AU Haikyuu!!:season 2

Ойкава Тоору

[для тех кто не читал финальную арку, присутствует спойлер]       Ойкава человек странный. На поле он самолюбив, хитер и умен, даже немного жесткий. Но если приглядеться, то можно заметить его настоящую натуру. Ойкава как оказалось еще тот романтик, он ребячлив и часто подкалывает тех, к кому неравнодушен, особенно тебя подкалывать ему доставляет куда больше удовольствие, ведет себя как ребенок, часто просит помочь с домашкой, особенно по химии. У него нежный обворожительный голос, забавные кудряшки, милые родинки на шее и плечах, громкий заразительный смех.       Ему нравится наблюдать за тобой, когда ты рисуешь, нравится смотреть как ты увлеченно о чем-то рассказываешь, хотя он даже не понимает темы разговора, он любит помогать тебе с математикой. Тоору всегда рад видеть тебя на его матчах. Он часто извиняется за опоздание и всегда удивляется как у тебя еще терпения хватает его каждый раз ждать.       Сложно дружить с Ойкавой. Особенно когда ты по уши влюблена в него. Ты его любишь. Не Ойкаву — Великого Короля и плейбоя школы, немного циничного и уверенного в себе парня, а Тоору — мальчишку, который однажды попал мячом тебе по затылку, в мальчишку, который всегда восхищался твоими рисунками и рассказами и предавал тебе уверенность в себе, в парня, который может показать тебе свои слабости, может показать тебе настоящего себя.       Ладони потеют, сердце быстрее бьется, а щеки начинают краснеть при виде Ойкавы. Влюбленная дурочка. У него же столько фанаток. Кто-то играет на фортепиано, кто-то из студсовета, кто-то тоже играет в волейбол и у них куда больше тем для разговоров, кто-то отличник, а кто-то будто сошел с обложки модного журнала. Наверное, Тоору и не обратит внимание на свою подругу, как на девушку. Но почему-то ты продолжаешь в тайне любить его. А сердце каждый раз млеет, когда он нежно зовет тебя: «Т/и-чан»       Хотя, все окружение видит, что ты неравнодушна к своему вечно опаздывающему другу.

***

      Уроки наконец закончились. Было бы лучше если сегодня была пятница, чтобы спокойно отдохнуть на выходных, но сегодня только среда. Нужно же еще сдать работу в клуб, потом отправить работу на конкурс, приготовить ужин, сегодня вроде бы брат приезжает из Токио, так много работы.       Ты устало вздохнула и, немного размяв затекшие плечи и руки, встала со стула и стала собирать сумку. На последнем уроке ты задремала, так что в классе была одна, хотя странно, что тебя никто не разбудил или Ойкава не зашел за тобой. Вдруг на телефон пришло уведомление. Ойкава. Тоору: Т/и-чан? Ты проснулась?

Вы: Да, почему ты меня не разбудил?

Тоору: Прости Точно Можешь сейчас, пожалуйста, подойти к сакуре, которая возле фонтанчика небольшого Мне поговорить нужно

Вы: Что-то срочное?

Тоору: Да

Вы: ладно

      Странно немного. Ойкава если их хотел что-то обсудить, то шел сразу к тебе, а не назначал встречи. Не понятно, это плюс или минус его характера. Ведь часто было, что ты работаешь над картиной, а приходил Ойкава и вливал в твои уши ушат все что только можно, а над работой ты не могла сосредоточиться, поэтому приходилось слушать.       Ну ладно, все равно до дедлайна у тебя еще много времени. Вдруг что-то и правда важное.       Ты вышла из кабинета, повезло что тебя тут не закрыли, и направилась на выход. Сегодня была довольно хорошая погода. Даже птицы пели утром, ну а днем ты слушала не только монотонный голос учителя, но и карканье ворон. Один из минусов сидеть за партой у окна — серенады живущих рядом птиц будешь слушать именно ты.       Ты спустилась на первый этаж и переобулась в удобные кроссовки. Старые и немного потрепанные временем, зато купленные на честно заработанные тобой деньги и самые удобные.       Ты направилась к месту встречи. Повезло, что Ойкава уже стоял там и что-то читал в телефоне. Он немного нервничал, что непривычно для него.       — Привет, — решила оповестить о своем прибытии.       — О, привет, — Тоору сразу убрал телефон в карман брюк.       — Ты хотел что-то обсудить, я надеюсь не очередное нытье о том, что Иваизуми жесток к тебе, — ты поправила лямку рюкзака.       — Нет, — небольшая пауза. Тоору нервно почесал затылок, несколько раз огляделся по сторонам, — послушай…сложно, конечно, о таком говорить, но       Почему-то сердце стало сильнее биться, а щеки предательски краснеть. Почему ему так неловко? Почему тоже краснеет? Его руки всегда были такими горячими?       — Т/и-чан, ты мне нравишься…давай встречаться?       Ты что в романтическом фильме? Сколько времени ты потратила в пустых ожиданиях этих слов? Месяц? Год? Хочется разрыдаться от счастья прямо сейчас. На лице легкий шок, а губы невольно расплываются в улыбке. Так и хочется сказать: «Да» и радостно кинутся к нему в объятия.       Вдруг рядом что-то упало. Ты повернула голову и удивленно посмотрела на нарушителя спокойствия. В метрах трех стояла девушка, она вроде из клуба садоводов. Из ее дрожащих рук выпал телефон, губы поджаты, а щекам уже начали скатываться слезы. Девушка быстро подобрала телефон и убежала в другую сторону. Ойкава облегченно выдохнул и довольно ухмыльнулся.       — Что происходит? — непонимающе спросила ты, отойдя на шаг от парня.       — А, извини, Т/-и-чан, что втянул тебя, — в груди неприятно защемило. Ты опустила голову, смотря куда-то на обувь парня. Что это вообще было? — Я люблю своих фанаток, но она была уж слишком упертой, — она его фанатка? Ты неприятно укусила щеку с внутренней стороны, — даже отказ не принимала, вот и решил, что признание другой ее остановит, — глаза и нос неприятно защипали. Перед глазами появлялась легкая дымка из-за слез.       Ойкава снова почесал затылок, оглядываясь по сторонам. Тоору опустил голову и удивленно вскинул брови замечая твою смену настроения. Он чуть наклонился к твоему лицу. — Ты расстроилась что признание было ненастоящим? Не бойся, Т/и-чан, еще признается кто-нибудь, — он уже хотел приободряющее похлопать тебя по плечу, как ты резко отошла от парня.       — Да я расстроена! — резко ответила ты, — расстроена, что это сделала именно ты, Ойкава! — краем пиджака пришлось вытирать слезы с глаз, так еще и тени можно размазать. Хотя сейчас как-то плевать, если прямо сейчас над твоими чувствами насмехнулись, окунув в реальность.       — Подожди…так…ты меня любишь? — кое-как выговорил шокированный парень. Он еще никогда не видел, чтоб ты плакала, особенно по его вине.       — Да люблю! Как идиотка влюбилась в тебя! — боль от не взаимности перерастает в злость. Не самое приятное чувство. Тебя разрывает от боли и в то же время ты горишь от злости. Что не так? Почему тебя отвергли?       Ты развернулась и уже хотела уходить. Никаких работ ты уж точно делать не будет, а на ужин пиццу просто закажешь, а в комнате будешь рыдать прям как во всех драмах.       — Нет, постой, — Ойкава только коснулся твоей руки, как ты резко ее отдернула.       — Не прикасайся ко мне!

Похоже ты и вправду в каком-то романтическом фильме, но уж точно счастливый конец будет не у тебя.

***

      С того момента прошла примерно неделя. Вы больше не говорили. Ты завалила себя работами, тянула весь клуб рисования на себе, стала участвовать сразу в двух конкурсах, а дома тащила на себе все домашние дела, пытаясь не думать о том, что произошло.       Не хочется снова копаться в себе. Не хочется снова прорыдать в подушку до часу ночи. Лучше просто забыть эту ситуацию, а лучше вообще все забыть. Но от этого снова в груди неприятно кололо, а на глазах наворачивались слезы.       Теперь Ойкаву стало еще сложнее вытянуть из спортзала. Иногда даже Иваизуми не выдерживал и просто уходил. Кулаки тут явно не помогут. Ему самому нужно успокоить собственные мысли и эмоции.       Ты как обычно сидела за партой и рисовала всякий бред в скетчбуке. В голове до сих пор был твой собственный грустный рассказ. Он о том, как Луна влюбился в девушку, которая приходила каждый день ночью к берегу моря и красиво пела. Невольно ты стала рисовать как ты представляешь эту девушку, как она сидит на берегу моря в теплом песке и тихо поет.       Урок уже закончился и все постепенно уходили из класса. Это стало странной привычкой — уходить самой последней. Ты собрала сумку и уже вышла из класса, как вдруг чуть не столкнулась с кем-то. И снова эти темно-карие глаза, в которых можно тонуть вечно. Все та же прическа и все те же милые родинки на шее.       — Ой, извини, — Ойкава сам чуть испугался, что врезался именно в тебя.       — Ничего. — ты уже хотела пройти мимо него. Вам больше не о чем говорить. Хотя, нет, есть, о чем, вот только никто не решался.       — Т/и-чан, подожди. — вдруг окликнул тебя парень, — я тут это…твой учебник по литературе хотел отдать, — он стал рыться в сумке. А когда нашел, осторожно протянул тебе, будто боялся спугнуть.       — Спасибо, я уже и забыла, — уголки губ чуть приподнялись. Ты пыталась игнорировать легкий трепет от того, что вы случайно прикоснулись друг к другу кончиками пальцев.       — Я… — Тоору явно не хотел уходить. Хватит уже молчать, — я не хотел доводить тебя до слез, — сожаление, вот что он чувствовал в этот момент, да и неделю назад. — Прости       Ты чуть удивленно вскинула брови. Ты впервые видела его таким. Слабым и растерянным. Ему было правда жаль. Он не хотел этого. Не хотел тебя втягивать в свои проблемы. Ты и так не в самых лучших отношениях с его фанатками, а скоро может стать все еще хуже. Он не хотел этого. Не хотел причинять тебе боль       — Все в порядке, — легко ответила, чуть пожав плечами. Ты развернулась и начала уходить. — удачной тренировки.

***

      Конец учебного года. Конец школы.       Все рады, что наконец они окончили школу, но при этом плачут. Приходят новые ученики, а третьегодки уходят.       Вы наконец получили дипломы об окончании школы. Ты передала руководство клубом своему кохаю — Мика-чан, добрая девушка, а еще искренняя и дружелюбная, но при этом невероятно пунктуальная и всегда подгоняла тебя, если ты не успевала (лучше сказать ленилась) сдавать какие-либо бумаги или работы.       Родители, к сожалению, не смогли приехать из-за работы, а брат уже вернулся в Токио. Так что ты сейчас одна.       Несколько кохаев и хороших знакомых из класса пригласили сделать совместную фотографию. Весело и приятно. Все радуются и смеются. Даже на душе как-то хорошо. Смотря на то как, ты веселишься с друзьями, Ойкава грустно улыбнулся, чуть сильнее сжимая диплом в руках.       — «Удачи тебе, Т/и-чан» — ему уже пора уходить.       Ямада еще тот шутник, но иногда его шутки ты не понимала, поэтому неловко посмеивалась и невольно отворачивалась в другую сторону. Как и в этот раз. Ты заметила знакомую удаляющуюся фигуру.       — «Ойкава…удачи»

***

«2020 год. Токио»       Олимпийские игры — масштабное мероприятие, где участвует почти весь мир. И в этом году принимать гостей из других стран и проводить игры, досталось Японии — такой небольшой, но удивительной стране.       Давно он там не был. Почти десять лет прошло. Даже в полудреме, еще в самолете, когда летел в Токио с командой, видел родные места Сендая. Так хочется снова съест рамена, закусить онигири и на десерт достать из холодильника пудинг или желе.       Игра была сложной и вымывающей. А Тобио вырос, как и его напарник-коротышка. Так хотелось встретиться вновь с этим тандемом. Оказалось, у Японской сборной не только Тобио связующий, но и еще Атсуму Мия, его подачи так хочется принимать вновь и вновь.       Но и Ойкава не лыком шит, не даром же сбежал на край света. Тоору не гений, а просто упертый ребенок, который добился того чего так желал.       Уставший, вымотанный, с тела течет пот, но такой довольный. После того как Ойкава раздал автографы, наверное, порядком тридцати фанатам, а может и больше, менеджер наконец смог утащить его под недовольные выкрики фанатов в раздевалку. Шатен переоделся, перед этим хорошенько искупавшись, и наконец вышел из раздевалки.       — Ойкава-сан, — вдруг кто-то позвал его. Милая девушка, одетая в манишку с надписью «Staff». — журналист из одного спортивного журнала хотел бы взять у вас небольшое интервью, всего минут двадцать       — Да, конечно. — Тоору мягко улыбнулся и последовал за девушкой, — спасибо. — Тоору сразу прошел в небольшую комнату, ставя сумку на лавочку возле двери. Обычный стол и несколько стульев, а еще какие-то шкафы — ну что нач-       Вот тебя он уж точно не ожидал увидеть. Ты, как обычно, ждала его около получаса, хотя эта ностальгически приятно. На столе твой блокнот и диктофон с ручкой. Ты мягко улыбнулась и взглядом пригласила парня присесть.       — Лучше начать сразу, Ойкава-сан       — Давно не виделись. Ты так изменилась, Т/и-чан       — Ты тоже, Ойкава-сан, — ты нажала на кнопку на диктофоне и открыла блокнот, — и так приступим       Ты и вправду изменилась. Волосы отросли, но как обычно убирала их в хвост, ты наконец проколола уши. А еще тебе очень идут костюмы. Длинные пальцы, нежная чистая кожа. Ты выросла, взгляд уверенный, голос ровный и спокойный. Тени подчеркивают твои глаза, а губы из-за помады чуть красноваты. Это так завораживает, наблюдать за тобой.       — Ойкава-сан       — А, прости. Я задумался, — ты снова вздохнула. Ойкава часто вот так выпадал из реальности, даже раздражения не было.       — Почему вы решили стать волейболистом?       — Ну, я в детстве увидел матч по телевизору вот и заинтересовался, первые попытки были очень неудачными, — в голове сразу всплывали картинки как он учился подавать, принимать, как Иваизуми тоже решил подключиться, — но упорства мне не занимать.       — Почему именно связующий? У вас очень хорошие атаки с приемом, могли бы быть доигровщиком       — Ну, в детстве я со своим другом пошел на один матч, где играл один молодой ас, но к середине игры он выдохся и стал делать ошибки, и все думали, что его вот-вот заменят. Но на поле вывели другого связующего, ветерана игры, ему тогда уже было тридцать восемь лет. Он играл спокойно и давал асу легкие пасы, благодаря которым он вернулся в строй. Для всех звездой был именно ас, а для меня тот связующий.       — В школьные времена вы ни разу не пробивались на национальный турнир, спустя столько времени, как вы относитесь к этому? — спросила ты, приготовившись внимательно записывать.       — Ну, один человек сказал мне: «Я часто играю в разные игры где нужно проходить уровни. И иногда выходит так, что я могу пропустить один уровень, выходя на более сложный, — ты резко подняла голову, забывая о том, что нужно писать. А ведь он тоже изменился. — Но мне это приносит куда больше удовольствия, так что не нужно расстраиваться из-за того, что ты не смог попасть на национальные, ведь ты тоже так сможешь, пройти на более сложный уровень, пропуская этот». Так что меня это уже не заботит       Ты улыбнулась, вспоминая как успокаивала парня после неудач или проигрышей. Как всегда, сидела на трибунах и радовалась каждому забитому очку.       — Было ли вам страшно уезжать? Все-таки другая страна, другой менталитет       — Было страшно по началу, все-таки я не учил язык до приезда. Но вскоре привык       — Вы не скучаете по родине?       — Бывает иногда, особенно когда я переписываюсь со старыми друзьями, — парень грустно улыбнулся, взглянув на тебя. — Но в Аргентине я со многими нашел общий язык, а моя соседка вообще меня теперь считает своим сыном и часто приглашает на обед       — Вы счастливы? — вдруг спросила ты.       От такого вопроса Тоору немного завис. Повисла тишина. Ты наклонила голову чуть в бок, наблюдая за изменениями в эмоциях на лице парня.       — Я близок к тому, чтобы сказать: «Да»       — Вам что-то мешает быть полностью счастливым? — заинтересованно спросила ты.       — Есть кое-что. Я сожалению о том, что сделал десять лет назад       — Я могу поинтересоваться, что вы сделали?       — Причинил боль одному дорогому мне человеку, — Ойкава внимательно посмотрел на тебя.       Ты и не скрывала своего удивления и растерянности. Это глупое признание, фанатка, не взаимность, в груди неприятно укололо от воспоминаний. Ты тряхнула головой отгоняя лишние мысли, а посмотрев на парня лишь улыбнулась. Все ведь уже в прошлом.       — У вас есть какие-либо планы на будущее? Может семья? Или участие в каком-либо проекте?       — Пока сотрудничества с несколькими брендами мне хватает, — отшутился он, — а насчет семьи я еще даже и не задумывался       — Ясно, — ты закрыла блокнот. — Спасибо, что ответили на мои вопросы, удачи вам, Ойкава-сан, — ты выключила запись.       — Не думал, что ты и правда пойдешь в журналистику, хотя ты любила рисовать       — Но я ведь и писательством заминалась тогда, — ты откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди.       — Точно. До сих пор помню ту историю про золотую рыбку.       — Не напоминай, стыдно то как, — ты чуть покраснела, вспоминая какой бред писала в пятнадцать лет.       — А мне понравилось, — хохотнул он. — Я хотел бы снова, — он замолчал, собираясь с мыслями. Не хочется вспоминать ту боль, что он ощутил, разрывая связь с тобой, — я хочу снова извиниться перед тобой       — Все в порядке, — ты мягко улыбнулась, — да и я тебя уже давно простила, хотя и прощать и извинятся не за что. Не всегда же первая влюбленность бывает взаимной и это нормально       Ойкава посмотрел на твою руку. Глаза чуть расширились. Тонкое колечко с маленьким камнем украшало твой безымянный палец.       — Ты…уже замужем? Поздравляю, — он правда рад за тебя, хоть и немного в шоке.       — А, — ты посмотрела на свою руку, а после сняла кольцо, — полгода назад мой парень сделал мне предложение, а через три месяца я застала его в постели с другой. — Ты грустно улыбнулась, а Ойкава почувствовал стыд, понимая, что снова заставил тебя вспомнить неприятные моменты из прошлого, — ничего страшно…ношу его почему-то по привычке…хотя можно продать его выгодно, — усмехнулась ты, убирая кольцо в карман пиджака.       Ты встала с уже теплого стула, взяв небольшую сумку, и, уже собираясь уходить, решила сказать:       — Ну, удачи тебе, Ойкава. Буду болеть за тебя       Тоору резко встал со своего места:       — Нет, стой! — ты чуть вздрогнула, но обернулась, — может…выпьем чего-нибудь?

Или счастливый конец все же у тебя?