На той стороне

Пока никто не видел, я быстро создал нам небольшой дом. Также с помощью небольшого вмешательства в рассудок я сделал так, чтобы к нам относились так, будто мы тут уже давно и будто ничем особо внимания не привлекаем. Самаэль развесил на стенах оружие, которое притащил для Софы, и запихнул в угол огромную бочку с алкоголем. Был уже вечер, когда мы легли спать. В моей комнате развалился Самаэль, наплевав на то, что мне теперь спать негде. Я молча подвинул его и улёгся. *** Я стоял на краю моста, рядом с Софой. Неуверенно нашёптывал ей о желании жить. - Второго шанса может не быть. Ты ведь можешь попасть в ад. Что скажет мама? Ей ведь будет очень больно, - вселял я в неё эти мысли. Полицейский не успел сжать её запястье, когда она сделала шаг. Я видел её слёзы, когда она падала. Если честно, то её взгляд напомнил мне взгляд падавшего ангела во время битвы много тысяч лет назад. Стоило мне моргнуть, как воды превратилась в пламя. Как это... Софа! Я рванул за ней. - Стой! подожди, не умирай! - непонятно зачем орал я, летя за девушкой, дабы она не сгорела. Всё вокруг померкло. Я оказался в тёмной пустоте. Передо мной стояла Софа в своём нынешнем обличье с крыльями, хвостом и прочим. Она смотрела с болью, злостью и обидой. - С... Соф? - Почему ты дал мне умереть? - спросила она. По её щекам покатились слёзы. - Я... Софа, моя бедняжка, не плачь... прости меня пожалуйста... Я потянул к ней руку, дабы обнять. Она резко отмахнулась и оттолкнула меня. - Это всё ты виноват! По сердцу больно резанула ненависть, с которой она это сказала. Я сглотнул подступивший к глотке комок. - Софа, я действительно виноват, но... я просто... я думал... - Из-за тебя я должна стать шавкой бога или Люцифера, из-за тебя мои родители страдают, из-за тебя мне было больно падать, из-за тебя я никогда не буду живой... все из-за тебя!!! За ней кто-то стоял, смотря на нас. Я не обратил особого внимания тогда. Я сделал к ней шаг. - Прости меня, прошу... Софа, я виноват, но я люблю тебя... по-настоящему... дай мне заботиться о тебе, умоляю... Я взял её руку. - Я тебя ненавижу! Сгинь! Она резко ударила меня по щеке. От обиды и боли из глаз выступили слёзы. Я поднял на неё глаза. Софа снова оттолкнула меня и исчезла. Я же начал задыхаться. Меня душил запах серы вокруг. По моим губам текла кровь. Я рухнул, не в силах стоять, и ощутил цепи на шее и руках. Я слышал её крик. Слышал чьи-то рыки. И не мог встать, чтобы защитить в последний раз. Я мог лишь слышать бесконечное: - Я ненавижу тебя, Рафаил! *** Я резко распахнул глаза. Сон? Ужас... мне впервые за сорок лет приснился ночной кошмар. А если это не сон? Я слез с кровати и прошёл к двери комнаты Софы. Приоткрыв её я увидел, что она мирно спит, тихо посапывая во сне. Крылья свисали по бокам кровати, хвост выглядывал из-под одеяла, нимб невозмутимо парил над изголовьем. Я немного улыбнулся, магией, чтобы не разбудить, поправив одеяло и заправив под него хвостик. Мне очень хотелось подойти и поцеловал её хотя бы в лоб. Но я боялся, что она проснётся. Я прикрыл дверь, тихо придя на кухню и посмотрев в окно. Темноту ночи пронзали огни факелов, которые горели у дверей домов. Сейчас почти три часа. Я вздохнул и достал из шкафа пирог, ибо мне захотелось поесть. Надо же было как-то прогнать мысли о кошмаре. Если честно, то перекусывая посреди ночи я всё равно несколько переживал из-за сна. Так, будем рассуждать здраво. Даже если Софу довести, она скорее обматерит, но не ударит. Но с другой стороны, за всю её жизнь она никогда не была в ярости. Она раздражительна, но обычно всегда сдерживается. Я не пытаюсь её идеализировать, это само по себе происходит. Разве вы, любя кого-то, не закрываете глаза на то, что он вполне мог бы кого-то зарезать? - Приятного аппетита, - раздалось рядом. - Твою мать! - ругнулся я, едва не выронив от испуга пирог. Самаэль стоял рядом и жадно пил ледяную воду. Затем ахнул и облизнулся. - Чего не спишь? Мне одному холодно. - Не пугай меня, - буркнул я, кусая пирог. - Мне сон нехороший приснился. - Да? И о чём? - демон сел рядом, отпилив себе кусок пирога. - О Софе, - вздохнул я, поёжившись от прохлады. - Приснилось, что она ненавидит меня за самоубийство. О деталях я решил умолчать. Всё равно это только сон. Самаэль задумчиво вздохнул, жуя свой кусок. - Скажи честно, ты дал ей убить себя, чтобы ухаживать за ней? - спросил бес. - Я... я... ужасный ангел, - я лёг лицом на стол. - Если тебя утешит, то решимостью её наградил я, так что я тоже виноват. - Я эгоист... Самаэль, как я мог убить наше дитя? - Мог и убил. С другой стороны, наше дитя теперь с нами, и её теперь уж точно никто трогать не рискнёт. - Господи, я забрал у неё жизнь... - Рафаил, четыре пьяных выродка ей жизнь испоганили, родители набросились на неё за это, а какая-то шваль рассказала об этом её однокурсникам. Плюсом не будем забывать, что Софочка меланхолик. Ты виноват в последнюю очередь. Если виноват вообще. Порой смерть - не самый худший вариант. - Она так плакала этим утром... ей было очень больно падать, а я уже ничем не мог помочь. - Наш человек прожила хорошую жизнь с не хорошим концом, - вздохнул Самаэль, взяв в руки бутылку вина. - Думаю, стоит за это выпить. Будешь? Я помолчал несколько секунд. - Да. Демон налил вина в кубки. Затем мы выпили. Потом ещё и ещё, пока не опустошили бутылку. Опьянев, я повесился на Самаэля. - Самаээээлль... ййяяя люблю её... - Твою мать, тихо ты! разбудишь, - шикнул он. - Я хчу от неё детейй... - Она тебя один день знает, какие блять дети? - Вот знаш, шо? ик... вот хороший ты демон... - Я злоебучий Самаэль, я не хороший! - ты самый лучшыыый... - Так, пошли спать. Он потащил меня в комнату. - Пустииии... я хчу к Софееее... - Блять, какой же ты тяжёлый, - демон сцепил руки у меня на животе, волоча в спальню. - завязывай с ночными перекусами, я тебя прошу. - Пустиии... - Сука, не смей упираться! фак, как ты летаешь? Ты же неподъёмный... - Сам... ик... такой... - Твою мать, сколько ты весишь? - Яяяя? Вроде это... сто... тридцать... - Ёб твою... - он приволок меня в спальню и уложил на кровать. - Так, всё, спи. - Дай Софуууу... - Я тебе в глаз дам, устроит? - Ты злой... ик... - Знаю, - он довольно улыбнулся. - Спи давай, неподъёмный ты ангел. - Сам ты... ик... В общем, я потом всё-таки уснул, а Самаэль лёг рядом и укрылся моим крылом. На следующее утро я узнал новое и неприятное чувство. И нет, это не похмелье. Это ревность.