Десять без четверти, или Гарри сел не на тот поезд.

На удивление, учитель оказался довольно интересным представителем своего вида. Но, к сожалению или к счастью, на вопрос к какому именно виду тот принадлежит, ученик получил только расплывчатый ответ "догадайся". Да и то, что это был именно учитель, Гарри понял лишь в процессе диалога. Представился мужчина именем Феанор, что напомнило о произведениях Толкиена и очень рассмешило мальчишку. Поттер громко фыркнул и потом еще долго не мог отдышаться из-за прыснувшего через нос чая. Зато, благодаря этому смущающему инциденту, Гарри смог услышать чужой смех: раскатистый и низкий, словно звучащий вдалеке гром. Феанор даже стучал по столу, не в силах сдержать захватившие его эмоции. В таком виде он совершенно не производил впечатление фантастического существа. Обычный мужчина, даже приятный. — Для кого-то столько самоуверенного ты слишком неловок, — улыбнулся Феанор, доставая откуда-то мягкий носовой платок рыжего цвета и протягивая его Гарри. Поттер, не будь дурак, от платка не отказался. Вскоре завтрак подошел к концу, и ученик поднялся с места, вежливо улыбаясь. — Спасибо, — произнес он, отодвигая стул и рыская глазами по комнате в поиске часов. — А… сколько сейчас времени? — взволнованно поинтересовался мальчик, с удивлением понимая, что он вполне мог опоздать или, что еще хуже, пропустить занятие. — Самое время, чтобы идти, — с заметным разочарованием сказал Феанор, также поднимаясь и подходя к стене-двери. — Тебе к кому? — поинтересовался он, оглядывая Гарри с ног до головы. Тот уже видел подобные взгляды ранее: на посвящении и позже, у Джейка, в общей комнате. Так смотрели на интересную вещь, экспонат в музее, что привлек внимание посетителя, но не на человека. Поттер растянул губы в сверкающей улыбке, незаметно сжимая кулаки. Приятный мужчина? Забудьте! — К некому преподавателю зельеварения по имени Грэнсаль, — добродушно произнес Поттер, дерзко поглядывая из под бровей. Учитель шумно выдохнул и закатил глаза, видимо смачно матерясь в душе. — Тогда мне лучше проводить тебя, — поправив ворот рубашки, произнес Феанор и несколькими точными нажатиями открыл проход в коридор и пропустил вперед мальчика. Шли они быстро, так что Гарри едва поспевал за широкими шагами учителя. Мужчина легко ориентировался в одинаковых коридорах, уверенно поворачивая то налево, то направо, и Поттер предпочел просто довериться ему. Помимо брошенных невзначай неприятных взглядов, Феанор ничем особенным его не раздражал, а чем-то даже нравился. Так как подобных оценивающих взглядов в этой Школе Поттер успел ощутить на своей шкуре уже на год вперед, учитель в целом оставил очень положительное впечатление. Удивительно быстро они оказались около кабинета с номером “501”. Парню показалось, что покосившаяся единичка критически рассматривает его с головы до пят. И почему даже мебель в этом месте не может не оценивать человека?! Рука непроизвольно потянулась вверх, чтобы поправить единичку, что Гарри благополучно и сделал под удивленным взглядом Феанора. — Окей, — начал учитель, укладывая руку на дверь и прищуриваясь. — Ничего не говори. Просто пойди и сядь на место, — приказал он, распахивая дверь и громко восклицая: — Грэнсаль! Как твои дела?! Поттер осторожно скользнул следом, ловя на себе заинтересованные и, иногда, разочарованные взгляды одноклассников. Всем, кто надеялся на его исчезновение до начала учебы, парню хотелось показать средний палец. Гарри осмотрел комнату, надеясь, что сможет сесть с кем-то знакомым или хотя бы неагрессивным. Но удача отвернулась от него, и все уже расселись по местам. Быстро и незаметно, как мышка, Гарри скользнул за заднюю парту, пригибаясь. — Что ты здесь делаешь, Феанор… — недовольно поинтересовался мужчина около доски. На вид ему было едва за пятьдесят. Седина уже коснулась черных волос около висков, на лице были морщины, но его повадки выдавали в нем скрытую живость. — И кого это ты привел ко мне на урок, — сухо бросил учитель, тонкими паучьими пальцами переворачивая страницы учебника. Гарри продолжал делать вид, что он не при делах, что все вокруг какое-то недоразумение, что он просто тень… Свалил все проблемы учителя, в общем. — Да пта~ашка ко мне залетела случайно. Вот. Привел, — Феанор развел руками, подпрыгивая ближе к кафедре и учителю. Понизив голос, он просипел: — Это Гарри Поттер! Мальчишка, который понравился директору. — Ладно-ладно… Я тебя услышал. А теперь свали в туман и не мешай вести урок, — недовольно выговорил учитель, движением руки прогоняя коллегу прочь. Тот быстро ретировался, бросив напоследок безликое: “Удачи!” “Удачи желают только неудачникам,” — подумал Гарри, уже готовый смириться с этой ролью. Еще бы. Вышел ради совы, а в результате съел половину завтрака у профессора, едва не опоздал на зельеварение, и теперь сидел без учебника, тетради или хотя бы пера. Делиться с ним пергаментом никто, естественно, не собирался. Поттер замер на последней парте, как статуя, и стал внимательно следить за профессором. Грэнсаль же просто продолжил свою лекцию с момента, на котором остановился. В основном это было введение в материал, типа: “Зельеварение — это наука о зельях”. Было довольно скучно и от нечего делать мальчик стал рассматривать интерьер аудитории. Ни котлов, ни весов, ни палочек. Гарри даже начал думать, что их великая закупка с Хагридом была совершенно бессмысленной. В упадочном настроении он просидел всю оставшуюся пару и зашевелился одновременно с другими учениками. Добравшись до двери, Поттер хотел было пойти в комнату за книгами, но его остановил голос Грэнсаля. — Гарри, — мужчина стирал с доски меловые записи. Точнее заколдовал тряпку, чтобы та сделала эту пренеприятнейшую работу за него. — В этот раз я прощаю твое опоздание, потому что… — он поморщился и потер переносицу, однако продолжать фразу не стал, тут же продолжая другую мысль: — Но пускай на следующую пару тебя под ручку приведет хоть сам директор, в кабинет не пущу. Говорил он спокойно и даже как-то устало, пока глаза с интересом изучали мальчика. Профессор щелкнул пальцами и в воздухе материализовался свиток. — Запись всей лекции, — он бросил пергамент в сторону Поттера и тот ловким движением поймал подачку. — Считай это подарком. А теперь брысь! Долго уговаривать мальчишку не пришлось. Он выбежал из кабинета так быстро, как только смог. Дверь шумно захлопнулась за спиной, отрезая Гарри от преподавателя. Хмурая единица вновь накренилась. Не веря, что ему могли отдать что-либо с такой легкостью, мальчишка рассматривал пергамент. Чем он заслужил этот “подарок”? Когда к нему все относятся с одинаковым подозрением, существовать легче. Не приходится гадать о причинах приятного поведения. Решив все же не выбрасывать свиток, Поттер поднял голову и уперся взглядом в группу зло настроенных сокурсников. Джейк стоял среди них, возвышаясь над другими детьми на голову, и дружелюбно улыбался. От этой улыбки по спине пробежал неприятный холодок. — Поттер! — Мартин резко появился сбоку и также неожиданно повис на плече Гарри, вдавливая его в пол. — А какого дьявола ты появляешься на уроке в сопровождении… — он запнулся. — Феанора?! Произнося это имя блондин чуть прикусил язык и принялся во все глаза рассматривать человеческое дитя. Поттер чуть нахмурился, привычно сжимая кулаки, и ответил на пронзительный взор не менее уверенным взглядом. Пару секунд он не шевелился, чувствуя, как нарастает давление на плечи, и за это время до него дошло, что ему банально завидуют. Глаза у окружающих сверкали не злобой. Они блестели из-за ревности. — А что не так? — он произнес это быстрее, чем успел осознать сказанное. Группа вся зашевелилась, словно по воде пробежала рябь. Мартин стал давить заметно слабее и свободной рукой хлопнул себя по лбу. — Видите! Он совсем без понятия! — голос Джейка был Гарри уже знаком, так что Потер мог даже не смотреть на вампира, чтобы понять, кто заговорил. — Малыш, понимаешь ли… — Да он не понимает, — тихо шепнул кто-то в толпе и громкий смех стал ответом на эту шутку. Каллето нахмурился, и его нахохленный вид позабавил Поттера. Видимо, вампира уязвляло то, что внимание перешло к кому-то другому. Поэтому он прокашлялся, вновь приковывая к себе взгляды, и продолжил. — Сопровождавший тебя учитель является одним из последних представителей рода фениксов. Большинство из них предпочитает оставаться в виде птицы, лишь изредка показываясь в человеческом обличии, поэтому встреча с ними считается великим счастьем, — словно оратор на сцене, вещал Джейк. Даже жесты добавил для выразительности, но Гарри все равно не понимал… — А я-то тут в чем виноват? Мы просто случайно с ним столкнулись. Или вы обвиняете меня в решениях госпожи Судьбы? — решил он высказаться вслух, хотя сердце в ответ на минутную смелость ускоренно застучало в груди. Организм вошел в режим повышенной готовности: он ощущал нечто похожее, когда Дадли с компанией собирались, чтобы его избить. Резонный вопрос повис в воздухе и никто, даже вампир, не решился на него ответить. Ворчание стало громче и более злобным, но однокурсники начали расходится. Никто не хотел опаздывать на следующую пару из-за человека. Гарри не чувствовал в этом своей победы. Даже наоборот, сильное разочарование накрыло его с головой. Будто у него отобрали возможность доказать, что он чего-то да стоит. Липкое чувство нереализованности осело в душе. Проходящие мимо студенты несколько раз ткнули парня, кто-то даже пнул, но драка так и не началась. Гарри быстрым шагом отправился в сторону комнаты, чтобы взять все необходимое. По расписанию у него оставалось еще минут десять до следующей пары. Пускай он шел наугад, ноги, к удивлению парня, понесли его в правильном направлении. “Начнем,” — подумал Поттер. На зельеварении у него не получилось себя проявить, но уже знакомая по людской школе математика должна была дать ему преимущество. В результате так и оказалось. Гарри схватывал на лету, чем вызывал зависть у однокурсников. Наравне с ним оказались Джейк и, это мальчишку удивило, Катарина, с которой он познакомился еще в поезде. На трансфигурации учитель диктовал так быстро, что запястье ныло от боли, и ни у кого не было желания отвлекаться. Обед так вообще пролетел незамеченным: Гарри схватил с общего стола несколько бутербродов и поел в комнате, старательно избегая очередного недо-конфликта. Да и от вечных шуток его новых однокурсников полностью пропадало желание обедать, а его Поттер все же хотел сохранить. Вечером, разбирая свои свитки, парнишка был готов помереть от усталости. Нелюди словно и не замечали повышенной нагрузки, шумели в общей гостиной, а Гарри просто свалился на кровать, прожигая взглядом потолок. Ему еще нужно было сделать домашнюю работу, так как завтра навалится очередная порция заданий. И все же Поттер позволил себе несколько минут отдыха. Нужно было уложить в голове произошедшее.

МАРТИН

В комнату идти не было никакого смысла. Там уже устроился соседа, а видеть это человеческое отродье оборотню не хотелось. Нос чесался от одного только запаха этого существа, да и Мартин явно не мечтал о том, чтобы отношения с остальными сокурсниками испортились из-за общения с человеком. Мар перечитывал записи по трансфигурации, расшифровывая и по памяти расписывая места, которые на занятии заполнял впопыхах. Занятый этим делом, он не сразу заметил, как на диван к нему опустилась пара студентов старших курсов. Их волосы пестрили яркими красками, и в голове промелькнула одна лишь мысль: “Фейри”. Не то чтобы этих созданий не любили в магическом мире, но Мартин тут же попытался отодвинуться в сторону. Эти шутники могли испортить не один вечер своими играми. — Ну-ну, не пугайся, — звонкий голос бирюзово-голового раздался прямо над плечом, и Мар вздрогнул от неприятно резанувшего по ушам звука. — Это ведь ты живешь с нашим человечком? — Д-да, — быстро признался Мартин, оглядывая всю компашку. В ряды народца затесалась парочка лепреконов и даже несколько рахманов. Последние особо выделялись: без ярких причесок и практически без одежды, спокойные, с блаженными улыбками. Их редко можно было увидеть в компании фейри, слишком уж разные взгляды на жизнь. Только истинная приверженность к эксгибиционизму могла связать эти два вида. Мар сглотнул. Опережая очевидный вопрос, он произнес: — Комната двести два. — Ой, умница какой, — бирюзовый похлопал Мара по голове и вся эта гогочущая компания удалилась в сторону лестницы. Однако оборотень недолго оставался один. Рядом, словно из воздуха, материализовался вездесущий — хотя Эрнест был бы рад дать ему другое определение — Джейк. Скорбно цокнув языком, он бросил грустный взгляд на оборотня и принялся посасывать животную кровь из стакана. Мартин и сам понимал, что старшие явно пошли не просто поболтать с человеком, но сделать ничего не мог. Да и не хотел особо. В худшем случае ему пришлось бы обращаться к старшему брату, который так и не заметил, что Эрнест приехал не на поезде. И не в тот день.

ГАРРИ

Вздрогнув от стука распахнувшейся двери, Поттер оторвался от домашки и выдавил из себя дружелюбную улыбку, думая, что вернулся его сосед. Однако ворвавшееся в комнату буйство красок едва ли напоминала белокожего оборотня. Гарри нахмурился, ловко пряча пергамент в стол. В животе все напряглось, а мозг лихорадочно придумывал варианты того, зачем старшие завалились к нему в комнату под вечер. Фейри весело болтали между собой, перебирая чужие вещи, а их лидер со смехом пересек пространство, отделявшее его от человека. — Бежал бы ты отсюда подобру-поздорову, человечишка, — заговорил он мягко, при этом одергивая несуразную мантию Гарри. В своей магической одежде он еще сильнее выделялся среди учеников, и это заметно злило посетителей. — Это место не для грязных ублюдков вроде вас, не способных колдовать без палочки. Райан, видимо, из ума выжил, раз решил тебя оставить. — Или решил, что отбитая человечинка теперь — деликатес, — бросил кто-то из-за спины бирюзового. Смех получился таким громким, что за ним был не слышен звук раздираемой одежды и рвущегося пергамента. — Считай это дружеским напутствием от старшего товарища, — странное все же у них представление о дружбе и подарках. Старший похлопал Гарри по щеке, примеряясь, и отвесил тяжелую пощечину. В ушах зазвенело, но парнишка даже не думал уклоняться. Лишь сжал зубы и зажмурился. Знал, если избежит удара сейчас, завтра получит в три раза больше. Тяжелое кольцо на руке фейри оставило глубокую царапину на лице Поттера. Не получив ни криков, ни ссоры, ни драки, фейри разочарованно оттолкнул человека от себя и, оглядев хозяйским взглядом испорченную одежду, движением руки приказал всем выйти из комнаты. — На надгробии еще нет имени, оно чистое… и оно ждет, — загадочно прошелестела полуголая женщина, покидая комнату последней.