На ход впереди

Она тихо встала, зашла в дом, я безнадежно опустил голову, но последовал за ней. Девушка, которая заставляет меня рисковать всем, должна произнести это вслух. Я не смогу ни на шаг отступить, пока не услышу «уходи» из до боли знакомых уст. Вдруг улавливаю её спокойную просьбу помочь отодвинуть стол в кабинете. Когда стремительно пересекаю гостиную, рыжая макушка исчезает за столом из красного дерева. Выполняю просьбу, двигаю дурацкий предмет мебели, скидывая с поверхности все намеренно раздраженно. Марисса изгибает бровь, неужели не понимает, что молчание и перестановка мебели не решат нашу затягивающую в зыбучие пески проблему. Растягивает мои муки и расшатывает прежде прекрасно выверенную психику. Меняю показное раздражение на искреннюю мольбу в глазах, и она снова исчезает за столом. Я заглянул за него, перегнувшись через столешницу. «Когда она успела взять нож для писем?», — только и крутится на уравновешенных остатках моего беспомощного в эти секунды сознания. Невозмутимо вытаскивает деревяшку из пола и, нащупав что-то, облегченно вздыхает. Когда она передаёт мне конверт, я призываю всю выдержку и профессиональное хладнокровие. А, к черту все! Разрываю конверт. Фотографии гладкой волной рассыпаются по паркету, в руках остаётся одна, но я уже увидел больше, чем хотел бы. Несколько кадров на Jackson Street в Чикаго 4 года назад. Все будто темнеет и комната, как в замедленной съёмке, становится выше. Прикрываю глаза и оседаю на пол, невыносимо тяжело прятать голову в руках. Нежное прикосновение возвращает меня в реальность, тонкая рука протягивает ещё одно фото в завершение мозаики моих вопросов, и уверенно настойчиво касается моей щеки.