Фантастическая тварь

«Не смей трогать мою дочь, мерзавка!» — слышит сквозь сон Гермиона, «с дороги! Она моя!» Заклятие Молли пронеслось под вытянутой рукой Беллатрисы и ударило её в грудь, прямо над сердцем. Злорадная улыбка замерла на губах Беллатрисы, глаза словно выкатились из орбит. Еще мгновение она понимала, что случилось, а потом медленно опрокинулась навзничь, и толпа зрителей зашумела, а Волан-де-Морт вскрикнул.

***

      Гермиона в ужасе просыпается от ночного кошмара. Ее сны становятся всё более правдоподобными. Уже больше года прошло, с тех самых печальных событий с той самой кровопролитной битвы, унёсшей жизни многих волшебников и магических существ, родных и близких, друзей. С битвы где они потеряли многих, но победили самого главного — тёмного лорда. Столько времени прошло, а покоя девушка так и не знала. Она до сих пор видит во сне эти ужасные события, а главное своего заклятого врага, ныне покойную — Беллатрису Лестрейндж. На этот раз Гермиона словно сама была ею. Будто девушку заперли в чужом теле: она видела смерть женщины от её лица, даже почти что ощутила всё на себе. Кажется, она по настоящему сходила с ума. Девушка уже почти месяц находилась в больнице Святого Мунго, куда ее отправили «любящие и заботливые» друзья — Гарри и Рон. По всей видимости, они не нашли иного выхода, кроме как запереть ее здесь, как бы не сделала с собой чего, а тут хоть под присмотром лекарей. Даже не спросив девушку, нужно ли ей это…       В этот день, друзья должны были навестить её, однако пришла только Джинни, объясняя, что парни заняты очень важными неотложными делами (Гарри с напарником все еще выискивают бывших пожирателей смерти, а Рональд готовится к предстоящему чемпионату по Квиддичу). Ну так бы и сказала, что просто не хотят видеть эту душераздирающую картину. Именно так всё и выглядело. Что-то необъяснимое и невероятное творилось с Гермионой: ни один из лучших врачей не мог ей помочь. Она словно находилась под действием каких-то неизвестных и неизученных ранее чар. Она буквально увядала на глазах. И с чего бы это вдруг? Ведь сперва все было в порядке, лучше некуда? «Святое трио» одержали победу в волшебной войне, одолели самого могущественного тёмного волшебника. Жить бы и радоваться! Но что-то пошло не так.       — Здравствуй, Гермиона! — Джинни вошла в палату, держа в руках небольшой букетик полевых цветов. — Наверное, глупо будет спрашивать… — девушка слегка замялась, — как у тебя дела, — продолжила рыжеволосая. — Итак все понятно, — Джинни устало вздохнула. Она приходила навестить Гермиону уже не в первый раз и изменения в ней читались все отчетливее. Было ясно, что с каждым днём девушке становилось всё хуже. На это и правда было очень больно смотреть: некогда густые каштановые локоны теперь стали более походить на безжизненно свисающую, бесцветную солому; лицо девушки приобрело землянистый оттенок, а глаза! Тёмно-карие глаза, в которых можно было вечно наблюдать озорные огоньки, теперь выглядели совсем блёклыми, словно их закрывала густая туманная пелена. Жизнь покидала Гермиону с каждым днём. Это было уже не скрыть. — Можешь ничего не говорить. Я все поняла. — Без единой эмоции на лице сказала Гермиона. — Герми, как… Как тебе помочь? — Джинни присела на край больничной койки и взяла подругу за руку. Надпись «ГРЯЗНОКРОВКА» на предплечье девушки, казалось — стала видна еще отчетливее, будто её сделали только что. — Ты видела? Она стала… — Как новая, — перебила её Гермиона. — Как бы я не пыталась от неё избавиться, она становится лишь выразительней. — Девушка устало вздохнула, вспоминая ЕЁ… того кто заклеймил её этой нестираемой надписью. Беллатриса. «ГРЯЗНОКРОВКА» — пронеслось в голове у Гермионы. О нет, только не снова… Воспоминания вновь захлестнули мысли девушки. — Гермиона! — Джинни потрясла подругу за плечи, не позволяя ей разорвать с ней контакт. — Это всего лишь воспоминание! Не уходи, останься здесь! — Дай мне воды, — попросила Гермиона, быстро вернувшись в сознание. Джинни налила из стоявшего на прикроватной тумбочке кувшина воды и дала девушке. Гермиона залпом осушила стакан. — Что она с тобой сделала? — Уже, наверное в сотый раз спросила Джинни подругу. Гермиона не ответила. Как обычно. Она хранила эту тайну, так будто от нее зависела её жизнь. Жизнь, с которой она готова вот-вот расстаться. Почему? Что с ней происходит? Так и не дождавшись ответа, Джинни молча встала и направилась к выходу из палаты. — До встречи, Гермиона. — Холодно попрощалась она с подругой. — Прости… — простонала Гермиона, — так нужно. Я обязательно, слышишь, обязательно встану на ноги. — Сказала девушка уже чуть бодрым голосом, от чего Джинни стало не по себе. Что она задумала? — Но не без твоей помощи, естественно. Ты поможешь мне? — Конечно Герми, — Джинни вернулась и крепко обняла подругу, — ты всегда можешь на меня рассчитывать. Я все сделаю. — Спасибо. Джинни покинула палату, оставив подругу наедине со своими мыслями.       Гермиона, собравшись с силами, встала с койки и направилась в уборную. Дошла она без происшествий, все-таки несмотря на слабость, девушка еще могла устойчиво стоять на своих двоих. Открыв кран, она набрала холодной воды в ладони и окатила лицо: ледяные струи мгновенно обожгли её тонкую и нежную кожу. Она взглянула на себя в зеркало — выглядела девушка действительно плохо. На мгновение, она почувствовала резкий укол в предплечье — туда где была вырезана порочущая надпись, рука буквально горела от боли, от чего перед глазами все поплыло. «ГРЯЗНОКРОВКА» вновь услышала девушка. «Да? И я не стыжусь этого!». Снова её разум захлестнула череда воспоминаний. Ужасных воспоминаний. Очень нехороших, слишком плохих, но… И… Девушка вдруг посмотрела в зеркало: Эти чёрные, как сама ночь глаза, взгляд полный безумства и ярости. Тяжело было с кем-то спутать обладательницу этих глаз. — Белла… — прошептала Гермиона, медленно протянув свою тонкую и дрожащую ладонь к зеркалу. — Что происходит? — спросила девушка, скорее саму себя, при этом не отрывая взгляда от зеркала, в котором ей мерещилась тёмная ведьма. — Тебя нет! Ты погибла. Что со мной? Я ведь обещала вернуться? Разве нет? — отозвался голос в её голове. Образ Беллатрисы исчез, а Гермиона яростно вскрикнула и ударила, что есть силы кулаком в своё отражение. Осколки, вдребезги разбитого зеркала, в миг разлетелись по холодному кафелю уборной, отзываясь в перемешку с криками диким эхом в голове девушки. Гермиона поняла, что начинает терять себя.

***

Апрель, 1998 год.       В лесу было спокойно и тихо. Погода стояла хмурая, изредка дул легкий, еле ощутимый ветерок. Не смотря на то, что прогретый за день воздух к вечеру заметно остывал — лес, точно заколдованный — был окутан дневным теплом. Гермиона сидела на открытой полянке и тихо напевала себе под нос какую-то незамысловатую песенку. Громкий хлопок поблизости заставил оторваться девушку от её занятия и повернуться в сторону шума. — Здравствуй, грязнокровка. — С некой насмешкой произнесла черноволосая, высокая женщина. — Думала, ты не придешь. — Не смей, слышишь… не смей так меня называть! — разозлилась девушка, вставая и идя на встречу черноволосой особе. — Ой, ладно тебе, — отмахнулась женщина, — который раз вот так встречаешь меня, могла бы уже привыкнуть. — Не ко всем вещам можно привыкуть, — Гермиона вдруг остановилась, скрестив руки на груди. — Например к этой, — девушка задрала рукав кофты, обнажая свежую, вырезанную на предплечье надпись. Женщина подошла ближе и одним ловким движением схватила Гермиону за руку. — Всё еще болит? — с некой заботой в голосе произнесла черноволосая, заглянув своими черными глазами в карие глаза девушки. — Да. — Гермиона по детски надула губы, не отводя глаз от женщины. — Потерпи немного, — сказала Беллатриса, обхватив девушку руками и крепко прижав к себе, — обещаю, скоро я это исправлю. Гермиона уткнулась носом в шею женщины, вдыхая аромат… теперь её любимый аромат. — Время, проведенное с тобой, летит так быстро, — сказала девушка, — почему мы просто не можем бросить все это и исчезнуть? — Пророчество, — обьяснила Беллатриса. — Мы должны его исполнить. Иначе никак. Вы почти у цели, дело остается за малым. А после мы сделаем так, как хотим этого: исчезнем, будем стерты из этой истории. Создадим свою историю…