Как тебе это?

Крепкий алкоголь бьёт в голову, вынуждая зажмурить глаза и ощущать жгучее впивающее чувство внутри. Кожаный диван, на котором омега расположился очень мягкий и тёплый, а в гостиной, где они сидят, пахнет как ни странно запахом свежих цветов. Приглушенный свет прямо сейчас смешивает гармоничную и весьма романтическую обстановку, но вот Тэхён до ужаса терпеть не может такое. Может Чонгук тоже? — Даже пить не умеешь? — Не люблю алкоголь, — выдержанно отвечает Тэхён, сделав второй глоток. Пока омега опустив голову, зарывается пальцами в непослушные волосы, Чонгук залпом выпивает свой коньяк, пристально осматривая длинные пальцы омеги. На некоторых сверкают тонкие золотистые кольца, а на запястьях много невесомых аксессуаров. Очень много. — Могу я задать вопрос? — повисшую тишину прерывает ровный голос омеги, заставляя Чонгука вглядеться в миловидное лицо. — Задавай. — Почему предпочитаешь опытных омег? — на миг Тэхён пропускает в голове мысль, что его вопрос прозвучал достаточно неуверенно. — Разве не очевидно? Трахать легче. Тэхён глотает собравшийся ком в горле, и резко опустив голову начинает осматривать серый кафель под ногами. Омега думает о том, как же он был жалок, когда дал альфе себя забрать. Ведь вокруг так много альф предпочитающих безопытных омег, так зачем же надо было приклеиться именно к Чон Чонгуку? Сидя в метре от омеги, Чонгук чувствует невероятный голод. Нет, это не совсем от того, что ему хочется заняться сексом побыстрее, чтобы утолить голод. Нет, это другое всепоглощающее ощущение: альфа чувствует, как напрягаются мышцы его рук, ноги словно приклеены к полу, а глаза не отводят взгляд от омеги, играющего с колечком на безымянном пальце. Рука своевольно тянется к нему, приказывая взглядом встать с места. Тэхён смотрит с непонимающими глазами, и садится рядом с Чонгуком на мягкий кожаный диван. — Снимай обувь. Тэхён оставляет кожаные сандалии и наблюдает, как Чонгук берёт бутылку коньяка и делает короткий глоток. Оставляя одну ногу под ягодицами, альфа поднимает ноги омеги к дивану, крепко продолжая держать их руками за щиколотки. Чонгук совсем не понимает, что делает. Тэхён вроде тоже. — Хочешь выпить ещё немного? — Спасибо. Откажусь. Чонгук снова приближает к губам горлышко бутылки и наполняет рот горьким коньяком и оставляет его на столе. После приближает омегу за затылок и в приоткрытые губы аккуратно целует, попутно разливая алкоголь по щекам омеги. Серая футболка Тэхёна тут же местами промокает, поэтому Чонгук быстро избавляет омегу от неё. Сейчас Чон опьянен не алкоголем, а этим омегой, подчиняющимся его ласкам. Позволяет шаловливому языку творить всё, что можно, а рукам бродить где-то по бёдрам, больно сжимая мягкую кожу в руках. Шея сверкает жидкостью, что чертовски тянет язык альфы туда, а руки так и хотят обласкать манящие ножки. Тэхён не заметил, как давно уже лежит на животе совсем голый, а внутри своего тела чувствует грубые пальцы, умело растягивающие узкие стенки. Волосы на затылке сильно сжимают в кулаке, переходя горячей ладонью к шее, и медленно опускается к спине, покрытой маленькими родинками. Тэхён стонет громко, когда вместо пальцев чувствует твердый орган, заполняющий его медленно и осторожно. Болевые ощущения тут же дают о себе знать и омега гибко прогибается в спине, тяжело хватая ртом насыщенный воздух. Чонгук вдыхает его запах белой акации, и довольно улыбается, смачно целуя спину Тэхёна. Внутри него смертельно узко, что со всех сторон сжимают его, всё ещё не получивший должной разрядки, член. Когда омега кончает, Чонгук выходит из хрупкого тела, разворачивая Тэхёна к себе лицом, и поднимает его. Слабые ноги еле окольцовывают талию альфы, а голова устало располагается на крепкой груди. Чонгука посещают похотливые мысли о том, как сексуально смотрелись бы разноцветные ленты на теле омеги: у Тэхёна тонкая талия, длинные пальцы, тонкие запястья, которые Чонгук хотел бы туго обмотать своими офисными галстуками. А шею покрыть засосами, а на теле оставить синяки от ударов и грубых касаний. Думал ли о таких вещах, когда альфа вдалбливал других омег в кровать? Нет, разве что только о том, какой омега болтливый. А Тэхён за эти полчаса, пока Чонгук растягивал и осторожно входил в него, лишь протяжно стонал, крепко хватаясь за край кожаного дивана. — Ну как тебе? Мой омега? — Чонгук осторожно опускает омегу на влажный кафель, придерживая за талию. Тэхён неспешно поднимает взгляд, смотря уже из-под слегка влажных волос и замечает, что они стоят в душевой кабине. Слова альфы снова проносятся в пустой голове и тело мгновенно покрывается мурашками. Уголки губ альфы растягиваются в улыбке и рука тянется к розовой щеке Тэхёна. — Даже во время секса ты не поднимал взгляд, — альфа жадно проникает языком внутрь, кусая нижнюю губу омеги и слышит, как он тихо постанывает. Правая рука тянется к аккуратному члену омеги и начинает ритмично ласкать. Горячие тела вплотную прижимаются и Тэхён чувствует, как собственные ноги оставляют его, но альфа крепко держит, наслаждаясь громкими стонами. — Встань на колени, — голос альфы слегка охрип, но он звучит реально низко и сексуально, что на миг Тэхён бросает взгляд на напряжённое лицо. Колени тут же опускаются на темный кафель и Тэхён чувствует руку Чонгука на своём затылке. — Мой омега должен быть ахуенно хорош в минете. Следующие пять минут омега наслаждается тихими стонами старшего, но мысль о том, что он впервые делает подобное, заставляет тело напрягаться. Да, Тэхёну немного неприятно, да и размером альфа хорош, что до конца ему заглатывать трудно. Но когда рука нежно массирует его затылок, омега расслабляется. Не успевает Тэхён снова взять в рот, как альфа останавливает, обильно кончая на кафель. Чонгук протягивает ему руки и Тэхён быстро встает на ноги, прижимаясь к горячему телу. — Глотать такое в первый раз не нужно, — Тэхён стыдливо опускает голову, обвивая талию альфы руками. — Но, если не будешь слушаться, придется.