Шпионаж

*** — Оппа? О чём ты задумался? — Давон дёргает старшего за рукав блузки и обеспокоено рассматривает его лицо. — Ничего особенного, — пожимает плечами блондин, переключая каналы безразлично. — Просто устал на работе. На самом деле, он врёт. Из головы не выходит тот мужчина. В его сне он умирает, прежде, чём Тэхён его за руку схватить успевает. В него стреляют, избивают, кидают в огонь и Ким его боль, как свою собственную, ощущает. Его почему-то хочется увидеть, спасти и обнять, хотя-бы предупредить об опасности. Почему-то палец перестаёт переключать каналы, когда идут новости их города. «В кофейне «Blue bird» произошла череда выстрелов, есть только один пострадавший и он является известным предпринимателем.» В кадре показывают, как мужчину везут на каталке и краем глаза, Тэ видит лицо. — Чонгуки-хён! — кричит Давон. Тэхён в нём узнаёт мужчину из своих снов и роняет пульт из ослабших рук, когда видит кровь на его рубашке. — Чонгук, он... Блондин сползает на пол, всё происходящее проходит мимо него, он смотрит в экран телевизора, даже когда тот гаснет. «Твои губы такие мягкие, но спать с тобой я не буду» «Ты пьян и устал. Давай-ка, я уложу тебя в постель.» «Тэхён, ты такой чертовски красивый, я... Я не в силах передать это. И... Противостоять я тоже не в силах.» — Чонгу-ук, — сипит Ким, пряча лицо в ладони. — Тэ? Тэхён?! — Юнги садится перед младшим на колени и фиксирует его заплаканное лицо в ладонях. — Обрати на меня внимание, ну же... — Хён... Я... — Я всё знаю, он будет в порядке, — шепчет и прижимает к себе, мягко поглаживая по блондинистым волосам. — Что ты помнишь? — Всё, я... Могу я увидеть его? Мне нужно к нему! — Тэхён из чужих рук вырывается, стирает слёзы тыльной стороной ладони и вскакивает резко на ноги. Он даже не переодевается, лишь пальто накидывает, обувается и поворачивается к старшему. — Посидишь с Давон? — сипит, шмыгая. — Оппа, беги к нему! — кричит малышка и подмигивает, сразу же повиснув на Юнги. — Спасибо, детка! — Ким хватает ключи от машины и выбегает в подъезд. Он должен увидеть Чонгука, должен быть рядом. Так сердце велит. *** И снова больница, Тэхён, к слову, терпеть их не может, но сейчас делает особенное исключение и глубокий вдох, когда подходит к стойке регистрации. — Извините, могу я узнать в какой палате находится Чон Чонгук? — шепчет он робко, перебирая пуговицы пальто. — Кем вы ему приходитесь? — спрашивает девушка за стойкой, даже не поднимая взгляд. — Я... Я его друг, — кивает своим словам Ким. — Эта информация строго конфиденциальная, я не могу вам её рассказать, — монотонно, без капли эмоций. — Но... — Никаких «но», не могу. Тэхён шипит раздражённо, но отходит в сторону. Ноги сами ведут его к той палате, в которой он сам так давно лежал. Он сердцем чувствует, что должен быть там и выполняет инструкции: поднимается по лестнице спешно, петляет среди палат и нужную находит. Около двери сидят двое мужчин и одного из них Ким узнаёт — это Намджун. — Хён? — сипит Тэхён, привлекая внимание. — Что ты здесь делаешь? — Тэ? — Джун со своего места поднимается и растерянно осматривает младшего. — А ты что здесь забыл? — Чонгук там? Как он? — перебивает Ким. — Надо же, он его вспомнил, — бросает фразу незнакомец, сидящий на лавочке. — Сокджин! — шипит мужчина. — И вас я помню, секретарь Ким, — хмурится Тэхён. — Я могу увидеть Чонгука? — спрашивает он, возвращая внимание к Намджуну. — Я... Пожалуйста, мне очень нужно это... — Мы ждём когда выйдет медсестра, она всё и скажет. Ты всё видел, да? — Тэхён кивает. — Сейчас он ещё под наркозом после операции, пулю достали и она, на удивление, органы не задела. Хён крови много потерял, поэтому сделали экстренное переливание, он должен быть в порядке... Блондин на пол осядает, смотря перед собой рассеянно, ощущает влагу на своих щеках, но даже не пытается её стереть. Пытается осознать всё, что не так давно вспомнил, пытается принять это. Теперь, он осознаёт, чего именно ему не хватало всё это время и кого нужно было спасти. Человека, который однажды пытался спасти его самого, спас сестру и выполнил данное обещание, не подрывая доверие. Его не покидает чёткое ощущение, что Чон в нём сейчас нуждается и, Господи, лишь бы он был в порядке. Медсестра выходит из палаты, едва об Тэ не спотыкаясь. — Сделали перевязку, можете навестить его по одному. Господин Чон отходит после наркоза, ещё спит. Постарайтесь не нервировать его, если он проснётся. — Иди, Тэхён, — вещает Сокджин, чего от него никто не ожидал. — Чего уставился? Ты ему нужен. Ким быстро поднимается на ноги. Он кланяется и исчезает за дверью палаты, сразу же натыкаясь на силуэт мафиози в постели. Мужчина лежит на ней, подключённый к каким-то приборам, противно пикающим, но так нужно. Тэхён подходит ближе, несмело двигает стул и рядом садится. Легонько касается чужой руки и одёргивает свою испуганно. Ему страшно даже прикасаться к старшему, страшно причинить ему боль и от этого его сердце крошится в микроскопическую пыль, развеивается по ветру и дальше – в облака. — Я не знаю, слышишь ты меня или нет, но... Почему-то я уверен, что не так давно ты так же сидел у моей кушетки и что-то мне говорил. Не знаю, какие эмоции ты испытывал, когда узнал, что я всё забыл, но...Как ты мог? Как ты мог оставить меня одного после всего, что между нами произошло тогда? Зная тебя, ты опять пытался меня уберечь, но где мы сейчас? Знаешь.. Жить – опасно. В любой момент я могу умереть, ведь никогда не знаешь, что будет через минуту, но... Я хочу провести эти минуты с тобой, даже если я буду в большей опасности... Моменты с тобой стоят того. Я понимаю, что звучу эгоистично, — Ким перебирает собственные пальцы, опуская голову. — Но я не могу думать о том, что «нас» может не быть... Впервые, когда мне кто-то по-настоящему нравится, кто-то, кого я, кажется, люблю... Отдаляется от меня с неминуемой скоростью. Я уверен, что ты приведёшь аргументы к моей амнезии, что во время неё я жил без тебя, но это не так... Я не жил, Чонгук. А если это называть так, то я жил воспоминаниями о тебе, своими снами, где ты — был недосягаемой мечтой, чем-то, в чём я отчаянно нуждался, но не мог получить... Не дай боже, ты меня забудешь, клянусь, что поцелую тебя в губы и не отпущу... Я хочу, чтобы ты обнял меня, как тогда, когда мы впервые встретились... В твоих руках я чувствую себя защищённым, не таким одиноким в этом мире, понимаешь? — Тэхён всё же берёт его тёплую ладонь в свои и нежно поглаживает. — Ты сжигаешь меня и возрождаешь из пепла, как так? С тобой я чувствую себя целым, ощущаю спокойствие с человеком, который без раздумий может лишить меня жизни. Что ты со мной сделал? — первая слеза стекает по щеке и разбивается о тыльную сторону ладони мафиози. — У меня душа болит, когда я вижу тебя в таком состоянии... Поправляйся скорее, и... Люби меня, пожалуйста... Долго-долго, ладно? Я буду ценить каждый момент с тобой, ты только не бросай меня снова, Чонгук, прошу тебя... Я искренне и отчаянно хочу быть с тобой, только с тобой, понимаешь? Но... Если ты всё же решишь от меня отказаться... Боже, мне даже думать об этом невыносимо, — лбом к чужой ладони прикладывается и всхлипывает негромко. — Если ты решишь, то я... Я ничего с собой не сделаю, потому как, не убьёшь второй раз то, что уже мертво... Как же сильно ты заставляешь меня чувствовать... Прости, что я тут разревелся, клянусь, мне просто так больно смотреть на тебя такого истерзанного, — сипит низко и резко взгляд поднимает, смотря прямо на лицо Чона. — Я тебя люблю, гук. Пожалуйста, сохрани воспоминания обо мне только хорошие и будь здоровым, береги себя ради того, кого полюбишь всем своим сердцем. Ким осторожно кладёт ладонь старшего на место и, наклонившись, оставляет нежный и долгий поцелуй на его лбу, прежде, чем покинуть палату. — Тэхён, постой! — Сокджин его к себе разворачивает и растерянно осматривает лицо блондина заплаканное. — Иди сюда... Он Кима к себе прижимает, обнимая, позволяет заплакать в голос, но тот этой возможностью не пользуется. Джин только чувствует, как его рубашка пропитывается чужими слезами и убеждается, что был не прав в отношении этого мальчишки. — Я отвезу тебя домой, ладно? — шепчет он, отстраняя от себя Тэхёна за плечи. — Расскажи мне, — шепчет Ким, — Расскажи мне, помнил ли он обо мне эти полгода? Что на самом деле тогда произошло? — всхлипывает, вытирая слёзы рукавом рубашки. — Мне нужно знать, действительно ли я ему нужен или... — Нужен, Тэхён. Тэ поднимает голову снова, смотрит в чужие глаза, в которых на ложь — ни единого намёка. — Но сначала, мы поедем к тебе домой, — продолжает Сокджин. *** — ... Собственно, поэтому ты его и забыл. Пойми, Тэхён, тебе не место рядом с ним, — выдыхает Джин. — Не тебе решать где моё место, — блондин сжимает подлокотники кресла и едва ли не шипит эти слова. — Ты себя слышишь? Он мафиози, Тэхён! Чонгук опасный человек, он убивает людей! — Да мне плевать! — Ким вскакивает с места. — Я обязан ему жизнью! — Это не значит что нужно ставить на кон свою! — перекрикивает его Сокджин, хлопая по столу. — Какое тебе дело?! Ты не можешь решать за него, как он сделал это со мной! — Тэ снова садится на кресло, но ощутимо бесится. — Я сам решу, как мне поступить... — О сестре подумай, дурак! — внемляет ему Джин, пытаясь поймать взгляд. — А ты подумай о том, что Чонгук меня охранял! Думаешь, он делал это просто так? По доброте душевной? Возможно, моя жизнь уже в опасности, так что мне терять? Разве с ним мне не будет спокойнее? Ему со мной? Сокджин молчит, опуская взгляд. — Хорошо, — через пару минут молчанья, заговаривает он. — Собирай себя, сестру и всё самое необходимое. Вы едете в его особняк, — бурчит старший. — Что...? — шепчет Тэхён, широко распахивая глаза. — Что слышал. Жду вас внизу. Секретарь поднимается с насиженного места и, захватив своё пальто, уходит, негромко хлопнув дверью. Ким остаётся сидеть на месте без единого движения, он не в силах понять, что делать дальше. Казалось бы, давай, собирай вещички и вали в новый, непостоянный, конечно, но дом. Он вниз соскальзывает и прячет лицо в ладонях, отрицательно мотает головой, на грани к истерике. У него даже не было времени привести себя в порядок, нет, не внешне, а внутри. Там, где сердце беспокойно мечется, в груди, под мнимой защитой рёбер. Ловит себя на мысли, что ему не хватает чоновых рук, которые до этого по макушке гладили, перебирая густые волосы, которые обнимали и давали хоть какое-то, но ощущение защиту. Тэхён чувствует себя измотанным, доведёным до той самой грани, когда единственный выход – в окно. — Я так не могу, — сипит он, вцепляясь в свои волосы и сгибаясь пополам. — Почему всё это происходит со мной? — Братик? — Давон садится перед старшим и кладёт ладонь на его плечо. — Всё будет хорошо, — совсем тихо говорит девочка, поглаживая его. — Не плачь, прошу тебя... Тэхён сгребает сестру в охапку и та, сразу же обнимает в ответ, испуганно жмёт к себе братика и утыкается носом в его волосы. — Всё будет хорошо, Чонгук-оппа поправится, ну правда, — шепчет она. — Оппа? — Ким отстраняется. — Он разрешил мне его так называть! — улыбается Давон. — К-когда..? — Он... Ты только не ругайся, ладно? Я один раз из школы сбежала... А он меня вернул... А потом мы гуляли по парку! Он спрашивал о тебе и был таким грустным... Глаза блондина слезятся вновь, руки дрожат, как и нижняя губа. Чонгук гулял с Давон... С его сестрой, которая не подпускает к себе людей. С его малышкой, с его маленькой сестрёнкой, из-за которой Тэхён полез во всё это изначально. Чонгук был с ней рядом тогда, когда он сам его не помнил. И после всего этого, Тэхён должен оставить Чона одного? Не дождетесь. — Собирайся, детка, — шепчет блондин. — Мы едем в гости. *** — Располагайтесь, — Сокджин взмахивает рукой, указывая на огромную комнату, которых, кажется, здесь великое множество. Тэхён несмело проходит вперёд, держит Давон за ручку и осматривает всё вокруг. Если быть честным, то ему в любом месте будет комфортно, лишь бы была кровать, куда можно лечь и спрятаться. — Вы голодны? Я могу сготовить поесть, — Сокджин наблюдает, как девочка занимает свободную постель и включает телевизор. Плазма. Но Тэхён просто садится на постель и смотрит в пустоту, поджимает губы и закрывает глаза. — Тэхён? — Я могу принять ванную? — краешком губ, улыбается блондин. — Разумеется, ты можешь об этом не спрашивать, — старший сожалеюще на него смотрит и часто кивает. Неужели, мальчишка действительно так убивается? — Спасибо, хён, — Тэхён глаза открывает и улыбается. — Горничная принесёт еду и одежду, отдыхайте и не беспокойтесь о чем-либо. Если я вам понадоблюсь, то я в комнате напротив. — Спасибо, аджосси! — улыбается ярко Давон. — Пожалуйста, принцесса, — улыбается мужчина в ответ и покидает комнату. — Братик... Я тебя люблю, — девочка садится рядом с Тэхёном и укладывает голову ему на плечо, приобнимая. — С Чонгуки-хёном всё будет хорошо! Вот увидишь. — Я знаю, зайка, просто переживаю, — усмехается Ким и обнимает сестру, повалив её на постель. — Иди мытья! Я пока мультики посмотрю, ладно? — смеётся девочка, когда брат её щекочет. — Хитрая какая, — улыбается Тэ и убирает прядь непослушных волос за ухо. — Хорошо, только недолго, ладно? — Замётано! — Давон целует старшего в щёку звонко и охает, когда горничная завозит в комнату подносы с едой. — Секретарь Ким распорядился, чтобы вы хорошо покушали, прежде, чем отдохнуть. — Спасибо большое, аджума, — Тэхён подскакивает с постели и помогает женщине разложить еду на стол. — Бросьте, я сама могу, — смущённо отнекивается она. — Я тоже, видите, — ладони показывает, — руки есть! — улыбается парень. Женщина смеётся и ненадолго зависает на чужом образе. — Это вы, я уже видела вас с офисе господина Чона! — изумляется горничная. — Тэхён, кажется? — Всё верно, — Ким треснуто улыбку давит и отводит взгляд. — Господин Чонгук по вам скучал, где же вы пропадали? — вскользь интересуется она, положив одежду и полотенце на постель. — Ждал его в своих снах, — не врёт, шепчет разбитое сердце. Женщина всё без лишних слов понимает, желает спокойной ночи, прежде, чем удалиться. Тэхён наблюдает, как Давон уплетает рис с гарниром, слабо улыбается и гладит её по голове. Девочка отвлекается от мультика, зачерпывает на ложку рис и суёт под нос старшего. — Ааам~ — Давон, детка, я— Малышка пользуется тем, что брат открыл рот и пихает ему ложку. — Чонгук-оппа просил меня за тобой следить! — ворчит. Тэхён снова улыбается, но сам берёт вилку и потихоньку приступает к трапезе. Чонгук везде и повсюду о нём помнит и заботится, что становится чертовски стыдно за то, что Ким его посмел забыть. На целых полгода. Хочется удавиться, если честно. Создаётся ощущение, что именно Чонгука он искал в прохожих, его шуток не хватало и именно его рук на своей талии и плечах. Кое-как, он наливает себе ванную и погружается в горячую воду, укладывая голову на бортик. На душе чертовски одиноко. Тэхён смотрит в потолок, а перед глазами возникают разного рода воспоминания связанные со старшим. Накрывает мурашками от первого поцелуя, ведь он до сих пор помнит те ощущения и нежный голос на ухо. Помнит, как он, весь зарёванный и пьяный, полез к Чону с поцелуем. Цеплялся за его рубашку и лез ближе, ощущая чужие горячие губы на своих губах и холодные ладони на талии. Чон прижимал его ближе и целовал, как в последний раз, словно они больше ее увидятся. Как в воду глядел... — Я явно схожу с ума, — шепчет Тэхён, прикрывая глаза. Он задерживает дыхание и погружается под воду медленно, закрывая глаза. Там тихо, словно вакуум, отдельная планета. Это всегда помогало ему собраться, но... Не сейчас. Ким распахивает глаза и выныривает, снова голову на бортик укладывая. Ничего, кроме опустошения. Ничего. ***