Утонувшие

Мистик-Фоллс встречает Елену Гилберт солнцем и теплым осенним ветром. Она думает о том, что нужно было взять фамилию Стефана, чтобы чувствовать его рядом даже после всех событий, но в момент подачи заявления на брак Елена твердила ему о феминизме и женской самостоятельности. Он и не настаивал. Теперь она знает почему. Бывшее гнёздышко Гилбертов встречает её пылью и паутиной на окнах. Тётя Дженна давно не следит за домом, поэтому с радостью отдаёт его племяннице, которую не видела вот уже десять лет. Их отношения едва ли можно назвать добрыми, потому что в возрасте шестнадцати лет Елена сбегает от неё, с трудом переживая смерть родителей в автокатастрофе. Как и смерть родного брата Джереми. — Ладно, мне нужно возвращаться в Атланту, дорогая, — Дженна поправляет волосы перед зеркалом в коридоре. — Буду рада, если ты решишь навестить меня и своих племянников в Атланте. И соболезную твоей утрате. Пусть я и не знала Стефана, но уверена, что он был замечательным мужем. — Спасибо, — она натягивает доброжелательную улыбку и с удовольствием захлопывает дверь, когда тётя наконец-то уходит. Ей нужны покой и тишина. Она дотрагивается до ещё плоского живота, думая о том, что скажет ребёнку, когда он или она вырастет. Что отец выбрал смерть, а не жизнь? Или что выпил весь пузырёк сильнейшего обезболивающего, так и не попрощавшись по-человечески? Стефан Джонс — не самоубийца, пусть врачи и говорят обратное. Никто об этом никогда не узнает. Даже будущий ребёнок. Папа будет героем и самым замечательным человеком, который не знал, что такое страх. Отправившись в местный супермаркет, Елена случайно встречает школьную подругу Бонни. Та явно удивлена и даже рада её видеть. Она рассказывает о том, что произошло в городе, после того как Елена уехала. — Кэролайн уехала покорять Нью-Йорк сразу после школы. Знаю, что она замужем за каким-то британским бизнесменом Ником. Звонит временами, приглашает в гости, но мне не особо хочется в большой город, хотя Кай любит путешествовать. — Кай? Твой… — Муж. Я уже давно не Беннет, а Паркер. Мы с ним сошлись на любви к старой музыке и просмотру ужастиков. Он владелец бара Мистик-Гриль, а ещё обожает там подрабатывать барменом. Если встретишь говорливого высокого брюнета с голубыми глазами, то знай, от разговора с ним не улизнуть. Елена впервые позволяет себе рассмеяться. Они расстаются у выхода, обменявшись телефонами. Спустя несколько дней Елена приглашает Бонни и Кая на ужин. Ей непривычно общаться вот так просто, словно не было долгих лет разлуки и стены молчания. Кай оказывается забавным парнем, который, несмотря на болтливость, действительно оберегает Бонни и любит. Елена позволяет себе несколько секунд откровенно завидовать их счастью. Она устраивается на работу в местную газету. Конечно, сталкивается с откровенным обсуждением её возвращением и о том, что она вдова. Но это не мешает Гилберт писать хорошие статьи, а ещё подрабатывать фрилансом в интернете. Деньги у неё есть, но ей пора волноваться не только за своё будущее. Когда живот становится заметным, Елена больше времени проводит на воздухе или за столиком в Мистик-Гриль. Всего лишь пятый месяц, а чувствует себя надувным шаром. Она долго смотрит в окно, наблюдая за тем, как тает последний снег. Весна в этом году ранняя. — Тебе не кажется, что напиваться до обеда — моветон, Сальваторе? — Кай спрашивает в своей ехидной манере, открывая новую бутылку бурбона. — Бармена не спрашивали, Паркер, — он устало подпёр голову рукой, блуждая взглядом по полупустому залу. Его взгляд натыкается на девушку, сидящую у окна. Она греет в руках кружку и смотрит в окно, а не в свой ноутбук. Он видит её здесь почти каждый день, когда не погружается в свою боль. Пара порций бурбона делает мир намного прекраснее, вот только эффект недолгий. — Ладно, сделай мне кофе. Покрепче, — он встаёт и идёт в сторону того самого столика у окна. Кай лишь качает головой и достаёт чашку. Ох, не к добру знакомство Деймона и Елены. Интуиция его редко подводит. Когда он садится напротив Елены, то она смотрит на него удивлённо. Хмурится, пытаясь подобрать нужные слова, чтобы не показаться грубой. Ничего не получается. — Здесь ещё много свободных мест. — Знаю. Но я подумал, что тебе одиноко, — он чувствует на себе тяжёлый взгляд Кая, но с улыбкой принимает из его рук чашку с тарелкой. — Ничуть. Я работаю. — Поэтому смотришь в окно? — Я — журналист и писатель. — Вдохновляешься, значит. Меня зовут Деймон Сальваторе, — он потирает ладони, наблюдая за тем, как Елена меняется в лице, будто пытается что-то вспомнить. — Это не ты владелец того шикарного поместья в лесу? Зак Сальваторе — твой родственник? — Да. Был. Он умер пару лет назад. — Соболезную, — она ставит чашку на стол и складывает руки на округлившимся животе, который заметен даже под тёплой кофтой. Деймон приподнимает бровь. Его таким не удивить. На секунду он зажмуривается, потому что видит Кэтрин. Та тоже так делала по вечерам, сидя у камина. — Не нужно. — Я Елена Гилберт. — Знаю. О тебе город трещал пару месяцев назад. Беременная вдова вернулась в родные места. Без обид, — он поднимает руки в мирном жесте. — Говорю, то, что слышал. Она усмехается, понимая, что они на одной волне. Конечно, Елена видит его здесь почти каждый день. Только чаще всего он выходит отсюда жутко пьяный, а Кай заказывает ему такси. Однажды она спрашивает Бонни о Деймоне Сальваторе. Та рассказывает о жуткой аварии год назад на мосту Викери. Машина Сальваторе перевернулась и упала в воду. Спасли лишь Деймона, а его жену Кэтрин и не рождённого ребёнка — нет. — Приятно быть знаменитостью. Хоть где-то. — И каково вернуться в родной город спустя столько лет? — алкоголь постепенно выветривается, в то время как горячий кофе согревает. — Тихо и спокойно. То, что нужно. Мистик-Фоллс удивительно приятное место. Хотя раньше я думала иначе. — Для кого как. Над чем работаешь сейчас? — он взглядом указывает на ноутбук и блокнот, лежащий рядом. — Пытаюсь написать детскую сказку. Получается не очень. — Для ребёнка? Ты знаешь: мальчик или девочка? Она отрицательно качает головой. Слишком рано, да и пусть будет сюрприз. — Для любой истории нужно настроение, иначе не получится. Я часто рассказывал истории своему сыну, хотя это временами раздражало его мать, — он мягко улыбается и смотрит в сторону, вспоминая. — Мой отец рассказывал чудесные фантастические истории, несмотря на то, что был суровым бизнесменом. Без сказки на ночь я не засыпал. Елена понимает, что ему больно и грустно. Что этот алкоголь и посиделки в одиночестве за барной стойкой — попытки не утонуть в собственном горе. Елена тоже бы с удовольствием напилась, но не в её положении. Даже до этого она никогда не увлекалась спиртным. — Хорошо, когда есть семья, — произносит Елена и дотрагивается до его руки. Они переглядываются. Слишком рано, но так необходимо. Елена возвращается домой лишь после обеда. Обменявшись номерами с Деймоном, она думает о том, а нужно ли это сейчас? В голове вертится лишь один ответ. Да.