Остров смерти

Can you help the hopeless? Well, I'm begging on my knees Can you save my bastard soul? Will you wait for me?

Солнечные лучи пробрались в шалаш. Ребята начали потихоньку просыпаться и выбираться из шалаша. Утренняя прохлада освежала и прогоняла остатки сна. Волны мирно покачивались из стороны в сторону, принося с собой морскую пену. Когда все выбрались из шалаша, было решено отправится за ягодами и фруктами в глубину леса. Пока одни направляются за ягодами, другие осматривают берег, на наличие принесенными волнами обломков и каких либо вещей. Разделившись все направились по своим делам. В лес пошли: Андрей, Настя, Алина, Ваня, Рома. Все остальные остались на берегу. Пробираясь через колючие заросли на которых все еще была роса, ребята разговаривали о том, что будут делать когда выберутся с острова. Одни говорили что займутся своим хобби, другие, что будут продолжать учится, а кто то вовсе, не хотел уходить с острова. «Ведь на острове мы наконец можем нормально пообщаться, без всех этих гаджетов. Забыть о своих проблемах и обязанностей. Да и просто почувствовать свободу», а так же: «Подхватить серьезную болезнь, помереть от голода, сойти с ума со скуки и жить как аборигены без цивилизации, забыть про своих друзей и близких». Все находили свои плюсы и минусы нахождения на острове, и приходили к выводу, что минусов все же больше. Найдя место с большим количеством ягод, ребята решили остановится там, и собрать эти ягоды. Сбор проходил в тишине, пока со стороны не послышалось шипение Андрея. — Что случилось? — Спросила Алина, не отрываясь от сбора ягод. — Куст колючий. — Ответил он. Настя повернулась в сторону Андрея, и заметила, что теперь на его руке красуется глубокая царапина, с сочащейся из нее кровью. — Что то много за два дня ран — Произнесла она, и снова вернулась к сбору ягод. — Нужно будет обработать, когда вернемся. — На что Андрей что неразборчиво промычал, и продолжил сбор ягод. Через несколько минут уже было некуда набирать ягоды, и было решено направляться назад. Обратный путь так же прошел в тишине. Вернувшись на берег и выложив ягоды на песок, все разбрелись кто куда. Про рану же забыли. Те кто оставались на берегу, почти ничего не нашли. И решив нырять, что бы найти хоть что то, они обнаружили затонувшую дорожную сумку с вещами. Так же выложив вещи на песок, что бы те просохли, они направились к остальным. День прошел незаметно. Так же за разговорами. — Вот это день! Никто даже не ссорился. — Произнес Владлен и зашел в шалаш. На берегу остались только Настя, Максим, Дана и Андрей. — Кстати, ты рану то обработал? — Спросила Настя, косясь на Андрея — Точно! Я про нее забыл — Глаза Насти округлились до состояния пуговиц. Переведя взгляд на руку, она заметила, что царапина опухла и приобрела фиолетово-синий оттенок. — Ты хотя бы на нее смотрел? — Ой, да ладно, завтра все пройдет. — Отнекивался он. — Навряд ли — Произнесла Дана, смотря на царапину. — Это просто царапина, что может случится? — Андрей встал с песка и направился в шалаш — Спокойной ночи. — Настя лишь покрутила головой и тяжело вздохнула. Вскоре Дана тоже ушла в шалаш. И Максим, немного поговорив с Настей, направился в след, на последок бросая «Все нормально будет, чего вы, действительно». А Настя осталась сидеть на берегу, переводя взгляд и стороны в сторону. В лесу снова показался силуэт, только на этот раз он стал более отчетливей. Это была девушка. Настя поняла это по длинным волосам и хрупкому телосложению. Настя встала с песка и направилась в сторону леса. И будто бы поняв, что его увидели, силуэт пропал. Настя направилась спать, про себя думая что «Просто померещилось».

***

Следующим утром, рука Андрея привлекала все больше внимания. И как казалось он сам начал тухнуть. Синие мешки под глазами и хмурое настроение. Но ребята сводили все к тому, что он просто не выспался, да и Андрей считал так же, поэтому почти сразу после пробуждения направился вновь спать. День близился к полудню. Кто то ловил рыбу «Способом аборигенов», как назвала его Алина. А кто то продолжал свои попытки построить огромный песочный замок, который Ваня постоянно пытался разрушить. — Не быть вам строителями! — Крикнул он и побежал от разрушенного строения — Да как же ты надоел! — Ответила Настя и побежала вслед за ним. В ходе «догонялок» Настя запнулась и упала на песок. — Что то часто мы начали падать. — пробурчала она. — Мать, ты там жива? — Подходя к Насте, спросил Ваня. — Частично — Произнесла та, вставая с песка — А теперь можешь бежать — Настя начала снова гонятся за Ваней. И пока она гонялась за разрушителем великих строений, замок пытались восстановить. Вскоре к ним присоединилась Настя, а на вопрос куда делся Ваня, она лишь кивнула в сторону «трупиком» лежащего на песке парня. Ребята посмеялись и продолжили строить. День снова близился к закату. Пожарив рыбу, Дана направилась в шалаш, что бы разбудить все еще спящего Андрея. Но тот лишь что то нечленораздельно пробурчал и продолжил спать. Дана не отступала, и продолжала будить Андрея. Тот наконец сдался и разлепил веки. Приглушенный свет ударил в глаза и заставил зажмурится. После долгого сна глаза пытались привыкнуть к свету. Выйдя из шалаша, они устроились на песке. И как бы не хотелось есть, кусок в горло не лез. Мешки под глазами Андрея стали еще более насыщенного цвета, щеки впали, появилась бледность на лице, а рана на руке стала еще хуже выглядеть. На вопросы «Как он себя чувствует», он ничего не отвечал, а просто кивал. Его состояние всех пугало, но никто не показывал вида. На улице стемнело. И снова светлая луна снова освещала берег. Все уже зашли в шалаш, что бы наконец лечь спать. Но только Настя снова осталась на берегу в надежде снова встретить «Ночного человека». Ходя в доль берега, и слушая шорохи, она наблюдала за лесом. И она встретила. В лесу наконец показался силуэт. Он стал еще более четким. Настя уже не сомневалась в том что это девушка. В темноте светились ореховые глаза и грустная улыбка. Мокрые волосы волнами спускались до пояса. От своих догадок Настя пошатнулась и не оглядываясь направилась назад к шалашу. Уже у самого шалаша она встретила Максима. — Ты чего не спишь? — Произнесла она. — Он умер.

I'm sorry, brothers So sorry, lover Forgive me, father I love you, mother