Перемирие

— Отец! — сразу после того, как гостей проводили, Клеопатра обратилась к Фараону. Он лишь вопросительно промычал. — Позволь мне выплыть в море. У меня появилась цель, о которой ты узнаешь, когда мне останется немного, чтобы её достигнуть. — объяснила она. — Ты для этого гостей расспрашивала? — спросил Хеопс. Клеопатра кивнула. — Позволяю. Не вечно же мне тебя держать. — Фараон улыбнулся и положил свою ладонь на щеку младшей дочери, понимая, что она уже стала взрослой. Фараон нашёл из прибрежного города корабль, который приобрёл для путешествия дочери. Она отправилась в страну, история которой её очень заинтересовала и показалась похожей на свою — Эльдорадо. Её путь длился несколько дней. И когда они добрались, то выяснилось, что вход в страну проблематичен. Но, перечитав свои записи из рассказов иностранных гостей, выяснилось, что вход есть через водопад. С Клеопатрой пошли два пехотинца как телохранители. Из-за «золотой грязи», как её называют жители Эльдорадо, египтянам было вполне привычно смотреть на эту стану, что отличало, так это присутствие растительности и «роскошный» образ жизни. Возле дворца Клеопатра приказала сопровождающим остаться на улице. Когда она вошла во дворец, увидела очередь из девушек. На троне сидел Моксо, положив ногу на ногу, рассматривая одну из девушек, которая стояла перед ним. Он у неё что-то спрашивал, а она отвечала. Клеопатра двинулась к нему. В один момент одна из девушек, стоящих в очереди остановила её: — Не видишь, что здесь очередь? Давай в конец. — дерзко сказала она, преградив ей дорогу протянутой рукой. — Почему здесь столько девушек? И все к Императору? — спокойно спросила принцесса. — Ну, а к кому ещё? Император объявил, что ему пора жениться, и желающие девушки пришли. Ты вообще из какой семьи? — девушка удивилась, но продолжала дерзить. — Я по другому вопросу, поэтому считаю, что могу пройти вне очереди. — Клеопатра аккуратно плечом сдвинула руку девушки и продолжила свой путь. Та выскочила из очереди и схватила её за руку вместе с плащом, который был на египетской принцессе. Клеопатра невозмутимо повернула голову и положила на руку девушки свою свободную руку. — Вам необязательно знать из какой я семьи, чтобы пропустить меня без очереди. — сказала Клеопатра с некой угрозой, но мягким тоном. Девушка, увидев кошачьи когти на руке незнакомки, ужасно удивилась и вернулась в очередь. В это время Моксо махнул рукой, указывая на то, что девушка, стоящая перед ним, ему не подходит. Та развернулась и расстроено направилась к выходу. Когда он заметил, что толпа девушек начали агрессивно шушукаться, когда видели проходящую вне очереди Клеопатру, одним жестом руки успокоил их. Он, стиснув брови выпрямился и поставил ногу на пол, рассматривая приближающеюся к нему незваную гостью. — Чем я могу помочь? — спросил Моксо, когда Клеопатра встала перед ним на одно колено. Клеопатра не успела ответить, так как в зал ворвались Кэтрин и Корнелий. — Кэтрин? Корнелий? Что вы здесь делаете? Я же отправил к вам амазонок. Что-то случилось? — он подскочил со своего трона и пошёл к хищникам, задавая вопросы. — Моксо, случилось! — сказала Кэтрин и они с Корнелием пошли ему на встречу. И когда Кэтрин и Моксо уже стояли друг перед другом, они замешкались. Так как Моксо увидел неизвестный ему свёрток ткани в руках вампирши, а она в свою очередь подбирала слова. — Мы встретили Дану — объявила Кэтрин. — Что? Где? В Атлантиде? — эмоции Моксо смешались. Тревога за знакомых всё ещё была, и она распространилась уже и на родную сестру, вдруг с ней что-то случилось, а может и нет и эти мысли вызывали у Моксо лёгкую улыбку на лице. Он был рад, что её всё-таки нашли, но он не знал при каких условиях… — Да, на Атлантиде — сглотнула Кэтрин. — Моксо, — внимание на себя перевёл Корнелий, — Ты же понимаешь, что там сейчас война, раз отправил к нам амазонок. Так вот, мы пытались уговорить её, чтобы она вернулась домой. Но она отказалась. — Корнелий посмотрел на Кэтрин. В итоге она решилась и просто убрала ткань с лица малыша. Моксо раскрыл в удивлении глаза, он посмотрел на Кэтрин, потом на ребёнка, после снова на Кэтрин. Словно спрашивая её взглядом о происхождении ребёнка. — Это?.. — неуверенно произнёс Моксо, медленно протягивая руки к нему, бегая глазами то на него, то снова на Кэт. — Да, это сын Даны, его зовут Аймо. Она сказала нам, что останется на Атлантиде и попросила принести тебе его. — Кэтрин аккуратно передала малыша на руки Моксо. Выражение лица Моксо постепенно менялось: удивление, потом влюблённый родительский взгляд. Уголки губ начинали дрожать и медленно подниматься, после он начал по-доброму ухмыляться и хихикать, пока постепенно его смех и взгляд не переросли в безумный. Он начал громко смеяться, смотря на ребёнка и осторожно обнимая его. Все, находящиеся в зале, смотрели на странную реакцию Императора на первую встречу с единственным племянником. Кроме одного человека, на которого обратил внимание Корнелий. Этот человек стоял на одном колене в поклоне перед троном, на нём был плащ с капюшоном, поэтому он не мог разглядеть его. — Этот ребёнок — послание предков! Благодарю вас, друзья мои! — Моксо продолжал смеяться и боготворить ребёнка. — Народ! На ваших глазах я принял в семью ребенка, моей младшей сестры Даны — будущего Императора! Кэтрин и Корнелий быстро убежали, чтобы принять своё участие на Атлантиде. А Моксо не отрывая глаз от ребёнка, направился в свои покои. — Девушки, на сегодня всё. Продолжим завтра. — сказал он. Девушки разочаровано и устало вздохнули, а Клеопатра направилась за Моксо. — Я же сказал, что все свободны. Приходите завтра. — сказал Моксо, чувствуя, что за ним кто-то идёт. — Мне нужно срочно с Вами поговорить. — раздражённо ответила Клеопатра. Её раздражало, что первый приём у заморского правителя даже не успел начаться. Моксо зашёл в свою комнату, ожидая, что сразу же избавиться от общества незнакомки. Но золотая занавеска не могла её остановить, и она зашла вместе с ним. — Что за наглость? — он наконец-то оторвал взгляд от племянника, который всё это время тоже смотрел на него. — Извините, но я не из тех гостей, которых можно откладывать на завтра. — Клеопатра скрестила руки на груди. — Я выше всех в этом государстве. Поэтому могу себе позволить отложить приём. — он выпрямился, подняв подбородок вверх. — А я не из Вашего государства. — Клеопатра использовала тот же жест. — Это невозможно! — он улыбнулся, прикрыв глаза. После посмотрел на Клеопатру и продолжил. — Я огорожен от чужестранцев, немногие знают о тайном проходе. — он будто насмехался над ней. — Мне эти «немногие» рассказали о нём и о том, почему они его сделали. И я могу Вам это доказать, пересказав всю историю от их лица. — Клеопатра снова скопировала мимику императора. — Допустим. Твои слова уже звучат убедительно. Кто ты такая? — Моксо поднял одну бровь. — Я принцесса Египта — Клеопатра, приятно познакомиться. — девушка протянула руку. Моксо с подозрением посмотрел на неё. — Принцесса Египта? Почему ты здесь одна и без мужа? — он ей не поверил. — У меня нет мужа. Поэтому я и здесь. — Клеопатра убрала руку, понимая, что Моксо её жать не собирается. — Ты хочешь выйти за меня? — удивился Моксо. — Нет. Но я уверена, что Вас моё предложение заинтересует. — Я слышал про принцесс Египта и у всех уже есть мужья. — Моксо рассмеялся, развернувшись, и положил ребёнка на свою кровать. — Я их младшая сестра. — Правда? Тогда почему все знают только о трёх принцессах, а не о четырёх? — он снова посмеялся. — Меня держали в секрете, так как я внебрачная и оборотень кошки. — Клеопатра прошлась по комнате, рассматривая её. — Так может каждый сказать. Это чистый бред. — Можете не верить, с Вас требуется только выслушать меня и принять правильное решение. Это касается Айлы… — Айлы? — Моксо медленно повернулся к ней. — Да. У нас с Вами одно горе на двоих. И думаю, если будем работать вместе, то мы избавимся от него. — Клеопатра улыбнулась, спрятав руки за спину. — Я тебе не верю. Не единому слову, поэтому не буду рисковать. — он развернулся обратно к ребёнку. — А если сам Фараон подтвердит, что я его дочь. Вы мне поверите? И тогда будете со мной работать? — Если докажешь, я подумаю. — тихо ответил он. Клеопатра кивнула и вышла из его комнаты. Через определённое время состоялся суд, в котором Клеопатра приняла участие, тем самым доказав, что является той, о ком говорила. — Теперь я тебе верю. — сказал Моксо, когда после суда к нему подошла Клеопатра. — Так в чём заключается твоя сделка? — Разве я говорила о сделке? — улыбнулась она. — Я лишь хочу получить взаимопомощь. Я помогу тебе, ты поможешь мне. — А подробней? — Моксо скрестил руки на груди. — Подробней всё обговорим, когда я тебя навещу в следующий раз. Моксо согласился с ней, и они разошлись. Долго египетскую принцессу ему ждать не пришлось. Она явилась к нему во дворец через пару дней. Уже не скрывая своего происхождения. В этот раз Моксо научил её местному приветствию с Императором. И теперь они так здоровались каждый раз. — Мы с тобой разделяем одно горе. — начала Клеопатра, после рассказала свою историю. — Я хочу с ним увидеться вновь. Не знаю к чему это, конечно, может привезти. Но я хочу вернуть его к жизни. Как и ты Айлу. Воскресив её, мы поймём как можно воскресить Ментуии. — Я понял тебя. Какой-то чёткий план у тебя уже есть? — Моксо взял и съел яблоко с подноса, который принесла Тоини, так зовут девушку, которую Моксо всё-таки выбрал себе в жёны из числа желающих девушек. У неё была белая кожа, рыжие прямые волосы и прямая чёлка чуть ниже бровей и светло карие глаза. Разрез глаз у неё был узким, но глаза при этом были большие. Клеопатра с опаской посмотрела на неё. Вдруг при ней нельзя это обсуждать? Вдруг это отразится на репутации Моксо? — Не обращай на неё внимание. У нас брачный договор. — Моксо махнул кистью. — Из рассказов наших общих знакомых, я выяснила много полезной информации. Во-первых, у воздушных воителей есть подземные воды, которые они сильно охраняют и пьют его как какой-то экзотический напиток, есть в нём что-то особенного или нет, я не знаю. Но возможно нам их вода будет полезна. Во-вторых, мы с тобой уже познакомились с Флоридой, о ней я тоже узнала из рассказов. Она видит каждую ветвь будущего. От сюда следует, что если есть возможность наших возлюбленных воскресить, то она нам сможет сказать, как это сделать… — Не-а — Моксо её перебил, после этого откусил яблоко и когда проглотил, продолжил. — Флориде, как хранителю запрещено говорить всё в подробностях. Будущее менять она конечно может, но действиями или намёками. Если и говорит кому-нибудь что-то в подробностях, то значит, это был самый лучший ход. — рассказал он. — От куда ты это знаешь? — спросила Клеопатра. — Младшая сестра рассказала. Что ты ещё узнала? — Последнее и самое важное. — Клеопатра достала шкатулку и открыла её. Там лежал золотой лист, который достал для неё Ментуии. — Эти листья золотого дерева обладают силой исцеления, даже самых тяжёлых ранений. Эльвире так вылечили сломанные рёбра. А королеве Эрдея обожжённые ноги. Моксо наклонился к шкатулке, пока Клеопатра рассказывала свойства, о которых знает, он всё больше и больше начинал хмуриться. — Слишком просто. — Моксо резко выпрямился. — Почему? Это же замечательно! — Клеопатра, ты же понимаешь, что смерть это не обожжённые ноги и сломанные рёбра? Это сгнившая плоть. Души внутри тела уже нет. — Ты уверен? А как тогда Мать Айла спасла народ? Если в её теле нет души? — Клеопатра победно начинала улыбаться. — В ней то может ещё и осталась душа, а в Ментуии? — спокойно спросил Моксо с лёгкой интонацией спора. — Действительно… — Клеопатра задумалась. После с радостью выпучила глаза, и посмотрела на Моксо улыбаясь уголками губ. — Эльвира! — Эльвира? — удивился Моксо и с подозрением поднял одну бровь. — Да! Кэтрин говорила, что Эльвира, возможно, проживает уже вторую жизнь! Она будто переродилась! — И что? — Значит, я с Ментуии могу встретиться в следующей жизни! — И как ты поймёшь, что это он? Вы же знать друг друга не будете, и переродиться можете в других местах, рассах, полов и в разное время. — Тогда нужно к Флориде! Мы с тобой тут только спорим. Через месяц они поехали в Женезесс. Флорида, так как знала, что Моксо с Клеопатрой к ней прибудут, ждала их на своём троне. Как и наших героев их встретили и сопроводили другие жители. В знак приветствия Клеопатра слегка наклонилась, а Моксо чуть не полез к ней с объятьями и поцелуями, как положено в его стране, но Клеопатра его вовремя остановила, и он повторил её жест. — Флорида, здравствуй. Рада с тобой встретиться лично. — сказала вполголоса Клеопатра с лёгкой улыбкой. Флорида, как и в прошлый раз, тяжело вздохнула и открыла глаза. — Здравствуй, Клеопатра. Здравствуй, Моксо. — усталым голосом ответила она. — Как-то неловко начинать разговор… — Клеопатра слегка посмеялась. — Ты ведь знаешь зачем мы пришли. — Верно. Знаю. — Ты поможешь нам? — спросила Клеопатра. — Ты молодец. — внезапно похвалила её Флорида. Клеопатра удивилась. — Что решила работать с императором Моксо. — уточнила Флорида и подпёрла голову рукой. — Перестаньте, давайте без формальностей. — Моксо махнул рукой и посмеялся. Флорида улыбнулась. Она знала, что Моксо так отреагирует, поэтому и сказал это. — Это правда, что Эльвира проживает вторую жизнь? — спросила Клеопатра. — Неправда. Гости снова удивились. — Она проживает не первую жизнь. И не вторую. Как и ты, как и Моксо, и я, и многие другие. — рассказала хранительница, не меняя позы. — Я смогу переродиться и встретиться с Ментуии? Или есть ли способ переродиться со старой памятью и вернуть её ему? — расспрашивала Клеопатра. — Ты проживаешь последнюю жизнь, а он переродиться снова через сотни лет. — последнюю фразу Флорида протянула. — Как же так… То есть мы не встретимся больше? Тогда почему ты меня похвалила? — Клеопатра расстроилась. — Чтобы с ним встретиться, ты должна дожить до его перерождения. — Что? Но мы оборотни кошек столько не живём! Мы конечно до смерти остаёмся молоды и я на половину человек, возможно, я проживу немного дольше, чем другие оборотни, но не сто лет! — Клеопатра готова была расплакаться. — Запомни мои слова и подумай «ты должна дожить до его перерождения». — Флорида говорила уже спокойно, не устало. — Теперь у меня вопрос. — громко сказал Моксо. — Золотые листья, правда воскрешают? — Нет. — Тогда как мне вернуть Айлу? — Моксо сдвинул брови. — Ты хочешь её вернуть или воскресить? — Разве в этой ситуации это не одно и то же? — Нет. — Флорида снова улыбнулась. — Ты меня запутала. — Моксо не смог сдержать улыбки, смотря на то, как улыбается настолько строгий человек. Но брови также были сдвинуты. — Как зовут твою сестру? — Айла… — А кто такая Мать Айла? — Богиня… — кажется, Моксо начал соображать. — А разве Боги умирают? — Так она что… спит? Флорида медленно моргнула, что означало незаметный кивок. Моксо чуть не запрыгал от счастья, настолько широкой была его улыбка. — Так как мне её разбудить? — И последнее и самое важное. — громко сказала Флорида и выпрямилась. — Идите к Эллиодору. — Флорида махнула головой в какую-то сторону и пара детей подбежала к Моксо и Клеопатре, взяв их за руки и повели по очень красивой, но незаметной тропинке вглубь леса. Спустя время они вышли на поляну, посередине которой стояло золотое дерево — Эллиодор. — А вот и вы! — обрадовался он. — Я вас заждался! Залезайте ко мне! — он опустил к ним толстую ветку дерева, по которой Клеопатра и Моксо забрались к нему, а дети убежали. — Ну? — Эллиодор все ещё улыбался. — Зачем вы пришли? — Нас Флорида к тебе послала. — ответил Моксо. — Знаю. Я пошутил. Она ко мне приходила и сказала рассказать вам о моих конечностях. Клеопатра скривилась. А Эллиодор рассмеялся. — Я о листьях. — он посмотрел на вверх, рассматривая свои листья. — Эти листья могут сорвать только те люди, которые думают о человеке, что уготован ему по судьбе. И имеет возможность один раз его этим же листом исцелить от любых болезней и ран. В принципе это то, что вам нужно знать. — Но Айла спит, она не болеет. — Давай с тебя кожу сдерём или поспи без воздуха в одной позе несколько лет. Понравится? — он буквально наехал на Моксо, но подавал это как ту же шутку. — А~а. — протянул Моксо и ударил себя по лбу. — Я сегодня как-то глупый. — Может девушка очаровала? — улыбка Эллиодора стала шире, и он перевёл взгляд на Клеопатру. Моксо с Клеопатрой переглянулись и слегка сморщились. А Эллиодор снова рассмеялся. — Тогда мне нужно сорвать у тебя лист? — Моксо указал пальцем на верх. — Ты хочешь оторвать мою конечность? Может, твою оторвём? — Эллиодор посмотрел на Моксо из-под лобья. А Клеопатра наконец-то улыбнулась, после встречи с Флоридой. — Ты перебарщиваешь с этими шутками. — ответил Моксо и встал, чтобы сорвать лист, но Эллиодор его снова остановил. — Я серьёзно. Вас так много в последнее время стало, что у меня уже листьев не хватает. Людишки ко мне приходят, лошади тут скачут, ещё и её мальчишка ко мне приходил. — он кивнул на Клеопатру. — Не оголишься из-за одного листика. — сказал Моксо. — Оголюсь! Только зимой от вас могу отдохнуть. Вы всё равно скоро на другой материк поедите, там возьмите! Мне сказали только рассказать вам о моих листьях и всё, а делиться ими мне никто не говорил! Эллиодор оказался прав. Когда они прибыли домой, то узнали, что их пригласили на свадьбу Гордея и Эльвиры. Через месяц они поплыли к ним с золотыми подарками. Когда они натанцевались, пошли на прогулку, и к их удивлению нашли золотое дерево в вампирском саду. Моксо не стал терять возможности и сорвал лист. Через три года Тоини родила мальчика. Рыжего с белой кожей и золотыми глазами. После этого Моксо и Тоини спали в разных покоях. Он изначально искал жену, чтобы она родила наследников. Старший наследник уже был — Аймо, оставалось выносить ещё одного ребёнка. Что Тоини и сделала. Теперь кроме как в воспитании сына, она ему была не нужна. Тоини была безумно и безответно влюблена в Моксо. Ей повезло, что её внешность схожа с Айлой, иначе он бы её не выбрал. В брачном договоре было написано, что она обязана родить только одного ребёнка, после того, как о беременности станет известно, они разъедутся по разным покоям и больше проводить ночи вместе не будут. И, после позолачивания она покинет дворец. Что на счёт Аймо. Он в свои три с половиной года начал звать Клеопатру замуж. Отношения Моксо с Клеопатрой становились лучше и лучше. Они сначала были как знакомые, потом коллеги, друзья, лучшие друзья и сейчас они ведут себя как брат и сестра. Моксо даже позволяет ей садиться на свой трон, от чего у Клеопатры появляются мысли править когда-нибудь. Ещё через семь лет Аймо исполнилось десять, а Олави семь. Аймо поражал, гены отца атландца давали о себе знать. В свои десять лет, он уже имел подкаченное рельефное тело. Он был достаточно спокойным и тихим, редко с кем он мог говорить. Когда Тоини пыталась его воспитывать, и внушить ему, что она его мама он начинал возражать: — Ты конечно, на неё похожа, но ты не моя мама. — память Атландцев никогда не стирается, они помнят каждый день в подробностях. Поэтому и Дану, свою маму, он запомнил. А Олави наоборот. Бегал весёлый, не был спортивного телосложения, больше худощавого. И только он иногда мог развеселить своего двоюродного старшего брата. Ещё через 3 года, Аймо начал как-то подозрительно просматривать на Клеопатру. Она всё это время оставалась такой же молодой и красивой. Она с Моксо знали эти взгляды и покрасневшие щёчки. — Слушай, Аймо. Помнишь ты меня в жёны звал? Так вот, я готова дать тебе ответ! — Клеопатра встала к нему с боку и положила свой локоть на его плечо. После сказанного он закрыл лицо руками и убежал, а Клеопатра с Моксо громко рассмеялись. И вот, спустя ещё три года. Моксо устроил позолачивание. Олави было тринадцать лет. Тоини пытался уговорить Моксо сделать позолачивание через года два-три, просила подождать ещё. Но Моксо отказал. Он уже не мог ждать. И Клеопатра тоже. Олави был позолочен. Его новое имя Отец Олави. Его фигура была с мечом. Он, встав в боевую позу, закрывал им свои глаза, откуда текли слёзы. Ему на самом деле было жалко всех. Моксо, который потратил шестнадцать лет на то, чтобы воссоединиться с любимой, Клеопатра, которая свято верит Моксо, хотя даже не знает, как ей переместиться в будущее, Тоини, жила с человеком, что безответно любит, и всё что есть между ними это Олави, теперь не будет и его. Аймо, который помнит, свою мать, не знает своего отца и всю его судьбу решили за него. «Надеюсь, что своим позолачиванием, я помогу вам» — это были последние его мысли, перед тем, как он порылся золотой коркой. Его подняли и повезли в реку. Когда несколько сильных мужчин спустились в реку, чтобы достать статую Айлы, он растерялся. — Император… — позвал его один из них. — Что такое? — спросил Моксо, держа статую сына. — Мать Айлы… её здесь нет… — Что?! — Моксо передал статую Аймо и забежал в реку. Он там начал капать одно, везде бегать, но её и правда не было. — Что прикажете делать? Моксо сдвинул брови и, выходя из реки начал массировать вески, будто это поможет что-то придумать. — Опустите его в реку, а поисками Мать Айлы я займусь. — сказал Моксо и быстрым шагом пошёл во дворец. Клеопатра побежала за ним. — Как? Куда она могла пропасть? Другие предки у вас раньше пропадали? — расспрашивала Клеопатра, когда они с Моксо вошли во дворец. — Успокойся! Я знаю, кто нам поможет. — Моксо сел на трон и быстро начал строчить что-то в письме. *** — Феникс, милая, иди поиграй в саду. — Беатрис с небольшим животом сидела за круглым столом с Корнелием, а рядом стояла девочка лет семи с рыжим волосами и жёлтыми глазками. Да-да, девочку зовут «Феникс», она может превращаться в горящую птицу. — Леон, проследи за ней. — сказал Руслан, рядом стоящему сыну. Ему уже было четырнадцать лет. У него были эльфийские уши, светлая кожа и глаза разного цвета — один зелёный, другой голубой. Волосы были светлые как у Эльмиры. У него также уже был при себе свой посох с магией погоды. Он взял за руку двоюродную сестрёнку, и они пошли на улицу. А девочка пошла вприпрыжку. — Скоро и наш малыш будет с ними бегать. — умилялась Кэтрин, положив одну руку на свой живот, а вторую на руку рядом сидячего, бородатого Доминика. — Мы тоже ждём, не дождёмся! — улыбнулась Эльмира. — Грей, а где Эля? — Должна уже скоро подойти, она, как обычно, катается по нашим краям и выбирает лучших войнов. — Гордей стоял возле этого круглого стола в длинном чёрном плаче и распущенными волосами. — Зачем ей это? Не думаю, что кто-то на нас станет нападать после тех событий. — спросила Беатрис. — Она в это не верит. — пожал плечами Гордей и тут же двери с грохотом открываются. В зал заходит Эльвира в военной форме. Её волосы были собраны в высокий хвост, а по бокам они были сбриты. За дверью остались стоять высокие люди в военной форме: девушка-оборотень волка, мужчина-оборотень дракона, мужчина — эльф, девушка — вампир и парень-маг. Они были её главными помощники в руководстве тех или иных рас. Она их сама отобрала из ряда тяжёлых испытаний. Вместе с ней зашёл парень, которому было пятнадцать. У него была светлая эльфийская кожа, длинный уши и светлые волосы, красные вампирские глаза и клыки и черты лица были полностью Гордея. — Оливер? Ты разве сегодня не дома? — обратился Гордей к сыну. — Леон мне говорил, что сегодня будет здесь. — Они в саду. — ответила Эльмира и Оливер быстро туда побежал. — Ты чуть не опоздала. — тихо сказал Гордей, когда садился вместе с женой. — Я вовремя, потому что смысла бы нашему собранию снова бы не было, если бы я не перехватила только что это. — Эльвира прокатила по столу письмо, которое Беатрис сразу поймала. — Это мне? — На письме, по крайней мере, написано так. — ответила Эльвира. Беатрис открыла письмо и начала постепенно читать. С каждым прочитанным словом её глаза раскрывались всё больше, читая текст, всё быстрее. Но в конце она жалобно вздохнула. — Что? — вскрикнули все. — Это Моксо. У них сегодня ритуал позолачивания, а статуи Мать Айлы не оказалось. И в королевстве они её найти не могут. И он просит, чтобы я её нашла, но маги не могу так делать! Я умею только управлять водой, а не видеть что в ней! — возмущалась Беатрис. — Значит нужно написать Флориде. — сказала Кэтрин. Они написали Флориде, она же написала письмо русалкам, указав на местоположение Айлы. И они в свою очередь принесли её Моксо. Мать Айлу поставили в зал предков. Клеопатра с Моксо встали перед ней и с восхищением и ожиданием смотрели на неё. После Моксо всё-таки вылил воду, в которой был раскрошен золотой лист. Во время этих действий в зал зашла Тоини, которая уже собирала свои вещи. А за ней и Аймо, который провожал её. Они увидели, что по статуе пошли трещины. А после с глаз Айлы спала глина, покрытая золотом. Кожа была цела, как и глаза. Клеопатра с Моксо выжидающе смотрели прямо в её глаза, которые смотрели вверх. Глаза не двигались, будто Айле не нужна была золотая оболочка, чтобы быть статуей. Аймо смотрел на всю это картину в непонятках. А Тоини знатно напугалась. Вдруг глаза Айлы внезапно двинулись. Они сначала закатились, потом сразу же посмотрели на Клеопатру, веки всё это время оставались неподвижными. Клеопатра слегка вздрогнула, но улыбка с её лица не сходила, наоборот, она стала шире, как и у Моксо. После этого золотой слой начал спадать сверху вниз. Её фигура была на носочках, поэтому, когда корочка спала, она встала на всю поверхность ноги. Она закрыла глаза от наслаждения, она чувствовала, как кровь растекалась по её затёкшим конечностям. Айла осталась всё той же шестнадцатилетней девушкой, а Моксо уже был довольно взрослым мужчиной, у него было щетина и, он слегка похудел. — Мама?.. — прошептал Аймо, увидев в своей тёте одинаковые черты лица с его мамой. — Айла, — шёпотом позвал её Моксо. Айла резко открыла глаза и схватила Моксо за волосы, притянув к себе. — Рано! — крикнула она ему. Моксо был в шоке. — Рано мальчика позолотил! Ты оскорбил нашего потомка моим возвращением! Как ты посмел! — Айла, милая, я ведь обещал! — оправдывался он. — А я тебе запретила! — после Айла сморщилась, вскрикнула и начала падать, но Моксо её подловил. — Айла! Тебе плохо? — расспрашивал Моксо. — Побочные эффекты? — предположила Клеопатра. — Ничего страшного… — сквозь зубы ответила Айла и встала на ноги, оперевшись на Моксо. Он же держал её одной рукой за талию, а другой за руку. — Мне просто нужно поесть. Она в сопровождении Моксо и Клеопатры собралась идти в столовую, но тут на её пути встретилась Тоини с Аймо. — Ты всё ещё здесь? — спросил у неё Моксо. — Я уже ухожу… — прошептала Тоини, опустив голову. — Это кто? — спросила Айла. — Мать предка. — И куда она собралась? — Не знаю, это теперь её дело. — Так нельзя! Она мать предка! Девушка, остановитесь! — крикнула ей Айла. Тоини повернулась. — Подойдите ко мне. — Айла, оставалась всё также серьёзной. Тоини подошла к ней, не поднимая головы. — Вам есть куда идти? Тоини отрицательно помахала головой. Айло презрительно посмотрела на Моксо. — Переночуешь здесь, а завтра тебе выделят дом, служанок и всё остальное, что нужно для проживания. Пока не появится следующий предок ты под нашей опекой. — сказала Айла и продолжила своё движение в сторону столовой. — Спасибо, Мать Айла! — Тоини упала вместе с сумками на пол. — Я больше не богиня. — ответила Айла. Аймо поднял Тоини с пола и продолжил смотреть на Айлу. — Я нашёл её… — прошептал он. — Кого? — спросила Тоини. — Маму, я её помню такой, только её волосы были другими. И имя было другое. Может она скрывалась? — рассказал Аймо. — Увы, мой мальчик, это не твоя мама. Это её сестра-близнец Айла. Твою маму звали Дана, она ушла от сюда до того, как Айла стала предком. После того как Айла поела, она легла спать, а Моксо пошёл провожать Клеопатру. — Ну вот, я тебе помогла, но как ты поможешь мне, мы так и не выяснили. — сказала Клеопатра, когда они подошли к выходу. — М-да… не справедливо получается. Потратили шестнадцать лет и сделали только половину дела. Мы ведь не молодеем. — поддержал Моксо. — Не молодеем… «не молодеем?»… Моксо! — вскрикнула Клеопатра. — Что? — удивился он. — Айла! Она не постарела! Ей должно быть уже тридцать два, а выглядит она также на шестнадцать, как её и позолотили! — радостно восклицала Клеопатра. — Как говорила Флорида, тебе нужно дожить до перерождения твоего любимого! — добавил Моксо. — Верно, но мне столько не пережить, значит… — Тебя нужно позолотить! — закончил Моксо. — Да! — Клеопатра кинулась на Моксо и они обнялись. Старейшинам рассказали через сколько веков нужно разбудить Клеопатру. Позолотили и спрятали её в гробнице в Сфинксе, а вместе с ней и золотой лист. Старейшины в свою очередь оставили надписи об этом на стенах пирамид. А Моксо передавал эту историю из поколения в поколение, на случай если египтяне забудут или потеряют эту историю, то его потомки вернут к жизни его подругу. Прошло много веков. И время пришло. Клеопатра почувствовала, как по её телу пробегает тепло и она открыла глаза. Перед ней стояли визири. — Согласно надписям, мы должны были Вас разбудить сейчас. — они не поднимали головы. — Сколько прошло времени? — спросила Клеопатра. Она начала рассматривать своё тело и поняла, что её отличительные черты кошки-оборотня пропали. — Согласно нашим подсчётам, прошло больше двадцати пяти веков. В наше время уже были девушки с Вашим именем, поэтому просим Вас запомнить, что Вы отныне Клеопатра VII (седьмая). — Где он? — внезапно спросила она. — Кто? — Тот, ради кого я здесь. — Извините, но мы не знали, что вы должны были проснуться «ради кого-то». — ответили они. — Как же так? Я же чётко говорила, что должно было быть написано на стенах! — она начинала нервничать. — Просим прощения, может мы неправильно прочитали древний язык, но как мы поняли там было написано пробудить Вас, через двадцать пять веков, когда будет вопрос наследника и что Вы должны будете стать дочерью от женщины с Вашем именем. — объяснили они. — Сейчас именно такая ситуация. — Флорида… — догадалась Клеопатра. — Хорошо, так что согласно надписям я должна сделать? Клеопатра вышла замуж за своего малолетнего брата и стала править Египтом. После между ними случилась война, после которой она сбежала. А чтобы вернуться на трон она решила заполучить доверие Цезаря — врага своего бывшего мужа, который приехал взымать с него долги. Через какое-то время Цезарь вторгся в Египет и разбил его войско, а бывший муж Клеопатры утонул в Ниле. Тогда Клеопатра снова стала править. После смерти Цезаря, до Клеопатры дошли слухи, что нынешний правитель Рима, хочет обвинить её в заговоре против Юлия. Тогда Клеопатра, одев самый «богоподобный» наряд отправилась к нему, надеясь так же как и бывшего правителя Рима покорить и «уладить конфликт». Но когда они встретились, то оба потеряли дар речи. Он был очарован её красотой, как она и предполагала, а она, смотря на него, еле сдерживала слёзы, прошептала: — Это ты…