В чём заключается наша жизнь?

      "Сегодня был тяжёлый день. Было много работы. Как же я устал..." - пробормотал Рома,  подходя к гардеробу, чтобы переодеться. Вскоре он вышел оттуда в свободной белой футболке и синих шортах. Парень, сняв круглые очки в аккуратной чёрной оправе улёгся в прохладную кровать, воткнул в уши небольшие наушники и прикрыл свои серо- голубые глаза. Он так лежал каждый вечер. Это было время размышлений, время, когда можно было расслабиться, снять все маски с лица и просто оставаться собой, для самого себя. Обычно морфей быстро забирал Романа в своё царство. Но в этот вечер что-то было не так. В голову закралсь непонятные мысли. Мне уже двадцать два года. Но чего я добился? Да, я успешный видео блогер, имею приличный достаток, могу не ограничивать себя во многих вещах. Но зачем всё это? Ради чего? Я живу как в замкнутом круге. Всё дни проходят словно день сурка. Я встаю, быстро перекусываю и сажусь за компьютер. Играю в Майн, снимаю видосы. А потом сижу и долго и монтирую. Кажется энергетики стали частью жизни... А также иногда я снимаю совместки... Наверное это одно из самых интересных и непредсказуемых вещей в моей жизни. Я созваниваюсь с друзьями, общаюсь, играю, смеюсь. А иногда ко мне приезжает Джонни. Тогда наступает самая яркая полоса в моей жизни. Мы гуляем по паркам, ходим в кафе и мак, смеёмся и веселимся. Иногда он ходит со мной в парк аттракционов. Это самое незабываемое время. Кажется, я уже взрослый человек, но веселюсь, как мальний мальчик. Кажется, я переношусь в детство. Я конечно могу сходить туда и один. Но это не то. Как будто ты вышел во двор, а там никого нет. А с ним этот поход превращается в нечто лёгкое и весёлое. Помню, что он частенько покупал сладкую вату или мороженное, а потом мы долго спорили о том, кто будет  платить. Ведь мне было очень неудобно, что он привёл меня в парк, а тут ещё и мороженое мне покупает. А Джони пытается меня  защекотать. Этот парень знает моё слабое место. И обычно ему это удаётся. Я начинаю заливаться смехом и наконец сдаюсь. В этот момент на губах Ромы появилась тёплая улыбка. А как он готовит. Ммм... Его печенья с шоколадной крошкой - это объедение. А булочки с корицей и яблоком сводят с ума одним только ароматом, разливающимся по кухне. Эх... " Как же Джонни давно не приезжал." - вздохнул Фильченков, перевернулся на бок, и обнял рукой одеяло. У многих людей в этом возрасте как минимум есть соулмейт. А как же я? Чем я отличаюсь от других людей? Да, у меня много фанатов. Но многие из них желают лишь моих денег. И это ещё больше угнетает. Получается, что если бы не они, то я бы никому не был нужен. Рома не выдержал и заплакал, уткнувшись носом в мягкое одеяло. Вдруг дверь в комнату щёлкнула, но Фильченков это не заметил. Ведь как вы помните в ушах у него были наушники. Кровать скрипнула и чуть прогнулась под чужим весом. Парень с тёмными, как смоль волосами и тёмно карьими глазами, похожими на два бездонных омута тихо лёг рядом с Романом и аккуратно положил свою руку на талию парня. Тот от неожиданности вздрогнул и обернулся, успев рукавом с махнуть слёзы. Но только увидидев неизменную красную повязку, придерживающую чёрную чёлку улыбнулся и пробормотал: "А, Джонни это ты... Но как ты..." - не успел спросить парень, как его остановил указательный палец, прижатый к губам и тихоее чшшш над ухом. "Сейчас это не важно." - начал Джонатон, запустив пальцы в мягкие, светло коричневые волосы Ромы, от чего тот зажмурился, а на щеках заиграл румянец. -"Важно то, что тебе сейчас плохо. Я видел твои заплаканые глаза. А ну рассказывай!" - приблизившись к нему произнёс парень. "Я, я не могу, Джонни." - пробормотал Роман. "Ром, я хочу помочь!" - спокойно сказал тот. "Я понимаю, но не могу сказать" - почему-то краснея произнёс парень. И чтобы Джони этого не увидел, Фильченков снова повернулся на бок. Вместо ответа Колбая  притянул друга к себе, придерживая правой рукой  за талию, а левую снова запуская в  волосы. Рома замер. Тепло его тела, окутывающеевсё вокруг, рука на тали и нежное почёсывание кожы головы невероятно успокаивали. Заставляли забыть о проблемах и просто быть сейчас. Вдвоём. Этот человек всегда поддержит и успокоит, отдаст свой зонт в дождь, а тёплую кофту в мороз, прижмёт к себе, расскажет шутку, а потом и посмеёмся вместе с тобой. Роман вздохнул и тихо начал: "Мне двадцать два года, а у меня до сих пор даже имени соулмейта нет. А многие уже завели себе любовь всей своей жизни. Вон, Ярик к примеру. Ему всего 18, но у него уже есть девушка. А мой тёска, Роман Парамонов, вообще себе парня нашёл. А как же я? Чем я хуже других?" плечи Ромы затряслись и он уткнулся носом в подушку. "Рома, Рома, если бы ты знал... " - пробормотал Джонни, снимая с Романа наушники и тихо шепнул на ухо другу: "Не беспокойся, всё будет хорошо!" Его горячее дыхание обдало шею парня, от чего тот вздрогнул. Фильченков повернулся к нему своим заплаканным личиком и чуть не переходя на крик спросил: "Да как все может быть хорошо!? Если бы не  деньги и знаменитость, я никому был бы нафиг не нужен! Ведь Дмитрий работает со мной из за хорошей оплаты. Да и Андрей наверное тоже. Илья зовёт меня в видосы, чтобы поднять актив и поднабрать подписчиков. Да и ты не лучше! " - кричал распыляясь с каждым словом Рома, не замечая, как темнеет лицо друга. На последних словах он уже не думал, а просто кричал, просто высказывал всё, что было запрятанно в дальние, тёмные, затаённые уголки души. Но вдруг его резко притянули к себе и заткнули поцелуем,  немного грубым, но всё равно аккуратным. Спустя некоторое время Джонни оторвался от его нежных и сладковатых губ. И  взял Рому за подбородок, заглядывая в покрасневшие от недосыпа серо - голубые глаза и стирая хрустальные слёзы, текущие по его щёчкам. У Фильченкова дико колотилась сердце, дыхание участились, а на щеках заполыхал нежный румянец. Он замер. "Прости, я.. Не думал, что говорил." - пробормотал Рома. "Это сейчас не важно. Главное помни, что всё будет хорошо" - тихо начал  Джонатон, садясь на кровати. Роман проделал тоже самое. Джонни хитро посмотрел на него и сказал: "Но меня это обидело и ты за это ответишь" "Что?" - удивился Рома. Но договорить ему не дали, в следующее мгновение чёрноволосый впился в его губы, снова ваяля на кровать и зачем-то заводя руки парня вверх, придерживая их одной рукой. Язык Джонатона проник врот парня и стал обследовать его, изучая каждый зуб и приятно щекоча нёбо. Наконец парни оторвались друг от друга. А Джонатон медленно залез свободной рукой под футболку парня и принялся поглаживать кожу. "Джонни, что ты собираешься делать?" - спросил Роман, в его голосе сквозил страх. Но вместо ответа на него воззрилось два хитрых тёмных омута, выглядывающих из под чёлки.  И Джонни начал щекотать бедного Рому. Тот изгибался всем телом, пытаясь выбраться. Но этого ему не давал Колбая, сидящий на его ногах и его тёплая рука, держащая руки наверху. Роман заливался самым искренним и мелодичным смехом. Что приносило огромное удовольствие Джонатону. Он обожал видеть своего Ромочку таким. С обворожительной улыбкой, со светлой чёлкой сползшей на лоб и со светящимися радостью глазами. Ещё чуть-чуть полюбовавшись Джонни наконец прекратил свою пытку. Рома лежал, пытаясь отдышатся. Но парень не собирался останавливаться на достигнутом. Он медленно лёг, придавливая собой Фильченкова ещё сильнее. Тот всё ещё улыбался, отходя от предыдущей мести. Брюнет увидя это приблизился к шее парня и провёл по ней кончиком носа, вздыхая слабый сладковатый аромат одеколона. А затем коснулся губами столь нежной и тёплой кожи. Рома снова замер. Ему было не по себе. Но неожиданно, даже для самого себя, он ничего не сказал, а может не смог. Он чувствовал, как мягкие губы касаются шеи оставляя на ней влажные следы, а его пальцы начинают холодеть. Вдруг парень прикусил Ромину кожу. От чего тот вздрогнул и тихо ойкнул, жмуря глаза. Но вдруг он почувствовал, что с него медленно стягивают футболку. Он открыл глаза, полные ужаса и дрожащим голосом спросил: "Д- джонни, что ты собираешься сделатть?" "Всё хорошо. Ты же мне веришь, Ром?" - шепнул парень ему на ухо, опаляя своим дыханием. Роман задумался, его сердце отбивало такт, отдаваясь в ушах, смотря в два омута, готовый там утонуть, а потом неуверенно кивнул, незаметно для себя краснея. В ответ он получил только тёплую улыбку и ешё один нежный поцелуй в шею. Футболка окончательно сползла с него и отправилась на пол. Он закрыл глаза от стыда. Тёплая рука парня сколзила по оголённому торсу, принося приятные ощущения, пытаясь внушить уверенность. Поцелуи и покусывания, кружащие голову. Вдруг Джони стал спускаться поцелуями ниже пока не дошёл до сосков. Он захватил один в рот и принялся посасывать, играя языком и покусывая. От чего Роман вздрагивал или шипел, изгибаясь в спине. Спустя некоторое время шатен переключился на второй. Колбая сразу прикусил кожу, отчего по телу Фильченкова пробежали мурашки и он громко вскрикнул. "Чшшшш..." Прошипел Джонатон, покусывая сладковатые губки парня, который давно был  красный, от румянца разлившегося по щекам. После этого он продолжил своё занятие, проводя дорожку поцелуев всё ниже и ниже. Когда он приближался к низу живота Роман, понимая, что может случиться уловил момент и перевернулся на живот, на минуту скинув с себя Джонни тот ухмыльнулся и прошептал: "Чтож, ты сделал всю работу за меня", а затем снова схватив руки наверху прильнул к шее, покусывая и касаясь её носом. Роману казалось, что время застыло и всё это просто сон. Джонни запустил руки под его живот, невесомо касаясь заветного органа. Но вдруг Роман громко вскрикнул. "Что случилось? Тебе больно?" - моментально отреагировал Колбая. "Метка" - Прошипел Фильченков. Джонни тутже  отпустил руки парня. Тот прижал правуюю к себе, тихо заскулил и скривился. Старший старался помочь тем, чем мог. Он нежно обвил руками тело парня, прижав его к себе, поглаживая конечность. Боль была невыносимой. Сначала руку сводило мелкими судорогами. А потом ближе к запястью началось сильное жжение, будто туда попала кислота. В один момент вспыхнула полоска, горя ярким пламенем и обжигая руку, но боль исчезла также быстро, как и появилась, будто её и не было. А на руке не ярко светилась надпись "Джонатон Колбая" Рома часто задышал. Но вдруг рядом с его рукой легла вторая, более мускулистая и сильная, на которой красовалось "Роман Фильченков" "Как давно?" - задал вопрос Рома. "Год" - коротко отрапортовал Джонни. "Но пому же ты не говорил?" - удивлённо спросил Фильченков. "И почему я этого не замечал" - пронеслось у него в голове "Ждал, пока у тебя появится надпись. И я сильно боялся тебя потерять, ведь не знал, как ты отреагируешь" - извиняющимся тоном сказал Колбая, не разжимая рук. "А ведь и правда. Как бы он отреагировал раньше, на такое известие" - задумался Роман. Но его мысли прервал Джонни, своим вопросом: "Ты меня любишь, Ром? " - его голос отличался. Он стал каким-то другим. Более хриплым, но при этом, в нём слышалась некая боязнь. Боязнь слова Нет. Кажется всего одно короткое слово из трёх букв. Но какую же боль оно может причинить. Оно грубо и надменно разбивает мечты и чувства. Но может оставнавливать войны, спасая тысячи жизней. В этом мире всё не может быть только хорошим и только плохим. Ведь даже у самого жёсткого серийного убийцы, в глубине души есть кусочек чего-то светлого и родного. Вдруг гробовую тишину комнаты нарушил тихий, почти неслышный ответ: "Да" но казалось он прозвучал, как гром. Джонатон счастливо улыбнулся, в его глазах заблистели слёзы радости и счастья. Он столько мучался, смотря в эти небесные глазки, ведь понимал, что этот миленький, белобрысенький мальчуган не его мальчик, что он не может прижать его к себе, когда тот плачет и спрятать от всего мира, защищая от злых людей, которых полно. А сейчас он слышит слово Да. Ответ на свои чувства. Тихий, неуверенный, но ответ. Получается всё это было не зря. "Джонни, ты плачешь? Всё хорошо? " - послышался самый родной голос. "Не волнуйся. Всё прекрасно!" - проговорил Колбая, пытаясь успокоиться. "Точно?" - спросил Роман, пытаясь увидеть два тёмных глаза за своей спиной. Он не разу не видел старшего плачущим. Его строгое, мужественное лицо сейчас казалось совсем другим. Неизменная широкая улыбка продолжала блестеть на его лице, но из прикрытых глаз катились крупные слёзинки, стекая по щеке. "Да, Ромочка, Да! Это слёзы радости." - сказал Джонатон, утыкаясь носом в небольшое плечико, пахнущее всё тем же самым лучшим одеколоном. "Джонни, отпусти меня, пожалуйста?" - сказал Фильченков, смотря на шатена. "Тебе не нравиться?" - грустно спросил Джонатон, как в последний раз вдыхая любимый аромат. "Нет. Ты отпусти и поймёшь" - поговорил Роман. Джонни нехотя разжал руки и сел. Рома вылез из кольца рук и тут же обнял старшего, обвивая ногами его талию, за заглядывая в глаза и медленно и неуверенно коснулся губ, прикрывая глаза и краснея. Шатен ответил, тоже закрывая глаза, а затем медленно перекатился, укладывая Рому на кровать. Вскоре парни оторвались друг от друга. У обоих на лицах светились счастливые улыбки, а в глазах прыгали обзорные огоньки. "Можно я продолжу?" - тихо спросил старший, перебирая мягкие светлые волоски. "Да" - краснея ещё сильнее ответил Фильченков Джони улыбнулся и снова прильнул к шее, а чуть позже его футболка улетела на пол. Снова дорожка поцелуев, покусывания, разгорячённое тело, влажные следы и тихие постанывания. Дойдя до низа живота шатен принялся поглаживать кожу, иногда невесомо прикосаясь к ней губами. Он аккуратно стянул шорты с любимого и снова дотронулся до бугорка под боксёрами. Но это был лишь миг, парень перешёл на ноги. Он поглаживал внутреннюю часть бедра, нежно проводя по коже верхней стороной ладони, не быстро, иногда касаясь её ногтями, он вызывал волну мурашек, которые пробегали по всему телу. Затем Джони медленно перешёл на наружнюю часть ноги, спускаясь к ступням. Они были нежные и мягкие, как у младенца. Парень принялся их щекотать, почти не касаясь кожи, но и этого хватило, чтобы Роман тихо захихикал и принялся вырваться. Тогда шатен остановился, взял в руки эти прекрасные ножки и принялся массировать их большими пальцами своих рук. Он явно знал точки, которые расслабляют человека, так, как Роман почувствовал полное умиратворение. Заметив это Джонатон снова поднялся на уровень торса и положил руки Роману на боксёры. Тот замер. Сердце гулко стучало у него в груди. Старший начал массировать половой орган, пока не почувствовал напряжение. Всё это время Рома лежал, почти неподвижно, лишь иногда постанывая, запракидывая голову назад и учащённо дыша. Джони медленно стянул трусы и взял в руку член парня. Он аккуратно проводил по нему рукой, всё больше возбуждая партнёра. А затем взял головку в рот. Он проводит по ней языком, вытаскивая из Фильченкова тихий, приглушённый рукой стон. Спустя некоторое время шатен почувствовал напряжение у себя в штанах, тогда он взял Романа за колени и медленно начал разводить его ноги в стороны. "Мне страшно, Джонни" -  тихо сказал Рома, вжимая голову в плечи. "Чшшшш. Всё будет хорошо, я буду аккуратен" - прошептал Колбая, нависая над парнем и смотря в эти прекрасные глаза, проводя рукой по его мягкой щеке. Он похотливо облизнул впой указательный палец, а затем очень медленно и плавно начал вводить его в  анальное отверстие. Роман еле стерживал стоны, прикрывая рот рукой, тогда Джонни подхватил его за спину одной рукой, приподнимая, притягивая к себе и впиваясь в губы. Вслед за одним пальцем последовал и второй, вызвав громкий вскрик. Наконец он снова уложил Фильченкова на спину и коснулся своей шеринки, вскоре его чёрные джинсы уже валялись вместе с остальными вещами. Тогда он лёг на Рому, крепко прижимая его тело к себе и касаясь губ, а руками нежно поглаживал волосы. Ещё несколько мгновений и его боксеры оказались на полу. Рома вздрогнул и зажмурился, когда его самого аккуратно приподняли за ноги и подложили подушку под спину, а его дырочки коснулось нечто, не походящее на руку. Но вдруг парень быстро спохватился и отпрянул. Фильченков решил не открывать глаз. Щёлкнула крышка смазки и парень, хорошенько смазав свой член, снова приблизился. И очень медленно начал входить. Рома уже не мог сдерживаться и громко, но в тоже время с хипотцой простонал имя "Джонни". Тогда Колбая замер, он не хотел навредить своей ромашечке. Он медленно лёг, заглядывая в столь прекрасные глаза, в которых поблёскивали слёзы. Он нежно коснулся его губ, входя ещё чуть глубже. Роман снова зажмурился и простонал в губы Джони. Тот начал медленное движение внутри парня. Фильченков тихо стонал, сминая руками простыню. Вскоре и громкие вздохи Джонатона перешли в стоны. Тогда он поднял Рому на руки и прижал к себе, продолжая двигаться. Их звуки, которые казалось были слышны на весь дом, их настолько разные горячие тела слились воедино. Теперь было точно ясно, что не одни в этой вселенной. У них есть самый дорогой человек, который никогда не бросит и не изменит. Он будет рядом и в сложные минуты, обнимая и целуя тебя в лобик и в радость. Будет желать доброе утро и сладких снов даже тогда, когда вы далеко друг от друга. Будет смотреть с тобой фильмы и вместе смеяться со смешных шипперских артов и коментариев. Вот она оказывается - любовь...