Нечисть.

Коченево — поселок городского типа в Новосибирской области, с населением в семнадцать тысяч человек, премерзкими видами и такими же жителями. Именно в него двенадцатого сентября въехал незнакомый местным жителям автомобиль — чёрный ГАЗ-24, словно попавший сюдя прямо из девяностых. Автомобиль промчался мимо нефтеперерабатывающего завода и свернул во дворы на первом же появившимся повороте. Проехав мимо гаражей, машина остановилась у грязно-оранжевого двухэтажного дома. — Итак, — произнёс сидящий на водительском месте юноша, доставая из нагрудного кармана пальто небольшой лист бумаги и сверяя номер дома с записанным адресом. После этого парень, захватив лежащие в бардачке сигареты, выбрался на улицу и, заперев машину, закурил. В этот момент из второго подъезда вышел мужчина в джинсах и мятой футболке. Расширенные сосуды окрашивали склеру карих глаз в красный цвет, мешки и синяки под глазами можно было разглядеть, казалось, и с пары десятков метров, растрёпанные короткие волосы и щетина — самый типичный алкаш. — Сигареты не будет? — Конечно. Пожалуйста. — Благодарю. Мужчина подкурил, затянулся и на несколько секунд прикрыл глаза. Некоторое время прошло в молчании, нарушаемом лишь далёким лаем собак. — Где здесь шестая квартира? , — спросил юноша, бросая в сторону бычок. Его собеседник замер. Вздохнул. Затянулся и уронил сигарету на снег. — Роман, — представился он, протягивая руку. — Виктор.

***

Парни сидели на кухне за столом, на котором стояли кружки с дымящимся ароматным чаем, так и не тронутым в течении разговора. Роман кратко описал всё происходящее в квартире и показал гостю свой дневник. Виктор слушал молча и кивал. — Собираетесь переезжать? , — спросил он, когда мужчина замолчал. — Хотел, — с грустью в голосе ответил тот. — Только мне некуда. — А на время? — На время?.. — Виктор задумался на минуту. — На время могу, если нужно. — Нужно, — поднимаясь, произнёс юноша. — Прямо сейчас. Вернуться можете утром. — Прямо сразу к делу? — Роман улыбнулся. — Я тогда вещи соберу, а Вы… Приступайте, наверное, или как там это в вашей конторе… Через четверть часа Виктор остался в квартире один. Он запер дверь изнутри и принялся осматривать помещение. Простенькая небольшая однокомнатная квартира — коридор в форме буквы «Г» начинался у входной двери, упирался в комнату, поворачивал и уводил на кухню, а в одной из его стен располагались две двери — раздельный санузел. Парень вошёл в комнату и прикрыл дверь. Из кармана пальто он вытащил пучок трав и зажигалку. Вокруг Виктора распространилась смесь ароматов — кориандр, петрушка, белена и болиголов. А ещё через секунду послышался кашель. Из-за стоявших в углу коробок с вещами появилась маленькая тень и, громко топая, побежала к двери, но парень пинком отбросил тень в стену. Виктор протёр начавшие слезиться от дыма глаза и… — Мяу. — Кошка, лежавшая у стены, жалобно мяукнула, глядя прямо на юношу. Тот склонил голову набок, сдвинув брови. — Не прикидывайся, Кузмич. У него нет кота. Кошка поднялась и зашипела, неестественно изгибаясь, а потом скрутилась в комок. Комок расширился, стал обретать форму и обратился в густую шубу на маленьком мужичке с неаккуратной бородой и длинными волосами. — Ты кто такой? — Голос у мужичка был неприятный, скрипучий. Виктор, не произнеся не слова, подскочил ближе и схватил мужичка за бороду, поднимая на уровень своего лица, пока тот брыкался и осыпал парня трёхэтажным матом. — Заткнись! — бросая мужичка в стену крикнул Виктор. — Я из тебя всю дурь выбью, обмудок. — Я не обмудок, я — домовой! — Нечисть ты поганая, а не домовой, — доставая из-за пазухи небольшую серебряную флягу, украшенную золотым крестом. — Это что?.. — В голосе домового проявилась тревога. По комнате эхом разнёсся звук открывающейся фляги. — Убери! Убери её! — Страшно, паскуда? — Виктор плеснул водой в сторону существа, но то скакнуло в сторону. — Не убей! Что хочешь сделаю, пощади только! , — взмолился домовой, падая на колени. Юноша замер. Он смотрел прямо в заполнившиеся слезами глаза того, кто терроризировал хозяина квартиры уже не один день. И закрыл флягу. — Твоё счастье, Кузмич, что я сегодня в хорошем настроении. — Спас… , — начал домовой, но Виктор движением руки показал, что лучше молчать. — Хату в состоянии поддерживать, к хозяину не лезть. И чтоб за ночь всю грязь отсюда вымел. — Парень подошёл к двери, открыл её и через плечо бросил, — Узнаю, что балуешь — пощады не жди.