Может Любовь уже рядом стоит?

      Взгляд синих глаз был направлен в небо, руки в карманах, наушники в ушах. Кагеяма медленно двигался по ночному парку, витая где-то в своих мыслях.       Много лет назад, пока еще учился в школе, парень мечтал о том, чтобы стать лучшим в мире связующим. И сколько бы он тогда ни старался, ни прилагал сил, так и не смог осуществить свои желания, ведь его родителей не стало.       После их смерти брюнет потерял желание играть в волейбол, точнее даже возненавидел его, ибо родители очень любили данный вид спорта, гордились сыном за успехи, растили, помогали и были уверены в том, что у него будет великое будущее. Но, увы, нет. Поэтому после окончания школы, брюнет бросил все — и спорт, и товарищей по команде, — и просто-напросто испарился из жизни тех, кто его знал.       А еще до сих пор Тобио помнил тот взгляд карих глаз, когда стало известно о его уходе из команды. И, когда во снах всплывают эти моменты, брюнет распахивает глаза и, тяжело дыша, вскакивает с кровати, но после опускается на пол, шепча:       — Это просто сон…       Но почему этот момент стал для него ежедневным кошмаром? Потому что брюнет до сих пор помнил этот момент: безумный агрессивный взгляд, затем эту драку, в которой тот, держа за ворот футболки, кричал:       — Ты же любишь волейбол! Зачем?!       — Я ненавижу волейбол, — кратко ответил Кагеяма.       И после этих слов хватка ослабевает, тут же глубокое разочарование проявилось в глазах, челюсти стиснулись, и повисла тишина. Прошла минута, две, пять, после тихо было сказано: «Ненавижу тебя».       — Я так хочу увидеть тебя, — шепчет Кагеяма, останавливаясь и прикрывая глаза.       Слезы побежали по щекам.

***

      Так тяжело быть омегой — столько внимания и столько подкатов со стороны альф. Так как Тобио работал в одной из самых престижных кофейных точек Токио, то постоянно чувствовал на себе пожирающие взгляды, получал визитки и слышал приглашения куда-нибудь сходить. Но лишь одни и те же слова срывались с его уст:       — Извините, но нет. — или же: — Извините, мне это неинтересно.       И так каждый день, поэтому выработался некий рефлекс — когда кто-то начинает до него докапываться, то парень не теряется и сразу предъявляет свою позицию.       Конечно же, жить одному, зная то, что его дома никто не будет ждать, — очень тяжело. Но что он мог поделать, если на его взгляд альфы были идентичны — одни и те же фразы, явно пустые внутри и требующие лишь шикарных бурных ночей. А просто так раздвигать ноги и отдаваться всем подряд — это не про Тобио, он не такой.       На самом деле Кагеяма даже не был уверен, что найдет того, кто будет рядом, кто сможет стать светом в этом темном туннеле. Потому что, как и говорилось ранее, все, кто ему не повстречается, одинаково-пустые. Хотя, он даже не ищет кого-либо, а просто плывет по течению. А что будет, то и будет. Незачем париться по данному поводу.

***

      Предпраздничная суета — еще тот Ад. Буквально пару дней осталось до Рождества, а народа уже тьма тьмущая. Ну, конечно, люди бегают по магазинам — покупают подарки, украшения, еду. Готовятся по все фронтам. А квартира брюнета так и пустовала.       Кагеяма даже и не желал украшать ее, ведь знал, что праздновать этот праздник, как и в прошлые годы, он не собирался, ибо не считал это чем-то важным. Единственное, что будет делать — выпивать в глубоком одиночестве и смотреть грустным взглядом в окно на счастливых людей.

***

      И вот он блуждает мимо столиков, разнося заказы. Сегодня он не на кассе, так что будет куда сложнее — больше нервов и хлопот.       Сощуренные глаза альф прикованы к нему — внимательно изучают и наблюдают за каждым действием. Эти люди, скорее всего, обдумывают, как привлечь внимание к себе, как лучше поступить и заговорить. Но они явно не понимают, что Тобио непробиваемый — он точно не согласится знакомиться. Хотя это нормально заводить новое общение, новых людей, однако все-таки какая-то, что ли, совесть не позволяла ему. Или что-то просто останавливало, так и говоря, что не надо.       Услышав мужской и почему-то знакомый голос, который явно подзывал официанта, дабы сделать заказ, брюнет разворачивается и, протяжно вздохнув, идет к нужному столику. И, как только Кагеяма подошел, оторопел, ведь глаза заметили эту рыжую копну завивающихся волос, а затем и большие карие глаза.       Тишина. На мгновение мир словно перестал существовать, и они остались наедине друг с другом. Хотя так хотелось развернуться и уйти, а дальше молиться, чтобы Его больше не видеть, ибо больно и тяжело. Но вместо того, чтобы, молча, уйти, брюнет, как обычно, спокойным голосом спрашивает:       — Что будете заказывать?       Даже в такие моменты парень соблюдал полное спокойствие, пусть и внутри все бушевало. Наверное, эта привычка держать себя в руках сыграла и сейчас, как раз на руку. Но эти карие глаза, в которых было удивление вместе с растерянностью, заставляли чувствовать, как и боль, так и некий трепет, обозначающий радость.       — А… Эм… — как обычно, когда нервничал, запинался тот, водя взглядом по меню, словно забыл, что он хотел. — Пончик с ванилью и капучино, пожалуйста. — взгляд перемещается на брюнета, который в этот же момент быстро записывал заказ. — А… Кагеяма-кун, ты…       — Ожидайте, — прервал того Тобио, затем быстро уходит. Отдав листик, парень отпрашивается в уборную. Через несколько мгновений Кагеяма уже там и, закрыв за собой дверь на ключ, опускается по стенке вниз, слегка трясясь. Убрав дрожащей рукой челку назад, он поднимает взгляд вверх, в потолок, и шепчет: — Вот зачем ты здесь, Хината?..

***

      Время одиннадцать вечера, а брюнет только выходит из кофейни. Уходит он как всегда самым последним, так как любил оставаться допоздна, ведь все равно дома нечего делать. Его итак никто не ждет, а чахнуть в пустой одинокой квартире — не из лучших вариантов. В ней так и чувствуется, как эта тьма пожирает тебя, как погружает на дно болота, не давая даже сделать глоток необходимого воздуха.       Конечно, когда постоянно остаешься до самых поздних часов, ты чувствуешь дикую усталость, порою головокружение, почему еле можешь фокусировать взгляд, ибо обычно не высыпаешься и каждый день перегружаешь себя работой. Но как же без этого? Платят хорошо, уютная кофейная точка, хороший добрый коллектив. Все, что нужно для счастья, но так ли это? Так ли построено счастье в нынешнее время?       Закрыв дверь на ключ, парень идет по темному переулку в сторону своего недалеко-расположенного дома, и, не успев даже всунуть наушники в уши, как вдруг чувствует сильную ладонь на плече, которая останавливает парня, заставляя вздрогнуть и напрячься. Переведя взгляд, Тобио замер с распахнутыми глаза, но потом, как по щелчку пальцев, нахмурился и пробурчал в любимой ему манере:       — Чего тебе, Хината?       Тот так и смотрел в синие глаза, словно пытаясь найти ответы на вопросы, которые так и крутились в голове рыжеволосого. Но Хината не сможет, ведь в синих глазах нет той жизни, которая была тогда, пока родители не покинули этот мир.       Пусть и прошло достаточно лет, пусть и парень отпустил их и все то, что было в те времена, внутри брюнета все равно таились те чувства, эмоции, ощущения, которые атаковали тогда. Просто он смог не поддаваться своим мыслям, смог держаться и с прямой спиной и приподнятым подбородком идти дальше, оставляя все тогда. Тем более нужно жить настоящим, а не прошлым, ведь не хочется свихнуться и после покончить жизнь самоубийством. А такое возможно, когда есть большая психологическая травма.       Рыжеволосый парень так и молчал, но все так же смотрел в синие глаза. И это напрягало, хотелось даже вырвать из-под рук плечо и просто уйти, как вдруг почувствовал, как широкая ладонь Хинаты напряглась, а с уст все же вырвались неуверенные слова:       — Кагеяма-кун, может, прогуляемся?       Честно, не хотелось идти, хотя, это говорил мозг, который уже тщательно придумывал варианты, как отмазаться от столь надоедливого мальчишки, но вот сердце считало по-иному — нужно соглашаться, ведь когда такая возможность может еще произойти. Вот именно, может быть, это их последняя встреча, поэтому хотелось выговориться и насладиться этими мгновениями рядом с тем, кто ему нравился — нравился, не как друг, а как парень.       Да, Кагеяме нравился Хината. И эти чувства нахлынули на него очень неожиданно, даже как-то резко. Но он даже и сам не понял до конца, как и когда он успел это прочувствовать и принять. Однако от этих взглядов, касаний и улыбки в тридцать два зуба заставляли трепетать сердце, покрываться легким румянцем, и внутри все приятно сжиматься.       Понятное дело, Хината, как и другие, не знал о том, что Кагеяма — омега, ибо последний тщательно скрывал правду своей сущности. Он глотал по три таблетки каждый день, так как боялся проявления собственного запаха, течки и проблем, которые могут нахлынуть на его хрупкие плечи. Так он жил достаточно долгое время, пока не уехал из своего родного городка в Токио и не начал работать в кофейне.       Когда он переехал и понял то, что ему все равно, исходит из него запах или нет, парень перестал принимать таблетки и зажил более-менее спокойно, ведь не приходится соблюдать строгий режим приема. Конечно, зато он привлекает очень много внимания среди альф, но все же лучше так, нежели никак… верно?       — Хорошо, — ответил Тобио, опуская взгляд.       — Куда пойдем? — спросил рыжеволосый парень, легко улыбнувшись.       — В парк неподалеку отсюда, — задумчиво протянул брюнет. — Пошли.

***

      Снег хрустел под ногами, снежинки падали с неба. Одинокие фонари освещали темные дорожки, да и никого не было вокруг. Только они, вдвоем, и больше никого.       Кагеяма и Хината, молча, шли куда-то вглубь парка, и каждый думал о чем-то своем. Была легкая напряженная атмосфера, да и оба были зажаты и смотрели куда-то в сторону, но точно не друг на друга. Хотя, если вспомнить эти школьные года, когда они вдвоем навеселе шли в булочную, становилось как-то завидно. Однако, увы, как говорится, время не воротишь.       — Как твои дела, Кагеяма-кун? — все же прервал эту тишину тихий голос Хинаты.       Брюнет вздрогнул от заданного вопроса, затем протяжно выдохнул и как обычно кратко ответил:       — Да нормально. Живу один, видишь ли, работаю. — прикусил губу. — А твои как?       Они все так же не смотрели друг на друга. Было ощущение, что между ними образовалась большая пропасть, и, если сделать неверный шажок, то провалишься в эту пропасть и погрязнешь во тьме раз и навсегда.       — У меня отлично, — с легкой улыбкой говорит Хината. — Вот переехал не так давно в Токио. Живу, развиваюсь, играю в волейбол. — и после резко воодушевился: заговорил громко и начал махать руками. — Представляешь, я играю в лиге, в основном составе! Постоянно…       После этого Тобио перестал слушать Хинату, ибо ему резко стало больно и как-то даже неприятно. Понятное дело, что пошли флэшбэки, когда он играл, когда получал удовольствие, когда видел улыбку его родителей… Внутри словно заскреблись кошки, неприятно царапая своими коготками до крови.       — …Слушай, Кагеяма-кун, — брюнет переводит взгляд на Хинату, делая вид, что до этих слов он внимательно слушал того. — ты — омега?       Этот вопрос все-таки состоялся. А ведь парень так надеялся, что тот не спросит его об этом. Конечно, теперь карты были все раскрыты, хотя, после того, когда он ушел из команды, уехал из дома, Тобио перестал скрывать свою сущность. Раньше, понятное дело, боялся, да и тем более феромоны — не дай бог, что может случится. А сейчас… все равно.       — Да, — кратко ответил брюнет, смотря в карие глаза.       Взгляд замечает легкий румянец на щеках рыжеволосого мальчишки, затем то, как Хината начинает кусать губу, и потом карие глаза устремились вниз, куда-то под ноги.       Почему-то в этот момент хотелось подойти к тому, хотелось обнять, прижать к себе, уткнуться носом в макушку, дабы почувствовать запах шампуня вперемешку с его истинным запахом — апельсина. От таких раздумий сердце как-то сжалось, ведь и вправду хотелось это сделать, но понимал, что если сделает, то потеряет дар речи, явно здравый рассудок, и заполыхают еще сильнее чувства к Нему.       Пусть и прошло столько лет, но, как и говорилось ранее, эти чувства не остыли. Однако Кагеяма понимал, что стоит отпустить и забыть, ведь они никогда не будут больше, чем, возможно, просто друзья.       Да, между ними была связь — та связь, когда они только вступили в Карасуно. Но она не станет сильнее — почему-то именно в этом убеждал себя брюнет, словно боясь принять тот факт, что может что-то измениться.       — И что… как? — начал почему-то неуверенно мямлить рыжеволосый парень, все не поднимая взгляда. — Кто-то нравится? Или встречаешься?       — Ни с кем не встречаюсь, — задумчиво протянул Тобио. — Но есть человек, который мне давно нравится, однако я знаю, что мне с ним не суждено быть вместе. Эти дружеские отношения, если можно так назвать, никогда не перерастут во что-то большее. — смотрит в небо. — Никогда…       Тобио отчетливо чувствовал на себе взгляд карих глаз, которые явно были распахнуты от удивления. И, встретившись взглядами, брюнет увидел искры грусти и боли. Складывалось ощущение, что Хината что-то, либо скрывает, таит в себе, либо ему просто обидно, что так складывается у брюнета. Хотя, чуйка Кагеямы была порой хороша, поэтому он больше склонялся к первому варианту. Однако это уже не его проблемы.       — Вот оно как, — хмыкнул мальчишка. — А я вот запутался и с давних лет не понимаю, что происходит. Мне это чувство совсем не нравится, словно я что-то не доделал, чего-то не добился. И есть какое-то неприятное чувство вины, что ли…       Честно, слова Хинаты казались двузначными. Вроде бы слышится одно, но, когда ты человека мог читать, как открытую книгу, знал достаточно долго и близко, резко понимаешь, что здесь явно закрадывается другой подтекст. Однако брюнет точно не мог ответить на вопрос, что же тот имеет в виду, так как много лет прошло со дня их последней встречи и в тот же момент расставания, но единственное, в чем был уверен Тобио, так это в том, что здесь явно что-то скрывается.       Тишина вновь повисла между ними.       Честно, хотелось как можно дольше вот так находиться рядом с человеком, который тебе небезразличен, однако подул холодный ветер, да и часы уже показывали час ночи, и это говорило о том, что им пора расходиться по домам.       — Ладно, мне пора домой. Ранним утром итак на работу, — оповестил брюнет, резко останавливаясь на развилке.       — Хорошо, — кивнул Хината с пониманием.       — Тогда, пока, — кратко сказал парень, затем, махнув рукой в знак прощания, медленно двинулся по дорожке дальше, однако, остановился с распахнутыми от удивления глазами, когда услышал в спину:       — Кагеяма-кун, давай отметим Рождество вместе?!       Брюнет так и стоял на месте, не двигаясь. Ему показалось, что это ему лишь послышалось, однако обернувшись, заметил, как Хината с надеждой смотрит на него, а ладони сжимаются в кулаки, что говорит о серьезных намерениях. Куснув губу, парень лишь кивнул, как вдруг увидел эту светлую улыбку в тридцать два зуба, и сердце ускорило свой темп.       — Тогда созвонимся! — крикнул Хината и побежал по другой дорожке.       — Черт… — прошептал парень, так и смотря тому вслед.

***

      Последний рабочий день прошел на ура. Большие чаевые, много посетителей, да и еще сокращенный день — просто идеально. Брюнет был доволен, получив хорошую зарплату, поздравил всех своих коллег с наступающим и наконец-таки мог пойти по магазинам, дабы затариться едой, алкоголем и, на удивление, купить подарок… Хинате.       Было так непривычно понимать, что в этот раз он будет отмечать праздник вовсе не один. Конечно, немного неловко, так как он будет рядом с Ним один на один. Однако ради Хинаты, ради этих мгновений, он был готов переступить через себя, так как это было важным для брюнета, причем сильно.       Постепенно, по чуть-чуть, пакеты пополнялись в руках. Становилось все тяжелее и тяжелее таскать их, но оно того стоило. И, когда Тобио наконец-то закупился всем необходимым, остался лишь один важный момент — подарок. Но что можно подарить рыжеволосому мальчишке? Очень хороший вопрос.       В итоге не придумав ничего такого глобального, что можно подарить (а в подарках он всегда был слаб и, грубо говоря, безнадежен), Кагеяма решил взять красивую подарочную коробку, в которую набросает всяких сладостей, но под ними будет лежать небольшой конвертик, в котором будет открытка и браслет «Красная нить».       Но не только это хотел вручит тому брюнет. За очередную бессонную ночь он все же смог написать небольшое письмо Хинате, однако не был уверен, что это все же вручит. Нет, конечно, хотелось, но он отдаст это отдельно, если посчитает нужным. А пока, пусть будет так. Ведь незачем бежать наперед, а то мало ли брюнет поймет, что зря это написал.       — Как будет, так будет, — бормочет Тобио, прикусывая губу, сдерживая улыбку.

***

      Уже одиннадцать вечера, как вдруг парень слышит звонок в дверь.       Как раз он успел все сделать — прибрался, подготовил праздничный ужин и сделал уютную спокойную обстановку, которая заключалась в том, что они будут сидеть при ароматизированных свечах. На самом деле Тобио давно так хотел сделать — посидеть при свечах, однако понимал, что это все было бы без толку. А сейчас — это тот самый момент, когда можно осуществить пожелания и создать комфортные условия, не только для себя, но и для Хинаты.       Все же хотелось насладиться этими мгновениями по полной катушке       Открыв дверь, парень первым делом замечает счастливую улыбку, затем смотрит в эти счастливые глаза и говорит:       — Привет, проходи. — на что получил кивок.       Честно, брюнет завидовал, как люди спокойно могут показывать свои эмоции. Ведь, по сравнению с ними, Тобио понимал, что он не может показать себя настоящим, таким, каким он является, так как словно некий барьер мешал ему это сделать. И в данный момент хотелось тепло улыбнуться, ведь был рад встретить Хинату, но… не мог.       Закрыв дверь, парень вновь наблюдает за тем, и сердце забилось быстрее, когда нос уловил приятный запах апельсина. Он буквально внедрялся в легкие, пробуждая все нервные клеточки и заставляя легкий румянец опалить щеки. Конечно же, нужно держать себя в руках, дабы не сделать что-то за пределами разумного.       Чтобы не стоять, как истукан, который так открыто пялится на Хинату, брюнет медленно направился на кухню, где все было уже готово. Услышав шаги за собой, Тобио прикусил губу от неких нервов, так как не знал, как тот отреагирует на столь «интимную» обстановку.       — Вау! — восхищенно протянул рыжеволосый мальчишка, оглядываясь по сторонам.       После этого Кагеяма протяжно, с неким облегчением выдохнул. Все-таки радость насчет того, что Ему понравилась атмосфера, которую создал Тобио, была превыше всего. Но и понимание, что Хината дополнил эту атмосферу, сделав ее еще более комфортно, ласкало душу.       — Присаживайся, — сказал брюнет, доставая бокалы.

***

      И вот они уже сидят за праздничным столом, выпивая который бокал вина. Играла тихо новогодняя музыка, которая создавала праздничное веселое настроение. Кагеяма и Хината энергично болтали, рассказывая свои всякие истории, которые произошли с ними за годы, которые они не видели друг друга.       — Кагеяма-кун, — неожиданно спокойно спросил рыжеволосый мальчишка, смотря в тому в глаза. — Когда ты понял, что ты — омега? Просто в старшей школе, как я понял, не чувствовал твой запах…       Тобио опустил взгляд и вздохнул. Все же он немного не понимал, почему паренек напротив так интересуется данным. Это реально казалось странным, но вовсе не отталкивало. Может, тому просто интересно? Или же есть какой-то ряд причин, почему тот спрашивает его?       — Ответ прост, — делает долгожданный глоток. — Я маскировался, вот и все, — после пожимает плечами. — Не хотелось каких-либо плохих последствий, что ли.       Чтобы отвлечься и забыть разговор на данную тематику, парень встает и медленно уходит в свою комнату. Возвращается он уже с подарком в руках. Конечно, было некое волнение по поводу того, что Хинате не понравится, однако внутри себя пытался успокоить, ибо это волнение того не стоит.       — С рождеством, — немного робко, что ли, пробубнил брюнет, протягивая тому подарок. Хината же встает, удивленно вскидывает брови, затем краснеет и принимает подарок. — Надеюсь, понравится… — и отводит взгляд в сторону.       Парень слышал это копошение, бывало, чувствовал взгляд карих глаз на себе. После очередная тишина, и брюнет не выдерживает — переводит взгляд и замечает листочек. Тот самый листочек, на котором он писал тому письмо и не хотел сразу вручать это… Стало резко как-то дурно, ведь он не понимал, как чертово письмо оказалось в коробке, почему подскакивает к мальчишке, пытаясь выхватить его.       — Не читай!       Хината хмурится, но листок не отдает, а пытается аккуратно выхватить из рук того. И у него каким-то образом получается — быстро оставив коробку на столе, убегает из кухни в сторону какой-либо комнаты, начиная смеяться и попутно вилять глазами по строчкам данного текста.       — Хината! — и рванул за тем, но, как только подбежал к нужной комнате, дверь оказалась закрытой. Сердце билось как угорелое, некий адреналин бежал по венам, из-за чего Кагеяма легко подрагивал. — Хината, впусти! — и начал усердно стучать в дверь.       Бесполезно. Теперь Хината все знает. Знает «от» и «до». После этого, как думал Кагеяма, парень точно отвернется от него, и, когда выйдет из комнаты, явно без прощания покинет квартиру. Брюнет опускает взгляд, отстраняется от двери, и, как только собирался вернуться обратно на кухню, слышит скрип и после чувствует хватку на руке, которая тянет его в комнату.       Оказавшись прижатым к стене, Кагеяма распахивает глаза, когда чужие губы накрывают его. В голове образовался кавардак — резко все мысли спутались, от чего даже голова неприятно, тупо заболела.       — Это правда?.. — тихо шепчет в губы Хината, смотря в синие глаза.       Конечно, это правда. Как можно о таком врать — врать о чувствах? Тобио никогда не мог понять людей, которые могут разбрасываться налево-направо столь сокровенными словами. Ибо это неправильно — говорить такое каждому попавшемуся человеку, так как брюнет считает, что, когда ты говоришь о чувствах, ты должен нести ответственность за сказанные слова, а не кинуть их, как в помойку мусор.       — Да… — растерянно шепнул в ответ брюнет, тяжело дыша.       Брюнет прикрывает глаза, когда губы вновь накрывают его губы, и, вскинув слегка брови от некого удовольствия, отвечает на поцелуй. Языки сплетаются, словно в танце, из-за чего парень вздрагивает и тихо стонет…       Тобио не помнил, как оказался на кровати. Хотя, в данный момент, было плевать на это, ибо главное то, что рыжеволосый парень так близко к нему — буквально вжимает в кровать, а руки расставлены по обе стороны от головы, предотвращая попытки на побег.       Запах апельсина так отчетливо чувствовался, из-за чего расслабление пробежалось по телу, а нервные клетки наоборот охватывало неким возбуждением. Рука заскользила по сильной спине Хинаты, другая же зарылась в рыжую копну волос, нежно перебирая прядки.       Тихий недовольный стон сорвался с губ брюнета, когда тот отстранился от него. Парень жадно глотал нужный ему воздух, так как казалось, что его слишком мало здесь, и что он вот-вот задохнется. Но не прошло и минуты, как чувствует слегка шершавую ладонь, которая зарылась под темно-синюю кофту с оленями и прошлась по торсу вверх, к груди, задевая, словно случайно, пальцами сосок. Брюнет отбрасывает голову назад, тихий, но протяжный стон вновь вылетает с уст, и спина легко изгибается в области поясницы.       Поцелуи проходятся по шее, пока пальцы игрались с набухшими сосками.       Кагеяма чувствует, как возбуждение медленно, но верно окутывает тело, и в низу живота начало немного стягивать. Впервые он чувствует такие эмоции и ощущения, и ему они очень даже нравились. Хотя, как тут можно было не радоваться, когда это все происходит с человеком, который тебе давно небезразличен?       Верхняя одежда улетела на пол, и теперь они с восхищением смотрели друг на друга, не в силах оторвать взгляды. Да, легкое смущение проскакивало у обоих, но Тобио первым, кто переборол это, почему потянулся к тому и вовлек во влажный поцелуй. Хината не медлил — с легкой тряской от столь сильного желания стягивает последний ненужный предмет одежды с брюнета.       Два пальца аккуратно проникают внутрь парня, из-за чего брюнет отстраняется от губ того, и, уже не стесняясь, громко стонет. Было на удивление не больно, а наоборот приятно, хотя внутри хотелось еще и большего. Так как этого мало, но нужно потерпеть, совсем чуть-чуть…       Начались желанные движения, и у Кагеямы начало все внутри переворачиваться, а желание возрастать с новой силой. Губы рыжеволосого парня блуждали по шее, ключицам, груди, животу, пока не дошли до плоти, которую взял в рот. Синие глаза распахиваются, и парень начал слегка потрясываться от сильного двойного удовольствия. Он так и чувствовал, как идет к пику, что и вскоре случилось — буквально еще пару движений, и брюнет кончает, изливаясь в рот того.       — Ксо… — тяжело выдыхает Тобио, слегка прикрывая глаза и в тот же момент пытаясь прийти в себя.       — Мы только начали… — тихо, но с желанием шепчет Хината, начиная посасывать ушную раковину.       Достаточно растянув брюнета, Хината отстраняется снимает с себя боксеры. От такого вида Кагеяма покраснел до кончиков ушей, почему отводит взгляд и одной рукой прикрывает верхнюю половину лица. Однако рыжеволосый мальчишка хватает руки Тобио и зажимает их над головой брюнета.       Их взгляды столкнулись, после чего паренек негромко спросил:       — Готов? — на что получил одобрительный кивок.       Неожиданно почувствовалась резкая боль, и Кагеяма начал жмуриться, а на глаза выступили слезинки, которые начали бежать по щекам. Но их аккуратно слизывал Хината, в то же время нашептывал:       — Извини… Потерпи немного… Скоро станет приятнее…       Рыжеволосый парень все также медленно входил в того, порой останавливался, дабы брюнет привык к новым ощущениям, пока не вошел полностью. Кагеяма все продолжал жмуриться и тяжело дышать. Хината видел, как тому больно, поэтому решил отвлечь от столь неприятных ощущений, поэтому поцеловал его, а рука легла на вновь возбужденную плоть, начиная движения руки вверх-вниз.       Буквально почувствовав расслабление у брюнета, Хината начал медленные толчки, отчего разрывает поцелуй, начиная довольно порыкивать. Брюнет же изгибается в спине, с уст срываются томные вздохи, но ему этого было мало.       — Быстрее… — простанывает Кагеяма через какое-то время.       Хината не мог отказать брюнету, ведь был только «за», из-за чего начал ускоряться. Чувствуя, как Тобио сжимает его изнутри, парнише это доставляло большое удовольствие, почему не мог не двигаться быстрее и глубже проникать в того. И тут рыжеволосый мальчишка находит точку, из-за которой полу-стон, полу-крик срывается с уст брюнета и разносится по комнате. Это заставило Хинату довольно усмехнуться и делать толчки именно в эту точку, довольно рыча от того, как Кагеяма все сильнее сжимает его.       Ладонь наконец-то разжимает руки брюнета, которые вскоре обвили партнера за талию и начали царапать спину, оставляя красные следы на бледной коже. Словно в бреду, Тобио начал нашептывать что-то, порой умолять о чем-то, и Хинате это нравилось, ведь находиться во власти над брюнетом, «Королем-площадки», — это святое и такое редко. И он рад, что именно он смог почувствовать эту власть, о которой мечтал достаточно долгое время.       — Я больше не могу… — хнычет хрипло брюнет, уже двигая бедрами навстречу.       Да, Хината тоже уже не мог — так и хотелось кончить и прочувствовать эту необходимую легкость в теле, — поэтому, схватившись за бедра Тобио, ускорил свой темп до максимума, и в голове у двоих помутилось…

***

      Обнимая друг друга, они лежали мирно под одеялом в приятной тишине.       До сих пор им не верилось в то, что произошло совсем недавно, но они были счастливы, ведь наконец-то судьба снова свела их и дала шанс сделать шаг вперед, навстречу друг другу, дабы стать ближе и перейти на новый уровень.       — Кагеяма-кун, а я ведь давно к тебе неровно дышу. И… я хотел извиниться за те слова, которые сказал тогда, когда узнал, что ты уходишь из волейбола. — начал Хината. — Правда, прости. Конечно же, я понимаю, что не должен был тогда этого говорить, так как не знал причину, по которой ты резко поменял свое мнение и решение насчет будущего. — вздох. — Честно, я искал тебя, но никак не мог найти. И единственное, что отвлекало меня от этих убийственных мыслей — это волейбол. Но знаешь, — слегка отстраняется от брюнета, но смотрит в синие глаза, которые глядели на него с интересом. — Меня так передернуло тогда, в кофейне, когда увидел тебя, из-за чего я вспомнил и почувствовал всю эту бурю эмоций, которую я так тщательно стирал из своей памяти. И я рад, что мы здесь и сейчас рядом… Я люблю тебя, Кагеяма-кун!       — И… и я тебя л-люблю, Хината… — говорит Тобио, прижимаясь лбом ко лбу Хинаты.       И тут улыбка расцвела на лице брюнета.

***

Любовь — это глубокие искренние чувства, В которых ты человеку полностью себя отдаешь, В которых ты доверяешь свое сердце и душу, В которых ты честен и верен ему. Любовь — это, когда ты скучаешь по человеку, Это, когда не можешь не думать о нем, Это, когда ты хочешь быть всегда рядом с ним, Это, когда ты желаешь касаться его. Любовь — это доверие, влечение, привязанность, Это волнение, искренность, страсть, Это тепло, раскрепощенность, забота, Это желание, понимание, связь. Любовь, конечно, тяжело найти в этом мире, Где много боли, лицемерия, лжи. Но не стоит отчаиваться раньше времени, Ведь может Любовь уже рядом стоит? ©cristel-10