Кофе

...Люциус только что потерял жену и сына от руки самого Темного волшебника современности. Недолго и тот оставался в живых, посыпая свой прах на каменную брусчатку, как на алтарь. Люциус в какой-то прострации обхаживал руины, не до конца понимая, что их уже нет. Камни мешают под ногами и он все время спотыкается, но у него нет сил обходить их, он просто идет напролом. Она лежит на земле. Глаза ее широко распахнуты, а в лучах солнца блестит черный камень на тонком пальце. Люциус садится рядом с ней и слегка улыбается, гладя ее по остывшей щеке. Она такая спокойная и безмятежная. И усталость, и напряжённость мышц сошли с лица. Малфой гладит ее по волосам и притягивает их к носу, чтобы ощутить аромат. Запах ко.нет. Просто ее запах. Его вдруг прошибает удар и грудную клетку невыносимо сдавливает от жгучей боли. А ведь он ждал ее всю свою жизнь. Каждый миг он ощущал ее запах. Он кладет голову ей на живот и гладит аккуратное запястье, уже ставшее холодным. Он с остервенением подносит его к носу и шумно вдыхает аромат. Ее аромат. Она пахнет так. И он тоже. Это и его запах. Люциус смеется. Как иронично вышло. Малфой сидит у себя в кабинете. В руке его сжата початая бутылка дорогого итальянского вина. Мерло, кажется. Люциус смотрит на этикетку и кивает своим мыслям. Да, Мерло. Его взгляд рассеян, он витает где-то совсем не здесь. Люциус чувствует холод на плече, но не отводит глаз от бесконечного «ничего». — Отец, что случилось? -спрашивает Драко и наклоняется вперед, заглядывая в лицо своего отца. Люциус не шелохнулся. Половицы скрипят и слышится мерный, как метроном, стук каблучков. Его руку, где несколько минут, а может быть и часов, дней назад, покоилась бутылка дорогого алкоголя, сжимает его жена и заискивающе всматривается в его потемневшее лицо. -Все нормально, дорогой? - тихо спрашивает Нарцисса. Мышцы лица его дергаются и он чуть усмехается. -У меня все в порядке, -привычно отвечает Люциус и смеется. Остатки его рассудка все время вторят его подсознанию. Тех, кому он отвечает, уже давно нет в живых. Он знает, что они приходят каждый день. Но Она еще ни разу не посещала его. Прискорбно. Видя своих жену и сына, он совсем не заметил, что бутылка лежит разбитая на полу, и по нему текут багровые реки, заливая полы его роскошной мантии. Люциус смеется. И хриплый смех его кажется до жути нездоровым, таким отчаянным, едва не безумным. Звук разлетается по комнате и возвращается в уши аристократа. Режет слух. Резало бы. Если бы не было уже настолько все равно. Мужчина, пожалуй, давно потерял себя, потерял ту грань между нормальным и безумным, между реальностью и вымыслом. Малфой выдыхает и делает еще глоток алкоголя. "Ты сошел с ума" - без ноты досады звучит у него в голове. -Ты сошел с ума — охрипшим голосом повторяет мужчина вслух, когда Она, погружаясь своими хрупкими босыми ступнями в разлитое им вино и осколки стекла, встает перед ним на колени и кладет голову на его. Такая безмятежная. Люциус улыбается и под руками ощущает упругость ее буйных, но гладких, как шелк, кудрей. И когда она научится пользоваться тем заклинанием, о котором он ей говорил? Люциус Малфой смеется и в груди его несоизмеримая боль и тоска. На столике стоит баночка с кофе. Гулким эхом мрачный, гортанный смех разносится по длинным коридорам старого фамильного особняка. Люциус Малфой идет на свет. Шагает босыми ступнями по осколкам своей жизни. И он никогда не узнает, что именно в этот момент в его личную карточку записывают время смерти с точностью до секунд. Полночь. Как всегда пунктуален…