Пара строк о ней.

О волосах.

Наверное, в мире нет ни одной девушки, чьи волосы привлекали бы меня так же сильно, как и её. Мягкие. Блестящие. Длинные. Они были цвета тёплой осени. Тёмно-рыжие с бронзовым отливом. Пряди её волос всегда было приятно перебирать в ладонях и пропускать сквозь пальцы, как воду, и связывать в толстую косу. Чаще всего её рыжие локоны аккуратно спадали на точёные плечики. К. почти никогда не собирала их в хвост. Такое происходило нечасто, но всё же случалось.

О глазах.

Я почти уверен в том, что ни у кого на свете нет таких же глаз как у неё. Чёрный зрачок опоясывает зелёная лента, а ту в свою очередь коричневая. Если отойти от неё примерно на метр то вполне может показаться, что они у неё полностью карие. Ну, а если подойти поближе, то можно заметить этот таинственный кошачий окрас. Я был свидетелем того, как она плакала. Цвет радужки поменялся мгновенно, становясь яблочно-зелёным. Это было прекрасно, но и в прекрасном есть свои тёмные стороны. Всю картину об этой плачущей деве портили краснеющие нос и щёки. Всё-таки что не говори, но женщины не умеют делать это красиво.

О губах.

Розовый бутон. Сочный. Манящий. Её губы достаточно пухлые и абсолютно целовабельной формы. Их постоянно хотелось смять в страстном поцелуе, а порой искусать до крови, чтобы потом она разрывала острыми передними чуть неровными зубами тонкую плёнку, которая затянула неприятную ранку. Мне нравится то, как она произносит слова, как рассказывает алфавит непонятно зачем. Губы раскрываются в немного нелепом «А», которое легко спутать с возбуждающим «Ах». Губы растягиваются в улыбке, вытягивая игривое «И», отчего захочется улыбнуться ей в ответ. Губы складываются в трубочку для непродолжительного «О», которое почему-то захочется подхватить вслед за ней. Губы сжимаются в плотную линию для гладкого «М», которое некоторым покажется томным. Так можно продолжать до бесконечности.