5.
30 ноября 2020 г., 02:34
Для первой половины июня погода была ужасная. Ужасно жаркая, настолько, что все студенты-бездельники заполонили кафе своими тушками, желающими купить стаканчик холодного чая. Они были то тут, то там. Оккупировали место под кондиционером и находились здесь непозволительно долго, по мнению Сюэ Яна, но высказывать он его не успевал, заказы сыпались один за другим.
Народу было настолько много, что, даже когда Синчэнь освободившись присоединился к задолбавшемуся Яну, толпа начала редеть только ближе к восьми. Синчэнь был удивлён тому, насколько хорошо они сработались. Ни одна просьба передать что-либо не была озвучена, хватало кивка или начать говорить и то, что нужно уже было в руках.
Кстати, о руках, они слишком часто касались друг друга. Так думалось Синчэню, но как без прикосновений, если вы вынуждены работать на двух квадратных метрах? Касания не вызывали отвращения, как обычно бывало у нелюдимого Синчэня, а лишь временами вызывали мурашки. Холодные пальцы кратко мазнули по тыльной стороне ладони. Как в такой жаре они оставались такими холодными? Синчэнь остановился с тряпкой в руках, которой натирал столешницу и устало прикрыл глаза, положив ладони на чистую поверхность. Ох, если бы эти ладони легли на разгорячённые плечи, он бы поплыл под ними как подтаявшее мороженое. Синчэнь как будто бы чувствовал этот холодок, поднимающийся по предплечью к локтю, только почему-то стало ещё жарче. Так непривычно, даже приятно.
— Эй, ты совсем что ли заработался, что спишь стоя?
Насмешливый голос слева резко вырвал Синчэня из резко сменивших направление фантазий. Он вздрогнул заметно, удивив Яна своей реакцией. Холодок не был фантазией, его аккуратно держали чуть выше локтя.
— Я просто немного задумался.
Ян медленно расплылся в лукавой улыбке интерпретируя ситуацию как ему хотелось. Но будем честны, он угадал, но узнать об этом никто не должен.
— О чем же вы задумались, господин Сяо? — подойдя ещё ближе, Ян положил острый подбородок на плечо, продолжая смотреть прямо в глаза, — неужто обо мне?
Что за удивительная способность вгонять в оцепенение? Как будто это ему восемнадцать. Синчэнь был возмущён своей же реакцией на подобные провокации. В последнее время он краснел как мальчишка от любых, даже самых невинных комментариев Сюэ Яна. Вот снова он точно определил из-за кого подвис Синчэнь. Но слава богу, он не озвучил ничего такого, о чем на самом деле думал сейчас. Опровергнуть это сейчас он бы не смог.
Давать отпор становилось сложнее, этот кокетливый тон, извечное «Господин Сяо» почему-то заставляло сердце пропускать удары в ответ на ненавистное обращение.
Он слишком долго молчит и смотрит в эти лукавые глаза. Необходимо что-то ответить и, не вызывая подозрений, ретироваться. Не скажет же он ему, что кажется, запал на него? Пф, да бред, не может быть такого. Это всё физиология взрослого человека, у которого давно не было отношений, давала знать о себе таким образом. Ян ещё молод и вся его спесь — это вызов обществу и ему в частности. Вести себя безрассудно может только один из них, и это не Синчэнь.
— Я думал о том, что сегодня очень хорошая выручка и что оставшееся время до закрытия ты справишься сам, а мне нужно заказать ещё десертов и закончить с документами. — Синчэнь отстранился, и, стараясь поддерживать серьёзный вид, собрал зачем-то все книги учёта с кассы — позови, если снова будет завал.
И быстро направился в подсобное помещение, оставив Яна наедине с заходящей парочкой и рядом вопросов в голове.
***
И что это было? Спустя час Сюэ Ян устало упал на стул, опираясь виском в угол витрины. Странное поведение Синчэня вызывало непонимание. Он стойко держался всё время вынося его провокации, а иногда доводил его сам. Правда не в таком контексте, как Чэнмэй. Они играли друг с другом каждый как кому было интересно. Но когда Синчэнь реагировал так, это расстраивало. Он странно реагировал, как будто всё внимание Яна было ему неприятно, и он хотел бы его избежать. Сюэ Ян думал, что его более чем очевидные намеки относительно своих предпочтений и симпатий были даже более очевиднее, чем тот факт, что небо голубое. Возможно, в этом и было дело? Он откинул голову назад, вытянул ноги на соседний стул и громко вздохнул. Возможно, дело было в том, что Синчэнь всё понял, как надо и поэтому стал пресекать все его жалкие попытки привлечь к себе внимание. Еще немного и Чэнмэй начнет жалеть себя, но сейчас почему-то хотелось позволить себе такую невозможную слабость. — И что ты тут развалился, как будто тебе за это платят? Наглый голос по другую сторону стойки принадлежал мелкой девчонке в школьной форме какой-то, очевидно, богатенькой школы. На вид ей было лет четырнадцать, черная челка лезла в глаза, которые были неестественного фиолетового цвета. Линзы, определенно. Вот мелкая выпендрежница. Ещё и хамит старшим. — А мне и платят, — Ян фыркнул, но ноги со стула убрал. Сложил руки на груди и игриво наклонился в её сторону. Синчэнь не обрадуется если узнает, что он грубил посетителям и вел себя неподобающе. — Что-то я не уверена, со стороны выглядишь как бездельник, как тебя сюда вообще взяли, а? — Как, как, через постель. Здесь начальник такая сладкая булочка, ты себе не представляешь, — вот же ж наглая мелочь! Стала его оскорблять, Синчэнь не узнает о том, что он так грубо повел себя с посетителем, если он доведет её до ручки быстрее чем это, заметит кто-то ещё. Мелкая выпучила глаза так, что челка вздрогнула и закрыла часть обзора, а пальцы, вцепившиеся в телефон отчетливо, побелели. Она явно была успешно взбешена, бинго. — Сл.. сладкая булочка? И она только это смогла вычленить? Ян мысленно закатил глаза продолжая игру, тем более до закрытия оставалось пять минут и в случае чего он её просто выдворит за порог. — Да милая, так иногда бывает, что мужчинам нравятся другие мужчины. И некоторые этим даже пользуются, хотя я с ним и так бы согласился на всё что угодно. Девчонка ошарашено моргнула, но с места не сдвинулась и резко заголосила: — Ты че несешь, паршивец?! Дагэ!!! Дагэ, ты где?! — крикнула девчонка, наваливаясь на стойку практически заставляя Чэнмэя отринуть назад. Кого она зовет, да ещё так нагло лезет на стойку. — Эй мелочь, веди себя прилично, здесь явно нет твоего братца, нечего так голосить. Сейчас выйдет начальник и выкинет тебя. — Это он тебя скорее выкинет, бестолочь. Ты же совершенно не умеешь вести себя с посетителями. Ян только хотел снова сказать, что с такими посетителями себя только так и надо вести, но не успел. Синчэнь громко хлопнув дверью подсобки, вылетел на шум. Бормоча что-то типа: «Какого…» и «Что здесь за шум», уставился на них замерших в боевых позициях по разные стороны от стойки, в окружении мрачной атмосферы. — А-Цин, я совсем забыл! — вскликнул Синчэнь выбегая из-за стойки и сгребая в объятья, возмущающуюся по поводу, что о ней могли забыть, мелочь под офигевший взгляд Сюэ Яна. — Вы, что знакомы? — А ты думаешь, я бы стала орать на всё кафе «Дагэ!» если бы никого здесь не знала?! — Я бы не удивился, — ровно ответил Ян. — Вот грубиян, — выпутываясь из объятий, А-Цин повернула голову в сторону Синчэня, а пальцем указала на А-Яна, — твой ненаглядный работничек совершенно не умеет работать с посетителями. Он сразу набросился на меня, как я пришла. — Эй, ты первая начала на меня наезжать, я тихо сидел никого не трогал, — Сюэ Ян успей обойти стойку и теперь так же тыкал в неё пальцем. — А нечего спать на рабочем месте! — Я не спал, а отдыхал, ты вообще хоть день работала? Сегодня был завал, любой бы устал. — Братец не устает. — Да он свалил, оставив меня одного под конец! Конечно он не устает, конечно. — Братец! Он мне не нравится, ты говорил, что твой новый работник милый и веселый, а это что? А еще он слухи о тебе распространяет не лицеприятные. Синчэнь наблюдавший за этой перепалкой с упавшей челюстью услышав вопрос, адресованный ему, выпал из оцепенения незаметно краснея. — А-Цин! Мы говорили с тобой уже не раз, что со старшими нужно говорить уважительнее. — С ним-то? — снова палец, направленный в грудь Сюэ Яна, — да он же тоже школьник! Да еще и такой бессовестный, ты ему работать разрешаешь, а он заявляет, что ты сладкая булочка, и получил это место через постель. На все кафе, при всем честном народе, что подумать могут?! — Здесь была только ты, — вставил свои пять копеек Ян, отмечая, что румянец на щеках Синчэня расцвел ещё ярче и, что тот в упор смотрел на него. — Сладкая булочка? — тихим голосом спросил Синчэнь проигнорировав замечание про постель. За пару секунд изменился в лице пройдя, кажется, по всему спектру своих эмоций и резко рассмеялся. Да так громко, как Чэнмэй ещё не слышал, как и А-Цин видимо тоже, ввергая их в шок. Они неловко молча переглянулись, мысленно согласившись с тем, что Синчэнь сбрендил. И синхронно перевели взгляд на заливающегося Синчэня. — Господин Сяо, вы все-таки сбрендили от работы, я прав? — П...простите, ахах, мне кажется, это нервное, — коснувшись лба и убирая выбившиеся пряди за ухо, Синчэнь смог ответить хоть что-то связное и продолжил, — О, боги. А-Ян, это моя младшая сестра А-Цин, а я говорил, что она тебе понравиться, А-Цин это Сюэ Ян и я его не уволю, потому что он работник месяца, ахах! Кажется, эта речь снова всех шокировала, потому что ответить Ян смог только что-то бессвязное под тихие смешки Синчэня, который всё не мог успокоиться. — Понравится? Да ты бредишь, не-а, несите другую, эта мелочь совершенно невоспитанная. И конечно я работник месяца, я пашу тут больше всех, а вы, господин Сяо, ведете себя странно в последнее время, боюсь заразиться от вас, так что я, наверное, пойду. Попытка уйти, не закрыв кафе была пресечена неожиданно резво. — Подожди! — Синчэнь почти рванулся в его сторону и остановился. — Хм, нужно закрыть кассу, а потом мы можем спокойно попить чай все вместе, незачем ругаться. Тем более десертов осталось немного, а завтра привезут новые. Один из главных рычагов давления на Сюэ Яна был успешно задействован. Отказаться от бесплатных сладостей он не смог бы, даже если бы его жизни угрожала опасность. — Только если чизкейк мой, — Ян сложил руки на груди. — Эй, он здесь только один, мой любимый! — вскрикнула А-Цин. — Идет! — быстро согласился Синчэнь заставляя мелкую обиженно поджать губы, а Чэнмэя улыбнуться. Эта мелкая была невыносима и когда они закончили с закрытием и сели пить чай, она предпринимала пару попыток отобрать порцию Сюэ Яна. Но под укоряющим взглядом брата она быстро успокоилась и начала беспрерывно щебетать о том, что происходит в школе. Тихо наблюдая за Синчэнем и внимательно слушая мелкую, Ян узнал много полезного. Например, он узнал, что А-Цин и правда учится в дорогой школе, куда её устроил старший брат. Живет она там же, в общежитии, но иногда приезжает на выходные и каникулы. Ещё он понял, что они достаточно близки и если он хочет понравиться Синчэню, то ругаться с ней не желательно. А хорош братец, такой мягкий и одновременно требовательный. Проигнорировал речи о его недостойном поведении и пытался вразумить мелкую вести себя прилично. Разрешил забрать её любимый десерт и совершенно мило краснел, и смеялся, услышав про «сладкую булочку». Так стоп, он же совершенно ничего не сказал ему по этому поводу? Такое фривольное поведение простить было почти нереально, даже такому очаровашке как А-Ян. Неужели он не против его внимания? И только сейчас он вспомнил, что А-Цин упомянула о том, что Синчэнь считает его милым и весёлым. Быть не может! Выпадая из размышлений Чэнмэй понял, что всё это время пялился на Синчэня, который с почти незаметной улыбкой наблюдал за ним краем глаза продолжая слушать сестру. Щеки Сюэ Яна впервые покрылись румянцем.
