1. Кейтилин I
11 мая 2022 г., 17:51
Кейтилин Талли никогда не ожидала такой жизни. Она родилась Талли, в Риверране, на юге страны, где было гораздо теплее. В детстве она слышала рассказы о Севере, о дикарях, о нецивилизованных людях, о всевозможных ужасах. Ее муж, Эддард Старк, изменил её представление о Севере.
Отец всегда говорил ей, что война может изменить человека, но она не знала, что это значит на самом деле, пока не увидела Эддарда в первый раз после коронации Роберта, сидя в Большом чертоге Винтерфелла.
Первое, что она заметила, была его теплая улыбка. Он смотрел на нее как на женщину, в которую уже был влюблен. А не как человек, который едва знал свою жену. Она вспомнила, что он заметил ребенка, их сына, у нее на руках. И как он заплакал при первом взгляде на него.
— Робб, — позвал он, сжимая сына в объятиях, казалось, что он никогда не отпустит его. Странно, но она никогда не писала ему и не называла имени Робба до его возвращения домой. Каким-то образом он просто знал, и когда она родила остальных своих детей, он тоже знал.
Поначалу у них было мало средств и возможностей, но за семнадцать лет Нед многого добился. Ров Кейлин был восстановлен. Он установил мир между Скагосом и материком. Около 100 000 человек с севера от Стены мирно обосновались к югу от нее. Он восстановил Ночной дозор, увеличил торговлю и прибыль, продавая древесину и меха. Список можно было продолжать и продолжать. Она знала, что ее муж попадет в историю Севера, как великий человек, и не могла быть более счастливой. В настоящее время она была замужем за самым богатым человеком во всем Вестеросе и имела шестерых замечательных детей, которых она любила и обожала. Жизнь была прекрасна. Боги благословили ее.
Однако в этот момент она не чувствовала себя счастливой. Ей придется принести дурные вести, причинить боль своему замечательному мужу и отправиться в богорощу. Ей никогда не нравилась богороща Винтерфелла, она была темной и первозданной, тогда как богороща Риверрана была светлым местом, где она могла читать или играть со своей сестрой.
Однако она знала своего мужа и знала, что он будет здесь. Каждый раз, когда он лишал человека жизни, он садился на один и тот же покрытый мхом камень и чистил свой меч в тишине этого леса, и именно там она находила его, в центре, под чардревом. «Если ты забираешь жизнь человека, по справедливости, попроси прощения у богов, и они снимут с тебя вину», — всегда говорил он.
Сначала она увидела Лиарру, вернее, Лиарра почувствовала ее. Большой серый лютоволк поднял голову, понюхал воздух и завилял хвостом, когда Кейтилин появилась в её поле зрения. Лиарра была одной из странностей Неда.
Луну назад он вернулся с охоты с беременной лютоволчицей, с которой каким-то образом подружился и которую назвал в честь своей матери.
— У них одинаковые глаза, — тихо сказал он ей, но странным было даже не это.
— Она родит шестерых щенков, — сказал он. — Серый Ветер, Призрак, Леди, Нимерия, Лето и Лохматый Пёсик. Они защитят наших детей, и все они доживут до старости и, возможно, у них будут собственные щенки.
Две недели спустя Лиарра родила шестерых щенят, и, как и говорил Нед, ее дети назвали их Серый ветер, Призрак, Леди, Нимерия и Лохматый Пёсик. Бран еще не назвал своего щенка, но она была уверена, что имя волка будет Лето. Сейчас они все были там, в Богороще, с Недом, кормились от матери.
— Нед, — тихо позвала она. Он поднял голову и ослепительно улыбнулся. Он сделал все, что мог, чтобы она влюбилась в него. Она не могла представить себе другой жизни.
— Любовь моя, — сказал он, его голос был любящим и согревал ее.
— А где же дети? — спросил он с ноткой веселья в голосе. Она улыбнулась в ответ. Он всегда беспокоился о детях. Единственный кто любил их шестерых детей больше, чем она, был Нед. И она считала, что он прекрасно воспитал их всех.
— Робб и Джон с сиром Эртуром, — гордо сказала она. Она по-настоящему гордилась своими двумя мальчиками, даже если Джон на самом деле не был её сыном. В честь Лианны она воспитала мальчика как своего собственного и дала ему все самое лучшее, как и своим детям.
Много лет назад Нед вернулся домой не только с младенцем на руках, но и с Мечом Зари в качестве стражи. Она считала, что слухи о любовной связи Неда с Эшарой Дейн правда, и что ее брат приехал на север, чтобы защитить ребенка своей сестры.
Правда была еще трагичнее. Правда заключалась в том, что Лианна и Рейегар Таргариен были влюблены и поженились. И Джон был результатом этой любви. Всё восстание было основано на лжи. Сир Эртур поклялся Рейгару и Лианне, что сделает все, чтобы защитить их сына. Нед убедил Роберта освободить его от обетов, так что ему разрешили отправиться на север вместе с Недом. С тех пор он и сир Родрик обучали солдат и ее детей.
Она подозвала к себе Лиарру, чтобы почесать её между ушами.
— Как их успехи? — спросил Эддард, которого всегда интересовало обучение и воспитание его детей. С раннего детства он брал их всех, слушать и учиться, когда выполнял свои обязанности Хранителя Севера.
— Сир Эртур утверждает, что если бы они отправились на юг, то выиграли бы все турниры, и дамы от стены до Солнечного Копья бросались бы на них, — гордо ответила Кейтилин, и Нед улыбнулся.
— А Санса? — спросил Нед.
— С Домериком, конечно, — ответила Кейтилин. — Я согласна, что она слишком молода, Нед, но я не знаю, сколько еще мы сможем ждать. Поскольку он последний Болтон, ему скоро понадобится жена.
— Я знаю, — мрачно ответил Нед, прежде чем его черты смягчились, — я просто еще не готов расстаться с ней.
Домерик Болтон был похож на одного из ее детей. Его отец и незаконнорожденный брат умерли, когда мальчик воспитывался в Долине, из-за ужасного нападения, и Нед решил воспитать его как своего собственного. «Нельзя винить мальчика за грехи его отца», — говорил он. Она сомневалась, что он действительно верил в это, когда дело касалось Домерика. Русе Болтон и Рамси Сноу умерли по пути в Винтерфелл после того, как их вызвал Нед. На них напали бандиты, но виновные так и не были найдены. Она могла бы сказать, что Нед не очень любил Домерика. Если честно, Нед действительно не любил Русе Болтона и, казалось, перенес это недоверие на мальчика, но он никогда не признался бы в этом.
— Не готов отдать её или не уверен в том, кому ты её отдаёшь? — спросила Кейтилин. Нед бросил на нее пронзительный взгляд, вздохнул и пожал плечами.
— Арья? — спросил Нед. Очевидно, он хотел уйти от темы с Домериком, поэтому она решила, что лучше оставить все как есть. На данный момент.
— Без сомнения, где-то упражняется с луком, — вздохнула Кейтилин. Нед рассмеялся. — Санса делает то же самое.
— Санса не доставляет септе Мордейн никаких неприятностей, которые вызывает Арья, — ответила Кейтилин. Нед настаивал, что все дети должны знать, как защитить себя. Санса и Арья обучались владению луком с юных лет, и хотя Санса предпочитала кинжал, она все еще хотела быть настоящей леди, Арья же предпочитала меч.
— Я понимаю, что ты хочешь, чтобы дети могли защитить себя, — продолжала Кейтилин, — но она должна научиться быть не только воином, но и Леди.
— В ней столько же волчьей крови, сколько в Лианне и Брандоне вместе взятых, — съязвил Эддард, но сдался, когда Кейтилин застонала. — Я поговорю с ней о том, чтобы она более серьезно относилась к другим урокам.
— Пусть это сделает Джон, может, она и вправду послушает, — с улыбкой ответила Кейтилин. Арья и Джон всегда были близки. Нед снова рассмеялся, прежде чем перейти к следующему ребенку.
— Бран? — спросил он.
— Где-то лазит с Уильямом, — Кейтилин поймала себя на том, что снова вздыхает. — Лучше бы они этого не делали.
Эддард вздохнул и тоже кивнул, в этом он всегда был с ней согласен. Ему не нравилось, когда Бран лазил по стенам замка.
— Ты бы гордилась Браном, — мягко проговорил он после глубокого вздоха. Она нахмурилась, почему он казался таким расстроенным?
— Я всегда горжусь Браном, всеми детьми, — честно ответила она. Он кивнул ей, но все еще видел тот же самый разочарованный взгляд.
— Что тебя беспокоит, любовь моя? — спросила она, и он снова вздохнул.
— Он был четвертым в этом году, Кэт, — ответил он. — Я не знаю, что еще делать. Я усилил Ночной дозор. Я снабжаю их едой, лошадьми, золотом. У них достаточно людей, чтобы охранять большую часть крепостей вдоль Стены, и все же есть такие люди, как он. Трусы. Есть ли что-нибудь еще, что можно сделать?
— Ты сделал и дал им всё, что там может понадобиться. Некоторые мужчины просто не созданы для Стены. Можно ли их в этом винить? — сказала Кейтилин.
Он кивнул, но она посерьезнела.
— Он говорил о Иных?
— Да, — просто ответил он. Она нахмурилась.
— Вы не должны отпускать туда Джона.
— Я знаю, — согласился он, снова чувствуя разочарование, — но что еще я могу сделать? Мы перепробовали все, но он все равно хочет уйти. Он считает, что ему здесь не место.
— Может быть, — начала она и остановилась, прежде чем продолжить, — может быть, мы должны сказать ему правду.
— Да, — ответил Нед. — Может быть, пришло время, но ты пришла сюда не для того, чтобы говорить о Стене или детях. Какие у тебя новости для меня?
— Откуда ты знаешь? — спросила Кейтилин, и, как всегда, когда Нед знал что то, что не должен знать, он просто пожал плечами. — Мне это приснилось.
— Сегодня из столицы пришли ужасные новости. Я не хотела беспокоить тебя, пока ты не закончишь, — она взяла себя в руки, зная, что не было способа смягчить удар.
— Мне так жаль, Любовь моя, но Джон Аррен мертв.
Её глаза нашли его и она увидела то, чего не ожидала. Она видела стыд в его глазах, она видела сожаление. Он пробормотал что-то так тихо, что если бы не тишина богорощи, она бы его не услышала. Она хотела расспросить его, хотела спросить, что он имеет в виду, но он заговорил первым.
— Твоя сестра? — сказал он. — А сын Джона? Что слышно о них?
— Она вернулась в Долину, — ответила Кейтилин.
— Полагаю, Роберт сейчас путешествует на Север? — Спросил ее Нед.
— Да, — ответила Кейтилин, — откуда ты знаешь?
— Это имеет смысл, — осторожно ответил он. — Он захочет, чтобы я стал его Десницей.
— Ты согласишься? — тихо спросила она.
— Я думаю, что на какое-то время соглашусь, — загадочно ответил Нед после напряженной внутренней борьбы.
— Твои сны это просто сны, Нед, — тихо ответила Кейтилин. Однажды он рассказал ей об ужасном кошмаре, в котором его обезглавили в Королевской Гавани по приказу принца Джоффри. — Тебя не казнят в Королевской гавани. Нед снова пронзительно посмотрел на нее, — Я знаю. Зима близко.
