За занавесом жизни

Уже заходя в маршрутку: лицо, чуть младше моего возраста — девчоночка. Черты — наикрасивейшие, аккуратные и гладкие, от кожи так и отражались фонарные солнышки. — Свет, лучик, чудесная душа! Смотрит на меня. Смотрю в ответ. Мгновение. Успеваем сказать другу чуть меньше, чем всё. Зрачки — так и чувствуется — расширяются, того и глядишь — выпрыгнут. Секунда проходит в вечность; я — взгляд вниз от смущения, сам того не понимая. Тут же резко поднимаю снова — и вновь смотрю на неё, она начинает смотреть в ответ. Пожираем друг друга — нагло и жадно. Едва заметно улыбаюсь, продолжаю таращиться. Она смотрит тоже, не отрываясь (не прерывая связи, разговора, единства душ). Кто-то ждёт какого-то действия, шага, но оба понимаем — связаны! Обстоятельством ли, временем — чем угодно. Мне начать первому не сложно (мысли с разумом где-то на задворках — остались лишь только чувства: потаённые «правильные» инстинкты), но я не предпринимаю — и она не предпринимает. Незаметное для окружающих мгновение. Стоим, смотрим друг на друга. В этот момент обмениваемся той самой мыслью: возможно, ты моё всё, ты мне безумно — как никто никогда — нравишься, но сейчас — слишком не идеален момент, чтобы быть нам; я — обязан временем и местом, ты же — своим товарищем (насчёт него я убедился наверно позже), а соответственно — и покиданием места нашей встречи. Платит. Выходит. Точнее — собирается выходить. Сверкает взглядом в последний раз — ловлю эту искру и отправляю в ответ свою — и покидает маршрутку. Причем — выходит как-то по-особенному, с некой родной (будто бы она для меня — родная) грацией и обаянием, её походка — она говорит; такая лёгкая, такая воздушная — проносится, будто бы поворачиваясь всем телом ко мне (только очень-очень незаметно), словно цепляя меня невидимыми руками-сетями (души, души узнали другу друга — и держатся; держатся за руки — не хотят расставаться!), останавливает между нами время, растягивая вновь мгновение — вспышку — на вечность. То бишь: она — сходит на асфальт, я — как раз поставив правую ногу, замираю (она, выйдя только наполовину тоже изнутри, — замирает), и происходит то самое мгновение. Тысячи и тысячи миров внутри нас созидались и разрушались в мгновения. Секунда — длинною в жизнь. Секунда — ценою жизни. Секунда — ради того, чтобы жить. Расходимся. Она, немного отойдя, — весёлым звучным голосом начинает говорить своему <?> о чем-то, я же — сажусь и навсегда покидаю эти края. Возможно, мы ещё встретимся, о прекрасная моя незнакомка. Я буду этого ждать — в любом случае.