Весенние слёзы

Автобус, колледж, аудитория. Всё привычно, как всегда. Но я всё ещё не могла выкинуть из головы ту мысль, что, чёрт возьми, я иду на задание. Звучит, как «свидание», но неет. Я пришла практику раньше, чем половина группы, поэтому, Препод разрешила работать над штрихами, хотя у меня меня они идеальны. Ну, по крайней мере, так говорила моя прошлая училка. Всё собрались началась пара. Нас отпустили пораньше (ну, а кому хочется в пятницу отсиживать зад до вечера?). Я, вспомнив про тренировку, только в автобусе, думала, чьи же мысли прочесть? Вон, тот парнишка в косухе. Я сосредоточилась на его сознании, хочу увидеть его мысли… Не получилось. Что? Почему?! Так, ещё раз… О, вот… *мысли парнишки* — Я не виноват! Почему этот падла директор хочет меня отчислить?! Я и рядом не стоял с туалетом, а он поверил торчкам из 10 «Г». Я прервала «связь». Оу, да это очередная жертва обстоятельств… Несправедливость. Я немного потускнела от этой мысли, но быстро забыла, моя остановка. Я вышла, не торопясь дойдя до Академии. Меня встретил только Диего, болтающий с какой-то девушкой, очень мне кого-то напоминавшую. Спустя пару минут размышлений, я вспомнила, что это та же дама, что внезапно появилась предо мной в колледже пару дней назад. Мне стало неловко, но Лайла, кажется, даже и не узнала меня, только с недоумением кинула на пару секунд взгляд и продолжила мирно беседовать с номером Два, будто и не знает меня. Я подумала, что, быть может она невменяемая, либо у неё есть сестра-близнец. Однако, позже, я заметила, что Диего называет девушку «Лайла», отчего я поняла, что это точно она. Поднявшись к себе, я взглядула на часы — 17:06. У меня есть два часа, прекрасно. Нужно собраться. Я одела серую кофту, такие же спортивки и кроссовки. Я рассматривала приоритеты так: мы будем бегать и хз что ещё делать, поэтому мне удобно так. Возможно, придётся маскироваться, поэтому серая мышка Райли в пути. Также, я положила в карман перцовый баллончик (ну в вдруг). Собравшись, я заметила, что у меня было ещё время, чтобы написать кое что в личном дневнике. 18.10.2019г. 17:43 Этот день мог быть самым обычным, если бы не Пятый, который пригласил меня на задание. Он сказала, что смерть кое кого сможет спасти весь мир. Я слабо поняла, что он имел в виду, но согласилась, так как это пока единственный член семьи Харгривз, с которым я всё ещё холодно общаюсь. Меня переполняют чувства, но я, как обычно — каменная леди. Фуу, ненавижу это выражение. Что ж, дневник, я иду морально готовиться. Я решила не брать телефон, потому что слышала, что он частенько выдаёт агентов на слежке. Я подумала, что, возможно будут травмы, но «первую помощь» решила не брать: много места занимает. Последние полчаса, я сидела как на иголках, каждую минуту смотря на время. Без пяти семь я была на месте встречи. Ровно в 19:00 Пятый, как всегда в школьной форме, телепортировался ко входу. С совершенно невозмутимым лицом, он сухо поприветствовал меня, после чего, принялся объяснять куда мы идём и рассказал некоторую информацию о Николасе Спайте — одном из жителей пригорода, куда мы направляемся. Он на пенсии, поэтому, я не думаю, что убить его — будет сложно. — А твои силы понадобятся мне, чтобы узнать, что собирается делать Спайт, — сказал Пятый. — когда я дам следующий сингал, ты читаешь его мысли и говоришь мне. Поняла. — Да, — чётко ответила я. — Вот сигнал, — Пятый подмигнул мне. Не зная ситуации, вы бы подумали, что он ко мне подкатывает, но это не так… Хотя, я на миллисекунду замерла, это, признаться, было красиво. Я кивнула, после чего, Пятый взял меня за руку. Его ладонь была очень холодна, в отличии от моей, от переживания потной руки. Он телепортировал мне и себя, это не больно, как я ожидала, я не чувствовала ничего, во время перемещения. Мы очутились на сельской пыльной дороге, вдоль которой стояли кособокие старые домики. Пятый сделал жест, который означал «следуй за мной». Мы подошли к отдалённому домику, у самого леса. В октябрьских сумерках горело лишь одно окно на втором этаже, что означало: Николас дома. Мы телепортировались в дом, у самой входной двери. Кажется, на втором этаже хозяин находился в спальне. Пятый на цыпочках стал подниматься по, зараза, скрипучей лестнице, я за ним. Мы добрались до спальни, где старик смотрел телевизор. Пятый подмигнул мне. Я сразу поняла, что делать. До расслабленного сознания старика я докопалась за какие-то секунды. *Мысли Николаса Спайта* — Что за шорох на лестнице? Воры? Хотя показалось… Я нагнулась к Пятому и прошептала ему на ухо — Он нас заметил. Харгривз еле заметно кивнул и медленно полез рукой в карман брюк. Так же осторожно, он достал оттуда пистолет. Затем снова подмигнул мне. *Мысли Николаса* — Так, на лестнице кто-то есть. Пойду проверю. Я не успела сказать об этом Пятому, как старик поднялся с кровати и Пять, уже поняв, что он идёт сюда, молниеносно перенёс нас на первый этаж, за диван. Я продолжаю видеть Спайта насквозь… *Мысли Николаса* — Так, на чердаке был дробовик. Тут мне стало не по себе. Я еле слышно шептала: «дробовик» и Пятый, похоже прочёл по губам. Он поднялся с корточек и наставил пистолет на Спайта. Старик тоже был не наивен: он понял, что не успеет дойти до чердака и, успешно уворачиваясь от пуль, испускаемых пистолетом, выхватил здоровенный кухонный нож. Внешне я как всегда была нейтральная, но в мыслях творилось нечто ужасное… «Твою ж мать, это же старик, мы не можем его просто взять и убить. Моя первая миссия, а уже что-то идёт не по плану». Я тоже встала, но Николас меня, к счастью, не заметил… Я вспомнила про электрошокер. Он не был способен убить человека, но его мощи хватало на то, чтобы отключить кого-то на несколько минут. Я пробежала мимо шкафа, быстро оказавшись за спиной старика. Тот продолжал метать ножи, пока ещё, не попав ни разу. Пятый увидел, что я стою прямо за Спайтом. Мимо меня пролетела пуля и врезалась в оконное стекло, разбив его. В глазах Харгривза читалась паника, в тоже время лицо оставалось невозмутимым. Он что-то понял… Внезапно выстрелы прекратились, слышались только щелчки. Я сразу поняла, что нужно действовать — у Пятого кончились патроны. Пока старик злорадствовал, кидая оскорбления в сторону Харгривза, я вплотную прислонила шокер к шее и пустила максимально мощный разряд. Спайт успел только оглянуться на меня, увидев, что его отключают и безжизненно грохнулся на пол. Я вздохнула с облегчением: теперь он не будет сопротивляться. Пятый подбежал ко мне: он был чем-то обеспокоен. — Ты с ума сошла? — тяжело дыша сказал он. — А если бы я в тебя попал. — А если бы у тебя кончились патроны раньше, чем я пробралась к нему? — ответила я вопросом на вопрос. Пятый посмотрел на меня взглядом, полным благодарности, он всё-таки понимал, что если бы не я, то вряд ли всё бы закончилось хорошо. — Он мёртв? — Нет, в отключке. Нужно действовать быстрее, велика вероятность, что он скоро очнётся. — У меня нет запасных патронов, — произнёс Пятый. Я подняла особо крупный нож с пола и с размаху воткнула его прямо в грудь Спайта. Из раны потекло бесчисленное количество алой крови, она текла и текла, быстро образовав огромную лужу вокруг тела. Я вынула нож и, протерев его рукоятку краем толстовки, бросила обратно. Пятый показал большой палец вверх и сказал: — Пошли, я тоже не хочу здесь оставаться. Он взял меня за руку, она уже не была такой холодной. Я заметила, что пиджак Харгривза в области плеча намок. «Ранил» — сразу подумала я. Мы появились около самого входа в Академию. Оказалось, мы пробыли у Николаса около двух часов. Я взглянула на часы в гардеробной: 20:52 — время, когда вся семья в сборе за столом в гостиной. Мне сейчас меньше всего хотелось чтобы меня кто-то видел. Вдруг я осознала. Я — убийца. Сколько бы я не пыталась успокоить себя мыслями об общем благе, я всё ещё терзалась — а вдруг найдут? Опознают? Посадят? Мои руки дрожали, ноги подкашивались, но я изо всех сил пыталась сохранить спокойствие, хотя бы на своём лице и теле. Мы молча вошли в гостиную. Элисон озабоченно вскочила: — Где… Где вы были?! Мы вас обыскались! Что… Почему вы все в крови?! — Ничего такого, — спокойно ответил Пятый. — Просто очередная попытка спасти мир. — Хеей, Райли, не хочешь присоединиться, отдохнуть пятничным вечерком? — предложил Клаус. Я пробормотала что-то про боль в голове и усталость, поднялась наверх. Пятый же остался внизу. Я плюхнулась на кровать, в голове крутилась одно и тоже: Я — убийца, Я — убийца… Ну, может успокоить себя? Вон у Пятого вообще руки по локоть в крови и ничего, живёт как-то… Пойду порисую, должно помочь. Я встала с кровати и доковыляла до стула. Идей не было вообще. Я сама не заметила, как стеклянным взглядом уставилась в стену. Взяв карандаш в руки, он тут же упал, но я и не думала поднимать его. Дрожащие руки перевернули страницу скетчбука. Я потеряла ориентацию во времени, пространстве. Я словно нахожусь в пустоте, абсолютно ничего. Я помотала головой. Глюки что-ли? Отложив скетчбук, я взяла дневник и ручку. Пора написать заметку, Пятый похвалил меня, значит, я справилась со стариком, но не уверена, что справлюсь с моральным состоянием. Я хотела начать рассказ, но, словно всё произошедшее забылось, я ничего не помню, кроме… Струи крови, нож, шокер… Я сама не заметила, как накорябала единственную фразу: Я — убийца. Я не знаю, сколько я просидела за столом в такой позе, приглушённо были слышны смех в гостиной. По моим ощущениям прошло несколько минут, но, когда в дверь постучали, я опомнилась, глянула на часы. Бааа… Первый час. Сколько же я тут сидела? И кто это пришёл? Неужели кто-то узнал? Только не это! Стук повторился уже настойчивее. Я промямлила «войдите» и попыталась сделать вид, что всё в порядке. Дверь открылась, вошёл Пятый и закрыл за собой. Меня это насторожило. Что ему надо? — Добрый вечер, всё хорошо. Я пыталась ответить, что все прекрасно, но в ответ лишь беззвучно шевелила дрожащими губами. — Не переживай, — сказал Пятый без капли  сарказма. — Мне тоже в первый раз было тяжело… И больно. Не физически — морально. Пацан сел на кровать, находившуюся рядом со столом. Меня по-прежнему трясло, я нервно глотала каждую минуту, всё ещё стеклянным взглядом смотрела уже на Пятого. — Садись, — сказал он, указав на кровать. Я медленно встала, чуть не упав, но Пятый успел подхватить меня за руку. — Ну, тихо, тихо, смотрю всё не очень? Он издевался. Продолжал задавать вопросы, зная, что я не смогу на них ответить. Я смотрела на него пустым взглядом. Что это? Слёзы? Нет, нет, Райли, только не сейчас. Я пыталась сдерживать горячие капли в глазах, но они уже переполнили их, норовят вытечь наружу. Пятый это заметил, подвинулся ближе и распростёр руки, чтобы обнять меня. Я невольно упала в его руки и… Меня прорвало на слёзы. Я первый раз плакала при ком-то (не считая младенчества). Я уткнулась лицом в драповый пиджак, чувствуя, как намокает жилет, рубашка. Заикаясь, шёпотом я произнесла: — Я-я — уб-бийцаа… Пятый заботливо, прижал меня к себе, успокаивая и гладя мои волосы. А я всё плакала и плакал, освобождая от эмоций за последнюю неделю. Когда я подняла голову, то увидела, что на лице Пятого отобразилось искреннее сострадание. Он смотрел на меня, как маленький мальчик на котёнка под ливнем. Я заметила, что плечо пиджака совсем намокло не только от слёз, но и от крови. Я встала с кровати, чувствуя себя уже намного лучше, дошла до ящика и, достав бинт, села обратно. — Зачем бинты? — тихо спросил Харгривз. — Ты ранен, — ответила я, всё ещё немного заикаясь. Глаза и ресницы всё ещё были влажные от слёз, я иногда шмыгала носом, пытаясь избавиться от остатков боли. Я аккуратно сняла с него пиджак. Рядом с локтём красовался здоровенный глубокий ножевой порез, сантиметров в 8. — Придётся зашивать, — сказала я. Я достала небольшой моток уже почти кончившихся специальных ниток, продезинфицировала иглу и принялась за дело. Пятый напрягся, я старалась не причинять ему боль, чтобы немного разрядить обстановку, я решила пошутить. — Не хило он тебя так задел, — я быстро поняла, что сморозила хрень. — Да, мясной нож… — улыбнулся Пятый, будто ему совсем не было больно. Когда я завершила, протёрла остатки дезинфицирующим средством. Убрав аптечку, я поняла, что больше нам делать нечего. Я села обратно на кровать, пауза затянулась. Было уже около трех часов ночи, я очень хотела спать, после трудного дня. Мы оба прислонились к стене. Пятый первым нарушил молчание. — Я пойду, наверное… — Нет, — вырвалось у меня. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил он. Я боялась, что снова впаду в то ужасное состояние, от которого меня никто не сможет больше спасти… Я должна признать, — с ним мне было комфортно. Харгривз, похоже, понял всё без слов. Хорошо. Я предложила поспать, как бы странно это ни звучало. Я расправила кровать и мы легли прямо в одежде, у меня раздеваться уже не было сил. Я надеялась, что не испачкаю кровью постельное бельё. Я быстро уснула в ЕГО объятиях…