party with silly contest

Всё до невозможности просто: угадать с завязанными глазами, что за человек перед тобой, и назвать его имя. Минхо не сомневался в том, что выйдет сухим из воды, и ему не придётся получать добровольно-принудительный приз в виде одноразового пьяного перепихона. Парень перед ним совершенно ему не знаком, и, если бы не мешающая повязка, они бы даже могли познакомиться и неплохо так пообщаться. Но сейчас они вдвоём стоят в центре импровизированного круга из особо заинтересованных лиц как первопроходцы глупого конкурса, и это даже забавно. Ли хмыкает весело, глядя на немного шатающегося парня, что глупо улыбается, пока ему, в глупой маске для сна с кроличьими ушками, помогают встать напротив "жертвы". Сынмину хорошо и легко, а конкурс с глупыми правилами, заведомо проигрышными в их случае, лишь пробуждает озорство и авантюризм. Хозяин вечеринки сказал, что можно делать всё, что угодно, чтобы угадать человека перед собой, главное - не снимать маску. Окей. Ким собирается выжать из этой ситуации максимум удовольствия. Он вытягивает руки вперёд и, не встречая ничего на своём пути, делает шаг навстречу, едва не спотыкаясь и хихикая от этого. Ладони аккуратно касаются, судя по всему, чужих плеч, и Мин подходит ещё ближе просто потому, что может себе позволить. Пальцы аккуратно поднимаются выше, к шее, и он чувствует, как парень перед ним начинает дрожать от таких прикосновений. О, а это интересно. Сынмин облизывает губы, восхищённо выдыхая из-за чужой реакции, и спускается вниз, к груди, ощущая уверенные рельефы чужого тела. Внутри начинает зудеть и гореть возбуждением, и он сглатывает едва ли шумно для вечеринки, позволяя себе всё больше. Минхо почти умирает от прикосновений, проклиная свою излишнюю чувствительность, когда незнакомый парень шаловливо спускается к прессу, а затем медленно, ощутимо возвращается к груди, едва не выбивая воздух из лёгких. Внизу живота теплеет и завязывается узлом от неосознанных ласк, и он едва сдерживает судорожный вздох, прикусывая губу и откидывая голову. Ладно, возможно, он мог бы пожалеть о том, что парень не назовёт его имя, прямо сейчас. Сынмин входит во вкус, почти забываясь в ощущениях податливости и отзывчивости чужого тела. Да, определённо, он наглеет и тянет время, лапая совершенно незнакомого парня на глазах у десятка людей и не отказывая себе в этом удовольствии, потому что потом они, вернее всего, неловко разбегутся, и Джисон ещё долго будет припоминать ему это яркое событие. Пьяный мозг отказывается адекватно воспринимать происходящее, и Киму кажется, что прошла уже целая вечность, как он плавит и плавится из-за собственных действий, хотя на деле прошло меньше минуты. Он не знает, как выглядит человек перед ним, поэтому представляет первое, что приходит в голову, а именно главного героя недавно просмотренной дорамы. И не останавливает себя, когда сжимает грудные мышцы и получает тихое мычание в ответ. Толпа довольно улюлюкает, когда парень наконец убирает свои руки за спину, и Минхо выдыхает облегчённо, надеясь на то, что его мозг не продолжит дорисовывать картины невозможного совместного времяпровождения. Он смотрит на незнакомца и ждёт, когда сможет смыть с себя краску смущения бодрой порцией алкоголя и танцев. Самая смущающая часть этого вечера вот-вот грозилась закончиться. Ким отходит, переминаясь с ноги на ногу, и улыбается собственным мыслям. Внутри - лёгкая, щекочущая пустота, и он всё же решается закончить это представление. - Так как я всё равно не выиграю, скажу, что ты прямо как красавчик из дорамы, - Мин облизывается коротко, вспоминая ощущения чужого рельефа под своими пальцами, чувствуя, как голова вновь начинает едва ощутимо кружиться, - поэтому будешь Ли Минхо. На какую-то долю секунды в помещении слышится только бас очередного популярного трека, а затем ребята взрываются радостными, удивлёнными криками, и Хо думает, что это какой-то розыгрыш. Сынмин наконец снимает повязку с глаз, и первое, что он видит - растерянное и смущённое лицо потрясающе красивого парня, и довольно улыбается, не до конца осознавая, что только что произошло. *** Когда они остаются в комнате - как назло, с приглушённым светом - вдвоём, внутри Минхо зарождается лёгкая паника. Он не знает, что делать и стоит ли делать вообще что-то. Неловкость оседает на языке и не даёт издать ничего, кроме судорожного выдоха перед предстоящим - Минхо надеялся хотя бы на это - разговором. Дурацкий Хёнджин со своими дурацкими конкурсами и дурацкими призами. Злость почти выходит на первый план, но тот, по чьей вине они теперь здесь, звёздочкой падает на кровать и глядит в потолок, всё ещё продолжая улыбаться, будто ситуация его совсем не волновала сейчас. Минхо хотел бы, чтобы всё, возможно, было иначе. Парень перед ним притягательно красивый, действительно соблазнительный сейчас, с лёгким хмельным румянцем на щеках и обворожительной улыбкой, от которой внутри начинает изнывающе трепетать. Хочется познакомиться нормально, без этих идиотских повязок и смущающих прикосновений, возможно, немного пофлиртовать, выпить вместе, чтобы интерес возник обоюдно и по большей мере осознанно, а не в рамках конкурса. Чтобы парень перед ним трогал его не просто потому, что условия были безвариантными, а потому, что ему действительно хотелось так касаться Ли, заходя немного дальше, чем эти прелюдии в центре импровизированного танцпола. И чтобы секс был победой в их личном конкурсе, в котором они оба явно были бы самыми громкими участниками. О том, что на теле до сих пор фантомно ощущаются чужие руки, Минхо старается не думать, потому что иначе получится как-то совсем глупо и "на одну ночь". А продолжение старший любит больше всего в историях такого рода. Сынмин чувствует, как кровать немного прогибается под чужим весом, и лениво поворачивает голову в сторону парня, смотря на него выжигающе и прожигающе. В голове не то, чтобы ни одной приличной мысли - если честно, вообще никакой, пока он видит перед собой эту шею, к которой хочется прикоснуться совсем не руками, и эти выглядывающие из-под кофты ключицы. Язык коротко пробегает по пересохшим губам от нахлынувшего наваждения, и Ли ловит это движение жадно, сбиваясь с настроя и шумно сглатывая, чем только раззадоривает парня перед собой. Их взгляды пересекаются на короткое мгновение, но оба получают разряд тока по телу, и пространство вокруг них становится опасно горячим. Ким не двигается ни на миллиметр ближе к чужому теплу, которое ещё недавно чувствовал под своими руками, вместо этого медленно вдыхая кажущийся раскалённым воздух, стараясь успокоиться. Он очень хочет, чтобы эта странная шутка в виде конкурса оказалась вовсе не шуткой. И ему действительно не будет страшно в свой первый раз, если он будет с сексуальным красавчиком напротив. Только вместо просьб о том, чтобы его прижали к кровати и заставили стонать так, чтобы всему дому было стыдно, Сынмин выдаёт: - Забей? Мы можем просто лечь спать. Тем более, - он хлопает по ещё хрустящему постельному белью, - нам досталась самая классная кровать в доме. Минхо неверяще моргает глазами. Вообще-то, это он должен был сейчас предложить не творить глупостей и спокойно провести остаток ночи, возможно, в объятиях друг друга и за неловкими, но милыми разговорами. Слова незнакомого парня опасно бьют по самолюбию, а пьяный мозг не подкидывает разумных аргументов в пользу того, что всё идёт по изначальному плану. Принять отказ сейчас кажется подобно смертельной пытке, и хочется доказать, что парень не пожалеет, если передумает. Ли ухмыляется дерзко и - о боже - настолько горячо, что Сынмин поджимает пальцы ног в предвкушении. Он приоткрывает рот, чтобы что-то сказать, но воздух будто выбивает из лёгких, когда Ли наклоняется немного вперёд, скользя по простыне и сокращая между ними расстояние до отметки "опасно". - Неужели нам досталась самая классная кровать в доме только для того, чтобы просто уснуть на ней? - голос Минхо пробирает до внутренней дрожи, и Ким едва ли не хнычет от того, насколько сильно хочет на ней не спать всю ночь, выстанывая имя старшего, находясь под его крепко слаженным телом. - Я надеялся, что ты продолжишь то, что было в центре зала, - шёпот в самое ухо, от которого с губ срывается едва слышный стон. - Или ты не хочешь? - Хочу, - произносится почти моментально и торопливо, пока Ким собирается с мыслями и привстаёт, опираясь на локти и почти не оставляя расстояния между их губами. Взгляд Хо опускается на розоватые, блестящие от слюны приоткрытые губы, и едва сдерживает себя, чтобы не впиться в них требовательно и нагло. Удивительно, что он ещё пару минут назад был готов отказаться от такого сладкого приза. Сынмин улыбается игриво, прикусывает нижнюю губу, и Минхо теряется на пару секунд от такой реакции, чувствуя, как лёгкая волна возбуждения падает вниз. А затем заставляет всё тело пылать, когда парень отталкивает его одной рукой на подушки сзади, затем устраиваясь на его бёдрах. Ладони непроизвольно - Ли готов поклясться - ложатся на чужие бёдра и слабо сжимают, отчего глаза Сынмина в одно мгновение темнеют похотью, и он становится серьёзным, слабо прогибаясь в спине. Горячие руки идут выше по бедру, обжигают чувствительную кожу даже через ткань джинсов, останавливаясь в опасной близости от очевидного возбуждения. Мин едва не теряет связь с реальностью от таких простых действий - цепляется пальцами за края чужой кофты и откидывает голову назад, поджимая губы. Хо сглатывает вязкую слюну от ощущения чужого тела на себе, и едва не шипит, когда чувствует давление на собственный ноющий член. Парень наклоняется вперёд, раззадоривая, обжигая губы напротив дыханием, и начинает извиваться на чужих бёдрах в каком-то полном наваждении, стараясь унять жгучее внизу желание. Минхо старается дышать, пока по-хозяйски, с силой сжимает чужие ягодицы, но дыхание перехватывает, когда он помогает Киму кататься на нём, создавая трение через ткань штанов. Их лбы сталкиваются, и Ли буквально готов умереть от того, как сильно хочет поцеловать парня и ощутить его губы, розоватые от укусов и блестящие от слюны. - Ким Сынмин, кстати, - парень очаровательно, почти по-щенячьи улыбается, и сердце Минхо пропускает удар. Как можно быть таким милым и таким соблазнительным одновременно - всё ещё загадка, но он решает разгадать её, укладывая руку на затылок и запуская пальцы в мягкие волосы. - Рад знакомству. - Ли Минхо, - он прикрывает глаза, потираясь кончиком носа о чужой, и едва сдерживает себя, чтобы не броситься насиловать чужой рот своим языком. Дышать нормально не представляется возможным, и в висках набатом стучит собственное сердцебиение, когда Сынмин издаёт смешок и наклоняется прямо к уху. - А я думал, ты соврал, чтобы продолжить в более... интимной обстановке. Внутри Минхо всё опасно горит красным светом, и он захлёбывается стоном от подобного заявления, сжимая пальцами сынминовы пряди на затылке. Руки проникают под ткань кофты и трогают, гладят, царапают, доводя до дрожи и исступления. Голова идёт кругом от ощущения горячих пальцев на своей груди, внимательно изучающих каждый миллиметр кожи, и Ли толкается на пробу, имитируя и дразня в попытках немного облегчить пульсацию в паху. И рычит утробно, когда чужие ногти бороздят вниз, задевая соски. Минхо целует грубо и требовательно, кусает и прижимает к себе теснее, пока руки в нетерпении сжимают чужие бока. Сынмин раскрывается, чувствуя, как Минхо исследует его рот, мокро и пошло сплетая их языки вместе, и стонет несдержанно, подрагивая от возбуждения, что скручивает внутренности. Пальцы Хо расстёгивают его рубашку медленно, сдержанно, и это сводит с ума ещё больше. Сынмин скулит и извивается, готовый умолять его разорвать эту самую рубашку ко всем чертям, но давится всхлипом, когда старший разводит полы в стороны и обводит кончиками пальцев контуры чужого тела. Он нехотя разрывает поцелуй - слюна вязкая и почти образует ту самую нить - и оставляет прикосновение губ ниже, на линии челюсти, успокаиваясь. Парень перед ним выглядит настолько соблазнительно и маняще, что он не отказывает себе в удовольствии почувствовать солоноватый вкус кожи, поднимаясь влажной дорожкой от соска вверх, к шее. Ким сглатывает и стонет задушенно, прогибаясь и подставляясь под умелые ласки. Кажется, что ещё немного, и сердце прожжёт грудную клетку, и Сынмин сжимает чужие плечи в попытке хоть как-то успокоиться. - Минхо... пожалуйста, - голос срывается на очередной стон, когда парень легко прикусывает ключицу. - П-пожалуйста, прошу. Кожа натурально горит в тех местах, где Ли касается зубами и языком, и Сынмин чувствует, насколько болезненно ноет его член, пропитавший нижнее бельё естественной смазкой почти насквозь. - Ты такой красивый, Мин-а, - шепчет Минхо, вновь обжигая дыханием чужие, уже почти в кровь искусанные губы. - Такой отзывчивый и чувствительный. Просто потрясающий. Ким стонет от подобных слов и сам подаётся вперёд, нетерпеливо и сбивчиво целуя, обхватывая руками шею Хо, пока продолжает кататься на нём и касается его твёрдого, крепкого члена своей задницей при каждом движении бёдер. Тот хмурится и стонет глухо, действительно удерживая себя в руках из последних сил, чтобы не опрокинуть парня на кровать и не трахнуть его так, чтобы весь дом слышал, как ярко они празднуют свою победу. Вместо этого он тянется к молнии на чужих джинсах, тут же получая одобрительно-облегчённый вздох вперемешку со стоном. - Приподнимись, Мин-а, - говорит Ли в перерывах между короткими поцелуями. - Вот так. Умница. Нижняя часть одежды приспускается вместе с бельём, и Сынмин кричит в чужую ладонь, когда пальцы обхватывают его член у основания и немного сжимают. - Чёрт, чёрт, чёрт, - он проговаривает это словно в бреду, утыкаясь лбом в плечо Хо, и пытается толкнуться в чужой кулак. Ли не пытается мучить - сразу начинает двигать рукой вдоль ствола, размазывая большим пальцем смазку по бордовой от сильного возбуждения головке. Перед глазами не иначе, как калейдоскоп, и младший дышит загнанно, не успевая стонать из-за быстрого темпа. Он хнычет и извивается от излишней чувствительности, стараясь удержаться в реальности, пока рука скользит вверх-вниз, не забывая обвести и потереть уретру. Парень чувствует, как внизу скапливается жгучее тепло, и умоляет не останавливаться, потому что слишком хорошо. Голова идёт кругом от ощущений, и он уже почти готов сказать, что уже совсем близко, но Минхо кусает основание шеи, и тело будто простреливает молнией. - Вот так, мой хороший, да, - он проводит медленно от основания до уздечки, продлевая чужое удовольствие, и чувствует, как крупно дрожит в его руках хрупкое тело, после расслабляясь из-за сильного оргазма. Сынмин дышит тяжело, ощущая, как веки будто наливаются свинцом, и позволяет себе закрыть глаза, вдыхая запах чужого одеколона, пота и секса глубже. Он трётся о Минхо и оставляет лёгкий поцелуй на плече прежде, чем провалиться в глубокий сон.