The Pack Survives (Стая выживает)

      Небо на востоке было золотым, когда солнце взошло над долиной Аррен. Кейтилин Старк задавалась вопросом, как она сюда попала и какова цель всего этого. Если ее муж знал, что взять Тириона Ланнистера было правильным решением, он, конечно же, знал, что таков будет результат. Ее родина была на грани войны, наверняка не этого хотел ее муж. Он не мог знать, что на нее нападут в горах Долины, что Лиза будет так одержима обвинением Тириона Ланнистера в убийстве ее мужа. Если и было что-то, в чем она была уверена сейчас больше всего на свете, так это то, что Тирион невиновен. Для него не имело никакого смысла посылать кого-то убить Брана, зная, что ему придется путешествовать со Стены с маленьким отрядом. Даже его история о том, что он никогда не делал ставок против своего брата, подтвердилась. И учитывая то, как безумно вела себя Лиза, она начала думать, что, возможно, Нед был прав, подозревая ее еще в Винтерфелле. Она была готова осудить человека практически без доказательств. Это было почти так, как будто ее сестра искала, кого бы обвинить. Она тяжело вздохнула. — Расскажи мне все остальное, — сказала она. — Цареубийца собирает войско у Утеса Кастерли, — ответил сир Родрик Кассель. — Ваш брат пишет, что отправил всадников, требуя, чтобы лорд Тайвин объявил о своих намерениях, но не получил ответа. Эдмур приказал лорду Пайперу и лорду Вэнсу охранять Золотой Зуб. Пойманы, люди Ланнистеров, которые пытаются её взять. Он также пишет, что сир Эртур и Джон Сноу с ним. Он говорит, что Джон составил план и захватил Гору и что сейчас он сидит в подземельях. Последняя фраза заставила ее задуматься. Почему сир Эртур и Джон Сноу на Трезубце? Нед послал их туда, потому что знал, что Гора попытается напасть? Почему он ничего не сказал? Ее муж начал расстраивать ее так же сильно, как и ее сестра. — Эдмур прислал всадников, — сказала она, — но где мой лорд-отец? — В сообщении вообще не упоминался ваш отец, миледи. Единственное, что там есть, это то, что сир Эртур посоветовал ему не защищать Золотой зуб, как он это сделал. Сир Эртур считает, что Эдмар играет на руку Тайвину Ланнистеру. Кейтилин покачала головой. — Он поступил бы мудро, если бы послушался сира Эртура. — Да, — ответил сир Родрик. Какое-то время он молчал, и она оценила краткую паузу перед тем, как он снова заговорил. — Ваша леди-сестра хотела поговорить с вами после боя. Кейтилин усмехнулась. — Бой — это шутка. Карлик обманул ее, но она слишком слепа, чтобы увидеть это. Что бы ни случилось сегодня утром, сир Родрик, пора нам уходить. Мое место в Винтерфелле с моими сыновьями. Что-то ещё? — Ничего, моя госпожа. Старый рыцарь ждал у ее двери, пока Кейтилин позвала слуг, которых ей дала Лиза. Она надеялась, что сможет поговорить с сестрой перед дуэлью, но мало надеялась, что сестра вообще ее послушает. Ее сестра определенно была не той девочкой, с которой она выросла. Она почти сочувствовала ей. Что такого ужасного произошло, пока она была в Королевской Гавани, что сделало ее такой? Кейтилин подумала, что, если ее муж был бы отравлен, а ее сын был таким болезненным, как Робин, она, возможно, тоже давно сошла бы с ума, но опять же, она прятала короля. Короля, который схватил человека, ответственного за смерть его братьев и сестер. Внезапно все щелкнуло для нее. Неду, должно быть, приснился сон, что, если она возьмет Тириона, Тайвин ответит, послав Гору, поэтому он послал сира Эртура и Джона схватить его. Он верил, что сир Эртур справится с этим и сумеет отдать должное Джону. Это немедленно дало Джону поддержку Дорна, если он раскроет себя с доказательством, которое у них было. Брат, схвативший человека, который был ответственен за убийство его брата и сестры, которых у него никогда не было, был песней, которую будут петь по всей стране…. Но почему Нед не рассказал ей о второй части плана? Почему он не рассказал о роли сира Эртура и Джона? Ей казалось, что у нее накопилось вопросов на целую книгу, чтобы задать мужу, когда она снова увидит его. Ей не нравился тот факт, что он явно что-то скрывал от нее, особенно когда она видела достоинства его плана, и согласилась бы с ними, если бы ей сказали. Она вздохнула и открыла дверь, ведущую к лестнице башни. — Ланнистер — мой пленник, — сказала она сиру Родрику. — Я думаю, что время, когда мы напомним об этом моей сестре, прошло. У дверей покоев Лизы они встретили вылетающего из нее дядю. — Собираетесь присоединиться к дураку и ее празднеству? — рявкнул сир Бринден. — Я надеялась убедить ее не доводить бой до конца, — мрачно ответила Кейтилин, и ее дядя рассмеялся. — Удачи с этим. — Там была птица из Риверрана, — начала Кейтилин, — письмо от Эдмара… — Я знаю, — ответил сир Бринден. — Мейстер Колемон проинформировал меня. Я попросил разрешения взять тысячу человек в Риверран как можно скорее. Знаешь, что она мне сказала? У моего брата есть совет сира Эртура Дейна каждый день подвергаться все большей опасности. Твое место здесь. Он издевался над ней. — Ну, я сказал ей, что она, черт возьми, может найти себе нового Рыцаря Врат. Кажется, у Эдмара не хватает ума слушать сира Эртура. Может быть, он послушает меня, Талли. — Ты отправишься один? — спросила Кейтилин. Горная дорога опасна. Я убедилась в этом по дороге сюда. Ты никогда не сможешь сделать это в одиночку. Сир Родрик, и я возвращаемся в Винтерфелл. Если Тайвин перейдет Золотой Зуб, я дам вам более тысячи человек, чтобы сразиться с ними. Зима придет в дом Ланнистеров. Это я тебе обещаю. Бринден улыбнулся ей и принял ее предложение. Он будет ждать ее внизу. Кейтилин обменялась усталым взглядом с сиром Родриком. Они прошли через двери, и она приготовилась к тому, что произойдет. Когда Лиза увидела ее, она заключила ее в крепкие объятия и поцеловала в щеку. — Разве это не прекрасное утро? — Каждое утро, которое я имела удовольствие просыпаться здесь, было прекрасным, — улыбнулась Кейтилин. Она постарается быть доброй со своей сестрой. Чтобы увидеть причину. — Тем не менее, мы должны поговорить. — После боя, — ответила Лиза и попыталась отвернуться от нее. Без сомнения, чтобы бежать и прятаться. — Сейчас, — твердо сказала Кейтилин. Мужчины вокруг них начали пялиться. — У этого наемного меча, который сражается за Тириона Ланнистер, нет шансов победить сира Вардиса. Что мы получим от смерти Тириона Ланнистера? Думаешь, Тайвину будет небезразлично, что мы подвергли его сына испытанию, прежде чем столкнули его через лунные врата? — Он сейчас идет на нашу родину, как ты думаешь, что произойдет, когда он получит известие, что мы убили его сына? — Он никогда не пройдет через Кровавые ворота, — предположил сир Лин Корбрей. Кейтилин проигнорировала его. — Напоминаю, Тирион Ланнистер — мой пленник. — И я напоминаю вам, карлик убил моего лорда-мужа! — Ее голос повысился. — Он отравил Десницу короля и оставил моего бедного милого мальчика без отца! Теперь он заплатит! Кейтилин смотрела, как ее сестра уносится прочь, и не могла не задаться вопросом, что же с ней случилось. Она так изменилась. — Как вы думаете, он это сделал? — тихо спросил ее сир Родрик, когда они снова остались одни. — Убийца лорда Джона, значит? Бес до сих пор это отрицает… Слова мужа, обращенные к ней, громко звучали у нее в голове. — Роберт сказал мне, что это Лиза убедила Джона Аррена, что я параноик и что им не нужны дегустаторы. Затем он загадочным образом заболевает и умирает. — Что ты говоришь? — сказала она. — Я знаю, что это тяжело слышать, — твердо ответил он, — но она — подозреваемая. Король Роберт будет расследовать смерть Джона Аррена. Ее письмо с попыткой обвинить Ланнистеров может быть просто попыткой отвлечь внимание от кого-то другого Когда ее муж ошибался? Все, что он когда-либо говорил, сбывалось, казалось, всегда сбывалось, несмотря ни на что. Он не мог прямо сказать ей, что это сделала ее сестра, но теперь, увидев, как ее сестра уносится вдали, она была совершенно уверена, что это именно то, о чем он говорил, но почему? Зачем Лизе это делать? — Нет, — вдруг сказала Кейтилин, полная ужаса. — Я не верю, что он отравил лорда Аррена. В этом преступлении он невиновен, но сейчас это не имеет значения. Нам лучше выбраться отсюда. Мы нужны Винтерфеллу.