Мой любимый мужчина

      Эда с растрепанными после сна каштановыми волосами решительно открыла глаза и уже хотела по привычке подняться с постели, когда поняла, что её лицо касается не подушки, а чьей-то груди, где и покоилась до пробуждения её голова. А самое главное — кто-то горячо дышит прямо в её волосы, и слышен медленный стук чужого сердцебиения.       Неожиданно в голове Эды словно зазвенел колокол. Она громко выдохнула и осторожно повернулась на другой бок, медленно отстраняясь. Кажется она даже не умывалась на ночь. Или умылась?       Девушка потрогала свои волосы - они всё ещё были шелковыми.       «Надо по чаще их выпрямлять».        Преодолевая тяжесть в голове, Эда попыталась встать, так и не поняв, бодрствует ли её «подушка». До неё смутно доходили события вчерашней ночи, но ещё больше беспокоило то, где она находилась сейчас. Сопящее рядом тело чуть повернуло голову и девушка увидела лицо Серкана Болата. «Фух, хорошо, что это Серкан. Но как я оказалась в его доме? Совсем ничего не помню, кроме того, как после моей песни он появился. У нас что-то было вчера после или нет? Мы помирились? »       Первым, что сделала после таких мыслей Эда, это проверила на себе наличие трусиков своими дрожащими руками. И когда чёрное кружево было найдено на своем месте, она с облегчением выдохнула. Потом вновь посмотрела на спящего Серкана, который совсем не походил на себя прежнего - сурового холодного мужчину; его черты лица смягчились, сменяясь умиротворением.       Под пристальным вниманием, которое Болат ощутил интуитивно, он нехотя разлепил глаза и нахмурился, видя взволнованную и замершую каменным изваянием Йылдыз. Осторожными движениями пальцев она собирала на груди одеяло, стараясь прикрыться. —  Как себя чувствуешь, Эда? — Серкан чуть зевнул и потянулся, а уголок тонкого одеяла спустился ниже. — Я был бы не против чашечки черного кофе. — Он с уверенной наглостью откинул голову назад, напрягая мышцы своей груди.       Эда смотрела на него ошарашенным взглядом, однако быстро спохватилась и сильнее завернуласьсь в мягкую ткань. — А ты не охренел? — возмутилась она. — Я вообще-то жду благодарности. — Он завел руки за спину, устраивая перед ней наглядную эротическую демонстрацию. — Учитывая, что тебя вчера спас от позора в караоке. Тебе пить вообще нельзя, Эда. — Это была всего лишь маргарита с чертовым зонтиком и… — Ага, а ещё парочка огненных стопарей, от которых тебя развезло, как после самогона, ещё и нянчиться потом с тобой пришлось. —  Серкан наконец обратил на неё свой взор.       Эда стала вспоминать урывками прошлую ночь, а именно то, что они танцевали вместе, а потом она полезла к нему целоваться. — Значит мы… — её лицо запылало румянцем. — Мы что? — переспросил Серкан, ухмыляясь. — Я только переодел тебя и дал аспирин перед тем, как довести до моей кровати. — Тогда какого черта ты лежись в ней со мной?! Мог провести ночь на диване. — Приподняв одну бровь, спросила Эда. — Если ты переживаешь за свою «подвыпившую честь», то могу заверить, я на еле разговаривающее тело даже не посмотрю. — Серкан ожидал от неё попытку поскорее убежать, но вместо этого девушка упрямо смотрела на него. — Я так не думаю. — Проговорила Эда тихим, серьёзным голосом. Одеяло упало к её ногам, а сама девушка приблизилась к мужчине. Тонкие пальчики коснулись его плеч, а правая ножка скользнула по его напряжённой промежности. Все это время они не отрывали глаз друг от друга. — Тем более… это… — она сильнее надавила коленом на то, что было прямым доказательством его утреннего возбужденного состояния, — опровергает твои слова полностью.       Эда удивилась своей собственной бесстыдности и дерзости. Она хотела подразнить, спровоцировать Серкана, и громкие удары её сердца это подтверждали…       Улыбка моментально сошла с его лица. Он очень быстро окинул пристальным взглядом девушку, оказавшуюся поверх него. Не теряя времени на размышления и заметив едва заметный блеск триумфа в карих глазах чертовки, Серкан сгруппировался и нанёс неожиданный удар. Крепкие руки обхватили её за талию и очень быстро перевернули. — Ах! — только и успела вымолвить Эда, оказавшись на его месте. — Вздумала играть со мной? — тихо пригрозил Серкан, обдавая её лицо своим дыханием.       Он навис над ней в напряжённой позе и был похож на зверя, готового к прыжку на свою жертву, однако Эда совсем не испугалась этого. Она точно знала, что этот мужчина не причинит ей вреда, но его внешняя самоуверенность и невозмутимость дико раздражали, и проявить свое женское влияние ей хотелось сейчас как никогда. — Я всего лишь констатирую факт… Серкан. — Она осторожно положила ладони на его теплую грудь, под которой ощущалось громкое биение его сердца. Он дёрнулся от этого кроткого прикосновения, чуть отстраняясь назад. — Похоже твоя Маргарита ещё продолжает действовать. —  Серкан одной рукой сбросил её дразнящие тонкие пальцы с себя. — В отличие от тебя… — Эда хотела повернуться на бок, чтобы более плавно встать с кровати, но высокое тело Болата пригвоздило её к прежнему месту. Она шире раскрыла свои глаза и губы одновременно, когда он прижался к ней своими бедрами. Под тонкими боксерами отчётливо чувствовалась напряжённая, внушительная плоть. — Ты хоть понимаешь, что если это сейчас начнётся, то я не остановлюсь! — прохрипел мужчина, смотря в её яркие карие глаза.       Он уже давно испытывал эту ноющую боль в паху, поэтому даже не был уверен, что сможет долго продержаться. Эда вновь коснулась его груди маленьким кулачком, понимая, что у неё совершенно не было желания отступать сейчас. Тем более это не их первая близость, а химию их тел нельзя обмануть, как ни старайся. — Да… — чуть слышно прошептала Йылдыз.       Серкан тяжело выдохнул и стал медленно опускаться. Их губы вновь соединились, но на этот раз с более искусным, завлекающим танцем языков. Эда отвечала, не сдерживая себя и свой порыв принадлежать вновь этому мужчине. Руки Серкана забрались под футболку, касаясь и пробуя на ощупь мягкую кожу её живота, затем медленно поднялись вверх, пробуя плоть её напряжённой груди. Он с громким выдохом оторвался от её губ и посмотрел опять в глаза. — Ты не пожалеешь вновь Эда, я обещаю! — Его голос обрёл соблазнительную хрипотцу, а пальцы прошлись по твердым вершинам сосков.       Девушка хотела ответить ему, но слова потонули в протяжном стоне, а спина изогнулась, поднимая корпус своего тела навстречу этой ласке. Серкан вновь поцеловал её, сильнее зажимая мягкую плоть.       Эда громко выдыхала через нос, стараясь вторить движению его языка. Её голова сильнее закружилась, а кислорода не хватало. Он словно забирал его из неё.       Губы мужчины стали медленно опускаться. Вначале на мягко очерченный подбородок, а затем легко покусывая тонкую шею. Ладони девушки хаотично блуждали по плечам и лопаткам мужчины, будто точно не могли найти нужного места.       Когда наконец он стал уделять особое внимание острым горошинам груди, жадно одаривая их всасывающими движениями рта, Эда сделала резкий вдох, цепляясь за его затылок. — Ещё…       Карие глаза закатились от бури приятных ощущений, а внизу нарастал нестерпимый жар. А по тому, как она толкалась в него тазом и беспокойно елозила бедрами по шелковой простыне, Серкан понял, что нужно действовать в более глубоком направлении.       Он опустил левую руку вниз. Гибкие, длинные пальцы сдвинули тонкое кружево темных трусиков, проверяя её готовность. — А-а-ах…! — Она откинула голову назад, царапая ноготками его плечи.       — Прекрасно… Эда… — прохрипел Болат, наслаждался влажными звуками, что были отчётливо слышны среди их сбитого дыхания. Её тело отвечало ему с удвоенным одобрением и мышцы его живота свело дрожью ожидания. — Больше я тебя никуда не отпущу. Слышишь меня Эда?! Ты только моя! —  Серкан стал покусывать правый сосок зубами, заставляя свою женщину замычать от возбуждения. Тем временем его два пальца проникли в её горячее лоно, осторожно двигаясь вперёд.       «Какая же ты всё же тугая, чёрт подери…»  — Пож-жалуйста… — Эда уже не могла больше терпеть это ноющее чувство между ног, как и его пытки зубами и языком.       Она совершенно не помнит, как он успел надеть презерватив. Желание пульсировало в ней, как неустанно работающий орган. Когда Серкан проник в неё, то от её жара и мягкости, такой покорной податливости последние крохи самообладания покинули его. Теперь он с нескрываемой жадностью заполнял её собой. Болат двигался быстрее и резче, словно завоёвывая и покоряя Эду. Она замычала ему в губы, с силой впиваясь ногтями в лопатки мокрой от капелек пота спины своего мужчины. Он поднял её ногу и, удерживая под коленкой, отвёл немного в сторону, чуть меняя угол проникновения и мгновенно усиливая приятные ощущения.       От переполнявших её ощущений Эда выгибалась, то и дело пытаясь откинуть голову назад, но каждый раз останавливала себя, не желая разрывать столь же необходимый, как и дыхание, зрительный контакт с Серканом, который, казалось, ещё больше усиливал их связь в этот момент. Сейчас они как никогда чувствовали и любили друг друга…       Их чувства и эмоции накалялись и бушевали, сметая все ранее так тщательно выстроенные моральные преграды. С каждой минутой, с каждой секундой всё сильнее становилась необходимость сбросить опостылевшие оковы реальности и вознестись в их обоюдном стремлении быть одним единым. С каждым глубоким толчком Эда теряла волю, открывая в себе неясные отзвуки паники и страха от того, что в этот раз непременно сойдёт с ума, если он, после всего что между ними вновь произошло, бросит её. Что теперь без него, Серкана, она просто не сможет жить.       Вздохнув особенно глубоко и неровно от переполняющих её эмоций и ощущений, не сумев сдержать стон, Эда мягко коснулась ладонью волевого подбородка. Серкан тут же замедлился, преодолевая сильное напряжение. Он видел в её блестящих глазах отголоски неясной тревоги от урагана чувств, охвативших мокрое, женское тело.  — Мы будем вместе Эда. Навсегда,— прошептал Серкан, приближая к ней своё лицо.       Их влажные лбы соприкасались, а горячие выдохи сталкивались, гоняя между ними обжигающие потоки воздуха, деля одно дыхание на двоих. Серкан Болат обнимал любимую, укрывая своим телом от всех бед и тревог, безмолвно обещая защиту и любовь.       Он больше не мог сдерживать короткие хриплые стоны, его тело напряглось ещё сильнее, так, что он еле сдерживал мелкую дрожь в мышцах, но двигаться не прекращал, наоборот, только всё ускорял темп. Эда замерла и почти не дышала, удерживая Серкана тонкими руками. Она так ярко ощущала его тепло внутри себя, начиная всё быстрее приближаться к краю.       Всхлип. Стон. Удар. Второй. Третий… Ещё… Эда выгнулась и широко раскрыла глаза. Её острый, короткий вскрик вместе с выдохами облегчения впитался в стены комнаты. Она бормотала что-то неразборчивое, нежно прижимая голову Серкана к своей груди, однако он смог расслышать одно слово: — Люблю, — и удовлетворённо Болат продолжил считать громкие и частые удары сердца Эды.