Ох уж эта Адова Глубина

Сидела Раф спокойно и даже скромно как-то, что странно даже для нее, а сейчас и подавно. После всего, что было и случилось вообще не то, что стыдиться, но и забыть пора уже. Но не она. Нет. Она не может. Комната все еще той была: мрачной, с черными стенами и красной мебелью. Кровать с балдахином, красная тоже, хотя когда ангел там последний раз с Сульфусом кувыркалась, даже вспомнить не могла, что за постельное белье под ними было. Но оно понять можно: не до того ей тогда было. Когда у тебя все в первый раз и так сумбурно и ярко — постель самое последнее что замечаешь, и о чем потом даже думаешь. Содержание бокала, который Раф держала как-то неправильно совсем — обоими руками, словно согреться пыталась — было густым, красным и непонятным. А еще, пузырилось оно, причем как-то даже подозрительно. И оно ладно, но то, что пить это еще надо — не впечатляло вообще. Раф даже поморщилась. — Да пей ты уже, — протянул Сульфус, а потом и рядом уселся. Отхлебнула. Скривилась посильнее прежнего даже. На что демонишка рассмеялся только. — Это согревающее такое? — Что-то вроде. — Из согревающего, насколько я помню, ты мне предлагал кое-что другое. Вскинул бровь и как-то подозрительно посмотрел. — А ты изменилась, ангел мой. Раф фыркнула. — Ну конечно, два звездных года в той чертовой пещере… — Чертей прошу не поминать, — язвительно подметил паренек. — Вот ангелочков твоих — пожалуйста! Беззлобно закатила глазки и снова пригубила, если так выразиться вообще можно. Диван большой был, места много. Раф развернулась и ноги закинула на колени Сульфуса. Тот как-то даже смутился. И ангелочек это заметила. — Ты тоже. — Что «тоже»? — Изменился. — Хех. Поменьше твоего, знаешь. — Ой, ладно, — Раф отмахнулась, а потом и всучила спасителю опустошенный бокал. — Умничка, ангелочек. Похвалу успешно проигнорила, а вот вопросы насущные ручейком с языка полились, что не привычно для нее совсем как-то. Ведь она болтушкой не была никогда. — Спрашиваешь, где я был? Ну… Сначала за нарушение вето меня сослать хотели. Они это сделали сначала кстати. Но я там всего дня два просидел. Профессор Темптель похлопотала за меня. — И как же? — Сказала, что демон на то и демон, с задачей своей справился на отлично — умело соврал, ангелочка совратил. — И кто кого еще совратил… Раф это пробурчала тихо, но демон услышал. Демоны вообще слышат все, слух у этих, ровно как и зрение, на высоком уровне. — Да ладно, — рассмеялся, — ведь в комнате вызова место выбрал я. — Да, но накинулась первой я. — Да неее, ты просто сдалась. Мое обаяние границы все перешло в тот день, вот и случилось так-то. Ну, вообще Раф на его задорный огонек в глазах купилась, никакого обаяния, абсолютно. Да и обаяния у демонов никакого нет и быть не может. Только сексуальность и привлекательность, но привлекательность демоническая исключительно. Это ангелы только своей непорочностью гордились и ту за привлекательность выдавали, но у демонов в этом плане взгляды более приземленные и более здравые были. А почему Раф так думала? Нуу, потому что теперь можно. Теперь ей все почти можно, даже то, о чем она раньше и говорить то побоялась бы. — И почему ты тогда два года пропадал, а? — Найти тебя не мог. Хмыкнула. Не поверила она. — Да серьезно! Ваши ангельские круто очень прячут. И да! Это была действительно пещера для таких ангелочков как ты. Но найти тебя демону, еще и в таком месте тяжело вообще то. — Бедненький. Раф наигранно это сказала, голоском детским. А потом и вообще по голове того погладила, хоть и демонстративно. Сульфус криво усмехнулся, по-дьявольски совсем, привлекательно так…ммм. Раф руку сразу отдернула. Еще чего! Будет она ошибки свои второй раз повторять. — Что, смутилась? Издевки пошли. Ни на что не намекаю, но именно так у них в прошлый раз все и начиналось… — Да пошел ты…в глубины адовы! Не смутилась я! — Ты опоздала, мы в глубинах адовых давно уже. — Не знаю я, куда демонов посылают обычно! — Куда и ангелов. — У нас, у ангелов, посылать не принято вообще. — А ты послала. — Это потому что я не ангел больше. Сульфус хмыкнул даже, а по его лицу сразу видно стало — задумал что-то. И это что-то для ангелов нелицеприятное очень…даже более чем. — То есть, — начал он и придвинулся ближе, — теперь я могу жестко, а не как в прошлый раз. И Раф бы прыснула тем напитком, но только не было его уже. Минут десять или пять, как осушила бокал. — Не забывай, — девчонка того слегка отпихнула, — в душе я еще ангел. — Да ладно, то, что ты сразу меня поняла, вообще не говорит о твоем ангельском воображении. «А воображение у ангелов скудное, очень скудное, ограничивается только что поцелуями» — подметил внутренний голос. И Раф была с этим согласна. Она знала, что не ангел уже, в душе кстати тоже, но все еще на это надеялась. — Что будет, если профессор Темптель узнает, где ты и с кем? — Тебя уже даже не ваш святой предводитель, а мой падший интересует? Зло ногой того по коленке пихнула. Хотя ему и не больно совсем. Он ведь и не в обличье смертном даже, чтобы боль чувствовать. Но вот, кстати, даже в обличье истинном весь букет пикантных ощущений они испытывают очень явно, совсем это не по-ангельски. И не по-ангельски тут с обоих сторон. — Ну, у них там сейчас такое творится, что и не до меня им совсем. Раф испуганно глаза выпятила. — В смысле? — После той ночки в глубинах адовых, у них механизм какой-то сдвинулся. Сначала комната вызовов пострадала, никто ею теперь воспользоваться не может, кроме меня конечно. И тебя, как я подозреваю…а потом и подопечные наши с рук сбились: ни ангелов, ни демонов не слушают. Делают что хотят. — Да как это возможно вообще? — Вот так вот. Так что мы с тобой делов наделали. Но завидев серьезный взгляд Раф, Сульфус усмехнулся и прошелся рукой по ее ноге. Девчонка встрепенулась вся сразу, жаром обдало мгновенно. — Но знаешь, — придвинулся непозволительно близко, — я не жалею совсем. Будь ты снова невинным и непорочным ангелом — затащил бы в глубины снова. — Я не сомневаюсь! Пихнула. В который раз — со счету уже сбилась. Руки потом на груди скрестила, и взгляд отвела, но это Сульфусу в ней и нравилось. Как для ангела она была очень своенравной и упрямой, обидчивой кстати тоже, хотя обидчивой скорее не всерьез, а так, наигранно. Но самое интересное — его подколы, и интимного характера тоже, ей нравились. Она не признавалась в этом и не признается уж точно. Тут, наверное, и сыграли еще остатки ангельской натуры, маленькие такие осколочки, незаметные почти. Но они были. И это еще одна черта Раф, которая ему нравилась. Будь девчонка настоящей бестией — не понравилась бы. Тут как квест — пытаться совратить, но при этом не иметь возможности это дело завершить, на бесконечноуровневую игру похоже. А у демонов это в крови — подстрекать, надоедать, злить и когда ангелочек надувает от этого губки — смеяться. Ну, а если надувает несерьезно — позабавнее даже будет. Сульфус был любимцем у особ женского пола, и это особенно проявлялось в его классе для демонов. Взять Кабале хотя бы, та уже давно на него запала. Среди ангелочков тоже такие попадались, хотя и не должны они были в априори своей глазки дьяволятам строить, но это так…формальность. Так вот, к чему это я, Сульфус, когда понял, что Раф — единственная девушка, ангел к тому же, которая ему понравилась и понравилась настолько, что думать о ней не переставал, как-то даже сконфузился. Он думал, что пройдет. И что пройдет в эти два года. Но нет. Собственно это и стало причиной его отсутствия. Но Раф об этом он никогда не скажет. Потому что сейчас дорожит ей. Не выдержал же! Нырнул в глубины эти, только чтобы ангелочка спасти. А она сидит сейчас, бесцеремонно ноги свои на его коленки водрузив и…думает. А о чем — непонятно. — Как я понимаю, талисмана твоего тебя тоже лишили? Тут даже не предположение, а утверждение скорее было. И Раф это поняла, она теперь не дулась, она откровенно в депрессию впала. Кокс для нее был преданным другом, а не просто талисманом. Он был вторым после дневника, кому она свои тайны бы доверила. И доверяла, если честно. — Где мои подруги? Все понятно, тему перевести решила. В этом не мастер, но у Сульфуса подучилась. — С ними все в порядке? Теперь уже в глазах обеспокоенность заиграла. И дьволенок это заметил. Сразу обнять ее захотелось, согреть своим теплом и…утешить. Да! Утешить. Как бы странно для представителя Серного города это не звучало. А все потому, что он знал правду. Правду, которая бы Раф сначала в ступор ввела, а потом и обескуражила вовсе. Правда эта неприятная очень, а оттого и секретная. Но этот умоляющий взгляд… — Скажи мне правду, — неуверенно прошептала бывший ангел, — это лучше, чем если я потом узнаю сама. — Ты в этом не уверена. — Да, но пока я не начала отрицать — скажи! Вздохнул. Ближе подсел. Приобнял девчонку, теперь уже семнадцати звездных лет, и прошептал своим хриплым голосом: — Они когда узнали, что случилось, и когда меня освободили, против системы пошли — в класс демонов проникли. И не понятно совсем как. Не знаю, что они со мной сделать хотели. Но убить бы не смогли. Я падший ангел, а они ангелы светлые, чистые и невинные. Они не смогли поверить мне, что ты тоже тогда всего этого захотела. Обвинили меня во всем. Но они правы. Раф вскинула голову. — А дальше? — Дальше… Ури дневник твой откопала. Потом поверила, но не смирилась. Она до сих пор, как я понял, не верит в то, что ты смогла ее обмануть. — Она не простит меня. Ни за что. Тут уже платок понадобился. Слезы хлынули ручьем из глаз ангела. Она предполагала, и она даже знала, но не верила. До конца не верила. — Но знаешь, если вы настоящие подруги, то простит. Как увидит, сразу. Раф немного поутихла. Правда. Аргумент убедителен был. Ангелы не могут врать, не должны, если точнее. Друзьями прикидываться не могут, они по-настоящему близки и по настоящему верны друг другу. Они простят. А она будет просить прощения. Но сейчас… — Сейчас, — Сульфус обнял крепче, — тебе отдохнуть нужно. В Золотой школе ты не можешь встретиться с ангелами, иначе тебя увидит профессор Аркан. В город ангелов тебе путь заказан точно. Ты не ангел теперь. И Раф сама это уже знала. Но правду всегда принимать тяжело. — Так что… — Так что, единственное место сохранности для тебя только здесь, в Адовых Глубинах. — В Серном городе, — грустно прошептала девчонка. Нет, жизнь ее к такому определенно не готовила. И не готовила от слова совсем.