Большой капучино

Саша пытался оправдаться, хотя прекрасно знал, что это бесполезно. Смешение апельсинового фреша с кофе… ужасное сочетание. Мари схватила осколок бутылки. Острые края до крови впились девушке в кожу, но это уже неважно. Замахнувшись, она кинула осколок в Сашу, и парень едва успел увернуться. Кусок бутылки с громким звоном разбился о стену. Застигнутая врасплох пара, не сговариваясь, выбежала из квартиры. Мари не пыталась их остановить: всё её тело будто парализовало, а в сознании бился едкий сильный запах апельсина. Простояв так несколько минут, девушка упала на кровать. Ей так хотелось внезапно проснуться. Пусть это будет просто кошмар. Жуткий, слишком реалистичный, противный… но просто кошмар. Она сейчас откроет глаза, и увидит Сашу, лежащего рядом. В воздухе будет только приятный запах капучино, а он заботливо обнимает её и желает доброго утра. Мысли сплетались в комок, распутать который не представлялось возможным. Мари не плакала, её сознание было будто бы заморожено. Будто бы она сама не могла принять окружающую действительность, и не веря в случившееся. Ещё долго она смотрела на потолок затуманенными глазами, затем в изнеможении провалилась в сон. Тикали часы, солнце опускалось за горизонт. Мари проснулась только под вечер. В квартире было темно и пусто. В бессознательном состоянии девушка встала с кровати и побрела в коридор. Хотелось проветриться, освежиться. А ещё… а больше ничего не хотелось. Живот немного сводило от голода, но Мари, казалось, этого не замечала. Она вышла на улицу, накинув пальто, и кинув в карман кошелёк. Хотелось кофе... Голова раскалывается… Но только не большой капучино. Лифт, машина, нет, лучше пешком, несколько улиц, поворот, парк, ветер, темнота, кофейня. Весь мир выглядел как одно большое пятно, оставшееся на белом листе понимания Мари. Около входа уже чувствуется дурманящий запах глинтвейна и сока. Сок, чёрт бы его побрал. Девушка заходит в тёплое помещение, выпуская изо рта последний клубок пара. За стойкой Виктор. До закрытия кофейни оставалось всего пятнадцать минут, и в его счастливых глазах уже прослеживались искорки усталости. Увидев Мари, Виктор воспрял духом и воскликнул: – Большой капуч, верно? Увидев мертвенно бледную, заспанную девушку, он осёкся и тихо спросил: – Ты в порядке? – Латте. – проигнорировав вопрос Виктора, ответила Мари. Всё было слишком неважно. Сознание рисовало дурманящие образы, насквозь пропитанные ненавистью к большому капучино. Девушка потянулась за кошельком. Положив деньги на стол, она взглянула на Виктора. Он выглядел обеспокоенным. Каждый день он был тем человеком, кто любезно готовил ей кофе. Он знал, что она любит. Знал, какую причёску она делает на работу и в выходной день. Знал, как нервно поправляет края пиджака, когда опаздывает. Знал, когда грустит и когда счастлива. Между ними всегда был тёплый стаканчик кофе. И что-то ещё… такое же тёплое. Возможно, если бы в её жизни не появился большой капучино, её жизнь приобрела бы другой вкус. А ведь она не разу не спрашивала у бариста совета по поводу напитка. Она их просто меняла, меняла, меняла... А какой вкус у этого человека? Впрочем, уже не важно. Мари вышла и вновь вдохнула свежий, майский воздух. Одно мгновение приятного чувства. Домой возвращаться не хотелось. Пройдя длинную улицу до конца, перед ней открылся вид на мост. Машин почти не было – время не лётное, да и рядом была большая дорога. Девушка пошла по мосту вдоль перил. Где-то внизу тихо-тихо шумела река. Мари наклонилась вниз, чтобы рассмотреть рябь на воде. На секунду ей показалось – что вся эта река ни что иное как разлитое капучино. И оно тянет её к себе, оно зовёт вновь почувствовать этот аромат. Стоит окунуться в него, и всё будет как раньше. Как прежде. Ещё раз. Ещё минуту. Девушка перегнулась через перила, она уже тянула руки к тягучему кофе. Туда, ближе, ещё немного. Она уже чувствует на руках пенку от кофе. – Мари! – чей-то резкий крик вырвал её из прострации. За спиной девушки стоял Виктор. Его мелкие пряди волос немного подрагивали на ветру. Он стоял в рабочей форме, и от него всё ещё пахло кофе. Хотя, с каждой секундой, ветер всё дальше уносил эти ароматы, уступая место запахам майских трав. – А? – Мари смотрела сквозь Виктора, ещё не совсем вернувшись в реальность. – Виктор, ты? – Да... Да, это я. Понимаешь, ты всегда заказывала большой капучино, а теперь… В общем, мне показалось, что что-то не так. Ты ведь каждый день пьёшь только… В общем… Ты как? – Знаешь, всё это время я не правильно любила кофе. Я ассоциировала капучино с человеком, который оказался подонком. А ведь на самом деле капучино было твоим напитком. Ты готовил его для меня каждый день. В моей квартире, на моём пальто, в моём стаканчике – это был твой запах. Я не смогла понять это сразу. Прости меня. – Мари сделала шаг вперёд, и молча обняла Виктора. Ветер кружил вокруг двух одиноких людей на мосту. Вдалеке поочерёдно гасли окна панельных домов. Возможно, это история совсем не про любовь. И кто знает, какой аромат станет самым важным в судьбе этих двоих. И станет ли? Возможно, это история совсем не про них. Одно понятно точно... Это история про один стаканчик большого капучино.