Еще не поздно все вернуть.

Обгоревшее тело женщины упало на землю. Я пораженно смотрела на останки Таши, бездвижно лежавшие на земле. Рядом, в примерно таком же шоковом состоянии, находился Дмитрий. Мужчина с широко распахнутыми глазами и бледной кожей смотрел на место происшествия. Казалось, что все вокруг замерло. Все прохожие, что были рядом, столпились кучей, и никто не подавал звуков, лишь только через пару секунд двор пронзил женский визг. Я оглянулась на шум и увидела моройку лет четырнадцати. Видимо девочка только что подошла и наткнувшись взглядом на уже мертвую Ташу, закричала. Следом за этим визгом последовали и другие крики, все будто очнулись от ступора и старались как можно быстрее покинуть Академический двор, убегая кто куда. Я тоже вышла из этого состояния и только сейчас почувствовала отчаянный голос дочери, которая тянула меня за руку и звала. Я обвела Алексис взглядом. Бледная, напуганная, но в отличии от других она не кричала и не плакала, мне показалось это странным, ведь моя дочь всегда была достаточно эмоциональна. Взяв ребенка на руки и повернулась к Дмитрию и задала немой вопрос: «Что делать?» Мужчина, как и я секунду назад, обвел нас с дочерью взглядом и удостоверившись, что все более-менее в порядке, сказал идти в нашу с ним комнату, а сам рванул в поисках других стражей. Я сразу поняла его тактику. Он хотел разогнать всех прохожих, которые еще не ушли, или наоборот, только прибыли на шум и желали узнать, что же служило причиной такой паники. После стражи должны были убрать труп женщина, а вот что будет после мне не известно. Не каждый день морои поджигают себя. Перехватив поудобней дочь, я быстрым шагом направилась к зданию стражей, где была наша с Дмитрием комната. Весь путь Лекси молчала, даже не шевелилась. Ее состояние начало меня пугать, она видела все, с начало и до конца, и теперь не известно, как то могло повлиять на ее детскую психику. От не самых радужных мыслей по коже прошла дрожь. В этой ситуации я оказалась беспомощной, а обратиться за этой самой помощью было не к кому. Оставалось только ждать Дмитрия, который был намного опытней, и наверняка знал, что же случилось с нашим ребенком. Открыв в дверь ключом, я поспешно зашла внутрь и сразу же услышала вопль дочери. Не зная что делать, я в панике и с замирением сердца, включила в комнате свет и дочь в мгновение замолкла. Мы с ней с секунду смотрели друг на друга, а потом она заплакала. Я сняла с себя обувь и, прижимая ребенка к себе, залезла на кровать. - Тихи, тихо, родная, скоро придет папа. Все будет хорошо. - Шептала я и качала ее на руках, потихоньку она стала успокаиваться, а под конец чуть не заснула. - Мам, не выключай свет. - Попросила она, когда совсем успокоилась. Я удивленно посмотрела в эти родные глаза, не понимая такого поведения. - Почему, солнышко? - Нежным голосом спросила я ее. - Будет темно. - Просто ответила дочка. - Это плохо? - Осторожно продолжила опрос я, понимая, что сейчас, возможно, она самая объяснит мне свое поведение. - Да, я боюсь темноты. - Дрогнувшим тихим голосом послушно отвечала Алексис. - Ты же никогда не боялась темноты. - А теперь боюсь. - Сказала моя маленькая девочка и уткнулась лицом мне в грудь, давай понять, что больше не намерена обсуждать свои страхи. В моем голове постепенно стала складываться логичная цепочка. Александра увидела самоубийство Таши, которое произошло поздним вечером, соответственно на улице было темно, а после выяснилось, что ребенок стал бояться темноты, хотя раньше таких страхов не наблюдалось. Я, конечно, не психолог, но вполне возможно, что темнота в сознании Лекси стала ассоциироваться со смертью или чем-то подобным. Я облегченно вздохнула. В этом нет, конечно, ничего хорошего, но если мое предположение верно, то все можно исправить, а это не может не радоваться. - Поспи чуть-чуть, я буду рядом и свет не выключу. - Тихо произнесла я, а в ответ Лекси кивнула и поудобнее устроилась у меня на руках, засыпая. Мы, наверное, просидели полтора часа, прежде, чем пришел Дмитрий. Не говоря не слова, он переоделся и сел рядом со мной. - Как там? - Я не знала про что именно спрашивать, про Ташу, про ее смерть или про самого Дмитрий, поэтому спросила обо все сразу. - Там жуткая паника, люди строят безумные предположения, стражи долго не могли всех разогнать. Сейчас они проводят исследование, мне задавали вопросы. - Вздохнул Дмитрий и провел рукой по щеке Лекси. - Вы как? - Она все видела. - Начала я, а Беликов пораженно посмотрел мне в глаза. Видимо он до последнего надеялся, что Лекси отвернулась. - Теперь выяснилось, что она боится темноты. Мне кажется, что ее нужно сводить к психологу. Кто-то должен поговорить с ней о случившемся. - Поговорим мы... - Это должен сделать знающий человек, от нас в этой сфере мало толку. - Да, ты права. - Ответил он и забрал дочку к себе на руки, укачивая. Я пристроилась рядом и попыталась заснуть. Это был слишком тяжелый день, слишком эмоциональный и полон событиями. Трудно было поверить лишь в одно. В самоубийство Таши. Теперь уже никто не узнает, что же было в голове у этой женщины, что заставило пойти ее на такой безумный поступок, ведь еще утром она назойливо щебетала у меня в комнате, а теперь она принадлежит к числу мертвых.