Take my surname

Солнце уже давно встало, освещая уставшие души Токио, пробиваясь в квартиры спящих тушек, и ласково светило глаза, действуя на нервы. Миока недовольно морщилась, пытаясь скрыться от желтого, порящего в небе будильника. Разлепив глаза девушка беспокойно охнула. «Очередной урок философии проспан. Какой дурак ставит пару на восемь в понедельник? Интересно, я успею на историю… Думаю что моему молодому организму нужно выспаться, надеюсь что Одиссей или какой нибудь Ахилесс не обидется». Мысли беспорядочно крутились, пытаясь вспомнить что она вчера пила и как оказалась в кровати. -Так Саторе — девушка села пытаясь унять головную боль — больше никогда не пей алкоголь непонятного производства — она взглянула на окно веранды, на столе которой стояла бутылка — и вообще алкоголь без причины — Миока прошла в ванную комнату спотыкаясь о сумку, брошенную вчера в проходе — это очень плохо, я где то читала что женский алкоголизм не лечиться. Никогда не засыпай с не смытым макияжем — она посмотрела в зеркало, тихо ужаснувшись — и никогда не спи в рубашке Козуме, иначе он тебя потом… — девушка молчала и хлопала глазками, вспоминая не оставлял ли он когда нибудь ей свою одежду — убъет. Но прежде я бы хотела объяснений, что его рубашка делает на мне. Саторе обречённо вздохнула и потопала на кухню за крепким эспрессо все больше напрягая мозг, чтобы тот рассказал ей о вчерашнем вечере. — А если чужая рубашка? — Миока выпалила самую страшную мысль — да неет. Кто из моих знакомых носит шёлковые рубашки с запонками из серебра. Уже хорошо. Но откуда? — речь девушки была прервана трелью мобильного телефона — Да? Нет. Хороше, тогда возьмёшь мне такси? Там осталось пару сотен йен. Маникюр стоит не дёшево. Ладно, хорошо, спасибо. Да, до встречи. — девушка вспомнила о не имеющей никакого смысла карточке с двести йен, которой она расплачивалась каждый день в кафешках, раз в неделю в ювелирном для поднятия настроения и которой недавно оплатила новый телефон с большим зарядом батареи. — Отлично, вот и спрошу у него откуда рубашка. У меня там где-то шампанское стояло, надо бы отметить — девушка побежала на кухню в поисках алкоголя, забывая данное себе обещание пару минут назад. Спустя несколько часов Мио снова стояла в ванной, где ей позвонил Козуме, выкрашивая губы карамельной помадой, что красиво подчеркивала глаза. На телефон пришло сообщение, чёрная toyota стояла под подъездом. Сато осмотрела себя с ног до головы, победно улыбнулась и застегнула ботинок, направляясь к выходу квартиры. По приезду Козуме уже ждал ее на пороге, что было знаком его хорошего настроения. Он сухо улыбнулся взяв Мио за руку и повёл ее в дом. Как только она поставила ботинки на полочку и хотела что то сказать, Кенма прижал ее к стенке, обжигая кожу горячим дыханием. -Саторе Миока — парень задумчиво оглядел Мио, ее испуганные глазенки и приоткрытый ротик из которого вырывались рваные вздохи. Он целовал ее властно, по хозяйски проводил влажным языком по ряду зубов, сжимая ягодицы, все больше придавливая к стене. Она же любила его длинные волосы, пропускала их через пальцы сжимая у темных корней, держалась за воротник рубашки, развязывая галстук, притягивая им Козуме ещё ближе. — мне кажется я должен кое что исправить в твоей жизни — он провел ладонью по ее щеке, пробираясь пальцами к нижнему белью, пока Мио лащилась словно кошка. Холодные, длинные пальцы Козуме уже снимали не нужные кружевные трусики, оглаживая бедра девушки. Схватившись за крепкие плечи парня, Сатори повисла между стеной и Кенмой, чувствуя как пальцы коснулись комочка нервов, массируя его. — будь хорошей девочкой — парень поднёс пальцы ко рту Сато, которая вылизывала их глядя в янтарные, безразличные глаза Козуме. Он вошёл в неё сначала только одним пальцем, слыша рваные вздохи и чувствуя как сжимаются ее пальцы на плечах. Спустя время Миока насаживалась уже на два пальца, всем своим видом прося о большем. Кенма двигал пальцами внутри влажных стенок девушки, постепенно наращивая темп, второй рукой держа Саторе, которая казалось вот вот потеряет сознание. — П-пожалуйста, Кен. ма — девушка ерзала бедрами, насаживаясь глубже на пальцы на парня, которые почему-то прекратили движение. — Попроси меня, как следует — бездушный голос Кенмы пронзил в самое сердце. — Пожалуйста — слеза скатилась по щеке, Мио глубоко дышала, пока пальцы брюнета доводили ее до истомы в животе, собираясь с мыслям она всхлипнула от предстоящих чувств, липких и сладких, переполняющих ее с ног до головы — пожалуйста, папочка-ах~ Козуме ускорился до безумия, накрывая сладкие, покусанные, девичьи губки своими. Власно прикусил нижнюю и оттянул, сводя Саторе с ума. Девушка дрожала, всхлипывала пытаясь не потерять сознание от накрывшего с головой оргазма. Положив голову на плечо брюнета, Миока восстанавливала дыхание, пока парень поглаживал ее по спине. -Малыш, я тоже хочу — он подхватил ее под бедра и понёс в спальню. Сато постепенно пришла в себя, готовясь к предстоящему, второму сету. Снимая с Козуме рубашку она в очередной раз остановилась взглядом на теле бывшего волейболиста, проводя руками по мускулистому прессу, нечайно задевая соски. Из парня вырвался нервный вздох, не упуская момента Мио подмяла его под себя, языком обрисовывая контуры сосков, пока пыталась справиться с ремнем на штанах. Парню оставалось лишь охать, не смотря на то что ему совсем не нравилось когда девушка доминирует. Саторе ухмыльнулась своим мыслям, поцеловала парня, мокро и пошло, как только умеет, потянула его за галстук на себя, поднимая с кровати. Девушка села на колени, переплетая пальцы с пальцами Козуме и языком ухватилась за металлическую собачку, зажимая зубами и спуская ее вниз. Кенма, мягко говоря был в шоке, но довольно улыбнулся поглаживая голову девушки. Сато стянула брюки вместе с боксерками, провела языком от основания, заглатывая головку. Миока заглатывала почти полностью, не смотря на внушительный размер, вылизывала пульсирующие венки и слушала сладкие вздохи брюнета. — С-стой, я сейчас… — девушка ускорила темп, заглатывая до самого основания, втягивая щеки. Козуме потянул ее за волосы поднимая с колен — нет, малыш, так не пойдёт — он резко толкнул девушку на кровать, следуя за ней, раздвигая ее ноги. Саторе притянула парня для поцелуя, впиваясь в мягкие губки, сплетаясь с чужим язычком в жарком танце. Кенма не любил медлить, он оставил красное пятнышко на ключице и резко вошёл, выбивая из девушки громкий стон, больше похожий на крик. Он целовал шею, кусал мочку уха, шептал пошлости, давая ей привыкнуть. Когда Мио стала насаживаться на него, он поставил руки по бокам от ее головы и стал резко двигаться, вдалбливая девушку в кровать. Стоны разлетались по всему дому, Кенма рычал толкаясь в Сато, пока та царапала его спину, викрикивая его фамилию. -Скажи это, — брюнет замедлился целуя висок девушки — скажи, — приказной тон заставлял дрожать — скажи, кто ты — он обхватил губами сосок, выбивая Миоку из рассудка — кто ты? — Миока — девушка плавилась в больших руках бывшего волейболиста, хватаясь за его плечи — Миока Козуме — парень будто с цепи сорвался, вдалбливаясь в девушку, хватая ее за горло. Он не душил ее, никогда, не оскорблял, не делал больно хоть и был жестким, он только показывал что она принадлежит лишь ему, вечно оставляя отметки на ее теле. Девушка утопала в эмоциях, чувствуя подходящую разрядку. Дергаясь в конвульсиях от оргазма она нежно прошептала — я люблю тебя, папочка — сжимая Козуме настолько сильно что он кончил в неё. Брюнет упал на кровать, рядом с ней, пытаясь восстановить дыхание. Он обнял девушку за талию, которая до сих пор не могла прийти в себя. — Станешь Козуме? — он поднял ее на руки, ласково обнимая. В глазах девушки горел немой вопрос. Ему нравилось, когда Мио называла себя Козуме, но никогда она не думала, что он предложит ей свою фамилию. Парень закатил глаза — да, я серьёзно, говори быстрее, пока я не передумал. — Конечно, конечно да. — Саторе всхлипывала и нервно смеялась, пока Кенма ласково целовал ее, под струями горячей воды. Она сушила его волосы полотенцем, целовала в висок, обнимала, радуясь что скоро это перестанет быть фразой используемой только в сексе. Он впервые одолжил ей свою футболку, зарываясь носом в ее волосы, пахнущие шоколадом. Она впервые обнимала его ночью, не боясь что не увидит парня неделю или больше. -Я люблю… — Кенма сильнее сжал девушку в объятиях, признаваясь в любви. Лунный свет мягко освещал комнату. Очередной серый день, для уставших душ Токио, подошёл к концу. Люди возвращались с работы, спешили разглядеть что то родное и любимое, в неоновом городе, переливающимся сотнями огней. Теперь она не содержанка в новой шубе и с дорогим парфюмом.