Партнёр

- Да не получается у меня! Я не успеваю за ними следить! Желтый – проклятая истеричка и тот ещё мешок с неприятностями. Мы в полёте уже две недели, а он до сих пор не может разобраться с выполнением простейших задач. Да его давно бы уже грохнули, если бы не мой присмотр. - Ну, смотри, тебе нужно всего-навсего крепче вжаться в кресло и расслабленно, - пришлось придавить это гиперактивное нечто к кожаной обивке, - расслабленно, говорю тебе, обхватить руками модуль управления орудиями. Вот так, правильно. А теперь внимательно целься и дави «Огонь». Скоро приблизимся к очередному кольцу астероидов, так что тебе придётся сделать так, чтобы мы прошли через него не разодрав половину корабля. Из-за плотной защитной экипировки и шлемов, снимать которые каждый может исключительно внутри спальной капсулы, никто на корабле не знает, как выглядят остальные. Только из центра управления капитану недавно пришло оповещение, что есть вероятность того, что на борту имеются носители «инопланетных форм жизни» которые могут сорвать полёт к цели. Впрочем, их может и не быть, но некоторые корабли флотилии перестали выходить на связь, а значит, вероятность высока. Жаль, космос диктует свои условия и на землю уже не вернуться. Полный разворот невозможен, а сделать круг после сброса третей космической скорости уже не хватит топлива. - Ура! Получилось! Белый, у меня получилось! – радостный вопль выводит меня из задумчивости. Я смотрю сквозь два слоя стекла в чужие глаза, пылающие от счастья, и перевожу взгляд в иллюминатор. - Сука! – здоровенный астероид несётся прямо на нас, и я буквально падаю на центр управления, моля все силы Бескрайней Вселенной, чтобы это сработало. Пушки стреляют так мощно, что корабль содрогается, но от скалы остаются только песчинки. Жёлтого потряхивает от пережитого ужаса, а я просто сваливаюсь под модуль от смеха. – Как тебя только в космос занесло, несчастье ходячее? - Ну, это же так круто, быть первопроходцем на чужих планетах, а потом вернуться героем на Землю… Разве нет? - Да, вернуться героем на Землю… - не хочу его расстраивать мыслями о том, что к тому времени, когда, или, вернее сказать, если мы вернёмся, Земли, какой всем удалось её узнать, может и не быть, так что соглашаюсь со всем, поднимаюсь и вытягиваю его из кресла. – Пошли перекусим что ли, герой… - Не, ну а что я не так сказал? – даже сквозь ремодулятор голоса слышно, что он обиделся, а у меня и правда нет желания вызывать у него приступ экзистенциального кризиса. - Ничего, Жёлтый, всё так. Ты всё правильно сказал… - тихо гудят со всех сторон механизмы, грохочет под ногами стальное покрытие коридоров, жизнь огромной машины, несущейся сквозь звёзды к неизведанным планетам, относящимся к классу «Возможно пригодных для жизни», продолжается, несмотря ни на что.

***

Атмосфера на корабле накаляется с каждым днём. Кто-то постоянно устраивает саботажи. На днях едва не взорвался реактор, мне пришлось бросить все дела и мчаться в отсек, чтобы стабилизировать управление. Слава Вселенной, что у второго экрана стабилизации уже стоял фиолетовый. Мы вполне быстро закончили со всем – на всё про всё не ушло и часа. Правда, жёлтый обиделся, что мне пришлось оставить его, пытался надавить на жалость, мол, его могли убить. Ага, никого за месяц не убили ещё, а вот его непременно убьют. - С чего ты вообще взял, что кто-то собрался кого-то убивать? Месяц в полёте, всё спокойно, старина Хьюстон был бы в восторге. – мы в навигации, я пытаюсь стабилизировать маршрут согласно координатам из штаба, пока ходячее несчастье прилипло стеклом шлема к иллюминатору. - Ну, предатели на корабле точно есть, это уже всем понятно. Пока они только пакостят, но вдруг начнут и убивать? И… Кто такой Хьюстон? – мне бы сейчас сосредоточиться на расчётах, а не на разговорах с жёлтым, но всё же разговор пока не так сильно отвлекает, потому я продолжаю отвечать. - Вот если убьют, тогда и посмотрим. Про Хьюстона расскажу позже, и, кстати, я в шоке с того, что ты о нём ничего не знаешь. А пока, Вселенной ради, дай мне закончить. Постой лучше у входа, чтобы никто не мешал, хорошо? – Затемняю своё стекло и вывожу прямо на него координатную сетку. Так проще разобраться, пусть теперь у меня и нет контроля внешней ситуации. А, впрочем, пока липучка рядом, бояться нечего. Что бы я не говорил, а всё же исключать возможность появления жертв на корабле не стоит.

***

- Я проголодался, потому и ушёл! – мне удалось найти его в столовой, да и то только после того, как обошёл весь корабль. Да, расчёты заняли немного больше предполагаемого времени и сил, но я не могу считать это оправданием тому, что меня бросили одного и слиняли. - А если бы меня убили? – бью по нему его же оружием и по глазам вижу, что жёлтый точно обиделся на меня. Впрочем, долго выяснять отношения тоже не хочется, раскрываю объятия. – Ладно уж, давай мириться. Но впредь, если я говорю быть рядом, постарайся прислушиваться. Ну или хоть предупреждай, когда уходишь, хорошо? - Угу… - меня крепко обнимают, и я думаю, что, возможно, из него выйдет толк. От этих неуверенных объятий по телу разливается тепло, а местами даже жар. Слышен звук открытия автоматических дверей и в столовую вваливается вечно весёлая троица – голубой и два зелёных. Ведут себя так, словно нас не заметили, но я вижу, что исподтишка всё же пялятся. Вот же любопытные черти, портят весь момент. Я слегка похлопал жёлтого по спине и отступил на шаг назад. - Ты голодный? Я уже поел, а вот ты точно вымотался… - усмехаюсь сквозь стекло. Подлиза… Меня чуть ли не силком усадили на стул, и услужливая система жизнеобеспечения тут же просканировала мои данные через информационную плату. Согласно её анализу, я был дико голоден. Что же, не могу с ней поспорить. Жаль только, бездушной машине не понять, что мой голод мало касался еды. Ну или, по крайней мере, не полностью касался её. - Очуметь, я сейчас всё принесу, сиди. – ого, оказывается, приятно, когда о тебе заботятся. Жёлтый сам притащил мне удвоенную порцию пайка из пищевых блоков и выложил на стол передо-мной кучу тюбиков. – Приятного… ммм… приятного аппетита, да… - Спасибо. – Как же я соскучился по простой пище… Но, как сказал бы старина Хьюстон, пять недель, полёт нормальный, эту баланду нам придётся потреблять до тех пор, пока шумная братия ботаников не вырастит что-то пригодное для жизни. Кстати, надо бы к ним заглянуть, поздороваться хоть. Вечно я в секторе навигации, даже не спускался в зону жизнеобеспечения… Да и на обследование в мед корпус тоже нужно заглянуть, взять что-нибудь для укрощения собственных «хотелок», а то я в последнее время с превеликим трудом держу себя в руках… Кто бы сказал мне, что в космосе так скучно – я бы не поверил. Вроде и работы столько, что в конце дня я падаю без сил и тут же отключаюсь, но в то же время слишком много лишних мыслей и, я посмотрел на жёлтого, наблюдающего, как всегда, за видом из иллюминатора, желаний.

***

Семь недель, полёт нормальный. У синего по земному календарю день рождения, и кто-то притащил контрабандный алкоголь, так что синие сегодня все. Для пьянки сразу несколько поводов – собственно, праздник, первый урожай овощей у ботаников – славные ребята, кстати, - и последнее – кто-то убил фиолетового. Труп нашли в хранилище – валялся у цистерн с топливом, да и нашли мы с жёлтым. Этот непоседа, как обычно, убежал немного вперёд меня, впрочем, не переставая болтать, но тут его трёп сменился на крик. Я сорвался с места и, подбежав, увидел тело, которое тряс мой компаньон. Видимо, у него случился шок, потому что оттаскивал я его долго. В общем-то, он и сейчас не отошёл – сидит молча, да потягивает вискарь через трубочку, вставленную в узкую щель приоткрытого шлема. Стандартный способ питания и питья, все на корабле делают точно так же – открывать шлем полностью запрещено уставом. - За полёт, друзья мои! За полёт! – чёрный, как капитан корабля, поднимает бокал вверх и первым говорит тост. – И кто бы не убил сегодня нашего товарища, будьте уверены, что мы вычислим убийцу и выбросим его за борт нашей «Виктории» быстрее, чем падает звезда на нашем родном Земном небе. Все пьют, не чокаясь. Закусывают салатом из свежих овощей, понемногу пытаются шутить. Я наблюдаю за желтым до тех пор, пока ко мне не подсаживается салатовый – один из ботаников и, как выяснилось, неплохой парень. Мы познакомились недели три назад, когда я наведывался в их сектор. Выяснилось, что он тоже поступал на навигатора, но потом понял, что его больше интересует ботаника. В этот раз разговор зашёл о планете назначения. - Погоди, погоди… Ты думаешь, что мы летим в неизвестность? Как это вообще может быть? – думаю, он был «слегка» шокирован моими рассуждениями. В прочем, не могу его винить. Даже меня эти мысли иногда пугали, что уж говорить о простом ботанике. - Ну, не совсем в неизвестность. Чисто гипотетически эта планета существует и чисто гипотетически она пригодна для жизни, но вот что там на практике – это никому неизвестно. – крепкий алкоголь обжигал горло, но, на удивление, хорошо прочищал голову. Было приятно вот так вот выпить и поболтать – впервые за долгое время я почувствовал себя практически так же, как на родной и теперь такой далёкой планете. - Но учёные же всё рассчитали, разве нет? – кажется, салатовый впадал в состояние паники. – Мы вообще туда летим? Или просто плаваем в этой консервной банке по космосу, как говно по проруби? – чёрт… я очень плох в том, чтобы кого-то успокаивать, слава Вселенной, на помощь мне пришёл жёлтый. Он подошёл к нему со спины, положил руку на плечо и несильно сжал. - Туда. Точно туда. – впервые я слышал, чтобы он говорил настолько серьёзно. Обычно его состояние неслабо так скакало от гиперактивности до полной флегматичности, но вот такой уверенности я ни разу ещё не наблюдал. Что удивительно, салатовый в тот же миг словно «потух». Истерика прекратилась, и он молча присосался к трубочке, ведущей к янтарному напитку. И всё бы ничего, если бы это не был мой напиток и моя трубочка. Я даже не знал, что сказать – просто выдохнул через нос и постарался успокоиться. Мне, должно быть, просто показалось, что он со мной попытался начать заигрывать – всё же даже чудесные пилюли, противоположность виагры, которые мне выдал док, действовали очень слабо. Можно сказать, что не действовали вообще. Да что уж тут говорить – у меня на личном планшете уже не просмотренная порнуха кончилась, а ведь я рассчитывал, что её мне хватит на полгода… - Белый, ты не будешь против, если мы отойдём на пару минут? – судя по голосу жёлтого, он улыбался. Впрочем, с чего бы мне быть против? У всех здесь есть свои секреты и если уж моему компаньону приспичило с кем-то отойти, с чего бы мне возражать? - Нет, конечно. Если что, я буду тут же. Дождусь вашего возвращения, чтобы убедиться, что всё в порядке, а потом можно будет распрощаться и разойтись по каютам. – да уж, как говаривал мой дед – в сексе и в алкоголе нужна постоянная практика, а не то потеряешь квалификацию. Меня немного развезло, пора было возвращаться в постель. Желтый с салатовым отошли к дверям хранилища, мне же оставалось наблюдать за командой, разбившейся на кучки «по интересам». Вот, капитан что-то обсуждает с механиками – оранжевым и коричневым. Красный, он же док, болтает с двумя оставшимися ботаниками – голубым и тёмно-зелёным. Синий с розовым обсуждают что-то, стоя у щитка возле иллюминатора. Спокойствие… И совсем не скажешь, что в этом мирном экипаже скрывается предатель, а может даже и предатели. Жалко фиолетового, неплохой был парень… - Ну так ты спать пойдёшь? – мне на плечи с двух сторон опустили руки жёлтый и салатовый. - Вы уже закончили? – признаюсь, не ожидал, что их разговор будет настолько коротким. - Ну, жёлтый же обещал, что мы отойдём всего на пару минут. А обещания всегда нужно выполнять, не так ли? – чёрт, может у него просто манера такая, но меня не покидало чувство, что со мной заигрывают. Впрочем, какая разница, так это или нет, если я все-равно не собирался портить командные приятельские отношения пустой еблей. Лучше уж прийти в каюту и подрочить, чем потом неловко обходить человека седьмыми дорогами. - Ну, тогда можно и расходиться…

***

- До встречи, ребята. Постарайтесь добраться в целости и сохранности. – моя каюта к столовой была ближе, чем комнаты жёлтого и салатового. Собственно, я даже и не знал, в какой стороне находятся их блоки. Махнув рукой на прощание я закрыл дверь перед вроде как подружившимися парнями и с превеликим наслаждением скинул опостылевшую униформу. Услужливая система жизнеобеспечения, просканировав помещение, повысила в нём температуру, но пока прогревались обитые деревянными панелями стальные стены, в комнате всё равно было зябко. Оставаться в форменной удушающе-плотной водолазке не было желания, так что я стянул её, а вслед за ней и носки, отбросив их к берцам. Как же меня бесит вся форма – от шлема и до обуви. Единственным комфортным предметом гардероба были, как ни странно, боксеры. Вот в них я и остался. Подошёл к блоку гигиены, включил нагрев воды для принятия душа и опёрся о раковину. Холодный металл обжигал сухие руки, побледневшие от постоянного ношения перчаток. Впрочем, я никогда не был особо загорелым – не тот тип кожи, не тот цвет. Я родился очаровательным белокурым ангелом, а вырос, если признаться, тем ещё чёртом. Часто люди обманывались моей внешностью – светловолосый, светлокожий, голубоглазый… Чтобы избежать притеснений, ещё со времён младшей школы я начал заниматься спортом, так что моё телосложение тоже не давало желающим попытаться пристать ко мне. Мама шутила, что в Древней Греции с меня бы лепили статуи… Ну-ну… Хоть с чем-то в жизни повезло… Запищал датчик, оповещая о том, что можно приступать к водным процедурам и я, скинув последнюю деталь одежды, встал под горячие струи, наблюдая за тем, как кожа моментально розовеет. Почему я никогда не могу избавиться от лишних мыслей? Даже в максимально релаксирующей обстановке я продолжил разглядывать себя, вместо того, чтобы отрешиться. Если салатовый и правда флиртовал со мной, то что он разглядел сквозь скафандр? Возможно, ноги? Что ни говори, а регулярные физические упражнения сделали мои бёдра и икры довольно рельефными. Даже вполне свободный комбинезон всё равно обтягивал их в некоторых местах. Или руки? Помнится мне, когда я заходил к ботаникам, то снимал куртку и был в водолазке… А может, я всё себе придумываю и флирт мне вообще привиделся? И о чём с салатовым говорил жёлтый? Впрочем, разве это меня касается? Не-ка-са-ет-ся… И хватит уже думать об этом. Я встряхнул головой и раздражённо откинул отросшую прядь волос, прилипшую ко лбу. Интересно, кто-нибудь на этом корабле имеет с собой ножницы? Надо бы обрезать патлы, чтобы не мешались. Ну или хоть придумать, чем их завязывать. Когда полёт только начался, волосы у меня были слегка выше плеч и не так сильно мешались, а сейчас уже щекочут лопатки. Вода становилась всё холоднее и холоднее – я израсходовал запас нагретой жидкости, можно было выходить. Скрипнула под мокрым телом широкая кровать – привилегия управляющего персонала корабля, к которому я и относился, приветственно мигнул личный планшет, запрашивая пароль, улыбнулась соблазнительная красотка на заставке. Да уж, кто-то скачал себе в полёт множество книг, а я, будучи реалистом, скидывал порнуху. И оказался очень даже прав – у всех по мозгам бил спермотоксикоз. Сам не заметил, как рука опустилась на член и начала надрачивать. Младшенький медленно, словно нехотя, восставал над гнездом белокурых кудрей, пока не оказался в полной боевой готовности. Планшет воспроизводил запись с двумя крайне соблазнительными латинос, горячо ласкающими друг друга, и не среагировать на это крайней степенью возбуждения было трудно. Впрочем, вскоре я отложил устройство и уже двумя руками стал доводить себя до крайней точки удовольствия, мягко массируя ещё и мошонку, поджимающуюся от переполняющих ощущений. До оргазма оставалось недолго, но тут меня прервала включившаяся сирена. «До разгерметизации нежилых помещений осталось двадцать… девятнадцать…» Вот же сучьи потроха! Кто-то изо всех сил начал стучать в мою дверь и, едва натянув трусы, я поспешил её открыть. Признаюсь, сам не ожидал столь наглого вторжения – оттолкнув меня, в комнату буквально ввалились, тяжело дыша, жёлтый и салатовый. Сигнализация заткнулась – видимо, кто-то, кто проживает возле кислородных отсеков, стабилизировал систему. Ну и хвала Вселенной, иначе бы пришлось бежать в неглиже сквозь корабль. Кстати, о неглиже. - Какого хрена? – я захлопнул дверь и раздражённо уставился на незваных гостей. Эти двое, скинув куртки, нагло уселись на мою помятую кровать, а жёлтый так и вовсе держал в руках не заблокированный планшет. – Тебя мама не учила, что брать чужие вещи без спроса нельзя? И что вы вообще здесь делаете? - У меня не было матери, - ответил мой извечный компаньон после небольшой паузы, - только два отца. - Как и у меня. Мы очень похожи, но на то, чтобы понять это, ушло семь недель. Каждый пытался найти пару в других местах, как-то приспособиться, научиться жить в замкнутом пространстве с теми, кто тебе чужд… Я ничего не понимал. О чём они вообще? Какой, нафиг, поиск пары? Именно во избежание ревности и служебных романов, персонал корабля был сплошь одного пола. Впрочем, трахаться никто никому не запрещал, но «Пара» было слишком громким словом для обозначения случайных любовников. - Я сейчас нихрена не понял. Ну ок, у вас были одинаково гомосексуальные семьи, но зачем мне об этом знать, и что вы, ещё раз спрашиваю, делаете в моей личной комнате. – признаюсь, что понемногу раздражался. В конце концов, меня оторвали от очень увлекательного занятия, и член из-за этого пусть ещё не опал, но утратил часть интереса, которым только пару минут назад восторженно горел. Пройдя к рабочей зоне, я уселся на единственный в помещении стул, после чего уставился на нарушителей спокойствия. Первым опять заговорил жёлтый. - Понимаешь, мы нашли друг друга и даже попытались выполнить свою миссию, но тут возникла огромная такая проблема – мы оба нижние. Пассивы, сабы – называй, как хочешь, но… - Вдвоём у нас ничего не получится, поэтому мы пришли к тебе. – светло-зелёный снял шлем, и я замер, разглядывая самые яркие глаза, которые когда-либо видел в своей жизни. Невероятный свет исходил от этих глаз, не давая оторвать взгляд. Не смущал даже вертикальный зрачок, в полумраке каюты сузившийся почти до состояния полоски. – Я сначала думал, что нам сможет помочь фиолетовый, но он чуть было не собрал экстренное собрание, пришлось его убить. А я очень не люблю убивать. - Слава Вселенной, как ты любишь говорить, - теперь и шлем казалось бы досконально изученного мной жёлтого покатился по полу, добавив к освещению сияние, похожее на свет земного солнца. – что я не делал поспешных выводов и не бросился мстить за несостоявшегося партнёра до тех пор, пока не поговорил с собратом. Было бы очень неловко, если бы я перебил половину корабля. В голове впервые за долгое время было пусто. Перед мной сейчас сидят два предателя и, как я понял, убивать меня пусть пока и не собираются, но вполне могут, даже не мучаясь угрызениями совести. И что они имеют в виду, говоря о партнёре, который им так необходим? Впрочем, чтобы не гадать, я напрямую спросил у них это. - А разве не ясно? Нам нужно потомство. Нам нужен верхний. А ты очень даже положительно реагируешь на наши ферромоны, что не может не радовать. – салатовый качнул головой и засмеялся, когда я смущённо осознал, что мой дружок снова в полной боевой готовности натянул трусы. - И хватит уже болтать, ради всех святых. – практически одним движением жёлтый скинул с себя комбинезон, после чего подошёл ко мне. – Не думаешь, что пора прекратить вжиматься в этот стул и присоединиться у нам? У тебя такая большая кровать, да и, - тут он хихикнул и даже слегка покраснел, - не только она, кажется. В голове возбуждение боролось с принципами. Умом я понимал, что это всё неправильно – эти двое всего-навсего убийцы, те, из-за кого корабль множество раз едва не отключился, те, из-за кого весь экипаж находится в опасности, но всё же отказаться от столь манящего предложения было выше моих сил. С глухим рыком я поддался самым низменным своим инстинктам, поднялся со стула рывком и буквально откинул миниатюрного в сравнении со мной жёлтого на широкую кровать, где уже расположился успевший скинуть одежду салатовый. - Имена. – не знаю, зачем мне это было нужно, но прежде, чем дать им то, чего они так хотели, я всё же решил спросить имена, чтобы перестать ассоциировать их со скафандрами и их цветами. – Меня вы можете звать Аланом, ну уж или папочкой, как пойдёт. Жёлтый, стягивая водолазку, сдавленно прошептал, что его зовут Эш. Как буква, - добавил он, - только произносится иначе. Я с улыбкой взглянул на растёпанного, взъерошенного и несомненно возбуждённого блондина, чьи волосы имели практически такой же солнечный цвет, как и глаза. Всё лицо его покрылось неровными пятнами румянца, покраснел даже вздёрнутый кончик носа. - Я Аир. Как воздух, но произносится иначе. Теперь ты перестанешь нас испытывать? – да уж, зелёный однозначно был наглее и напористее, так что, не заставив долго просить, я подошёл вплотную к кровати и, намотав на кулак чужие каштановые пряди, притянул его поближе к себе, не обращая внимания на очевидно болезненное шипение. - Конечно, только тебе придётся немного поработать своим болтливым ротиком, если ты хочешь получить меня внутрь. – в ответ я получил горячий взгляд и чужие руки проворно стянули с меня последний кусок ткани, освободив напряженный член. Впрочем, без внимания он оставался недолго – уже в следующий миг его обволокла приятная теплота чужой глотки. – Не сиди так, Эш-ш-ш-ш, лучше помоги мне – подготовь своего приятеля язычком, если, конечно, не хочешь, чтобы я порвал его. Потому что я растягивать никого не собираюсь. - Нам не нужна растяжка – это наша природа, быть снизу и принимать в себя. Можно я лучше… Можно я сделаю это тебе? – мой компаньон покраснел ещё пуще прежнего, хоть мне и казалось, что это невозможно. Чтобы приободрить его, я протянул свободную руку и поднял его голову так, чтобы заглянуть в светлые глаза. - Можно-оооо матерь Господня. – способность связно разговаривать покинула меня в тот же миг, как чужой нереально длинный язык обвил и сдавил мой член. Я сосредоточился на том, чтобы оставаться в вертикальном положении и почти не заметил пристроившегося сзади Эша. То, что творилось дальше, я вспоминаю до сих пор с лёгкой мечтательной улыбкой. Ласки с двух сторон скользкими и длинными языками быстро довели меня до экстаза, но член опадать даже и не думал. Присев на край кровати, я притянул к себе ужасно возбуждённого жёлтого, не забыв приласкать и подтянуть поближе сыто облизывающегося салатового. Оба они казались намного более хрупкими, чем я, несмотря на не очень большую разницу в росте. Раздвинув аккуратные ягодицы, я нащупал звёздочку ануса и на проверку ввёл в неё палец. Внутри было невероятно горячо, но не так уж и узко, так что нежничать смысла не было. Блондинчик идеально поместился у меня на бёдрах, а затем, не произнеся ни слова, он с довольным урчанием уселся на мой член, придерживая его рукой. - Иди сюда, - откинувшись на кровать спиной, я просто не мог продолжить любоваться открывшимся видом, совершенно не обращая внимания на салатового, поэтому повернул голову на бок и посмотрел на шатена. Он правильно понял мой намёк и вскоре губ коснулась влажная практически пунцовая головка чужого члена. Даже без впечатляющих навыков минета и такого же языка, как и у пришельцев, я быстро понял, что да как и синхронизировал движения со скачущим на мне жёлтым. Комната наполнилась ритмичным скрипом кровати, стонами и всхлипами, но что самое главное – она просто пропахла сексом. Продержаться в подобном быстром ритме удалось не долго – вскоре Эш всхлипнул особенно жалобно, вскрикнул и шокировал меня видом своего оргазма. Его живот буквально разошёлся в разные стороны и из недр появилось множество щупалец, которые хаотично замельтешили в воздухе и выстрелили вспышками яркого света, после чего жёлтый в отключке свалился бы на пол, не успей я поднять колени, переместив его на себя, а потом и на кровать рядом с собой. - Что же, это было… феерично. Но я ещё не кончил. – отстранившись от спящего и очевидно совершенно довольного теперь уже не просто напарника, но и любовника, я развернулся к ещё не получившему порцию секса салатовому, который удивлённо смотрел на меня. - Ты не испугался? – да, он точно был удивлён моей реакцией, но сейчас это мало заботило меня. Не знаю, чего он ожидал, но точно не того, что я схвачу его за ноги и, притянув поближе к себе, навалюсь всем телом сверху, чтобы без предупреждения вставить до звонкого шлепка тяжёлой мошонки о загорелую кожу ягодиц. - Херово… рассмотрел… нужно… повторить… Его стоны, практически крики, перекрывали моё тяжёлое дыхание. Чтобы заставить его быть чуть тише, я прижался к чужим губам в поцелуе. К тому же, этот язык я чувствовал везде, кроме своего рта, так что это стоило срочно исправить. Аир взвизгивал даже сквозь поцелуй, словно каждый мой толчок причинял ему не то боль, не то удовольствие невиданных доселе масштабов. Судя по каменному стояку, смею предположить, что это всё же это было удовольствие. Наконец, почувствовав, что приближаюсь к краю, я выпрямился и, одной рукой придавив излишне шумного любовника за шею к кровати, стал совершать мощные и медленные толчки, то выходя полностью, то вбиваясь внутрь по самые яйца. Смена ритма принесла неожиданный результат и буквально через пару таких движений мне снова открылось удивительное по своей природе зрелище – чужой живот разошёлся в разные стороны, выпуская наружу длинные тонкие щупальца, удивительно похожие на молодые побеги растений. Пару раз хаотично двинувшись, они внезапно выпрямились, став максимально прямыми, словно шипы, и взорвались лучами света, ослепившими меня и толкнувшими за край оргазма. Я пришёл в себя там же, где и отключился – меж двух затраханных до потери сознания и очень довольных тел. В комнате было темно и только местами светились желто-зелёными пятнами света стены, и я сам. Ладно уж, с утра спрошу, что это за херня, а пока… Я притянул к себе этих двоих и тихо приказал системе жизнеобеспечения немного понизить температуру воздуха – так они точно не отползут от меня.