Фанфик: " Молодёжка". Макеев и Стрельцов.

Продолжение Глава 8. Молодёжка:"Макеев и Стрельцов". Меня просто мучила совесть. Я пришёл в больницу однажды к нему, и он просто сказал, что не хочет видеть меня. Я просто был обречён. Я это сделал не специально - это была установка тренера, так как за мной было много косяков. Я просто был в тот момент подавлен. Я просто злился на себя. Я его сломал, он теперь не сможет играть в хоккей из - за меня. Меня дисквалифицировали на 10 матчей. Я знал, что Серёга долго восстанавливался. У него было деформация колены. Я сам был в тот момент виноват.Я просто хочу с ним помириться. И теперь мы встретимся на льду, никак мальчики по 16 - 20 лет(хоккеисты), а как тренера - учителя. Вот мы и с ним встретились, я был очень рад его видеть, но он меня нет. Я был подавлен и разочарован. Жалко, что он ненавидеть меня. Просто были столько лет знакомы, а потом наша дружба окончательного разрушалась. Я пытался все в это с ним поговорить , но не получалось у меня. Он просто не хотел меня видеть и слышать. Однажды, я его увидел после тренировки и позвал его. Pov. от Макеева. Я услышал, как кто - то меня зовёт и увидел его. Это был Стрельцов. Я был очень зол на него. Он начал говорить мне. - Серёг, давай поговорим. - Мне нечем с Вами( акцент с Вами) разговаривать! - прокричал я. - Не злись на меня, давай поговорим в кафе? - Нет! Как ты смеешь говорить мне это сейчас? Я тебя видеть и слышать не хочу! - Не хочешь, так пусть дальше у нас будет вражда, между нами с тобой... Макеев. - он это сказал с ухмылкой на лице. Я сказал: - Давай поговорим. - Но не здесь, а в кафе. -Хорошо - я сказал с грустью на лице. - Вот и замечательно, я жду тебя на улице. - сказал Стрельцов и ушёл прочь. Я переоделся вышел на улицу и с ним направились в кафе. Мы пришли в кафе, и Стрельцов нарушил молчание. - Ты что - то будешь? - Нет , спасибо, ничего не хочу. Что тебе нужно от меня? - спросил я напрямую. - Хорошо, я понял ты хочешь ближе к делу. - сказал Стрельцов с ухмылкой на лице. Не успел начать рассказ Стрельцов, как вдруг Макеев увидел...