Наперекор судьбе

Глава 1. ПОМЕСТЬЕ ГРИНГРАСС. В дверь девочки постучался домовой эльф со словами – Молодая госпожа, вам велено вставать, скоро отбытие с поместья! Девочка встала и подошла к огромному зеркалу, что таилось в ее комнате. Надо сказать , она была весьма красива и прекрасно понимала это, быть может оттого, что ей ежедневно напоминала об этом мать? А может оттого, что практически с самого рождения отец прививал ей мысли, что чистокровная родословная делает ее гораздо выше и привлекательнее других, менее “удачливых” волшебниц. В зеркале улыбалась маленькая белокурая девочка с серыми глазами, волосы, слегка растрепанными кудряшками спускались на плечи, но вот заспанные глаза и ночнушка, пускай даже из лучшего шелка, в пол не украшали ее, как думала она. Имя девочки - Альциона. Она происходила из знатного рода Гринграсс. Девочке исполнилось 11 лет и этим летом, она получила заветное письмо из школы чародейства и волшебства – Хогвартс. Письмо тихо покоилось на прикроватной тумбочке, Цина перечитывала его каждый день. А как же?! Это являлось неоспоримым доказательством очередного ее превосходства. Отец любил ей рассказывать о своих школьных годах, о дружбе с Вальпургой и Орионом, о факультете Слизерин, что взращивал великих волшебников. И, само собой, она – Альцона Гринграсс не могла представить себя на другом. В ее комнате висел флаг серебристо- зеленого цвета, сохранившийся еще со школьных дней ее родителей и каждый день, вот уже на протяжении года к ней приходили, приглашенные отцом, учителя, что обучали ее предметам, ожидавшим ее в школе. К августу Цина уже знала большую половину основ школьной программы и с уверенностью ждала дня, когда сможет блистать своими знаниями в Хогвартсе. Родители Цинны были помешаны на том, чтобы их дочь была лучшей во всем – лучшие одеяния, лучшая школьная атрибутика, приглашенные учителя для высшего балла их дочери, все это гарантировало в будущем “прекрасную партию “ и добавляло цену в копилку Альционы, помимо чистой крови и богатства, которое когда-то несомненно перейдет в ее руки. Переодевшись, девочка спустилась в большую столовую оформленную в лучших тонах аристократии. В конце тяжелого дубового стола уже сидела мать, недовольно взглянувшая на свою дочь. - Ты до сих пор не одета, Цина. Завтрак подан, поторопись, прошу! Цина привыкла к холоду со стороны родителей, проявление чувств, было почти дурным тоном. О любви говорить не принято, да и о какой любви могла идти речь. Ее мать вышла замуж за Эола, будучи студенткой 7го курса, но судьбой её распорядились заранее, еще задолго до замужества. На втором курсе юной Фемиде Лестрейндж родители сообщили имя ее будущего мужа и с того момента, своей жизнью девушка уже не распоряжалась. Альциону ждет та же судьба, что и мать, но девочку готовят к этому с детства и единственное, что в ее силах – это просто принять реальность таковой и жить дальше. ПОМЕСТЬЕ БЛЭКОВ. Сегодня в мрачном поместье четы Блэков праздновали День Рождение Регулуса, младшего сына Вальпурги и Ореона. Дети Блэков и Гринграсс были знакомы с малых лет, родители довольно часто навещали друг друга, оттого мальчики и Цини успели подружиться. Когда Цини родилась ее отец заключил “выгодную сделку” и его дочь по достижении 17 лет должна была выйти замуж за одного из сыновей Блэков, предполагалось, что это будет старший сын – Сириус, он на год взрослее девочки, что являлось скорее преимуществом в глазах Эола. Фемида была несказанно рада, узнав это, и ее душа была спокойна за будущее наследницы, к тому же двоюродный брат женщины женился на племяннице Вальпурги – Беллатрисе. Разве это не прекрасно? Как и полагалось, чтобы поздравить мальчика приехала почти вся чистокровная знать Англии. О детях взрослые совсем позабыли, обсуждая важные вопросы современности и предстоящий брак племянницы госпожи Блэк – Нарциссы. Цисси была миловидная девушка с прекрасными манерами и статной осанкой, очень сдержанная и мягкая в общении, Альциона всегда ловила себя на мысли, что хочет быть похожей на нее. Цина любила Нарциссу и на всех вечерах всегда расспрашивала ее о школе, о книгах, о моде… Нарцисса всегда спокойно и с улыбкой отвечала девочке на все вопросы, при этом от нее исходило тепло, что было странным и чуждым для маленькой Цины. В этом году Нарцисса сидела за столом и наравне со взрослыми поддерживала беседы, рядом с ней опустился будущим муж – Люциус Малфой, Цина его боялась, один взгляд Люциуса ее пугал – холодный, надменный, он смотрел на Цисси с поразительной отстраненностью, казалось, кроме денег его не интересовало ничего. Альциона злобно посмотрела на ненавистного Малфоя, из-за которого общение с Нарциссой ей не удостоилось и тихо пошла в комнату, где были мальчики. Сириус и Регулус сидели на большом кожаном диване, занимаясь каждый свои делом. Сириус читал письмо, неизвестного содержания, а младший брат мучал бедную сову в клетке, пытаясь ее заколдовать. - Что ты делаешь, Регулус? - поинтересовалась девочка. - Пытаюсь подчинить ее себе, мать говорила, что существует заклинание, позволяющее лишить воли любое живое существо. По телу маленькой аристократки пробежала дрожь. - Брось попытки, Рег, ты даже палочку в руке еще держать не научился – раздраженно выпалил Сириус. Младший брат обиженно нахмурился, но палочку все же отложил в сторону и подошел к камину, в котором уютно потрескивал огонь. - Готова к школе? - повернулся Регулус. Альциона молча кивнула, не зная, что сказать в ответ. - Я надеюсь мы попадем на Слизерин, мама говорит, что второй позор в семье она не выдержит. – сказал Рег, при этом посмотрев на старшего брата. Сириус никак не отреагировал, было видно, что ему осточертели эти разговоры. В прошлом году старший Блэк попал на Гриффиндор, вызвав тем самым гору негодования у своей матушки. Создавалось ощущение, что мать стыдится своего сына, попрекая во всех грехах, что валятся на ее голову. Сперва Вальпурга уверяла всех, что шляпа просто ошиблась, слала письма с угрозами расправы директору школы, но тот, видимо, не принимал их всерьез, потому что по сей день Сириус оставался “неудавшимся” сыном. Братья были похожи внешне, но вот характер… Регулус всегда был сдержан, отличался прилежностью и послушанием. Он был “идеальным сыном”, холодным аристократом, все как полагалось в высшем обществе, Сириус же был его антиподом – взбалмошным, непослушным, пренебрегавшим правилами в доме, но при этом теплым и светлым, чужой среди своих. На первом курсе Сириус познакомился с Джеймсом Поттером, Римусом Люпином и Питтером Петтигрю, не кичился своим происхождением и спокойно общался с волшебниками маггловского происхождения, отчего еще больше разогревал ненависть и стыд своей матери. - Не бери в голову слова этого сумасшедшего, Альцона, лучше уж попасть на Пуффендуй, чем гнить в змеином подземелье и служить тьме, – тихо произнес старший брат. “Служить тьме, что он имел ввиду?”. Цинни знала, что Слизерин выпускает великих волшебников, таких как ее отец – сильных, властных, чистокровных. Разве ее отец, тетушка Вальпурга, мать – это тьма? - Бред, - возразила девочка, но все же слова Сириуса плотно засели в ее голове. Палило яркое солнце, легкий ветерок обдувал лица юных волшебников и их родителей, ожидавших поезд на платформе 9 ¾. Первокурсников было видно издалека – испуганные глаза, суетливая походка, кто-то крепко держал руку родителей, кто-то без умолку болтал, девочка рядом с семьей Гринграсс горько плакала и просила родителей поехать вместе с ней. “Странная” – подумала про себя Цини, оценив будущую однокурсницу холодным взглядом. Родители Альционы стояли рядом с ней, мать давала напутствия на будущий учебный год, а отец дружески приветствовал проходящих мимо волшебников. - Дорогая, ты все знаешь. Ты попадешь на Слизерин, сомнений нет. Пришли сову после распределения, мы с отцом будем ждать. И веди себя достойно, Цини. Не подводи нас. Девочка сверлила взглядом свои новенькие туфли и пропускала мимо ушей слова матери, которая повторяла одни и те же слова с момента, как прилетела сова с письмом из Хогвартса. Вскоре пухленькая женщина громко объявила о скором отбытии Хогвартс-экспресс и вновь скрылась за дверью поезда. И до того суетливая обстановка накалилась. Альциона попрощалась с родителями и прошла в поезд. “Осталось найти свободное место. Может где-то рядом Цисси!” Вблизи послышался знакомый голос Блэка старшего и Цина заглянула в купе, откуда доносился громкий смех. Перед ней предстала забавная картина – четыре веселых друга, было видно, что за лето они успели соскучиться и сейчас с упоением рассказывали все, что накопилось. Девочка тихонько постучала по приоткрытой дверце, чтобы привлечь внимание. Удалось ей это не с первого раза, но все же она поймала на себе взор Сириуса. - А, привет Цини, - слегка поникнув поздоровался Блэк, - ты заблудилась? Любое напоминание о жизни за пределами школы, о его семье приносили ему неприятные ощущения, а Альциона была одним их этих напоминаний. Сириус хорошо относился к девочке, но она настолько была пропитана этой “чиcтокровной одержимостью” родителей, что ее уже не спасти, думал он. Обуздав свои эмоции, мальчик встал с дивана и представил первокурсницу своим друзьям и предложил ей остаться с ними. Цина с удовольствием согласилась, для нее Сириус сейчас был ярким светом среди незнакомых людей. Оставшийся путь до школы, девочка с улыбкой на лице слушала истории друзей и с интересом наблюдала за ними. Надо заметить, обстановка в этом купе была настолько располагающей и доброй, что малышка чувствовала себя вполне уверенно. Мальчики ей рассказывали о Гриффиндоре, о шалостях, натворивших за прошлый учебный год с такой гордостью, словно это были подвиги великого Мерлина. Так время и пролетело за приятной беседой, волнение, казалось, и вовсе покинуло Гринграсс. Она несколько часов провела в компании Гриффиндорских мальчишек и отметила для себя, что ничего дурного или ужасающе неприятного в них нет, напротив. “Хочу попасть на Гриффиндор !” – подумала девочка, но тут же отмела эти мысли, вспомнив наставления матери.