Охотники и Жертвы

Прошло больше недели после нашего со Скоттом разговора о безопасности стаи. После него он познакомил меня с каждым, кого я не знала и сказал им, что я не враг. Это было странно и в то же время интересно. Я никогда вот так просто не разговаривала с оборотнями. Да я вообще никогда с ними не разговаривала! Скотт даже приглашал Эллисон на свидание пару раз, чему я, сказать по правде, была рада, ведь Эллисон мне как сестра и я желаю ей счастья. По крайней мере, с ним она начала улыбаться. Моё плечо понемногу восстанавливается и я уже не ношу поддерживающую повязку, только эластичный бинт. При движениях оно не отзывается резкой болью. Это несказанно радует. За эту неделю я ни разу не видела Дерека. Как только я сняла с руки повязку, начала бегать. Я каждое утро прибегала к старому поместью Хейлов, но его не было. Я не хотела его видеть, но в глубине души, почему-то, надеялась, что он появится. Выйдет из леса, даст нагоняй, нарычит, накричит, прогонит… Но его не было. После пробежки немного раздосадованная и разочаровавшаяся я шла в школу. Вечером в пятницу Кейт собрала всех за ужином. Ничего особенного, обычный семейный ужин, но в воздухе отчётливо чувствовалось напряжение. Крис не проронил ни слова, он молча жевал зелёный горошек, даже не глядя на Кейт. Она тоже молчала, иногда зло зыркая на брата. Мы с Эллисон то и дело непонимающе переглядывались, но никто не нарушал тишину. - Сегодня мы снова идём на охоту, - сказала Кейт нам с Эллисон после ужина. – Ты тоже, Стайлз. Твоё плечо восстанавливается, поэтому ты можешь идти в лес. - Оно ещё не восстановилось, - возражаю я, отставляя стакан с водой. - Пистолет удержишь, - холодно говорит Кейт, подымается и выходит из столовой, бросив салфетку на стул. - Папа, зачем всё это? – шепчет Эллисон, глядя на отца. - Я не знаю, Эллисон. Она будто обезумела. Я не узнаю её. Ею движет непонятная мне месть. - Но мы не можем их выследить. Мы даже не знаем, кто Альфа, - возражает Эллисон. - Она подозревает кое-кого. Но не хочет это обсуждать, - Крис замолкает. – Она позвонила Джерарду. Последние слова вводят меня в ступор. Кейт позвонила Джерарду и теперь всё – пиши пропало. Если этот чокнутый появится в этом городе, у стаи не будит ни единого шанса, чтобы выжить. Потому что Джерард Арджент самый ненормальный, ненавидящий оборотней человек, которого я вообще когда-либо встречала. Если он найдёт их, то убьёт всех, без остатка. Сердце бешено колотится, пока я собираюсь, закрепляя на поясе пистолеты и кинжалы. Я поспешно набираю сообщение Скотту о том, что Кейт отдала приказ и мы идём на их поиски. Я предупредила, чтобы они замели следы, хотя бы постарались. Или запутали их, что угодно, лишь бы Кейт не нашла их. Чтобы я не нашла их… Я еду в машине вместе с Крисом. На его лице суровое выражение, наверное, ему тоже не по душе идея Кейт. Я нервно сжимаю и разжимаю кулаки и иногда тереблю шнурки на капюшоне толстовки. - Что-то не так, Стайлз? – спрашивает Крис, я слышу его голос впервые за вечер. - Я думаю, это неправильно, - признаюсь я Крису, ведь больше никому не в состоянии. - Ну, если уж ты начала считать это неправильным, то мир ещё не катится ко всем чертям. Я постараюсь остановить это, Стайлз. Почему-то в его словах я слышу надежду. Но на что? На будущее? Или на то, что, наконец-то, смогу со спокойной душёй спать по ночам, не заботясь о том, что в любой момент может начаться очередная резня? Наверное, и на то, и на другое. Я устала, очень сильно устала от всего этого. От жизни, которую мне приходится вести, от постоянных мук совести, от страданий, от безысходности. А ещё меня перестаёт заботить то, что скажет Крис, поэтому я достаю из кармана толстовки пачку Мальборо, выбиваю из неё сигарету и щелкаю «Зиппо». - Хоть окно открой, - Крис легко улыбается уголками губ. - Извините, - говорю я, краснея, но окно приоткрываю. - Я не сегодня родился, Стайлз, я давно знаю, что ты куришь. - Будете? – что я делаю? Протягиваю Крису выбитую из пачки сигарету. Он берёт её, я протягиваю ему «Зиппо», он подкуривает, затягивается и улыбается, открывая своё окно. - Давненько я не чувствовал вкус сигарет, - выдыхает мужчина и я невольно улыбаюсь, понимая, что он самый крутой чувак, которого я встречала. – Почти восемнадцать лет, с рождения Эллисон. - Давненько, - протягиваю я, выпуская облако серого дыма. - Да… Чёрт, что я творю? Раскуриваю сигареты с несовершеннолетней в своей собственной машине, - он невесело усмехается. - Вы пытаетесь найти что-то, что позволит остаться человеком, Крис. Как и я. Мы замолкаем, выпуская в пространство клубы дыма. Останавливаемся у кромки леса и выбрасываем окурки через окна. Я выхожу на улицу, проверяя свой пистолет, делаю вид, что мне поскорее хочется приступить к охоте. Кейт улыбается, глядя на моё сосредоточенное лицо. В её глазах пляшут недобрые искорки. В руках она держит длинный электрошокер, на поясе в кобуре глок. Она в полном обмундировании, даже губы блеском помазала. Нахуя? - Всё по старому плану, - говорит Кейт и входит в лес. Конечно, по старому плану. В лесу темно, хоть глаз выколи. Луна уже давно не полная, я спотыкаюсь о торчащие из-под земли корни деревьев. Правая рука прижата к Кольту, я ощущаю пальцами холод его хромированной стали. Я слышу, как вдалеке ухает сова, как какая-то птица срывается с ветки справа, а слева хрустит тонкая, сухая веточка под ногами у нежданного гостя. Я отстёгиваю кнопку на кобуре Кольта и медленно поворачиваюсь на звук. - Разве я не велел тебе не соваться в лес, охотница? Он стоит, привалившись к дереву и сложив руки на груди. Я не вижу его лица, но хорошо вижу две красные точки. - Я не могу не следовать приказам начальства, - я пожимаю плечами, готова в любой момент достать из кобуры кольт, хоть и не хочу этого. Дерек отрывается от дерева и медленно идёт ко мне. Сердце пропускает удар, рука на Кольте немеет и я не могу пошевелить пальцами. Он идёт мягко, ступает между веток, и останавливается в паре шагов от меня. Его лицо угрюмое, как и всегда, в глазах интерес. А я снова чувствую, как от его взгляда поднимается тепло в области паха. - Так ты у нас марионетка? – спрашивает оборотень, глядя прямо в глаза. Господи, я сейчас кончу прямо здесь, даже без единого прикосновения, и скажу, что так и было. - Нет. Я бунтарь. - Что ж, бунтарь, покажешь, на что ты способна? – его глаза снова загораются красным. - Хочешь отведать аконитовой пули в зад? Он хрипло смеётся и отходит в сторону. Я вижу, как меняется его лицо, превращаясь в ужасную морду. Он поворачивается ко мне и клацает зубами. Что ж, пистолет мне не поможет. Я выдёргиваю из ножен два кинжала. - Почему ты помогаешь мне? – спрашивает Дерек. - Может, мне твоя рожа приглянулась, - я улыбаюсь, готова двинуться в атаку. Я не могу понять, смеётся он или рычит, но он выпускает когти и направляется ко мне, занося руку для удара. Я отшатываюсь назад, увернувшись от удара. Наношу ответный, с кинжалом в руке. Он отбивает мою руку, будто это надоедливая муха. Я еле удерживаю равновесие и поворачиваюсь к нему. Пригибаюсь от очередного взмаха когтистой руки, бью под дых. От неожиданности Дерек резко выдыхает и складывается пополам. Он хватает меня за повреждённое плечо и сжимает его. Я бы закричала, но меня услышат, а я не хочу этого. Поэтому я только сильно кусаю кулак, затянутый в кожаную перчатку. Инстинктивно я вгоняю лезвие кинжала в его бедро, он тихо рычит, я чувствую на пальцах капли тёплой крови. Я пользуюсь моментом и сбиваю его с ног, его рука отпускает моё плечо. Дерек падает на спину, тянет меня за собой, схватив за толстовку. Я падаю ему на грудь. Он сбрасывает меня с себя, я перекатываюсь на спину и поспешно подымаюсь на ноги. Он делает тоже самое. Мои кинжалы валяются где-то на земле и мне остаётся драться только руками. Это не самое лучшее оружие против оборотня, но всё же. Дерек криво улыбается, я вижу, как у него во рту сверкают белесые клыки. Он наступает на меня, на лице у него больше нет шерсти, только звериный оскал. Теперь он Дерек Хейл, только с клыками. Я выставляю вперёд кулаки, чтобы защититься в случае необходимости. На его губах по прежнему играет ехидная улыбка. Он подходит ближе, я заношу руку для удара. Дерек ловит её, крепко обхватывая пальцами запястье. Я заношу вторую руку. С ней он проделывает тоже самое. Он приближается ко мне так близко, что я могу почувствовать запах его одеколона. Я чувствую, как он толкает меня назад, я упираюсь спиной в дерево. Что-то это мне напоминает… Его глаза горят красным так близко, что сердце пропускает удар. Я почти не дышу, жду, что он сделает дальше. В теле просто нет сил отбиваться, плечо ещё довольно сильно ноет, а его пальцы крепко сжимаются на моих запястьях тёплыми наручниками. Я смотрю Дереку прямо в глаза, ожидая. То, что происходит потом, выбивает меня из колеи. Я чувствую на своих губах прикосновение его слегка шероховатых губ. Он бережно целует, судорожно вздыхает, поцелуй переходит в голодный. Он срывается, сминая губы диким мокрым поцелуем. Сердце уходит в пятки, внизу живота приятно тянет. Кажется, все называют это «бабочки в животе». Я никогда раньше этого не чувствовала. Дерек отпускает мои запястья, я обнимаю его за шею. Хейл опускает руки ниже, сжимает мои бёдра сильной, почти звериной хваткой, я издаю приглушённый стон, потому что больно, потому что останутся синяки. А он подхватывает меня и удерживает под бёдра. Я обвиваю ноги вокруг его талии. Он продолжает целовать меня так же рвано и дико, дышит глубоко, прикусывает мою нижнюю губу, оттягивает и отпускает. Я чувствую, как острый клык проходится по нежной слизистой. Он смотрит мне в глаза и я вижу на его лице, что он доволен. Смотрит и лыбится, сверкая красными глазищами. Но не отпускает меня, не отступает, продолжает прижимать к дереву, крепко сжимая мои бёдра. - У тебя вкус табака, - говорит Дерек хрипло. - Что ж поделаешь, я пыхчу, как паровоз, - я пожимаю плечами. - Заканчивай, - он улыбается и снова прижимается к моим губам. На этот раз мягче. – Кто-то идёт, - говорит Дерек, отпуская мои ноги. Он помогает мне найти мои кинжалы, а я перевязываю растрепавшиеся волосы. Дерек снова порывисто целует меня и скрывается в темноте, сверкнув напоследок глазами-фонарикам. Кажется, с этого момента моя жизнь круто изменилась…