У ревности есть свои преимущества

      Ревность была мелкой эмоцией, вызванной чувствами недоверия и сомнения. Уильям не был мелочным человеком, поэтому не ревновал. По крайней мере, он предполагал, что это не так. Все его товарищи, в том числе и его дорогие братья, относились к нему с большим уважением и уже давно клялись в своей непоколебимой верности ему и его патриотическим целям. Однако его отношения с Альбертом имели более глубокий аспект, нечто более интимное и сердечное. За закрытыми дверями их прикосновения были нежными, их тела становились единым целым, и свет свечей освещал их, заключенных в объятия друг друга. И, может быть, поэтому он стал замечать мелочи. То, как Альберт слегка прикоснулся к Морану, даже если мужчина отшатнулся от его прикосновения с угрожающим хмурым взглядом, над которым брюнет просто посмеялся, как близко подошел Льюис, когда они двое обсуждали важные вопросы, и каждый раз, когда Альберт протягивал руку и нежно ласкал макушки Льюиса и Фреда, одновременно хваля их. Это были действительно мелочи, и все же Уильям обнаружил, что обращает на них внимание все больше и больше. Это был великолепный день, небо было ярко-синим с пятнами пушистых облаков, разбросанных то тут, то там. Уроки только что закончились, и ученикам не терпелось уйти и поспешить в свои общежития и другие внеклассные мероприятия. Уильям все еще был в своем классе, тщательно собирая экзаменационные листы и задания, которые нужно будет оценить, когда он вернется домой. Блондин тихонько вздохнул, гадая, будет ли Альберт приветствовать его. Его мысли немного сбились с пути, как и его рука, и, не осознавая этого, Уильям опрокинул свою стопку бумаг. Документы рассыпались на землю у его ног.       — Боже, — выдохнул Уильям, наклоняясь, чтобы поднять упавшие предметы.       — Вы потеряли одну, профессор. Ему протянули бумагу. Уильям поднял голову, слово «спасибо» застряло на его языке, когда его взгляд упал на ухмыляющееся лицо ни кого иного, как Шерлока Холмса.       — Мистер Холмс, — приветственно сказал Уильям, вставая на ноги и беря бумагу из его рук, — Как неожиданно, когда в моем классе оказался замечательный детектив. Хотя, к сожалению, занятия закончились. Шерлок усмехнулся, удобно устроившись одной рукой в ​​кармане брюк.       — Мне вернуться завтра, профессор? Уильям коротко рассмеялся.       — Конечно же, блестящему детективу вроде вас вряд ли понадобится такой простой курс математики.       — Возможно, нет, но кто сказал, что переучивать вещи нехорошо? Особенно, когда у тебя есть хороший учитель.       — Кажется, вам нравится немного льстить мне, мистер Холмс, — заявил блондин, собирая свои вещи, — Интересно, в чем может быть причина. Шерлок засмеялся, подмигнув Уильяму.       — Не нужно быть блестящим детективом, чтобы увидеть, что ты был чем-то расстроен, Лиам. Просто пытаюсь подбодрить тебя, вот и все. Уильям не мог не позволить легкой улыбке расцвести на его губах. Шерлок проводил его со школьной территории, где их встретил приятный сюрприз, по крайней мере, для Уильяма.       — Брат Альберт? Старший брат Мориарти стоял у ожидающего экипажа, его обычная нежная улыбка расплывалась на его лице, когда двое мужчин подошли к нему. Его острые зеленые глаза на мгновение посмотрели на Шерлока, стоящего довольно близко рядом с Уильямом, а затем снова обратились к брату.       — Ты много работал сегодня, Уильям, — сказал Альберт, протягивая руку к блондину, — Может, мы вместе вернемся в поместье?       — Да, конечно, — Уильям посмотрел на Шерлока и виновато улыбнулся ему, — Боюсь, мне пора уходить, мистер Холмс. Если вы серьезно придете завтра в мой класс, надеюсь, вы успеете вовремя. Шерлок снова засмеялся.       — Конечно, Лиам. При упоминании прозвища Шерлока Уильям мог поклясться, что видел, как Альберт дернулся, но, возможно, он ошибся. Взяв Альберта за руку, они вдвоем сели в карету. Кучер щелкнул поводьями, и лошади тронулись с места, оставив Шерлока смотреть, как они уезжают. Он склонил голову набок.       — Какие странные братья, — он не сказал это кому-то конкретно, — Похоже, что шатен убил бы меня, если бы я сделал хоть еще один шаг к Лиаму. Внутри кареты возникло странное напряжение, которое Уильям быстро почувствовал. Альберт молчал, глядя в окно и отвечал только тогда, когда Уильям пытался начать разговор. Это было не похоже на него. Не было похоже, чтобы Альберт просто расстроился; Уильям раньше видел, как брюнет был не в себе от переполняющих чувств, и сейчас его отношение не соответствовало гневу, который он видел раньше. Только когда они достигли поместья, Альберт наконец заговорил, спросив Уильяма, может ли он поговорить с ним наедине позже тем же вечером. У Уильяма не было причин отказываться, и двое вошли в поместье, их приветствовали Льюис и остальные. Вскоре солнце опустилось за горизонт, и небо медленно стало темно-синим, когда город и его жители уже собирались готовиться ко сну, в дверь Уильяма постучали.       — Войдите, — произнес Уильям, хотя уже знал, кто это был. Дверь открылась, и он увидел Альберта, одетого в темную одежду, с слегка растрепанными волосами.       — Уильям, — позвал с ноткой нежности, закрывая за собой дверь. Уильям быстрыми движениями встал и подошел к брюнету, стоявшему перед ним. Альберт протянул руку, чтобы погладить правую сторону лица Уильяма, смахивая пряди его золотых прядей и позволяя теплой улыбке расплыться по его лицу.       — Такое ощущение, что прошло много времени с тех пор, как я в последний раз видел тебя в этом свете, — его голос был таким нежным, что Уильям почувствовал побуждение обнять его без промедления, — Уильям, ты позволишь мне признаться в кое-какой глупости? Уильям нежно переплел свои пальцы с пальцами Альберта и поцеловал их.       — Все, что ты можешь сделать не было бы глупым для меня, Альберт, — заявил он. Альберт немного рассмеялся.       — Так ты говоришь, но, конечно же, с моей стороны это довольно глупо.       — Что же это такое?       — Тот человек, с которым ты был сегодня в университете…       — Мистер Холмс?       — Ах, — выражение лица Альберта на мгновение стало нечитаемым, его голос был необъяснимо напряженным, — Итак, он тот детектив, ключевой элемент твоего плана. Я никогда не думал, что он будет таким… неухоженным и неформальным. Уильям замолчал, охваченный дикой мыслью.       — Может быть, ты заревновал к мистеру Холмсу? Альберт застенчиво улыбнулся ему.       — Как я уже сказал, это была довольно глупая мысль, но из-за того, что он был так близко к тебе и даже обращался к тебе так небрежно, мои мысли, казалось, убежали от меня.       — Значит, мы похожи, — Уильям крепче сжал руки Альберта, — Мои мысли также убегали от меня, когда я видел, как ты ведешь себя с другими. Я испытал ту же ревность, что и сегодня ты.       — Уильям. Альберт приблизил свое лицо к лицу Уильяма, и их губы соединились в сладком, страстном поцелуе. Руки Уильяма обхватили лицо Альберта с обеих сторон, а руки брюнета обвились вокруг его талии. Поцелуй углубился и стал более страстным, более интенсивным, их языки переплелись и прижались друг к другу. Жар между ними был таким горячим, что было чудом, что не вспыхнул огонь. Паре удалось найти себя на кровати, когда Уильям сидел верхом на Альберте, пока они продолжали целоваться. Руки Альберта бродили по телу Уильяма, неуклонно двигаясь вниз, пока не достигли его ягодиц, массируя и лаская их. Постанывая в поцелуй, Уильям также позволил своей руке скользнуть между ними, ухватившись за затвердевший бугор под одеждой Альберта. Альберт хмыкнул, удивленный легкостью, с которой он мог проскользнуть внутрь Уильяма.       — Ты и здесь такой мягкий и расслабленный, Уильям, — пробормотал Альберт в кожу другого, оставляя нежные поцелуи на его шее, — Ты этого ожидал?       — Ты хочешь сказать, что это не так? — Уильям усмехнулся, игриво сжав член мужчины.       — Я полагаю, мы оба постоянно думаем друг о друге, не так ли?       — В самом деле, — Уильям опустил голову и украл у Альберта еще один поцелуй, — Так что, пожалуйста, не заставляй меня больше ждать. Приглушенные стоны и тяжелые шлепки кожи о кожу эхом отдавались в их ушах. Альберт крепко сжимал бедра Уильяма, вонзая член все глубже и глубже внутрь него. Уильям сидел прямо, ритмично двигая бедрами от толчков Альберта, его собственная эрекция болела, и по его стволу стекали капли смазки. Лицо Уильяма исказилось от удовольствия и он смотрел на Альберта. Чем больше мужчина изо всех сил пытался сохранить самообладание, пыхтя и тяжело дыша, тем сильнее становились его толчки. Коричневые кудри Альберта прилипали к его виску, капли пота скатывались по скулам, а в его зеленого оттенка глазах отражался каждый дюйм обнаженного тела Уильяма. По его спине пробежала радостная дрожь. Только Уильям мог видеть Альберта таким, это было зрелище, которое принадлежало ему и только ему одному. Одной этой мысли было достаточно, чтобы развеять его ревность.       — Уильям… — выдохнул Альберт, достигнув предела. Уильям кивнул, тоже не в силах сдерживаться. Они достигли ослепительно горячей кульминации: сперма Альберта пролилась внутрь Уильяма, а блондин окрасил пупок Альберта собственной липкой эякуляцией. Когда Альберт стер Уильяма, с губ блондина внезапно сорвался смех, который он не смог сдержать. Голова брюнета оживилась, в его глазах возникло любопытство.       — Что смешного, Уильям? — спросил он.       — Ничего особенного, — ответил Уильям, нежно поцеловав Альберта в губы, — Но, возможно, ты захочешь отвезти меня в университет утром. Альберт улыбнулся ему, склоняясь к поцелую.       — Я бы больше ничего так не хотел, мой любимый Уильям.