вонзился в высокую деревянную дверь в тот момент, когда Зена закрыла её. Они нашли Палаемона сидящим на тюке сена с мечом в одной руке, а другой рукой крепко обхватившей Джаррода. Мальчик прижался лицом к груди Палаемона и закрывал уши руками. Зена практически вырвала его из рук солдата и быстро поцеловала в лоб, бормоча: — Слава богам, с тобой всё в порядке, сынок. Он взглянул на Бога, как будто Арес потерял рассудок, но Зена просто толкнула его в объятия Ниссы. — Отойди за тюки и оставайся здесь, пока не раздастся полный звук! — Да, лорд Арес. — Нисса взяла его на себя и побежала к задней части конюшни. Зена посмотрела на Палаемона. — Я хочу, чтобы два эскадрона солдат охраняли это сооружение. Убивайте всех, кто приближается к нему! — рявкнула она, когда они поспешно направились обратно во двор. Внезапно она остановилась и прижала Палаемона тёмными, угрожающими глазами. — Никто не подходит к моему сыну! Слова прозвучали опасным рычанием, и светловолосый капитан боролся с желанием отступить и отступить. Его лицо окрасилось в замешательство. — Ваш…? Зена проклинала свой непослушный язык, но у неё не было времени предложить объяснения. — Сын моей избранницы такой же, как и мой собственный. — Она сильно ударила его по спине, и он бросился в бой быстрее, чем жеребец, с которого она спешилась всего мгновение назад. Палаемон бросился вперёд и перехватил группу из двадцати или около того мужчин и женщин, одетых в полные доспехи, и удвоил время в направлении самой восточной стены. Он указал на различные стратегические места вокруг конюшни и манежа. Солдаты бросились на место, некоторые из них забрались на крышу с привязанными к спине луками и колчанами. Зена могла услышать это раньше, чем увидела. — Входящие! — прогремела она. Громкий свист камней, покрытых греческим огнём, пронзил воздух, ударившись о здание рядом с конюшней. Густая чёрная грязь покрыла стены и начала дымиться, посылая едкий запах в воздухе. Но недавний дождь не позволил зданию загореться, а кипящая жидкость только тлела о влажную поверхность. Она побежала к ступеням, ведущим к вершине зубчатойстены, и выскочила на узкую дорожку, огибающую верхний край всей крепости. Зене действительно не нужно было видеть, но она хотела убедиться. Она хотела знать, кто достаточно безумен, чтобы атаковать цитадель. Их жизнь была уже потеряна, и у неё текла слюна при мысли о том, чтобы вонзить свой клинок в их сердце и медленно повернуть его. Завоеватель не удивилась, увидев британцев, штурмующих её стены. Большинство из них было срублено ещё до того, как они достигли массивных каменных преград, а мёртвые валялись в кучах у подножия стены. Но с высоты птичьего полёта она могла видеть, что несколько взводов солдат прорвались через её оборону и пробирались на территорию дворца из двух разных мест. Она огляделась в поисках амазонок, зная, что, если они присоединятся к британцам, её потери будут тяжёлыми. Никогда не было сомнений в том, что она победит. Это был просто вопрос количества погибших. — Чёрт! Она повернулась и повернулась как раз вовремя, чтобы поймать стрелу, направленную ей в грудь. Она быстро её изучила. Не амазонок. Хорошо. Хотя Боадикеи может понадобиться компания на кресте рядом с ней. — Это один балл в твою пользу, Мелоса. — Она повернулась и бросилась вниз по ступеням стены, взяв их по три за раз. Большая группа солдат стояла в центре двора, получая последние инструкции от своих кричащих офицеров. Линии разошлись, когда Арес шагнул прямо в центр массы, запрыгнув на тележку, перевёрнутую в суматохе. Ещё одна стрела просвистела и была без особых усилий вырвана с неба, прежде чем попала в горло Палаемона. Лицо Зены было воплощением дикой ярости, и она позволила огню, бегущему по её венам, проникнуть в её голос и манеры. Она была гневом. — Мы собираемся выйти туда, и мы собираемся сразить всех до последнего солдата! Наши враги. Враги Царства! Солдаты приветствовали и топали ногами, туман от вздымающихся грудей смешивался с чёрными дымными завитками греческого огня. Арес поднял руку высоко над головой, мускулы ярко выделялись на фоне покрасневшей кожи, когда он поднял свой длинный клинок. — УБИТЬ ИХ ВСЕХ! — взревел он, и солдаты рванули в ответ, барабаня своим одобрением по своим щитам мечами и ударяя по земле копьями. — Ни один воин, поднимающий оружие против Царства, Вашего Лорда-Завоевателя в трудную минуту, Вашу Королеву во время траура или против БОГА ВОЙНЫ, не должен остаться в живых! Более дикие вопли пронзили воздух. Рёв был оглушительным, и от него закипела кровь Завоевателя. Она глубоко вздохнула, её ноздри раздувались, и пульс бился от пьянящего запаха дыма и крови, пота и земли. Это была пьянящая смесь, столь же опьяняющая, как чувственный аромат гладкой кожи её жены. Это вызвало тот же первобытный трепет у Зены, поджёг её изнутри. Ничего другого по сравнению с этим. Она ненадолго закрыла глаза, наслаждаясь этим чувством. Больше ничего не могло. Жестокая, тёмная энергия пронизывала её сущность, когда она бежала через войска, запрыгивая в седло своего мерина, которого Палаемон извлёк из конюшен. Она поёрзала в кресле, крепко прижав мускулистые бёдра к чудовищу, которое больше реагировало на её дикую ауру, чем на язык тела. — Откройте ворота! ***** Бой длился до самого вечера. Конец, однако, был написан задолго до того, как первая стрела пронеслась по небу или первая капля крови пропитала землю. Ворота были снова открыты, и победоносный Завоеватель вернулась в цитадель со своими войсками позади неё. Для неё не имело никакого значения, что они думали, что идут в бой за Аресом. Она вела их и победила. Брызги крови покрыли её грудь и руки и медленно стекали с лезвия, свободно свисавшего сбоку. Когда несколько часов назад она бросилась к воротам, стало ясно, что амазонки решили присоединиться к Греции. И их острые стрелы поразили бриттов сзади, когда Зена атаковала их спереди. К концу дня ни один солдат вторжения не остался стоять. Зена слезла с лошади и направилась к импровизированной станции первой помощи. Её взгляд скользнул по мёртвым и раненым, но её сердце тянуло её к конюшням, и она не хотела, чтобы её игнорировали. Первой она нашла Палаемона. Капитан получил тяжёлую рану в левую руку. Он выглядел бледным, грязным и усталым, но всё ещё стоял на ногах, помогая более серьёзно раненым солдатам. — Палаемон! Иди к целителю Зены и посмотри на него, — приказала она, внутренне вздохнув с облегчением. Он остался охранять конюшни. Если он был жив, то и Джаррод был жив. Она знала, что офицер отдал бы свою жизнь, прежде чем пустил кого-нибудь через двери конюшни. — Да, лорд Арес. Но, — он тяжело сглотнул, — с вашего позволения, мои люди ранены, и мне нужно пока остаться с ними. Завоеватель всегда говорила… Арес кивнул. Она бы и сама сделала не меньше. Палаемону не суждено было оставаться капитаном надолго. — Достаточно сказано. Просто убедись, что ты прошёл полевую обработку. — Её голос стал серьёзным. — И так далее. — Да, лорд Арес. Зена, нахмурившись, вложила меч в ножны. Земля была усеяна телами. В цитадель попало больше британцев, чем она думала. — А Джаррод? — Нисса забирает его обратно в королевские апартаменты прямо сейчас, лорд Арес. Парень напуган, но невредим. — Спасибо. — Она повернулась на каблуках, предлагая небольшие волны мужчинам, которые приветствовали её: — Лорд Арес! — Несмотря на кровавую бойню, большинство из них пребывали в хорошем настроении. — ≪Удивительно, как остаться в живых для твоего настроения≫, — криво подумала она. Зена испытывала искушение заказать еду и духи, принесённые мужчинам, но боялась, что, если она сделает заказ, она завершит то, что начала Боадикея. Её взгляд переместился на небольшую дорожку между конюшнями и следующим зданием, и время остановилось. Агонизирующий крик маленького стоящего на коленях существа достиг её ушей, медленно просачиваясь в её сознание. — Мама, неееет! — Её сердце угрожало вырваться из груди, прежде чем она успела сделать первые шаги. ≪Боги, нет! Не делайте этого со мной! Не сейчас, когда я всё поняла≫. С каждым ударом и парированием во время битвы её разум разгадывал тайну её попытки убийства. В нескольких моментах она полностью отделилась от своего тела, прорезав кровавую полосу сквозь вражеские войска, работая над опознанием своего убийцы. Сапоги Зены казались полными свинца, пока она плыла по морю раненых и плачущих лошадей. Затем, словно вырвавшись из-под неведомой силы, она взлетела в полную силу. Камни и ветки громко хрустнули под её ногами, пока она шла по короткой тропинке к конюшням. Она повернула за угол, вытянув руки по бокам, чтобы уравновесить её, и её мир начал рушиться вокруг её ушей. Тело Джаррода перекинуло через лежащее тело его матери, стрела вылетела из её груди. Левая сторона. Её сердце. Желчь поднялась у неё в горле, и она сдержала слёзы. Ещё несколько длинных шагов, и она оказалась рядом с ними, упав на колени. Она услышала вдали тихое проклятие Палаемона и топот его тяжёлых шагов, но не повернула голову, чтобы посмотреть. ≪Габриэль. Ты должна была остаться с Автоликом! ≫ Зена нежно притянула Джаррода к себе на руки, но её глаза были прикованы к бледному лицу Габриэль. Дрожащей рукой она протянула руку и провела пальцами по рыжевато-светлым волосам, по холодной, обожжённой ветром щеке и по тонкому горлу, где она искала сердцебиение. Ничего. Паника охватила её, сжимая её грудь так, что она едва могла дышать. Она попробовала ещё раз. На этот раз более отчаянно. Ещё ничего. Сердце Зены остановилось, и она погрузилась глубже кончиками пальцев, её взгляд упал на неподвижную грудь возлюбленной. ≪Давай, мама Медведь! Я знаю, что ты всё ещё там! ≫ Мальчик посмотрел в лицо Бога. — Ты можешь сделать ей лучше! Помоги ей! — Он потянул за жилет Ареса, не обращая внимания на липкую кровь, которая теперь покрывала их обоих. — Я не могу, — сокрушённо призналась Зена, чуть не потеряв сознание от облегчения, когда почувствовала слабый нитевидный пульс. — Подожди, Габриэль. — Слезливые глаза метнулись к Ниссе, которая вышла из тени, за которой она молча наблюдала. Зена осторожно сняла Джаррода с колен и усадила его рядом с собой. Затем она осторожно накинула мягкий плащ Габриэль на плечи и взяла её в сильные руки. — Я приду за тобой, если ты заставишь меня, Габриэль. — Она поцеловала закрытые веки, затем губы. — Я клянусь, что буду. Палаемон подошёл к небольшой группе. Он тихо застонал при виде молодой Королевы и её пропитанной кровью туники, и здоровой рукой прижал Джаррода к своему бедру. Зена стояла прямо перед молодым учителем, сверкая глазами. — Пойдём со мной, Нисса. Теперь я знаю правду! — сплюнула она, маршируя и наклоняясь вперёд, пока их лица не оказались всего в дюймах друг от друга. — И ты собираешься это исправить! — Когда наставница промолчала, Зена угрожающе подтолкнула: — Разве не ты?! Это не было вопросом. Бледные глаза Ниссы долгое время изучали Зену, прежде чем она приняла решение и склонила голову. — Я сделаю то, что могу. — Или я разрежу тебя на столько частей, что они будут забирать тебя целыми днями! — взревела Зена, её страх на мгновение настиг её. Джаррод крепко прижался к Палаемону, слёзы текли по его гладким щекам. Мальчик громко фыркнул, и Зена дёрнула головой в его сторону. Он был ошеломлён, а она усугубляла ситуацию. Завоеватель сознательно смягчила голос. — Сынок, это всё будет для тебя очень запутанным, но мне нужно, чтобы ты мне доверял. Хорошо? — Хорошо, — крикнул он, потянувшись к безвольной руке своей мамы и запутавшись в её пальцах. — Я тоже не могу её потерять. — Он уставился во двор и прошептал: — Это никого не оставит. Сначала мой папа, затем Зена, теперь моя мама… — Джаррод подавился рыданием, и Палаемон крепче прижал мальчика к себе, не зная, что он мог сказать. Он взглянул на Бога, который чувствовал себя таким же беспомощным, когда её мир вышел из-под контроля. — Давай, сынок. Мы спасём твою мать. ***** Палаемон очень старался расчистить им путь, и лишь несколько солдат увидели их, когда они вошли во дворец. Пока Царство было в определённой опасности. Поскольку и Зена, и Габриэль не могли управлять, это было похоже на вызов изнутри. Завоеватель с Джарродом, Ниссой и Палаемоном, следовавшими за ней, отнесла свою Королеву обратно в комнаты целителя, где спало её собственное тело. Она осторожно уложила Габриэль на койку рядом с кроватью Зены. Неуверенно отойдя, она рявкнула приказ охранникам, которые стояли вокруг её тела. — Да, лорд Арес! — Трое охранников вышли за старой швеёй и привели её к Богу. Зена смотрела, как мужчины неторопливо прогуливались по холлу. Она выдернула из-за пояса нож и послала его в них. Он просвистел между их головами, задел ухо одного человека, прежде чем вонзиться в деревянную дверь прямо за ними. Поражённые глаза снова посмотрели на тёмного Бога. — Торопитесь! — проревела Зена, заставляя стражников в панике бежать по коридору. Капитан недоумевал, зачем Арес послал за престарелой швеёй. Он посмотрел на павшее тело своего лорда, а затем на королеву. Если бы Моргейна имела какое-либо отношение к этой трагедии, он позаботился бы о том, чтобы её смерть была быстрой и чистой из уважения к её возрасту… но она всё равно платила бы Харону. Джаррод наблюдал, как Арес перевязал рану своей маме, оставив стрелу в её теле, и нежно провёл пальцами по её волосам. Часть его ненавидела его за это. И мальчик обнаружил, что испытывает почти непреодолимое желание наброситься. Кричать и драться. Но даже когда он изо всех сил старался подавить эти чувства, он обнаружил, что привязан к помощи Ареса. Зена точно так же прикоснулась к его матери, когда она простудилась вскоре после прибытия во дворец. Он склонил голову набок и внимательно посмотрел на Бога. После минуты серьёзных размышлений мальчик посмотрел на Ниссу, которая всё ещё держала его маленькую руку. — Мне нужно быть с мамой сейчас. — Он осторожно отдёрнул руку и встал на колени между двумя кроватями, лицом к лицу с Богом, который всё ещё смотрел на его маму. Он похлопал Ареса по колену, рассеянно отмечая, что кожа его брюк была мягче и прохладнее, чем он думал. Арес моргнул, затем их глаза встретились, и на лице Джаррода появилась медленная, почти робкая улыбка. — Я не боюсь, — тихо прошептал мальчик. — Хорошо, — тихо ответила Зена. — Я знаю, ты поправишься… Мама. Зена плотно закрыла глаза, пытаясь не разразиться разочарованными слезами. Она не стала оспаривать его утверждение. — Я собираюсь попробовать, сынок. — Я знаю. — Он протянул руку и взял большую мозолистую руку Ареса. Он сжал её успокаивающим жестом, который так напоминал его мать, что горячие слёзы залили щёки Ареса, прежде чем он успел их остановить. — Я люблю тебя. Сверкающие карие глаза уставились на нежно-зелёный цвет Джаррода. — Я тоже тебя люблю. — Прежде, чем что-либо было сказано, охранники прервали его, введя в комнату суетящуюся Моргейну. Зена вытерла лицо тыльной стороной ладони и вскочила на ноги, выталкивая мужчин из комнаты и закрывая за ними дверь. Она несколько секунд стояла лицом к резной дубовой плите, собираясь с силами, прежде чем развернуться и бросить суровый взгляд на швею. Она скрестила толстые руки на груди. — Кто ты и что ты сделала с Моргейной? — Хороший вопрос… — Моргейна выпрямилась, её старое тело, казалось, становилось моложе и сильнее с каждым словом. — Почему Бог Войны поменялся телами со своей Избранницей? — У него были свои причины, — проговорила Зена. — Это всё, что тебе нужно знать. — Тогда я тоже, — упрямо ответила она. Не получая ничего быстро и слишком нетерпеливо, чтобы ждать, Зена затем повернулась к Ниссе и сердито указала пальцем. — Кто ты? — Нисса, лорд Арес. Наставница… — Довольно вашей полуправды и лжи! — Зена шагнула вперёд, и Палаемон обнаружил, что ему хочется встать между Аресом и прекрасной молодой наставницей. Но его инстинкт выживания сработал, и он остался на месте, надеясь, что она не собиралась её перегонять. Зена глубоко вздохнула, сдерживая себя. Она решила дать Ниссе последнюю возможность очиститься, прежде чем свернуть свою тощую шею. — Я хочу, чтобы ты сказала мне, на какого Бога или Богиню вы обе работаете. И почему вы пытались убить меня. Заговорила Моргейна, правильно предчувствуя надвигающееся кровопролитие. — Я никогда не пыталась убить тебя, Зена. Тебе следует знать лучше. — Я ничего больше не знаю! Моргейна понимающе улыбнулась. — Конечно, у тебя. — Но… — слова Зены затихли, и её рот остался открытым, когда она с изумлением наблюдала, как внешний вид старухи начал меняться и трансформироваться прямо у неё на глазах. Серебряные волосы удлинились и завились, превратившись в золотистую блондинку. Обвисшие груди приподнялись, увеличились и изменились. Исчезли глубокие морщинки на старых щеках, оставив гладкую безупречную кожу. Розовая прозрачная ночнушка, подходящий чудесный бюстгальтер и розовые туфли на высоком каблуке с пушистым пучком розовых перьев на мыске заменили скромную бежевую тунику Моргейны. — Клянусь богами! — воскликнул Палаемон. Зена моргнула. — Афродита? Богиня сверкнула ослепительной улыбкой. — Например, во плоти, малыш-воин. И я явно не из тех, кто убивает. — Она сморщила нос, словно почувствовала запах чего-то ужасного. — Это так… так… неловко, понимаешь? Разум Зены с трудом обдумывал то, что она видела. Она подозревала какого-то приспешника Богов или жалкого, раздражающего Бога или Богиню меньшего типа, такую как Раздор или Разрушения. Но не саму Богиню. — Как ты сюда попала? Этот дворец посвящён Аресу. Главным богам не разрешается вмешиваться… Афродита раздражённо топнула ногой, чтобы прервать Завоевателя. Она ненавидела, когда смертные разглагольствовали. — Нет, но нам разрешено быть рядом и защищать своих избранных. — Она снова ухмыльнулась и поправила лиф, радуясь тому, что снова оказалась в собственной упругой груди. — Это всё, что я делаю, высокий, смуглый и сексуальный. — Она подмигнула Зене. Зена была действительно сбита с толку. Её брови сошлись вместе, и она, нахмурившись, почесала щетинистую щеку. — Твой Избранный живёт за стенами моего дворца? — Воин искала в её сознании кого-нибудь, с кем Афродита могла бы зацепиться. Там были некоторые сплетни рыбачек, которые работали на кухнях и были вечно пытающимися исправить отдельных солдат с некрасивыми чистящими женщинами. Это должен был быть один из них. Богиня хихикнула, читая мысли Завоевателя. — О, детка, ты так неправа. Не то чтобы мне с ними не весело. Кто не любит подавать блюда? — отметила она. — Но настоящая любовь — дело серьёзное, и я бы не удостоила ни одного смертного чести быть моей Избранницей. Она должна быть верной. Способной к самым нежным эмоциям. Красивой, но не зацикленной на себе. — Она приклеила щеку скотчем и начала считать на пальцах. — Добрая, но не глупая. Знающая, как носить аксессуары в любое время года. И… — Ближе к делу, — прервала её Зена, закатывая глаза. Взгляд Афродиты сузился. — Как она противостоит такому сварливому человеку, как ты, я никогда не узнаю. Да, Завоеватель, Моя Избранная — твоя жена и родственная душа. — Она наклонила голову к койке, на которой лежала Габриэль. — Габриэль? — У тебя только одна родственная душа, Зена. И одна жена. — Выражение её лица внезапно потемнело. — По крайней мере, я надеюсь, что у тебя есть только одна жена. Если нет… потеряешь её быстро. — Она показала большим пальцем на Габриэль. — Мисс Я-могла-бы-вытащить-блоху-на-двадцати шагах с моим-ножом имеет полосу ревности шириной в милю. Глаза Зены расширились. — Если она твоя Избранная, ты можешь её исцелить! — Я могу. — Сделай это! Чего ты ждёшь? — разочарованно закричала она, оглядываясь на Габриэль. У неё не могло быть много времени. Афродита не сказала ни слова, очевидно ожидая чего-то, чего всё ещё не было сказано. — Ты хочешь, чтобы я попрошайничала? — в отчаянии спросила Зена. — Это оно? — Она упала на колени. — Хорошо. Я дам тебе всё, что ты хочешь. Я сделаю всё, что ты захочешь. Афродита критически приподняла бровь. — Что-нибудь? — Клянусь богами! Что угодно! — Ты бы бросила всё это, Зена? — Афродита сделала широкий жест. — Ты бы ушла от этого? От богатства и власти? Ты бы забрала свою жену и сына обратно в маленькую деревню и управляла бы гостиницей до конца своих дней? Никогда больше не познавать славу битвы или острые ощущения от завоеваний. — Она внимательно посмотрела на воина, не беспокоясь о её жизни. Она знала, что Зена предложит это в мгновение ока. Нет. Она хотела для своей Избранной большего, чем героя. Ей нужен был настоящий партнёр, готовый пойти на жертву, достойную эпической любви. — Да. — Не было ни секунды колебания. Если Богиня исцелит Габриэль, она сделает всё это и даже больше. Конечно, Арес, вероятно, первым увидит её мёртвой. Но она будет беспокоиться о нём позже. — Моя жизнь. Моё королевство. Мой меч. Моя душа. Что угодно, — торжественно пообещала она, её глаза светились искренностью. — Просто верни её в целости и сохранности. Афродита кивнула, явно впечатлённая.  — О, Завоеватель. Теперь это та любовь, к которой я стремилась. — Она подняла палец. — Снова в мгновение ока. ***** Афродита вошла в царство Морфея. Она огляделась на обстановку и мрачную атмосферу.  — Фууу, — воскликнула она. — Типа, это место просто отстой. — Покачивая головой, она подошла к своему брату, который лежал, скрестив руки за голову на кровати из мягких чёрных шёлковых подушек, и рассматривал сны Зены, как будто они постоянно показывались для публики. Богиня заглянула в портал и улыбнулась. — Они так потрясающи вместе! Я так потрясающа! — Ооо да! — Арес развратно усмехнулся, слишком заинтересованный горячей и тяжёлой сценой, разыгрывающейся перед ним, чтобы по-настоящему заметить, с кем он разговаривает.  Этот сон был особенно любимым, и после того, как он увидел полдюжины раз подряд, он хотел блондинку больше, чем когда-либо. Афродита отвернулась от портала и изящно уселась на кровать Ареса.  — Братан, ты такая свинья. Речь идёт о частной жизни! — Конечно, она знала это только потому, что случайно выбрала именно этот момент, чтобы проверить Габриэль.  Но это была случайность! Его голова резко дёрнулась, и он раздражённо улыбнулся сестре.  — Я? — Он указал на себя с обиженным, невинным выражением лица. — Я виноват, что она мечтает об этом? И я имею в виду сны! — он застонал и закусил губу, его взгляд снова привлекли события в портале.  Он и Афродита одновременно склонили головы, наблюдая, как женщина запуталась в особенно интересном положении. Афродита одобрительно усмехнулась и кивнула.  — Хорошо, дамы. Брови Ареса нахмурились, и он, наблюдая, сцепил пальцы на животе.  — Можно подумать, что они слишком надолго теряют сознание, делая это. Богиня проигнорировала замечание брата и наконец перешла к делу.  — Почему ты торговал телами с Зеной? Он пожал плечами.  — Мы с блондинкой заключили сделку. — По рукам? — Я помогаю Зене, и она делает меня очень, очень счастливым Богом, — сказал он сухо, хотя был вполне доволен собой.  Она собиралась быть фантастической, он просто знал это. — Ты как… — Афродита взмахнула руками. — Совершенно больной! — Я сам думал, что это довольно хороший план. — Арес вздохнул и щёлкнул пальцами, закрывая портал. — Я смогу посмотреть это позже. Когда я буду один. — Он многозначительно поднял бровь. — Кстати, что ты здесь делаешь? Разве ты не можешь разрушить жизнь какого-то бедного солдата, связав его с постоянно придирающейся женой? — Позже. Прямо сейчас я пытаюсь вернуть Мою Избранную вместе с Твоей Избранной. — Прошу прощения! — Арес поднялся с кровати и дико покачал головой. — Ты не говоришь мне то, что я думаю, ты говоришь мне. — Он нахмурился. — Ты? Афродита подула на костяшки пальцев и натёрла ими свою прозрачную ночную рубашку.  — Слушай и плачь, братан. — Ты что, чокнутая? Избранная Бога войны и Избранная Богини любви? Вместе? Ооооо. — Его лицо просветлело. — Я знаю… я знаю… они поженились и всё такое, но это всего лишь вожделение. Они скоро устанут друг от друга, верно? — Мол, разве ты не обратил внимания? Они обречены. Это выходит за рамки нас. — Эти суки судьбы! — взревел он.  Было ли необходимо, чтобы они постоянно срывали его планы? Было ли это хоть честно? Нет! — Ты был так занят, наслаждаясь снами Зены, что даже не заглянул посмотреть, что они делают с твоим телом, не так ли? — Она укоризненно помахала пальцем, наслаждаясь испуганным выражением лица Ареса. — А? Что ты имеешь в виду ≪делают≫ с моим телом? Ты имеешь в виду.? — Он выставил бёдра вперёд и приподнял брови вверх и вниз. — Оооо, я больше думала о том, что Габи не нравилась эта колючая борода, поэтому Зена избавилась от большей её части. — Она что?! — Его руки инстинктивно легли на щёки. — Ага, — жестоко засмеялась Богиня, — и большую часть волос тоже. Его глаза расширились, и он посмотрел вниз. — На твоей голове, Арес. — О да. Я знал это, — солгал он. — Но это не меняет того факта, что я собираюсь убить её! Афродита ударила его по ноге, и он вздрогнул, теряя покрасневшую отметину.  — Нет, ты не будешь! Твоя Избранная полностью окутана Моими Избранными, и, в отличие от тебя, я действительно поступаю правильно со своими людьми. — Эй! — возмущённо крикнул он. — Значит, ты вернёшься туда и… — Напинаю то, что осталось от её задницы! — И с этим тёмный Бог ушёл. Афродита сдула со лба взъерошенный белокурый локон.  — Мужчины! — Она щёлкнула пальцами и исчезла.