Как тебе это?

После сытного ужина, помыв всю посуду и немного подышав свежим воздухом на балконе, Тэхён возвращается в спальню и застаёт Чонгука на кровати, читающего книгу. Тихо устраивается рядом, положив правую руку на грудь альфы, а другую держа у себя в маленьком кулаке. — Голова перестала болеть? — вдруг спрашивает Чонгук, не отрывая глаза с книги, но перебирая пальцами непослушные волосы омеги. Чонгук всегда любит, когда Тэхён без звука просто ложится рядом и буквально слушает тишину. Сейчас Тэхён чуть ли не уснул, пока ждал Чонгука, когда тот оторвется, но услышав его низкий голос неспешно открыл глаза. — Да, сейчас намного лучше, — чувствуя усталость во всём теле, Тэхён опять закрывает глаза, замечая, что Чонгук всё ещё читает книгу. — Может завтра сходим в больницу? И так давно не были, — дополняет Чонгук и тут же закрывает книгу. — Давай ближе ко мне. Тэхён не успевает сообразить, как левая рука альфы устраивается под ним, быстро приближая к себе. Омега тут же чувственно млеет в теплых объятиях альфы, трепетно прижимается лбом к крепкой груди, слыша родное сердцебиение. Чонгук проводит рукой по волосам, целуя их, дальше руками бережно скользит по спине, опускаясь к мягким ягодицам и остается дольше, поглаживая их.

Потому что Тэхён так любит.

— Если вместе, то не против, но один идти не хочу, — отвечает Тэхён, чувствуя долгие поцелуи на голове. — Когда я отправлял тебя одного, малыш? Поедем вместе, конечно, — приблизившись к лицу омеги, Чонгук успевает чмокнуть Тэхёна в лоб. — У тебя нет температуры? Ты жаркий почему-то. — Нет, я измерял. Может из-за головной боли, да и ходил в вязаной одежде в теплом доме, — сладко бормочет Тэхён, на что Чонгук опять тянется целовать. — Какой ты сладкий, — с громким звуком Чонгук чмокает Тэхёна в пухлую щёчку и в ту же секунду, не сдерживаясь, не сильно кусает её. — Чонгук! — заразительный смех заполняет всю спальню, а на лице Тэхёна появляется самая яркая улыбка. Чонгук отдаст всего себя за Тэхёна, лишь бы он так улыбался. — Чего ты? Нравится? — смеется Чонгук и быстро хватает Тэхёна и сажает на себя. Омега быстро прячет глаза, не переставая улыбаться.

Чонгуку нравится. Тэхён — это настоящее счастье.

— Нравится, — успокоившись, смущенно произносит Тэхён и большие руки выхватывают его ладони в свои, прося смотреть прямо в глаза. Омега послушно поднимает взгляд. — Ты в курсе, что заставляешь моё сердце трепетать своим звонким смехом? — Чонгук никогда не скрывает свои чувства и слова. Он их говорит прямо. — Перестань, Чонгук, — смущается Тэхён, но держится, сплетая пальцы с Чонгуком. — Не жарко? — спрашивает Чонгук, замечая, что омега уже вот минуту сидит на нём в одной белой футболке и свободных коротких штанах. — Разденешься? Жадные глаза разделяет маленькое расстояние, что Тэхён чувствует, как у Чонгука дыхание постепенно ускоряется, что заметно из-за подымающейся груди. Да и лежит тоже в чёрной футболке, пристально смотрит и ждёт пока Тэхён что-то предпримет. Через несколько секунд Тэхён избавляется от футболки и тихо устраивает руки на животе альфы. — Ты же любишь меня? — Чонгук иногда чувствует себя полным идиотом, задавая каждый божий день один и тот же вопрос. Но Тэхён отвечает. Знает, что Чонгука это успокаивает. — Люблю, — большие руки обвивают талию, даря Тэхёну тонну новых эмоций. Горячие губы тут же целуют шею, медленно скользя вниз и омега ощущает себя маленьким в руках альфы. — Я тебя тоже. Дальнейшие два часа, Тэхён лежал под Чонгуком принимая все ласки, извивался от умелых пальцев, громко стонал, больно кусая свою руку. Чонгук долго не мог отпустить омегу: жадно целовал, трогал везде, ощущая трепет в своём омеге. Кусал твердые соски, пока Тэхён тяжело дышал и сильно хватал его за волосы, от переизбытка тягучих касаний и поцелуев. Нет, Чонгук никогда не сможет достичь пика того наслаждения, когда человек чувствует, что дальше некуда. А Чонгук знает и чувствует — ему с Тэхёном судьбой дано бесконечное наслаждение.