"Нечто большее?"

      Очередной будний день в Хазбин Отеле. Всегда улыбчивый Аластор напевая, шёл вдоль коридоров последнего этажа, где были комнаты персонала, а соответственно и его тоже. Но по пути он услышал… всхлипы? Рыдания? «Да, скорей это можно назвать рыданиями», — вздыхая, подумал демон. Он подошёл к двери и, не посмотрев, чья она, постучал. Оттуда послышался всхлип, очевидно девичий, но ответа не последовало. Аластор открыл дверь и увидел Чарли, сидящую на кровати и утирающую слёзы. — Моя дорогая, что стало причиной твоих слёз? — улыбаясь, проговорил Аластор, но все ещё оставался в дверном проходе, ведь он был джентельменом, а джентельмен никогда не пройдёт в комнату дамы, не получив разрешения. — Привет, Аластор, всё нормально, честно, — сказала Чарли, подняв на него заплаканное лицо. Она хотела улыбнуться ему, но слёзы снова полились из глаз, и она закрыла лицо руками. Аластор с усмешкой покачал головой, вразрез со всеми правилами этикета присел на кровать рядом с ней и вальяжно закинул ногу на ногу. Он терпеливо ждал окончания первой волны истерики и, когда принцесса чуть-чуть успокоилась, спросил как всегда с улыбкой и паясничеством в лице: — Ну, Ваше Высочество, расскажите мне, что же всё-таки расстроило самую очаровательную демоницу Ада? Чарли смущено хихикнула, но всё-таки ответила: — Я так устала от этого, от всего этого. Никто и никогда в меня не верит. Я стараюсь хоть что-то изменить, хочу помочь всем этим душам, моим поданным, понимаешь? — срываясь на крик, проговорила Чарли. Аластор кивнул и терпеливо ждал продолжения. — Все лишь смеются надо мной, и я уверена, никто в этом месте не верит ни в меня, ни в мою идею, а после шоу вообще… — Чарли резко замолчала, явно коря себя за то, что сказала лишнего. — Что после шоу? — с интересом приподняв брови, спросил Аластор. — Стоит мне выйти на улицу, сразу слышно: «О, посмотрите, уродливый ангел идёт» или «И это дочь самого Люцифера и Лилит?», «Жаль Люцифер вовремя не вытащил, а то вон какое отродье родилось», а ведь я хочу сделать как лучше, — захлёбываясь слезами, закончила рассказ Чарли. — Ну ты ведь не будешь слушать этих ублюдков? Поверь, дорогуша, они не заслуживают твоих слёз, и, если ты захочешь, только скажи кто, и я сотру этих выродков с лица Ада! — с явным желанием это сделать сказал демон. — Это очень мило с твоей стороны, Аластор, но что, если они правы на мой счёт? — отвернувшись и обнимая себя руками, тихо сказала Чарли. Аластор на мгновение перестал улыбаться, понимая, что слова этих подонков и в правду задели его маленькую принцессу. Вздохнув, он вытащил красный платок из своего пиджака, а второй рукой повернул лицо девушки к себе. — Посмотри на меня, — начал вытирать её слёзы Аластор. — Девушка передо мной вовсе не уродлива, у неё длинные шелковистые волосы, — он провёл по ним рукой. — Пышные ресницы, которые обрамляют её большие красивые глаза, чудесная мягкая кожа и нежный румянец на щеках, — слегка коснувшись пальцами, он обвёл ими контур её лица, продолжая: — И эти пухлые губы, что пробуждают желание, — он коснулся её губ большим пальцем. — Она прекрасна, но была бы ещё прекрасней, если бы меньше плакала и больше улыбалась, — игриво коснувшись её носика, он улыбнулся. Аластор был к ней так близко, что пробуждал в Чарли необузданное влечение к нему. Хотелось быть ещё ближе. — Аластор, — томно выдохнула Чарли. — Что? — усмехаясь, спросил демон. Чарли, боясь передумать, схватилась за ворот его рубашки и поцеловала. Аластор не отвечал на поцелуй, но и не отстранялся, явно наслаждаясь этим. Он взял её за талию и всё же мягко отстранил. — Шарлотта, мне очень приятно твоё внимание, но меня не интересуют плотские утехи, — спокойно сказал Аластор. Чарли села на него и посмотрела в глаза. — А то, что у тебя очень твёрдо между ног, говорит мне обратное, — с коварной улыбкой сказала демоница и поёрзала на характерной выпуклости в его штанах. Аластор сглотнул, но на его лице осталась всегда невозмутимая улыбка. — Хорошо, я поняла тебя, — она чуть отстранилась так, чтобы он её хорошо видел, и, обнажив клыки, укусила свою нижнюю губу так, что из неё потекла элегантная дорожка из крови. Чарли сняла лямки и расстегнула рубашку. Кровь из губ потекла по шее, ключице и груди. Аластор жадно наблюдал за столь соблазнительной картиной. В его глазах появились огоньки, а на лице играла улыбка, которую Чарли никогда ещё не видела. Он спросил: — Ты уверена, что хочешь этого? — с хриплым от возбуждения голосом сказал демон. — Абсолютно! — чуть наклоняясь, добавила Чарли. — Отлично! — Аластор щёлкнул пальцами, и дверь захлопнулась, а вместе с ней щёлкнул дверной замок. Он жадно впился в губы Чарли, подминая их под себя и забирая все попытки взять верх над ним. Он грубо толкнул её бёдрами, и та упала спиной на кровать. Аластор навис над ней, как хищный зверь, продолжал целовать, то до боли кусая нижнюю губу, то нежно зализывал ранки от укусов на них. Он слизывал её кровь, кусал и сразу зализывал кровоточащие раны. Чарли кричала от боли и наслаждения, не сдерживаясь, понимая, как ему это нравится. Пусть все услышат, что он делает это с ней, как она становится только его, его принцессой. Аластор снял с неё штаны, и резко порвал трусики. Раздвинув её ноги, губами провёл по внутренней стороне бёдра и замер в сантиметре от её чувствительного места. Он поднял на неё глаза и, увидев полный желания взгляд своей демоницы, удовлетворённо улыбнулся и проник в неё двумя пальцами. Чарли застонала от нескончаемого наслаждения. Горячее дыхание Аластора обожгло её между ног, что заставило Чарли невольно свести ноги и зажать голову демона. — Ау! Девочка моя, прости, но мне так будет чертовски не удобно. Не могла бы ты отпустить меня? — с забавно сжатыми щеками, произнёс Аластор. Чарли смущённо развела ноги. Демон коснулся её языком между ног, сначала медленно вырисовывая контур нежных складок, а затем остановился и стал посасывать самое чувствительное место. Чарли взвизгнула и схватилась за его оленьи рога, которые выросли от возбуждения. Аластор одной рукой был в ней, а другой крепко держался за бедро девушки, не прерывая ласки. Отстранившись, он взял её за ноги и резко притянул к себе уже тяжело дышавшую Чарли. Она услышала звук пряжки ремня и расстёгивающуюся молнию брюк. От этого закружилась голова. Аластор наклонился к ней, поставив руки по обе стороны от её головы. Уверенным, резким и точным движением он оказался в ней полностью и до конца. Чарли выгнулась всем телом, прижимаясь к нему, оставляя кровавые дорожки на его спине. Аластор застонал от резкой боли, которая тут же сменилась лишь приятными ощущениями. Улыбнулся, сплёл их пальцы воедино. Толчок. Глубокий настолько, что крик Чарли можно было услышать на другом конце Ада. Резкие непрерывные толчки, доводящие до исступления. Аластор коротко поцеловал Чарли в губы и резко перевернул её на живот. Шлёпнув её по горячему бедру, властно поставил её на колени и снова вошёл в неё. Аластор не торопился двигаться. Он хотел, чтобы его умоляли. Чарли не смогла выдавить из себя и слова, поэтому только жалобно застонала. Этого хватило с лихвой. Аластор всё время балансировал между грубостью и нескончаемой лаской. Он становился всё твёрже внутри, двигался быстро и страстно, царапая тело Чарли от желания, наклонился к её уху и провёл по нему языком. Увлажнив свои пальцы, он положил их на её возбужденные соски и прошептал: — Скажи это, Чарли. Я хочу услышать это, — проговорил Аластор. Чарли, находясь на пике наслаждения, закричала, что есть сил: — Аластор, ах, да, я кончаю! — демон прижал к себе хрупкое тело, навалился на Чарли. Она так сильно сжала его там, что Аластор выдохнул короткий стон, и Чарли почувствовала, как он запульсировал внутри. Он поцеловал тяжело дышавшую девушку в шею, лопатки и поясницу, и рухнул рядом с ней. Чуть отдышавшись, Чарли прижалась к груди Аластора. Тот с удовольствием уложил её поудобнее и обнял. Чарли хотела что-то сказать, но демон прижал палец к её губам и прошептал: — Не сейчас, моя дорогая. Завтра ты скажешь мне всё, что пожелаешь, а сейчас спи, — он лаского поцеловал её в лоб и прикрыл глаза. «Как странно видеть Аластора таким… нежным?» — подумала Чарли, и слушая биение его сердца, уснула. Аластор же, вдыхая аромат её волос, понимал, что никогда не испытывал такого влечения и наслаждения от близости с девушкой. Впредь, ни одна женщина не сможет дать ему то, что смогла дать Чарли.

Тем временем в холле отеля…

— Кажется, всё, — отпивая, сказал Хаск. — Ну на конец он кончил! Я думал, до утра горланить будут. Я спать! — потирая глаза, возмутился Энджел. — Я тоже, — сказала Вегги. — Если не сможешь уснуть, ты знаешь где меня найти, — подмигнув Хаску, Энджел ушёл. Хаск лишь раздражённо закатил глаза и ушёл к себе.