Страдания юного ангела

— Кроули? Ты долго! — буркнул Вельз, окидывая демона пренебрежительным взглядом, — Хотя, я же знаю, с кем ты был, — он противно засмеялся, — Впрочем, ты сам знаешь, зачем ты здесь. — Нет. Не знаю, — выпалил Змий, не желая произносить то, что он больше всего боялся услышать. — Ну, не разочаровывай меня! До всей этой истории с концом света ты был моим любимым демоном! Ты ведь помнишь, что будет, если оккультное существо воскресит человека? Ему долго не жить, Кроули. Год, а может быть и полгода, и он попадёт в ад, его душа будет бесконечно страдать… Ну конечно ты знал, не скромничай! Я лишь хотел поблагодарить тебя! Такого изощрённого способа затащить смертного к нам я ещё не видел. Воскрешение — удел добра, но никто и не вспомнит, что будет за желание сохранить жизнь. Никто, кроме тебя, Кроули! Должен признать, твоя репутация восстановлена, моё почтение. — Благодарю, милорд! — стараясь изобразить радость, ответил Кроули, — Но могу я спросить?.. — Всё что хочешь! — Я хотел узнать… только чтобы когда-нибудь не допустить ошибку… Может ли что-нибудь помешать душе прийти в ад после воскрешения? — Есть одно, но это тебе не грозит, не бойся. Говорят, если воскресивший будет молиться, то воскресший погибнет через два месяца и его душа попадёт туда, куда и должна была попасть. Но ты ведь не собираешься молиться, Кроули? Только если ты не хочешь себя подпалить, — Вельзевул улыбнулся. — Конечно нет, — Кроули улыбнулся в ответ, — Я могу идти, милорд? — Иди, Кроули. Твори зло и искушай смертных! — Будет сделано, Вельзевул, — Кроули поклонился, снова поднялся на землю и направился обратно к бару. Так вот к чему был этот сон. Своим необдуманным поступком он сжёг душу Ази, прикоснувшись к ней демоническим воздействием… Но нужно было идти обратно. Он решил ничего не говорить Ази. *** — Ну как ты здесь? — устало спросил он. — Кроули, я очень не хочу мешать тебе веселиться, тем более, ты только вернулся, но… — Тебе страшно? Всё, значит, мы едем домой, — Ази опустил голову и зажмурился, глубоко вдыхая, — Ну что ты? — Кроули крепко обнял парня и долго целовал его в волосы, в шею, в лоб, — Ази, я с тобой, всегда, что бы не случилось, слышишь? Всё, бери меня за руку и пойдём отсюда. Кроули вызвал такси и скоро они ехали домой по вечернему городу. Демон крепко задумался. Ну конечно, он был готов ради Ази почти на всё, но сложно представить, какую невыносимую боль ему придётся испытывать в храмах, где нужно было молиться, выпрашивая прощение для души любимого. Как всё это вынести и не сломаться на полпути? Как не выпустить свою буйную демоническую натуру, без умолку твердящую, что он не создан для добра и помощи? Кроули пока не знал. Он как-то случайно повернулся к Ази и увидел, что тот дрожит. — Ты чего? Настолько страшно? — демон закинул руку на его плечи и прижал к себе. — Нет, просто замёрз, — слабо улыбнулся блондин. — Мы уже почти дома, скоро согреешься. Они зашли в квартиру. — Я схожу за пледом, — сказал Кроули, — скоро вернусь. Жуткие мысли не отпускали демона. Он просто не знал, как ему решиться на такой отчаянный шаг. Он взял плед из шкафа и вернулся в комнату, где его ждал Ази, но остановился перед дверью и прислушался. Азирафель говорил по телефону. — Нет, Гавриил, я не хочу вернуть лицензию. Я уже объяснял, почему. Вы сказали мне выбрать — Кроули или работа. Я сделал выбор. Если ты не знаешь, что такое любовь, не нужно убеждать других в том, что её не существует! — Ази замолк, а в комнате включился телевизор. Кажется, там показывали последние минуты «Титаника». Кроули, наконец, вошёл. По щеке Ази текла слеза. Демон подошёл и укрыл его пледом, положил голову ему не плечо и обнял. — Ты в порядке? Почему ты плачешь? — Просто это такая трагедия, Кроули, — ответил парень, указывая головой на экран, — Все считают «Титаник» глупой мелодрамой, но я не представляю, что может быть более значимой проблемой, чем потеря близких людей… Это ведь… Это настолько глубже, чем кажется… — Ангел, ты… — Говорю глупости, да? — Нет, что ты! Ты чертовски прав… — Просто все считают, что любовь — это мелочное, личное, только для маленьких девочек, что в ней нет ничего социально значимого. Но задумайся, Кроули, насколько лучше было бы общество, если бы рядом с каждым был любимый человек? А люди, которые испытывают боль, они ведь ничем не вдохновлены, они не способны на великие поступки… Как это может быть глупым? Я бы так хотел сделать каждого человека счастливым… Даже того парня, который меня… — он осёкся и на секунду замолк. — Если бы его любили, он не стал бы таким… — Ази… Боже, какой же ты невероятный… Твоё сердце — это лучшее, что есть у мира. Всем бы такие сердца… — демон ещё сильнее прижался к нему и вдруг почувствовал медленно сползавшие по скулам слёзы. Они жгли так сильно, что, казалось, готовы были разъесть кожу. Кроули сам не понимал, откуда он это знает, но он был уверен в том, что это слёзы любви, сострадания, умиления перед чистой, доброй и мудрой душой, поэтому они приносили демону боль. В эту секунду все его сомнения растворились: ночью он пойдёт в храм и начнёт молиться, как бы больно ему не было, потому что Ази заслуживает всего мира под ногами, не то что законного спасения души. Да, им придётся расстаться навсегда через пару месяцев, — Кроули никогда не попасть в рай — но он обязан был принести эту жертву, по-другому и быть не могло. — Зачем ты отдал свою лицензию, Ази? — тихо спросил Кроули, изо всех сил стараясь не выдать свой плачущий голос. — Потому что мне нужен только ты и ничего больше. Это же так просто. — Ну конечно… Конечно, это очень просто… Ради тебя это должно быть просто… — почти неразличимо прошептал демон, внутренне коря себя за то, что он ещё сомневался в своём выборе, тогда как его ангел не задумался ни на секунду. *** Ночью Кроули осторожно приподнялся в кровати и заглянул в лицо Ази. Тот мирно спал. Тогда демон бесшумно встал, оделся и вышел из дома. Он постоял несколько секунд, вдыхая холодный воздух и пытаясь заполниться им до конца. Он уже ни на что не решался: решение было принято окончательно, просто ему нужно было время перед тем, как начать. Скоро он уже шёл к выстроенной лет десять назад церкви, находившейся на окраине города. Отойдя поглубже в джунгли высоток, Кроули закрыл глаза и перенёсся к белым стенам. Он специально перенёс себя не к самому входу, а метров за сто от святой земли: этот путь он хотел проделать сам, постепенно привыкая к усиливающейся боли. Сначала он чувствовал только холодный порывистый ветер на лице. Потом на скулах, костяшках пальцев и ступнях заиграл лёгкий жар. Затем жар усилился. Кроули жмурился от него. Открывая дверь церкви он почти стонал от боли, и слёзы одна за другой стекали по его лицу. Здесь было открыто. Внутри горело несколько свечей, перед иконой в одном из пределов стоял священнослужитель в рясе. — Святой отец? — морщась и почти шёпотом сказал демон. К нему обернулись. — Почему ты пришёл так поздно, сын мой? — спросил настоятель, и его голос отозвался эхом где-то под куполом. — У меня слишком много грехов, чтобы приходить днём и представать перед богом в дневном свете, — смиренно отвечал демон, — Я хотел бы приходить по ночам, — священник помолчал, осматривая Змия, но в его глазах было явное одобрение. — Я вижу, что тебе больно. Покайся, и это пройдёт, — изнемогающего демона за руку подвели к иконе и, давя на плечи, заставили встать на колени. Кроули вскрикнул. Казалось, в его суставы выстрелили и полностью раздробили их. От иконы исходил такой адский жар, что, казалось, его лицо опустили в костёр и держат там. — Я не знаю молитв, — признался он. — Ничего, — ответил настоятель, — молись от сердца. Так тебя точно услышат и поймут. Я уже ухожу, так что не помешаю вашему разговору, — священник скрылся за дверью, а Кроули, наконец, смог закричать в полную силу, и сквозь крики иногда прорывались слова искренней молитвы. Так предстояло провести много ночей, но это было ничто по сравнению с любовью Ази, которую он получил когда-то так просто. На следующую ночь кожа будто стала грубее, потеряла чувствительность от многочисленных ожогов и стало немного легче. Он думал о ангеле. О их первой встрече, о тех чудесах, которые творил Ази — этот пугливый, казалось бы, ангелок. Однажды, чтобы спасти парня на стройке, он кинулся под кирпич и потом долго залечивал тяжёлую рану. Во время аварии на атомной станции он заставил частицы — все, какие мог, — лететь в него, спасая жизни людей. Почти никто из работников не заболел тогда, зато ангел был так отравлен, что чуть не утратил свою телесную оболочку — нужно было видеть, как жутко он выглядел тогда и как долго старался восстановиться. В одну из ночей демон вспомнил эпидемию, однажды вспыхнувшую в небольшом городе в Швеции. Каждый день в больницу попадала почти тысяча человек и Азирафель мечась от одной койки к другой, перемещаясь из скорой в скорую, делал всё, чтобы только спасти как можно больше жизней. От усталости он плакал и стонал, в конце получил нервный срыв — но большая часть города была спасена именно благодаря ему. И вот это существо, этот прекрасный светлый рыцарь, когда-то передавая ему святую воду, боязливо признался, что, может быть, и не достоин Кроули, но очень его любит… *** Прошло два месяца. Оставалась последняя ночь, в которую Кроули должен был пойти в церковь, а утром попрощаться с Ази и отпустить его в рай. Змий уже привычным движением опустился на колени перед иконой и стал молиться. Прошло каких-то десять минут и он вдруг остановился. Кроули в одну секунду осознал, что совсем не чувствует боли. Наоборот, ему вдруг стало хорошо, тепло. Казалось, всё внутри него сияет светом. На его лоб случайно упала прядка волос и он увидел, что та была белой. Он подбежал к вазе со святой водой и посмотрел на своё отражение: все его волосы побелели, глаза стали голубыми, взгляд и все черты лица — мягче, смиреннее. Кроули приблизил дрожащую руку к воде и на секунду задержал её, в страхе, что та уничтожит его. Но вот он зажмурился и решился. Пальцы осторожно коснулись холодной поверхности, и… Он вдруг почувствовал оживляющую прохладу, охватившую всю его руку. Перед глазами запылал яркий тёплый свет, манящий и желанный. Свет окутал его полностью, застилая глаза. Через несколько секунд он увидел Ази, приближающегося к нему по пустому белому пространству. Он был в саване из грубой ткани как при их первой встрече в Эдеме. — Ази? — спросил он. — Да, Кроули. Богиня отправила меня к тебе, чтобы я принял тебя обратно на небо. Обними меня… — Но ты сгоришь!.. — вспомнив свои сны, ответил Кроули. — Теперь нет. Ты спас меня и себя тоже. Твои прикосновения больше не опасны. — Ази… — Кроули прижался к нему, чувствуя такое душевное спокойствие, которого не чувствовал ещё никогда за всё своё существование. Он любил. И впервые любил совершенно чисто, беспрепятственно, но сопротивляясь внутреннему демону, отрицающему всё светлое. Кроули очнулся на рассвете. Он лежал на полу храма и тёплый луч света проникал сквозь небольшое окно, опускаясь прямо на его лицо и согревая. Он поднялся на ноги. Лики икон благосклонно смотрели на него, и он улыбнулся им. Он уже явно провёл здесь больше времени, чем обычно, и ему нужно было спешить к Ази. Он не хотел, чтобы тот остался один. Дверь тяжело повернулась на петлях и вошёл священник. — Сегодня ночью был звездопад, — сказал он, — Говорят, звездопады устраивают в честь юных ангелов, переродившихся из демонов или людей, чтобы поощрить их мучения при возвращении к Богу. — Так значит, сегодня кто-то стал ангелом? — ему в ответ только тепло улыбнулись, — Я могу как-то отблагодарить вас? — Я только что узрел явление ангела, — ответил священник, — что я ещё могу желать? Кроули вышел на улицу и вдохнул чистый воздух. Мир тоже казался каким-то иным, переродившимся. Он слышал пение птиц, шуршание ветра и они были совсем другими. Он как будто заново учился ходить, дышать, чувствовать. Ангел закрыл глаза и перенёсся домой. Он оказался прямо перед спящим Азирафелем. Тот открыл глаза. Он выглядел болезненным и погасшим внешне, но в его глазах светилось счастье: он должен был сегодня отправиться в рай, и точно предчувствовал это. — Кроули… — растеряно сказал он, — Что с тобой? — Я теперь ангел, Ази. Это долго объяснять, но сегодня мы должны расстаться. Ты отправишься в рай, а я останусь на земле. Я постараюсь тебя навещать, если мне позволят. — Но Кроули… Зачем ты это сделал? Что произошло? — Любимый… — тихо сказал юный ангел, подходя ближе, — Не спрашивай. Давай просто попрощаемся, хорошо? — он поцеловал гаснущего с каждой секундой Ази, закрывая глаза, из которых лились слёзы. Весь мир замер и вдруг оказался в сердце Кроули, заставляя его сдаться и замереть от восхищения прекрасной вселенной, воплощённой в Ази. Когда ангел оторвался, парень был уже мёртв. *** Следующие несколько часов Кроули ничего не понимал. Он ходил, о чём-то думал, смотрел на разные предметы и ровно ничего не осознавал. Всё было в густом тумане. Он не чувствовал ни сожаления, ни радости — вообще ничего. Скоро он нашёл в себе силы вернуться в комнату. Кроули лёг рядом с телом любимого и запустил руку в его светлые локоны. Ази был всё таким же тёплым, как и несколько часов назад. Это показалось ангелу странным, но он не хотел об этом думать. Он поцеловал умершего в щёку, затем проводя по ней пальцами. Он бы так хотел быть с ним именно сейчас, когда точно не причинил бы ему вреда, когда столько выстрадал за него и чувствовал, наконец, что достоин не только любить, но и быть любимым. Он положил руку на плечо Ази и закрыл глаза. Вдруг, он почувствовал, что в его ладони что-то шевельнулось. Он открыл глаза и застыл от увиденного. Перед ним лежал живой Азирафель с прекрасными распахнутыми глазами, полными добра и спокойствия. — Что случилось?! Ты… ты здесь откуда? — Кроули вскочил с кровати, испугавшись, уж не кажется ли ему. — Я попал в рай, Кроули. Сказал, что моя телесная оболочка почему-то умерла и лицензия затерялась. Секретарь помнил меня, поэтому не стал ничего проверять: восстановил лицензию и вернул на землю. Моя душа проделала долгий путь между многими мирами, но главное, что теперь я здесь… Боже мой, Кроули, да что это я? — Ази тоже вскочил с кровати, подошёл к своему парню и крепко прижал его к себе, по-собачьи преданно смотря на него, целуя. Кроули тоже отвечал на поцелуи и с трепетом сжимал хрупкие плечи Ази. — Только… Дорогой, есть одна проблема, — вдруг остановившись, сказал Азирафель, — Дело в том, что мою телесную оболочку может внешне отбросить на несколько месяцев назад. Это было нужно, чтобы восстановить её жизнь. Я просто не знаю, как ты к этому отнесёшься… — У тебя снова будут эти милые щёчки, Ази? — спросил Кроули улыбаясь, — Я только за. — Но, если что, я быстро смогу всё исправить чудом, ты сам знаешь… — Знаю. А может быть… Может быть побудешь хотя бы неделю таким? — смущённо предложил Кроули. — Как ты скажешь, любимый. Было решено, что им нужно побыть наедине с собой осознать всё случившееся за последнее время. Кроули ушёл на улицу, а когда вернулся, весь вспыхнул от вернувшейся внешности Ази. Он громко сглотнул, чтобы хоть как-то успокоиться. Ангел в этот момент читал книгу и обернулся на звук. — Оу, Кроули… Ну что, тебе не противно смотреть не меня? — с опаской спросил он, вставая навстречу парню. — Ангел, если ты сейчас же не дашь мне снять с тебя всё, я сделаю это без разрешения! — Кроули подошёл к нему, встал за спиной, и, рвано целуя в шею, стал расстёгивать пуговицы рубашки, выправляя её из брюк, которые очень скоро полетели на пол вместе с ней. — Кроули, ты точно хо… — он не успел договорить, потому что его заткнули нетерпеливым поцелуем. Одна рука бывшего демона нежно гладила живот Ази, а другая уже двигалась на его члене, вырывая у него стоны. — Какой же ты кайфовый, ангел, — пытаясь выдохнуть, сказал Кроули. — Ты серьёзно? — жмурясь от наслаждения, спросил Азирафель. Вместо ответа он почувствовал, как его член взяли в рот и начали вылизывать с пошлым причмокиванием. Видимо, это означало «да». Через некоторое время Кроули поднялся с колен, положил руки на плечи Ази и, надавив на них, заставил его сеть в кресло, сам расстёгивая ремень и избавляясь от брюк. Он приблизился к ангелу, поцеловал его, параллельно закидывая ноги к себе на плечи. От этого Азирафель начал мило задыхаться. — Ты в порядке? — спросил Кроули, не отрываясь от поцелуев в шею, плечи, живот. — Да, дорогой… Про… агх-а… Продолжай, — Ази рвано выдохнул, почувствовав, что в него входят. Сделав несколько глубоких толчков, Кроули щёлкнул пальцами и оба оказались у окна: один сидел на подоконнике, другой стоял рядом и, издавая напористые, глубокие звуки, двигался вперёд-назад. Ещё одно перемещение и Ази уже лежит на столе, выгибаясь под неуёмным Кроули. Скоро оба чувствуют, что близки к финалу. Второй кончает, тут же чувствуя на себе тепло первого, и ложиться на стол рядом с ним, стараясь отдышаться. — Кроули, я вот хотел спросить… То, что сейчас было… Просто «обычный секс» это трудно назвать… Это действительно из-за моей неоднозначной внешности? — юный ангел, который снова чувствовал себя скорее развращённым чёртом, сначала пытался что-то ответить, но не смог выдавить ничего внятного, поэтому просто нежно погладил Ази по животу и поцеловал его. — Нет ничего неоднозначного, дорогой. Ты прекрасен. Знаешь, мне один знакомый посоветовал научиться получать удовольствие от себя, каким бы ты не был, и я очень хочу помочь в этом. — И у тебя получается, Кроули. Я уже подумываю пока что ничего не менять… Просто не думал, что могу тебя так возбуждать. — Ещё как можешь, ангел. А сейчас… давай просто помолчим, ладно? Очень может быть, что, если нас заметили, мы завтра оба падём, и начнётся ещё какой-нибудь ужас… А сейчас всё просто хорошо. Дай я тебя обниму… — Хорошо, Кроули… — Ази прижался к нему и они оба уснули на стеклянном столе в кабинете Кроули.