Что их объединяет

Ренджи очнулся на знакомом мягком футоне. Сумрак тёмной комнаты был пронизан запахами мазей и бинтов. Он попробовал сесть, но поморщился и передумал: спину саднило. Похоже, приземлился оземь прямо на лопатки, не успев сгруппироваться, когда его резко атаковал риока. На самом деле удар Ичиго не был внезапен — и именно это помешало его отразить. Ренджи растерялся больше из-за того, насколько стойка этого риоки показалась ему знакомой. Шестое чувство вовсю кричало ему, что он однажды уже чувствовал на себе силу этой атаки. Ренджи почувствовал, как его руку осторожно обхватили чьи-то холодные ладони. Он вздрогнул: совсем не заметил присутствия Бьякуи, тот сидел совсем бесшумно, а Ренджи был слишком поглощен чувством дежа-вю. Он вгляделся ему в лицо, и по нахмуренным бровям заметил, что тот снова сердится. — Простите, капитан, — буркнул Ренджи, все-таки садясь на футоне и чувствуя, как ноют мышцы под туго натянутыми бинтами. — Это было безрассудно, — отчитал его Бьякуя и недовольно поджал губы. — Но как посмел какой-то риока ворваться в ваше поместье! — воскликнул Ренджи и тут же вновь поморщился: слишком напряг спину. — Все было под контролем, Ренджи. Бьякуя сжал его руку и стал еще хмурнее. Ренджи опешил: по всей видимости, капитан больше злится на него, нежели на риоку. Абараи вспомнил, что в момент, когда он напал на Ичиго, тот и так был окружен. Да и Кучики, в самом деле, если бы захотел, в любой момент мог использовать занпакто или кидо, которым владел в совершенстве. У него, вероятно, было множество возможностей схватить риоку даже не напрягаясь. — Вы и не хотели на него нападать? — догадался Ренджи. — Но почему, капитан? Теперь Бьякуя казался озадаченным. Такое выражение на его лице Ренджи видел редко. Обычно капитана сложно было застать врасплох и заставить озаботиться чем-то всерьез. Ему всегда все давалось слишком легко — как и положено гению славного клана Кучики. — Он как-то связан с Хисаной, — наконец поделился своими рассуждениями Бьякуя. — Но я не знаю, как. Ренджи стало не по себе. Бьякуя редко называл это имя. Абараи понимал, что глупо испытывать ревность к женщине, с которой невозможно конкурировать, но в том, как говорил о ней Бьякуя, всегда было что-то особенное. Нестерпимо захотелось уйти и не мешать Бьякуе предаваться воспоминаниям. Ренджи одернул ладонь, освобождаясь от касания, и взял лежащее рядом косоде. Накидывая его на плечи, он не без труда поднялся. — Спасибо за помощь, капитан, — Ренджи, вновь чувствуя боль в мышцах, поклонился Бьякуе. — Не буду больше вас отвлекать. — Не веди себя глупо хотя бы сейчас, Ренджи, — вновь хмурясь, сказал Бьякуя. — Я уже приказал слугам приготовить для тебя ужин, горячую ванну и футон. Ренджи покачал головой. — Я должен разобраться с риокой. — Ты действительно считаешь его врагом? — странным тоном спросил Бьякуя. Словно обращался не столько к Ренджи, сколько к самому себе. Ренджи невольно поник. Все-таки Бьякуя, хоть и случайно, но попал в точку. — Нет. Не считаю. Почему-то. На самом деле мне кажется, будто бы мы и правда с ним уже знакомы, — Ренджи ненадолго замолчал, подбирая слова. — И еще меня не покидает ощущение, словно я забыл что-то важное. Бьякуя кивнул, соглашаясь. — Это странно. Поэтому завтра мы вместе попробуем отыскать этого риоку. Я знаю, куда он отправится. Ренджи удивленно поднял глаза. — Откуда? — Я сам подсказал ему путь, — как ни в чем не бывало ответил Бьякуя. — Так вы хотите заманить его в ловушку? Умно, капитан! – Вот это было бы вполне в духе Кучики. — Нет, я просто сказал ему правду, — вздохнул Бьякуя, прикрыв глаза. — Без злого умысла. Ренджи растерялся. Такое поведение Бьякуе было несвойственно. Враг, который незаконно проник в Сейретей, а затем и вломился среди ночи в его фамильное поместье — это было уж точно против правил, которые Кучики всегда так почитал. Но Бьякуя совершенно спокойно отпустил его и даже попытался помочь. — Вы уверены, что нужно ему помогать? — Это приказ, Ренджи, — устав объясняться, сверкнул глазами Кучики. Абараи поколебался. Капитан определенно был настроен серьезно. Неужели он правда так верит в этого риоку? В незнакомца, который был им обоим по каким-то причинам знаком. Ренджи всерьез задумался, снова сев рядом с Бьякуей. — Тогда завтра я пойду один, — после недолгого молчания ответил Ренджи, все для себя рассудив. — Я же сказал, Ренджи. Это при... — недовольно начал Бьякуя, но Ренджи его перебил. — Если вы действительно считаете, что он нам не враг, тогда будет лучше, если я пойду к нему один. Если вас заподозрят в том, что вы ему помогаете, это испортит вашу репутацию. Бьякуя наградил его долгим задумчивым взглядом. Ренджи был уверен, что капитан должен был оценить его заботу. В конце концов, это действительно было разумно, что он сам осознавал. — Хорошо, — наконец согласился Бьякуя. — Ты знаешь, что делать, если риока все-таки окажется предателем. Впервые за вечер Ренджи улыбнулся. Не от того, что появилась официальная возможность надрать зад этому Ичиго Куросаки, а от того, что Бьякуя с ним согласился. Хотя, возможно, и подраться с Ичиго вновь — но уже по-честному — ему тоже немного хотелось. — Так точно, — охотно ответил он. — Только учти, Ренджи, я все еще не доверяю риоке. Так что ты... Бьякуя остановился, не закончив фразу, и опустил глаза в пол. Ренджи мягко положил свою ладонь на ладонь Кучики. — Я вас понял, капитан. Он знал, что Бьякуя так пытается сказать: "Береги себя". В ту ночь Ренджи еще долго не спалось. Все это время, лежа на соседнем с Бьякуей футоне, он вглядывался в его спящее лицо, раздумывая, о чем же столь важном им обоим они могли забыть. Утешало его то, что это было не последней вещью, которую они разделяли между собой.