Порок и разврат

      Кроули заметил Азирафеля, когда тот шёл по длинному коридору богатого особняка Даулингов, увлечённо оглядывая висящие на стенах картины. Демон прищурился и заметил, что ангел выглядит как обычно, а не в образе ужасного садовника Франциска. Неудивительно. Азирафель не раз жаловался, как ему не нравится получившееся превращение, а всё потому, что в момент колдовства на улице раздался какой-то звук, напугавший ангела, и из-за этого магия вышла «с браком».       А сегодня, как на удачу, семья уехала на целый день праздновать семилетие маленького Уорлока на природе, и даже слугам в связи с событием выдали отпуск. Все разъехались по делам, и Кроули уже спешил в свою комнату, чтобы снять ненавистное платье, сходить в любимый бар и надраться как следует, чтобы забыть собственное имя, а заодно и то, чем ему приходится заниматься. А именно — растить сына Сатаны ради того, чтобы тот через парочку лет развалил мир, который демон так полюбил, на мелкие крупицы.       Кроули думал, Азирафель успел умотать в свою книжную лавочку, чтобы почитать, отдохнуть, выпить чашечку какао и, быть может, предаться ещё каким-нибудь ангельским утехам. Но Азирафель стоял совсем недалеко от демона, разглядывая какую-то безвкусную картину и совершенно его не замечая.       — Ты всё ещё здесь, ангел? — Кроули подошёл к Азирафелю вплотную и многозначительно кашлянул. Благодаря мягкому ковру тот не услышал стука каблуков.       — Мисс Ашта… — Азирафель удивлённо обернулся, словно не ожидал встретить демона в пустом особняке, а потом вспомнил, что в доме уже никого нет и притворяться не обязательно. — Кроули.       Азирафель оглядел демона и отвернулся, залившись нежным румянцем. О чём думал Кроули, когда создавал образ Аштарот? О том, что единственная вакансия, оставленная Даулингами, была женской, и демону больше не оставалось ничего другого. Это ангел схитрил и просто чудеснул себе должность — садовник, кому она вообще может быть нужна — а Кроули ещё и пришлось проходить собеседование.       — А ты почему ещё не уехал? — Азирафель осторожно повернулся, продолжая с интересом разглядывать Кроули. Демон очень уверенно стоял на невысоких каблуках, гордо задрав голову, но всё ещё оказываясь ниже ангела. Тот сложил руки перед собой, подпирая несуществующую грудь.       — Только собирался, но заметил тебя и решил поздороваться. Между прочим, это было бы невежливо, пройди я мимо.       Демон говорил таким отрепетированным и строгим тоном, что Азирафелю стало смешно. Он часто слышал со стороны, как Кроули воспитывает малютку Уорлока, и каждый раз умилялся, насколько это нелепо. Потому что Кроули — изрядный бездельник и пьяница, пытался научить воспитанника чему-то «хорошему». Ну… по демоническим меркам. Во всяком случае, Азирафель заметил, что демон и тут не сильно старается. Не учит ребёнка материться, не показывает злые фильмы, даже не учит ничему, что связано с Сатаной. А наоборот. Азирафель предпочёл не говорить Кроули, что видел, как тот научил Уорлока спасать котят, по дурости забравшихся на дерево.       Однажды Кроули от души напился после очередного собрания в аду и долго плакался ангелу, что его спросили, убивал ли уже сын Сатаны. «Он шестилетний ребёнок, ангел, а они спрашивают у меня такое!»       В какой-то момент Азирафелю показалось, что Кроули слишком проникся воспитанием мальчика и невольно к нему привязался. А потому тщательно выполнял свои обязанности. Слишком тщательно. Не скупился даже на то, чтобы отчитывать персонал, и самому Азирафелю несколько раз перепало нравоучений от няни Аштарот в присутствии других слуг. Ангел слишком привык называть его так за шесть лет, из-за чего иногда путал настоящее имя демона и выдуманное прозвище. Кроули сам виноват в этом, так рьяно вжившись в игру.       — Ты можешь выйти из образа, дорогой, мы в особняке совсем одни, — заметил Азирафель, убирая руки за спину.       Сам Азирафель был тем ещё лентяем и не делал в саду практически ничего — достаточно лишь щелчка пальцами, чтобы розы зацвели, а сорняки исчезли — а в основном лишь читая в своём крохотном домике, словно на курорте, и лишь изредка наблюдая за мальчиком и подкидывая ему добрые советы, которые, как он уже успел заметить, совершенно того не интересовали. А поэтому у ангела было достаточно времени, чтобы наблюдать за работой демона.       И вот что заметил Азирафель. Кроули невероятно идёт тот образ, который он сам себе создал. Чопорное платье, которое не сильно выделяет мужскую фигуру, но и не выдаёт видимость сурового целибата. Под горлом чудесный чёрный бант, на который Азирафель часто засматривался, желая потянуть за вьющиеся ленты. Платье достаточно длинное, и ангел сколько не вглядывался, так и не смог увидеть ничего, что Кроули столь эффектно прятал у себя под юбкой. Кроме блестящих туфель на небольшом каблуке из, о Боже, натуральной змеиной кожи.       Мало всего этого, так демон ещё и искусно укладывал волосы по какой-то особой современной моде и делал — или чудесил, это совершенно не важно — себе скромный макияж.       Если бы Кроули ещё и не носил очки, без которых Азирафель видел его от силы пару-тройку раз за шесть тысяч лет, ангел бы и вовсе забыл, что должен следить за ребёнком, а не за демоном. Нет, за демоном он, конечно, тоже должен следить, но немного в ином ключе. Противостояние силам зла, и всё такое.       Азирафель заглядывался на Кроули давно. Слишком. Он и сам не помнил, когда начал смотреть на демона дольше, чем положено, следить за тем, как двигаются его губы и как иногда их облизывает раздвоенный язык. Как вальяжно Кроули раскидывается на ложе со змеиной грацией, как хрипло и прокурено тянет слова. Наблюдать за Кроули на протяжении многих лет, а теперь ещё и в строгом платье, не открывающим ни одного участка кожи, слишком тяжёлое испытание для ангела, который ещё с древних времён не мог спокойно уснуть, не представив, что рядом с ним находится один конкретный демон.       Поэтому, когда на слова Азирафеля Кроули небрежно вскинул голову, изящно поднял одну бровь и поправил причёску, ангел сглотнул образовавшийся в горле ком и быстро сунул руки в карманы пальто, сводя полы вместе.       — Дело не в образе, а в элементарной вежливости, — ответил Кроули тем самым тоном, которым обычно отчитывал каждого, кто вовремя не желал ему доброго утра.       Как ему это удавалось? Вероятно, одной только беснующейся демонической натурой.       — Ох, простите, что я так невежлив. Как же мне загладить перед вами этот грех, мисс Аштарот? — саркастично произнёс Азирафель и усмехнулся, видя, как его слова приводят Кроули в ступор. — Чему ты удивляешься, Кроули? Ты бы сам слышал свой тон. Не зря даже сам посол иногда слушается тебя.       — Ну чего ты, ангел… — Кроули неловко поправил бант на шее. — Я просто хотел с тобой поздороваться и узнать о планах. Может, я хотел тебя куда-нибудь пригласить.       Ангел улыбнулся и посмотрел на Кроули, безуспешно пытающегося заправить за ухо выбившуюся из укладки прядь. Сейчас он настолько идеален и красив, что Азирафель бы сделал всё, о чём бы демон его не попросил.       Но был один момент, о котором демон не упомянул.       — Хорошо, — моментально согласился Азирафель и тут же подхватил Кроули под локоть и повёл в сторону выхода из особняка. — Я собирался почитать книгу, но идея выпить кажется намного заманчивее. Как я сам об этом не подумал!       — П-подожди, ангел, — пробормотал Кроули, зацепившись каблуками о ковёр, и Азирафель заботливо придержал его за талию, не дав упасть. — Дай я хоть переоденусь. Не пойду же я в бар в таком виде!       — А чем так плох твой вид? — наигранно удивлённо спросил Азирафель. — Мне вот очень даже нравится.       Кроули поперхнулся воздухом, не зная, что ответить на это. Нет, он, конечно, соврал бы, если бы сказал, что не пытался несколько раз совратить ангела, виляя бёдрами перед ним в этом платье. Но он ни за что бы не подумал, что хоть когда-то его соблазнение обернётся успехом. Он скорее делал это для себя, от безысходности прекрасно понимая, что не интересен Азирафелю.       На что намекал ангел? Говорил правду или, как обычно, подкалывал его?..       В любом случае, Кроули не успел возразить: Азирафель уже вёл его через сад, слишком сильно сжимая локоть.       — Что ж, ангел, — прошипел Кроули, выпрямляясь и принимая как можно более невозмутимый вид, будто вовсе не смущён. — Раз это твоя прихоть, то следи, чтобы меня там не изнасиловал никто.       — Не волнуйся, — хитро улыбнулся Азирафель. — Тебя точно никто не тронет.       Кроули достаточно быстро забил на свой внешний вид, как только на его столике оказалась первая кружка. Он жадно припал к ней, глотая янтарную жидкость, а потом блаженно выдыхая и вытирая рот ладонью в кружевной перчатке.       — О да, весь месяц об этом мечтал, — простонал демон, раскидываясь на стуле в своей обычной позе, но затем вспоминая, что на нём проклятое платье. — Чёрт возьми, даже ноги нормально не раздвинешь.       Азирафель, сидящий рядом, усмехнулся и поспешил скрыть улыбку за собственной кружкой.       — Весело тебе, ангел? — прошипел Кроули, выпрямляясь, закидывая ногу на ногу и оправляя юбку. — Подожди, я и тебя заставлю прогуляться в твоём нелепом образе. Тогда улыбаться настанет моя очередь.       — Не думаю, что это принесёт мне столько же дискомфорта, сколько тебе, — заметил ангел с улыбкой. — Будем откровенны, мы оба напортачили с образами, но твой несколько… накладнее.       — Это как понимать? — спросил Кроули, опрокидывая в себя очередную кружку и краем глаза замечая, что Азирафель сидит к нему слишком близко.       — Ну, например, мне достаточно щёлкнуть пальцами. Тебе, возможно, тоже, но я же замечаю, как ты порой поскальзываешься на каблуках, теребишь причёску и материшься, когда сползает макияж.       Кроули застыл и в недоумении почесал затылок.       — И ты всё это… действительно замечаешь?       Азирафель уже успел достаточно выпить, а потому совершенно спокойно и расслабленно кивнул, не видя в своих словах ничего плохого. Но Кроули, как бы много не выпил, всё же смог подумать, что ангел бы не смотрел на него всё это время просто так, подмечая подобные мелочи. Что-то усиленно прорывалось в мысли демона, но он никак не мог признаться сам себе, что симпатичен Азирафелю.       А потому Кроули просто не стал об этом думать, выпивая одну кружку за другой, постепенно пьянея и расслабляясь всё больше. Он уже совсем начал сползать со стула, но почувствовал, как ангел легко подтянул его обратно, совершенно случайно задев его колено через юбку.       — Осторожно. Ты уже сидеть не можешь, Кроули, — заметил Азирафель, который хоть и пил столько же, сколько демон, но почему-то казался очень даже трезвым.       А всё потому, что Кроули, пьющий в баре в таком длинном и закрытом платье, выглядел настолько соблазнительно, что на него уже поглядывала добрая мужская половина. Ангелу пришлось весь вечер отводить от него чужие взгляды, каждый раз придумывая кому-то занятие, когда кто-либо решался к ним подойти. Азирафель даже выпить не смог нормально из-за этого, ругаясь про себя, что демон веселился, растягиваясь на стуле и болтая без умолку, пока он действительно следит за тем, чтобы беднягу никто не затащил в уборную. А то в таком состоянии демон и пальцами бы щёлкнуть не смог.       — Всё, дорогой, пора домой, — произнёс Азирафель, подхватывая Кроули за талию и поднимая со стула. Демон вцепился в него мёртвой хваткой и прижался затянутым в чёрное шерстяное платье гибким телом.       — Зачем? — протянул он пьяно, и Азирафель только вздохнул. — Мы ведь только начали…       Ему пришлось чуть ли не силой вывести Кроули на улицу и свежий воздух, пока тот очень недвусмысленно прижимался к нему, вызывая лишь одно желание, которое с трудом удавалось контролировать. Азирафель чувствовал, что под многослойными одеждами Кроули очень горячий, и это ощущалось настолько, что потели ладони. Интересно, это демонический жар или алкоголь? Кроули пошатывался на каблуках, падая и заваливаясь на него, пока он вёл его в сторону парковки.       — Тебе нужно протрезветь, — заметил Азирафель, боясь, что если демон и дальше продолжит так цепляться за него, то не найдётся ещё одного ангела, который бы отвёл от Кроули опасность, но уже в виде самого Азирафеля.       — Заче-ем, — капризно протянул Кроули, заикнувшись. — Мне так хорошо, не порти мне кайф, Азира…       Кроули так и не смог выговорить его имя, и Азирафель закатил глаза. Он не впервые тащил пьяного демона домой, ведь они пили столько раз и давным-давно не стеснялись друг друга, но такого, чтобы Кроули при этом был в соблазнительном платье, а Азирафель при этом чувствовал неприятную тесноту в штанах, ещё не было.       — Потому что, если ты сейчас же не протрезвеешь, то пожалеешь об этом, Кроули, — строго произнёс Азирафель, и в этот раз демон вырвался из его рук, нетвёрдо встав напротив и едва не упав на каблуках.       — С чего я об этом пожалею?       Азирафель глянул на Кроули, поразмыслил ровно секунду о всевозможных последствиях, послал всё к чёрту и притянул демона к себе за локоть, впиваясь в него требовательным и жадным поцелуем. Кроули вздрогнул и даже попытался отстраниться, но Азирафель прижал его к себе, опустив ладони на спину, от чего демон прогнулся в пояснице. Ангел тоже был пьян, просто не так сильно. И Кроули слишком подло соблазнял его весь вечер влажными от алкоголя губами и периодически проскальзывающим меж них языком. Ангел представлял, что теперь их дружба окончена, и демон больше не захочет иметь с ним дела, но многовековое желание взяло верх, и он поддался ему. Потому что Кроули невыносимо притягателен, и его терпению пришёл конец.       Азирафель удивлённо открыл глаза, чувствуя, как Кроули обнимает его руками за шею, едва не повиснув на нём, и сам тянется навстречу, проводя раздвоенным языком по его губам.       — Значит, давно нужно было тебя напоить, — прошипел Кроули ему в губы и прижался к груди всем телом.       Азирафель почувствовал, что демон протрезвел, и сам мгновенно вывел алкоголь из своего тела. Кроули уже с совершенно серьёзным видом стоял перед ним, продолжая обнимать. Фиолетовая помада размазалась по губам, и Азирафель сглотнул, чувствуя, как заводит это зрелище.       — Много раз ты меня спаивал, — ответил ангел, опуская руки на талию Кроули и чувствуя бархатистую грубость платья. — Но сегодня ты весь вечер меня искушал.       Кроули не успел ничего ответить, как Азирафель щёлкнул пальцами, и они оказались посреди коридора дома Даулингов, в том месте, где встретились днём. Он даже не осмыслил происходящее, а ангел уже прижал его к ближайшей стене и поцеловал, влажно толкаясь языком в рот и требовательно сжимая талию в ладонях. Кроули неосознанно застонал, ощущая, как сильно ему всё это нравится, ведь Азирафель совершенно трезв и очень даже сознательно прижимается к нему возбуждённым членом, который демон так отчётливо чувствовал через юбку.       Думал ли Кроули о том, что когда-то окажется в таких властных объятиях этого милого ангела? Нет, только мечтал.       Азирафель продолжал целовать губы демона, его щёки и шею, на ощупь открывая ближайшую комнату и вталкивая его внутрь.       — Ой, это не моя комната, это кабинет Даулинга, — заметил Кроули, уже намереваясь выйти, но ангел закрыл дверь и, обнимая Кроули, повёл дальше.       — Не важно, в доме всё равно никого нет, — прошептал Азирафель и подтолкнул демона к большому письменному столу из красного дерева. У стены стоял мягкий и очень даже удобный диванчик, но ангел не обратил на него никакого внимания, усаживая Кроули на стол и разводя его ноги в стороны, от чего длинная юбка задралась до колен, и втискиваясь между ними.       Ангел потянулся к молнии на спине, чтобы расстегнуть платье, которое так давно хотел снять с Кроули, но тут демон неожиданно перехватил его руки, останавливая столь пылкий и страстный напор, которого совершенно не ожидал от скромного и невинного с виду ангела.       — Между прочим, — произнёс он, тяжело дыша, и облизнул губы, от чего у Азирафеля заметно потемнели глаза. — Я приличная женщина, а вы… позволяете себе так нагло распускать руки.       Азирафель ухмыльнулся на эти слова, прекрасно чувствуя, каким твёрдым под платьем был Кроули, и притёрся к нему ещё ближе, вызвав у демона неосознанное шипение.       — Дорогая мисс Аштарот, я вовсе не сомневаюсь в вашей незапятнанной чести, — саркастично ответил Азирафель, склоняясь к самому уху демона и чувствуя, как тот начинает мелко дрожать, и влажно обвёл его языком. — Вы самая приличная женщина, что я видел…       Ангел положил ладонь на колено Кроули, услышав тихий стон, и медленно повёл рукой вверх, с блаженством чувствуя шелковистую ткань тонких чулок под кожей, ощущая, как демон начинает дрожать сильнее, и забираясь под юбку, задирая её выше. Другую свободную руку он запустил Кроули в волосы на затылке, оттягивая и заставляя демона задрать голову и смотреть ему в глаза. Своими невероятными ядовитыми глазами, зрачки которых расширились до предела.       — Только демон из вас чересчур порочный… — заметил Азирафель, чувствуя, как чулок заканчивается полоской кружева, как его тянет вверх лента подвязок и, едва касаясь, провёл по обнажённой коже.       Кроули подался навстречу, неестественно выгибаясь в его руках и подтягивая ноги выше, под ласковые прикосновения.       — Так может мне оставить демона в покое и не трогать вашу честь, дорогая? — лукаво спросил ангел и оттянул тонкую подвязку, отпуская, от чего она вернулась на место с тихим шлепком.       Кроули вздрогнул. Азирафель выпустил его волосы, и он опёрся ладонями о стол, потеряв опору.       — Чёртов ангел, — прошипел демон, чувствуя, как Азирафель забирается ему под юбку уже обеими руками, нежно оглаживая затянутые в чулки бёдра, но не поднимается выше, туда, где уже натянулось нижнее бельё. — Что ж, опорочь меня, я больше не в силах тебе сопротивляться…       — Так это было сопротивление? Это так забавно, когда демон пытается строить из себя невинность. — Азирафель ухмыльнулся, быстро выбрался из-под юбки и, получив добровольное согласие, расстегнул молнию на платье, стягивая ткань вниз и оголяя чужие плечи. — Ого, Кроули, ты настолько вжился в образ?       Кроули залился нежным румянцем и отвёл взгляд, когда Азирафель запустил пальцы под лямки тонкого чёрного кружевного лифа, который в обычные дни очень хорошо делал видимость того, что демон похож на женщину. Вообще-то Кроули создал этот бессмысленный предмет гардероба только ради развлечения. Он и подумать не мог, что ангел узнает об этом, и тем более, что это его возбудит.       Азирафель расстегнул застёжку и откинул совершенно ненужную вещь в сторону. Мягко дёрнул за ленты, распуская бант на шее Кроули и припал к обнажившейся коже, оставляя на ней яркие красочные следы. Выцеловывая на шее демона свои отметины, ангел сдирал с Кроули несчастное платье, пока швы на боках с громким треском не разошлись.       Демон разочарованно посмотрел вниз, понимая, что теперь ему придётся колдовать новую одежду, но Азирафель не дал думать об этом слишком долго, отбрасывая платье на пол и притягивая его к себе, упираясь своим твёрдо стоящим членом.       Кроули был восхитителен. В чёрных кружевных чулках, так сильно натянувшихся из-за подвязок от пояса, обвивающего тонкую талию, в кружевном белье он предвкушённо дрожал в руках Азирафеля, не в состоянии сопротивляться внезапно вспыхнувшей ангельской страсти. Да и не хотел. Он искушал ангела с древних времён, и наконец-то пернатый поддался. Стоило лишь приодеться.       Азирафель целовал везде, куда мог дотянуться, гладил ладонями каждый обнажённый участок пылающей смуглой кожи и наслаждался тем, как сладко стонет и извивается так удачно пойманный демон в его руках. Ангел потянул Кроули за волосы, безвозвратно портя столь тщательно сделанную укладку, и демон послушно сполз со стола, меняясь с ним местами. Азирафель опёрся о стол поясницей и несильно надавил на затылок, вынуждая демона встать на колени. Кроули послушался. Опустился, подняв голову и смотря на Азирафеля возбуждённым ядовитым взглядом, и от этого зрелища внутри стянулся тугой узел. Ангел подтянул его к своей ширинке, другой рукой быстро расстёгивая её и доставая из штанов напряжённый член. Кроули против воли жадно облизнулся.       — Давай, девочка моя, — произнёс Азирафель, подтягивая Кроули ближе, утыкаясь членом в его измазанные помадой губы. — Покажи, как ты умеешь.       Кроули сглотнул и облизнул головку раздвоенным языком, обхватывая с обеих сторон. Азирафель простонал и сильнее вцепился в его волосы, от чего демон болезненно прошипел.       — Не тяни так, — попросил он, цепляясь рукой в пальцы Азирафеля. — Без волос меня оставишь…       — Прости, — добродушно ухмыльнулся Азирафель и выпустил волосы Кроули, укладывая руки ему на плечи.       Кроули хмыкнул и взял член Азирафеля в рот целиком, заглатывая так глубоко, как мог. Змеиные навыки позволили пропустить его сразу до горла, от чего Азирафель вздрогнул и толкнулся навстречу. Кроули едва не поперхнулся от внезапного толчка, но не выпустил член изо рта, а сглотнул скопившуюся слюну, расслабляя горло, впуская Азирафеля ещё глубже. Вытянул язык, позволяя ангелу скользить по нему, проникая головкой так глубоко, что у Кроули наворачивались слёзы на глаза, размазывая подводку. Они стекали вниз, смешиваясь со слюной и пачкали подбородок, но демон не останавливался, усиленно двигая головой и работая языком.       Всё это приносило несказанное удовольствие, потому что сверху до него доносились блаженные стоны. Демон чувствовал, как дрожат колени ангела, как сжимаются пальцы на его плечах. Он бы пошипел от удовольствия, если бы его рот не был занят кое-чем другим. Собственный член болезненно стоял от того, что женское бельё было слишком тесным, ткань натирала нежную кожу и была влажной и липкой от выступившей смазки, и Кроули невольно прижался к ноге ангела, потираясь о него. Но Азирафель мягко отстранил его от себя.       — Сиди спокойно, — ухмыльнулся он и ласково провёл рукой по волосам, а затем погладил по щеке.       Демон простонал, закатив глаза, заглотил глубже, чтобы отвлечь Азирафеля, а сам потянулся рукой к себе, чтобы сделать несколько движений и кончить с великолепным членом ангела во рту.       — И руки убери, — строго сказал Азирафель, заметив это, и Кроули отчаянно застонал, но послушно убрал руки за спину. — Вот так, умница.       Азирафель схватился за Кроули и сам продолжил толкаться прямо в его горло, до самого основания, от чего демон начал захлёбываться слюной. Он вцепился в бёдра ангела, пытаясь отстраниться, но тот не отпустил, продолжая двигаться, а после с протяжным стоном кончил прямо в рот. Кроули прикрыл глаза, послушно сглатывая, и почувствовал, как ангел треплет его по волосам.       — Хорошая девочка, — улыбнулся Азирафель и потянул Кроули наверх, меняясь с ним местами и снова усаживая на стол. Демон почувствовал под собой какие-то бумаги и небрежно скинул их на пол.       — Никогда бы не подумал, что ангел… — пробормотал он, восторженно смотря на Азирафеля. Ангел заметил, как по его губам к подбородку стекает капля спермы, перемешиваясь со слюной, слезами и помадой и жадно поцеловал демона во влажные губы. — Может быть таким порочным… — простонал Кроули в поцелуй, обвивая ногами талию Азирафеля и с удивлением чувствуя, как тот снова возбуждается.       — Только рядом с таким демоном, как ты, — ответил Азирафель и опрокинул Кроули спиной на стол, притягивая к себе и вжимаясь в него полувставшим членом. — Шесть тысяч лет, Кроули! У любого ангела закончится терпение.       Кроули улыбнулся, понимая, что всё это время был настолько желанным и недоступным. Но теперь ангел, кажется, собирался воздать ему за столько лет воздержания и томления. Азирафель протянул к Кроули два пальца, и демон послушно облизнул их, обвивая языком и обильно смачивая слюной. Вобрал в себя так же жадно, как до этого глотал его член.       — Какой же ты великолепный, — пробормотал Азирафель, потемневшими от возбуждения глазами оглядывая на раскинувшегося перед ним на столе демона. — Если бы я только знал, что ты мне не откажешь… Столько лет потеряно впустую.       Кроули выпустил пальцы изо рта, и Азирафель тут же оттянул в сторону нить кружева, которая всё ещё мнимо защищала демона. Демон громко простонал, стоило Азирафелю проникнуть в него, и выгнулся в спине. Ангел слишком быстро нашёл нужное место, и Кроули скрутило судорогой наслаждения.       — Я позволю тебе наверстать все тысячелетия, ангел, — простонал демон, когда Азирафель согнул пальцы и нажал сильнее, продолжая активно двигать ими. — Можешь делать со мной всё что захочешь. Я весь твой.       Азирафель ухмыльнулся и, склонившись, поцеловал обтянутое чулком колено. Убедившись, что Кроули достаточно растянут, он наколдовал немного смазки, растерев её по члену, потому что входить по одной лишь слюне было бы слишком больно даже для демона. А Азирафель не хотел причинять ему боль. Только наслаждение. Кроули создан лишь для того, чтобы любить его и долго, сладко удовлетворять. Ангел обхватил раздвинутые бёдра, едва приподняв их, и толкнулся в Кроули, от чего тот мгновенно прошипел и зажмурился.       — Сейчас будет не так больно, милый, — прошептал Азирафель, ещё немного добавляя смазки, плавно и аккуратно двигаясь, поглаживая бёдра Кроули сквозь чулки, с восторгом глядя как демон извивается, сбрасывая со стола всё, что попадает под руки.       Азирафель быстро нашёл нужный угол, и Кроули задышал чаще, выгнулся сильнее и вцепился острыми когтями в лакированную поверхность, оставляя на ней глубокие борозды. Ангел постепенно толкался в демона всё быстрее и глубже, соблюдая один чёткий ровный ритм, и с упоением вслушивался в громкие довольные стоны, перемешивающиеся с шипением и бранными словами. Кроули взмок, на лбу проступили капли пота. Азирафель чувствовал, как дрожит его тело и продолжал двигаться жёстче и глубже, желая выбить из демона как можно больше ласкающих слух звуков.       Демон обвил талию Азирафеля крепче, сжимая, чтобы подстроиться под более приятный угол, но ангел развёл его ноги шире, от этого проникая глубже, чем того хотел Кроули, от чего тот болезненно вскрикнул. Кроули едва приподнялся на локтях и снова потянулся руками к члену, но Азирафель шлёпнул по ним, заставляя демона убрать руки обратно.       — А-ангел, — захныкал демон, умоляюще глядя на него, но Азирафель вновь хищно ухмыльнулся.       — Нет, — строго ответил он. — Что там мисс Аштарот говорила о важности дисциплины? Терпи.       — Какой же ты… — Кроули не договорил от того, как Азирафель грубо двинулся в нём с влажным хлюпаньем и выбил весь воздух из лёгких.       Напряжение нарастало, и Кроули всё больше извивался, чувствуя, как оргазм подбирается мучительно медленно и тягуче. Ангел двигался жёстко, не останавливаясь, не давая передышки, не отпуская нарастающую сладость, и, наконец, Кроули с громким стоном не выдержал и кончил на живот, пачкая и себя, и пояс, и даже бельё. От того, как сильно сжался Кроули в этот момент, Азирафель изумлённо простонал и кончил следом, так и не выйдя из демона, а наоборот, вжавшись до самого основания.       Тяжело дыша, Азирафель наклонился к Кроули и влажно поцеловал в распухшие искусанные губы, слизывая жалкие остатки помады. Демон устало раскинулся на столе, не двигаясь, полностью обессилев и затихнув, и Азирафель бережно поднял его на руки и вместе с ним уселся на стоящий рядом диван, укладывая Кроули к себе на колени.       — Ангел, — довольно протянул Кроули, немного ожив и вытянувшись на нём всем взмокшим телом, чувствуя, как влажно, горячо и липко между ног. — Скажи, что это была не разовая акция.       — Всё зависит от твоих желаний, дорогой, — ответил Азирафель, обнимая Кроули за плечи и проводя ладонью по плоскому животу, обтянутому поясом для подвязок, и чудом стёр с него остатки спермы. — Но если тебе интересно моё мнение, то я бы не выпускал тебя из кровати ни на секунду.       — Так мы в ней ещё не были, — усмехнулся демон, расслабленно прижимаясь к ангелу.       — Значит есть повод это исправить.       Кроули устало зевнул и прикрыл глаза, по-хозяйски развалившись на ангеле и расслабленно раздвинув ноги.       — Я весь твой, ангел, — произнёс он сквозь накатывающую дрёму. — Я весь твой…       Азирафель улыбнулся, влюблённо глядя на вымотанного демона, убрал влажные пряди с его лба и слепо поцеловал в висок. Дальнейшее проживание в доме Даулингов обещало стать более интересным, чем было до этого дня.