Дело без номера

– Моя Маргаритка вообще очень хорошая, хозяйственная, любит готовить, убирать, – хвалила и описывала свою дочь миссис не-помню-как-ее-там. Мама Маргариты, если быть точнее. Вот честно, эта женщина говорила о своей дочери родителям жениха так, будто он инвалид и за ним нужен постоянный уход. Он что, сам себе приготовить не сможет, вещички свои убрать? А родители Марка сидели и кивали головой, словно курицы. На обед сегодня был легкий куриный бульон, к которому я даже не притронулась, на второе была гречка и жареные овощи. Гречка была более-менее нормальной, а жареные овощи я просто не люблю. Остальные за столом, в том числе и Маргарита, не понимали, к чему все эти выебоны чудо-женщины. Пятый изредка бросал на меня взгляд, но тут же возвращался к пище. "Отец" молча тыкал вилкой в тарелку, находясь в своих мыслях. А вот родители инвалида-жениха очень внимательно слушали и иногда смотрели на Марго, а-ля по-моему-нас-наебывают. Сейчас зашла речь о будущих наследниках. – Конечно она родит ему троих детей, если он хочет, – говорила без остановки мать Маргарита, – Естественно, она еще ни с кем, и ни как, вы что. Маргарита цела и невредима, – продолжила она. Пиздец, а тебя походу в детстве так сильно головой об пол швырнули, что сейчас вообще ничего не соображаешь. Хоть я и понимаю, что это традиции в этом времени, но по-моему, в 50-е уже было не важно, спал кто-то с кем-то до тебя или нет. Или это запросы самого мальчишки? А что он, боится облажаться? – Маргарита, не позорь меня и доешь! – прошипела мать на ухо девушки. А ты, блять, еще насильно запихни еду в нее. Была бы моя воля, я бы уже давно свои 5 копеек вставила. Но, блять, если я это сделаю, меня вышвырнуть отсюда также, как и приняли. – Спасибо за обед, – сказал Пятый и встал из-за стола. Рукой, незаметно для остальных, он показал мне идти за ним. Я поблагодарила всех так же, как Пятый и пошла за ним, немного отставая. Как будто, блять, никто не понял, что мы идем куда-то вместе. Мы шли по длинным коридорам. У них на это фетиш что-ли, или я не понимаю? Пятый дошел до какой-то двери и открыл ее. Меня пропустил вперед. Я зашла в небольшое светлое помещение. Прямо напротив двери стоял огромный шкаф с зеркалом, справо от него двуспальная кровать. Около нее стояла миниатюрная тумбочка. – Мне выделили отдельную комнату, представляешь? – Пятый усмехнулся. – Ты теперь не будешь спать со мной? А вдруг, незнакомец ворвется в мою комнату ночью и изнасилует? – я попыталась изобразить разочарование. – Только если этим незнакомцем буду я, малышка, – он улыбнулся во все 32. Чеширский кот, ей богу. – Да ну тебя. Для чего звал? – я села на кровать, раскинув руки за спиной. – Нам нужно что-то делать. Мы же не собираемся здесь оставаться навсегда. Мне кажется, эта свадьба не просто так. Если мы ее сорвем, из этого может что-то получиться, – Пятый встал напротив меня. – У меня есть подозрения, что Маргарита лесбиянка. Если это так, свадьбу сорвать будет легче всего, – я встала и подшла к нему. – Игра с чувствами? – он ехидно усмехнулся. Тем временем я поправляла его галстук. То расслаблю, то слишком сильно затяну, – Когда-нибудь я свяжу тебя именно этим галстуком и оттрахаю, принцесса, – я почувствовала, как внизу живота завязался сладкий узел. Несмотря на это, я сделала вид, что не услышала слова Пятого и продолжила дергать галстук. Внизу послышался какой-то шум. Громкий голос кричал на неизвестного. Интересно. Я вышла из комнаты и пошла на шум. Медленно я выглянула из-за угла и посмотрела на лестницу. Там стоял высокий мужчина с моноклем. Он ругался с прислугой. – Почему вы не умеете предупреждать заранее?! – мужчина был не в себя от ярости по неизвестным мне причинам. – Отец? – послышалось над моим ухом. Это был Пятый. Он стоял так же, как и я, и наблюдал за происходящим. Это их отец? Пятый резко побежал обратно к себе в комнату. Интересно, а почему он просто не телепортируется? Я медленным шагом пошла за ним. Зайдя в комнату, я увидела Пятого, сидящего на кровати. Он облокотился на руки. – Это был ваш отец? – спросила я парня. – Да, только что он тут делает? – он посмотрел на меня. – А ты же сказал, что ты его сын и назвал его фамилию, – сказала я, сев рядом. – Я знаю. Как бы этой тетке не приспичило напомнить ему про сына, – Пятый шумно выдохнул, – Он очень зол. А когда отец очень зол, долго в одном помещении он не остается. Сейчас он вставит им пизды и пойдет своей дорогой, – закончил он. Пятый посмотрел на меня, повернув голову в мою сторону. Его глаза пробежались по мне. Парень ухмыльнулся, – Ты очень красивая, – неожиданно вылетело из его уст. Ничего себе, комплименты, да еще и от Пятого. – Спасибо, – настороженно поблагодарила его я, – Ты что-то хотел? – Почему, если я говорю тебе комплимент, мне сразу что-то надо? – с небольшим наездом сказал Пятый. – Потому что от тебя редко услышишь их, – пояснила я. – Ясно, буду говорить комплименты чаще, – Пятый встал с кровати и подошел к шкафу. Парень открыл его и посмотрел на вещи. Перебрав пару вешелок с костюмами, его выбор пал на черный с красным галстуком. Парень положил одежду на кровать и принялся расстегивать свою рубашку. – Не хочешь помочь? – с нотками сарказма спросил он. Я подошла молча к нему и расстегнула одну пуговицу. По его выражению лица понятно, что от меня он такого не ожидал. Пятый усмехнулся и завел руки за спину. – Ну, вперед, малышка. Раздень меня. Полностью, – последнее слово он выделил. Ну, полностью, так полностью. Я продолжила расстегивать белоснежную рубашку. Еще одна пуговица, вторая, третья... Рубашка расстегнута. Разъеденив руки Пятого, находившееся за спиной, я сняла с него пиджак вместе с рубашкой. Передо мной стоял полуголый Пятый. Честно, не смотреть на пресс парня у меня плохо получалось. Мои руки легли на пряжку ремня. Пятый напрягся. Немного повозившись с ремнем, я вытащила его из штанов. Ловко вынув пуговицу штанов из петли, я посмотрела на парня. В его глазах играли черти, некогда зеленые глаза помутнели, он пристально смотрел на меня. – Мне продолжить? – спросила я Пятого ему на ухо. – Да, – на выдохе ответил он. Я усмехнулась. Я провела ногтями по оголенному торсу и коснулась ширинки парня. Он напрягся. Смотря ему в глаза, я медленно, мучая его, стала расстегивать молнию на штанах. Бугорок стал тверже. Брюки спали с его бедер. Парень переступил и откинул брюки в дальний угол комнаты. – Что ты будешь делать дальше? – спросил Пятый меня. – А что ты хочешь? – хриплым голосом произнесла я. Он прочистил горло и отвел взгляд. Молчал. – Поцеловать тебя, – выдал парень. Я ожидала резкого поцелуя, но он стоял и ждал моего ответа. – Ну так бери и целуй, – прошептала я. Пятый вцепился в мои губы жадным поцелуем. Честно сказать, я соскучилась по его губам. Парень запустил руку в мои волосы. Я обвела руками его шею и еще сильнее прижалась к нему. Вторая рука опустилась мне на талию. Он двигался в сторону кровати, не отрываясь от поцелуя. Слегка толкнул меня и навис надо мной. Руки Пятый расставил руки по разным сторонам головы. – Если мы продолжим, хорошо это не закончится, – прорычал Пятый. – Ты что, девственник? – я усмехнулась. – Очень смешно. Нет, просто потом ты не сможешь встать недели две, и твои стоны услышат все, кто находится на данный момент здесь, – все это время парень тяжело дышал. Было видно, еще чуть-чуть, и он сорвется. Громкий стук в дверь. – Мистер Пятый, срочно! – сильные стуки продолжались. Говорила, вернее кричала, мама Марго. – Сука, – прошептал Пятый, быстро одеваясь, – Под кровать давай, живо! – шикнул он мне. Пиздец, еще и под кровать. Не став сопротивляться, я полезла под койку. Пол был, слава богу, чистый. Одевшись, Пятый открыл дверь нетерпиливой даме. – Ну наконец-то, мистер Харгривз. Вы вообще вкурсе, что нельзя заставлять даму ждать?! – возмущалась женщина. Пиздец, а не она ли чуть ли не врывается почти посреди секса к парню в комнату? – Дамочка, вы что-то хотели? – с предъявой спросил Пятый. – Да, хотела. Нужно помочь мистеру Роберту с установкой света в главном зале, через несколько дней вообще-то свадьба, – сказала женщина. Пятый молча пошел за ней. Что ж, пока тот помогает людям, я пойду к Маргарите. Нужно все-таки действовать. Добравшись до нужной комнаты, я постучалась. – Входите, – послышалось из нее. Я открыла дверь. Передо мной стояла Маргарита... Только в нижнем белье. Не то чтобы мне не нравилось, но так сразу? – Ой, прости, я подумала, что это мама, – стала оправдываться девчонка, прикрываясь одеялом. – Ничего страшного, я выйду, – сказала я и уже хотела выйти. – Стой, нет, останься, – красная, как помидор, попросила меня Марго.Что ж, остаться, так остаться. Я молча закрыла дверь и повернулась к ней лицом. – Как думаешь, это белье подойдет для первой брачной ночи? – все так же смущенно спросила меня девушка. Я усмехнулась. – Вообще, мужчинам в основном нравится кружевное. Для тебя я бы посоветовала черное, – сказала я и полезла в ее комод. В первом ящике лежали разные комплекты белья. Белый, еще белый, красный, молочный, белый... О, черный. – Держи, вот этот подойдет, – я повернулась к Маргарите. Она уже, без капли стеснения стояла посреди комнаты, ни чем не прикрываясь. Это я так на нее влияю или что? Я протянула ей выбранное. Она молча взяла его и стала рассматривать. – Но платье белое, не будет ли просвечивать? – задала вопрос Марго. – Не должно, – ответила я и села на кровать. – Хорошо, я надену на свадьбу его, – дальше девушка села рядом со мной. Она была расслабленной, спина немного сгорблена, ноги расставлены. Маргарита резко повернулась ко мне и... поцеловала меня. Что ж, я то отвечу, только не дай бог девчушка влюбится в меня. Ответив на поцелуй, Маргарита резко прервала его и отсела от меня. – Прости... прости... Я... я не знаю, что на меня нашло. Боже... прости... и вообще... забудь, – сказала она и завернулась в одеяло. – Хорошо, я, наверное, пойду? – спросила я, на что получила положительный кивок. Выйдя из комнаты, я направилась в главный зал. Спускавшись по лестнице, я увидела около нее охранника. Он пристально смотрел на меня. – Позвольте? – он немного наклонился и подал мне руку. Немного неожидав этого, пару секунд я стояла столбом, но потом все-таки вложила руку в его. Охранник улыбнулся. – Я Ричард, – он коснулся губами моей ладони, смотря на меня. – Агата, – я улыбнулась ему в ответ. Услышав громкий мат Пятого, я повернула голову налево. Он громко матерился, потому что коробка с украшениями упала ему на ногу. Тут он посмотрел на нас. Не знаю почему, но в его глазах я увидела... ревность? Может быть. Ричард до сих пор держал меня за руку. Пятый быстрым шагом подошел к нам и рассоеденил наши руки. Ричард непонимающе смотрел на Пятого, на это я только усмехнулась. Харгривз Младший потащил меня в сторону небольшой скульптуры. – По-моему, он охренел, – сказал Пятый. А я стояла и улыбалась. – Пятый, ты ревнуешь? – так же с улыбкой сказала я. Немного встав на носочки, я схватила его за щечки и нежно чмокнула его в губы. Злость сразу ушла на второй план, Пятый расслабился. – Хорошо, злиться не буду, – проговорил он, – И это все? – возмущенно спросил парень. – А что ты еще хотел? – таким же тоном сказала я. Парень цокнул и пошел обратно помогать. Делать мне было нечего, поэтому я решила прогуляться. Предупредив Пятого, что я ненадолго отлучусь, я вышла на улицу. Было достаточно тепло, несмотря на то, что сегодня 1 ноября. Людей было не так много. Медленно идя по улицам, я дошла до какого-то кафе, чьи столы были на улице. Я заметила человека, явно выделявшегося на фоне остальных. Лютер! Его лицо было в многочисленных ссадинах, сам он поедал стейк. – Лютер? – аккуратно спросила я, подойдя ближе. – М? О боже, Агата! – сказал парень, дожевывая стейк, – Господи, сколько ты тут? – спосил он меня. – Пару дней, – я рассматривала его лицо. – Пару дней? Я тут уже месяц, – проговорил Лютер. – А как ты тут вообще? – я села напротив него. — Я работаю на одного мужика, я его боец. Снимаю у него комнату, зарабатываю деньги на боях. Из-за этого кстати и ссадины. А ты видела других ребят? – спросил он. – Да, я здесь с Пятым, а еще видела Эллисон, завтра мы должны вместе встретиться в небольшом кафе вон там, – я показала рукой на запланированное место встречи. Как только я сказала про Эллисон, лицо Лютера расцвело. – Эллисон? А как она? – стал расспрашивать меня парень. Я рассказала все, что знаю, но как только я упоминула ее мужа, Лютер поник. Сука, ну кто так делает, а, Агата? Видно же, что он в нее влюблен, а ты, дура. Я мысленно ударила себя по лицу. – А вообще, она сама все расскажет тебе завтра, встречаемся в обед, – быстро сказала я и пошла по направлению к особняку. Ох уж эта любовь-морковь.