Кофе, вино и город

Наступление позднего вечера стало заметно только благодаря появившимся отблескам уличных фонарей на оконном стекле. Третий день шел дождь, переходя временами в не менее противную морось. В Петербурге господство октября. И такая же мрачная, как погода за окном, съемная двухкомнатная квартира на Петроградской стороне, занимаемая одним жильцом. Большие окна дореволюционного дома не давали случайным прохожим полной картины о происходящем в квартире – свет ещё не включали. Только неоновая подсветка на кухне выхватывала из полумрака предметы интерьера. Хотя кто в такую погоду будет смотреть на уровень третьего этажа – все скрылись под зонтами, в кафе или за стеклами автомобилей. Звук оповещения, девушка опустила бокал австрийского рислинга, посмотрела на экран. На лице промелькнула ухмылка, исчезнув вместе со светом от экрана телефона. Снова полумрак и льющийся из бутылки в бокал звук. Она сидит на подоконнике, обдумывает сегодняшний рабочий день, а завтра предстоит ещё один такой же. И как только Лиз дошла до алкоголя в одиночестве и такой апатии. «Подумаю об этом на выходных, осталось до них дожить». Электронные часы показывают без десяти минут десять вечера 17 октября, среда. Прошла половина рабочей недели и вылилась половина бутылки вина. «Почему бы не начать замечать абсолютно несвязанные вещи и считать это символичным?..» Ещё одна ухмылка, уже своему не совсем трезвому состоянию. Стоит начать радоваться, что никто не видит её в таком состоянии. Лиз бросает взгляд на телефон, хмурится, но всё-таки перезванивает. На том конце провода такая же уставшая после трудового дня Ната уже хочет вызвать такси, чтобы приехать к подруге, но усталый голос успокаивает её и предлагает встретиться завтра в обеденный перерыв. Девушка кладет трубку, смотрит на недопитую бутылку вина, раздумывая стоит ли допить сегодня или растянуть на пару дней. Всё-таки на пару дней – вино возвращается в винный шкаф, заполненный где-то наполовину винами разных стран и сортов. День тягуче медленно подходит к концу. Едва не забыв смыть макияж, Лиз засыпает без сновидений – алкоголь помогает и против них, и против бессонницы. А утро четверга начинается с Thousand Foot Krutch “Courtesy Call”, потому что это одна из немногих песен, которые способны одновременно и разбудить, и создать хорошее настроение у девушки в её 22 года. Подпевая, Лиз наводит минимальный порядок в спальне, немного зависает под горячими струями душа, и идет готовить минималистичный завтрак: кофе и яичница. Молотый кофе, немного корицы и мускатного ореха – запахи разносятся по всей квартире, пока Лиз следит, чтобы кофе не сбежал. Мимоходом подумать о том, что стоит купить вечером парочку круассанов к завтрашнему кофе. Оглянуться, посмотреть на часы на стене и блаженно улыбнуться – наконец не проспала и можно спокойно собраться. Хотя последнее время девушке нужно было от силы 20 минут на сборы – минимум косметики, конский хвост, джинсы и рубашка-оверсайз; не забыть взять куртку. Лиз смотрит на себя в зеркало, представляя, как странно будет смотреться рядом с Натой – модель всегда одета на 100%, как будто от этого зависит её жизнь каждую секунду – отчасти так и есть, последнее время её стали узнавать на улице и просить сфотографироваться. Хотя минимальная разница в росте, миловидные лица обеих, скорее всего, сгладят общую картину. Захватить рюкзак с ноутбуком, ключи – можно считать, что рабочий день начался. Пробки в центре города с утра – это обычное дело, хорошо можно включить подкаст или любимую музыку, тогда нервов будет потрачено в разы меньше. Посмотреть на прохожих, которые сейчас идут быстрее, чем едет её мерс (подарок отца на двадцатилетие) – вряд ли стоит им завидовать – дождь всё ещё идет, мелко, противно, как может идти только в Петербурге в октябре, не переставая ни на миг. Из мыслей выводит нервный сигнал водителя сзади – пропустила включение зеленого сигнала светофора. «И зачем столько нервов уже с утра? Неужели настолько выспались, что есть силы на раздражение?» – с мимолетной улыбкой Лиз давит на газ. За мыслями, музыкой и новостями сорок минут проходят незаметно (хотя без пробок можно доехать и за семнадцать), и Лиз уже входит в здание бизнес-центра. Поздороваться с охранником, лифт, заглянуть к Ане. – Доброго утречка, если оно доброе и у тебя, – с порога улыбается Лиз. – Доброго, – поднимая кофе, зевает Аня. – Опять до утра смотрела курсы или настраивала прогу? – сев на край стола и вдохнув запах кофе, улыбается русоволосая. – Первое, хотелось быстрее досмотреть. И не до утра, а всего-то до трех ночи. Но это было явно не лучшее решение – в голове знаний не особо прибавилось, придется сегодня пересматривать последнюю часть. А почему ты такая радостная? – Выспалась, спасибо вину. А пока настроение ничего не испортило, поэтому наслаждаюсь жизнью. – Понятно-понятно, но это ненадолго, тебя Виктор хотел видеть, – то ли с доброй ухмылкой, то ли со смешком отвечает Аня. – А четверг так хорошо начинался, – вздох, и Лиз отправляется к начальнику. Виктор сидел за ноутбуком, полностью погруженный в изучение нового клиента. Это понятно сразу – не откликнулся на стук, хотя через стеклянную дверь видно, что он один в кабинете (обычно если кто-то с ним уже беседует, начальник просто игнорирует стук), покручивает карандашом, иногда что-то записывая, в целом, начальник погружен в дела. – Анна сказала, что вы хотели меня видеть, – с порога начала Лиз. – Елизавета, доброе утро, – оторвавшись от документа, проговорил Виктор. – Да, я хотел поговорить с вами о последнем проекте. – Насколько я помню, заказчик остался им доволен, – с недоумением откликнулась Лиз. – Это правда, он остался доволен, но согласитесь, работу можно было выполнить быстрее, ведь дополнительное время – это упущенные заказы и прибыль. «Дополнительное время, серьезно? Ты хоть видел сколько я вносила изменений за эти пару недель?» – Лиз с плохо скрываемым скепсисом посмотрела на своего начальника. – Насколько мне известно, у нас сейчас не так много клиентов, чтобы кто-то из них находился в ожидании, мы работаем с каждым, поэтому я посчитала уместным уделить дополнительное время, – на последнем словосочетании Лиз сделала ударение, – чтобы клиент точно остался доволен. – Хорошо, не будем ссориться. Главное, что клиент доволен. Однако прошу в будущем не растягивать проект на такой длительный срок, – с примирительной улыбкой ответил Виктор. – Хорошо, я вас поняла. Могу идти? – в вопросе звучало какое-то смиренное равнодушие. – Да, конечно, работа не ждет. Выйти из кабинета, отойти на несколько шагов от двери, сделать глубокий вдох, медленно выдохнуть, посмотреть на серое небо через панорамное окно, по которому стекают капли дождя. Настрой вернулся, можно приступать к работе, хотя на несколько секунд голову всё-таки посетила мысль, что сейчас лучше было бы оказаться дома со вчерашней недопитой бутылкой вина, а не в офисе с условиями начальника и абсолютно новым проектом. Еще раз заглянув к Ане, обменявшись парой фраз и красноречивых взглядов о причине визита девушки к их начальнику, Лиза направилась к своему рабочему месту, которое она берегла от посягательств как коллег, так и иногда слишком рьяных сотрудников клининга. Практически пустой стол, отсутствие распечаток на стенах свидетельствовало о том, что работа над новым проектом еще не началась в полном объеме или не началась совсем. О том, что новый проект всё-таки есть говорили всего несколько вещей: календарь с отмеченной датой дедлайна да несколько распечаток с информацией о заказчике. На часах, удобно расположенных около двери, было 10:25 – до встречи с Натой еще больше трех часов, поэтому Лиз решила потратить это время на доскональное изучение нового клиента и его технического задания, ничего существенного за это время она всё равно не успеет сделать. Еще было далеко до завершения четверга. Где-то через два часа Лиз просмотрела все официальные страницы клиента в социальных сетях, сделала заметки о стиле ведения этих страниц, еще раз сверилась с присланной информацией от самого клиента и отметила для себя основные пункты в техническом задании, успев за это время выпить две чашки офисного кофе (не очень хорошего кофе, честно говоря). Рабочий стол за это время стал напоминать небольшое поле недавно закончившегося сражения из-за количества хаотично разложенных бумаг и заметок, поэтому следующие полчаса ушли на сортировку и приведение всех бумаг в порядок для быстрого поиска нужной записи. До перерыва оставался час, Лиз уже собиралась заняться первым макетом сайта, когда к ней постучался Виктор. – Да, – на автомате ответила Лиз, но поняв кто к ней стучится, удивленно уточнила, – Виктор Анатольевич? – Я зашел еще раз поговорить о прошлом клиенте, – остановившись в несколько шагах от стола, сказал он. Лиз удивленно подняла глаза, посмотрев снизу вверх на своего начальника, еще раз оценивая его. Старше ее на несколько лет, всегда с идеально подстриженными темно-русыми волосами и бородой, одетый в неизменные брюки, светлую футболку и плотную рубашку, любитель классических механических часов, а главное, всегда внутренне собранный и внешне спокойный, сейчас он, по ощущениям девушки, находился не в своей тарелке. – Мне показалось, что мы решили этот вопрос, – как можно более миролюбиво прервала паузу Лиз. – Я считаю немного иначе, так как я бы хотел, чтобы вы понимали, почему у меня появилась претензия к вашему стилю работы, но пока полного понимания с вашей стороны я не видел. Так вот, мое замечание было направлено на то, что вы слишком много времени уделяете предварительной оценке, по сравнению с другими дизайнерами, хотя все необходимые материалы клиенты нам присылают сами по нашему запросу. – Насколько я знаю, ни один из клиентов, с которым работала лично я, не подал какую-либо жалобу на конечный результат, да и количество правок у меня на порядок меньше, чем у моих коллег, – сказала Лиз тем тоном, каким обычно заканчивают диалог. В целом, со стороны было непонятно зачем второй раз обсуждать эту ситуацию, так как Лиз и с первого раза услышала, что Виктор хочет сократить время на одного клиента. Оставалось только одно – узнать реальную причину, но этой информацией её босс не хотел делиться так же просто, как замечаниями о методах работы. – Виктор Анатольевич, не хочу показаться грубой, но сейчас вы повторяете то, о чём мы говорили утром, а как вы уже успели отметить, я и так трачу большое количество времени на одного клиента. Сейчас как раз идет это самое время, – на последних словах Лиз обворожительно улыбнулась и показала взглядом на часы. – Хм, вы правы, не буду вас задерживать. Пришлите мне сегодня перед уходом сделанное по новому клиенту, – находясь где-то не совсем здесь, закончил начальник и вышел из кабинете, не забыв, впрочем, закрыть за собой дверь (прекрасная черта, на самом деле). Лиз еще раз взглянула на часы – весь диалог и странное молчание заняли не более 5 минут, что не могло не радовать, – осталось достаточно времени для первых набросков. Хотя это сложно назвать набросками, так как время до обеда было потрачено на выбор шрифтов, точного цвета фона, текста, вставок, – всё это нужно было сверять с заданием от клиента и полученной информацией. Успела еще создать все необходимые пустые страницы – после обеда можно будет начать их заполнять первичной информацией. «Скорее всего на этом сегодня и закончу, очень надеюсь, что такой объем работы Виктор оценит как достаточный», – с такими мыслями Лиз вышла из офиса, практически столкнувшись с коллегой-дизайнером, виновато улыбнувшись и проехав с ним до первого этажа. На улице за это время прекратился дождь, оставив после себя влажность, лужи и серое небо. Выделялись только работающие фары автомобилей, так как сами автомобили были черными (любимый цвет у подавляющего числа автомобилистов в России). Лиз накидывает капюшон, всё-таки морось может начаться в любой момент, да и так теплее, смотрит на присланный Натой адрес кофейни и отправляется к нему пешком – подруга приехала практически к самой работе девушки. Только по дороге у неё формируется вопрос, который витал где-то на задворках сознания с первого диалога с Виктором сегодня: «Так ведь и должно быть на работе, да?»