разбиться ради тебя

Утро Кароль началось как всегда мучительно. Сначала не хотелось подниматься с кровати в такую рань, ибо сон после прямых эфиров очень важен, позже звонок Паши, который явно звонил не просто так в 7 часов. Единственное, что давало сил певице — встреча с Юлей. Тина освободилась в 11 часов, и сразу написала подруге адрес и время, дожидаясь ответа. На удивление самой поп дивы, ответное сообщение от её Юлечки пришло очень быстро, будто та сидела на телефоне и ждала. — Иду собираться, и по дороге заеду в магазин, что то нужно купить? — Нет, всё есть. — А из сладкого? — Из сладкого — привези себя) POV Юля Ох Кароль, знала бы ты что с ума сводишь ты меня такими фразами. Почему мне это срывает крышу? Боже, дай мне сил держать себя в руках, ибо моя крыша уже летит вниз с такой же скоростью как и моя гетеросексуальность когда я вижу тебя. — Ой, я все равно заеду в магазин. — Тогда возьми что хочешь, а я уже готовлю нам обед. Знала бы Тина, что единственное что хочет взять Юля так это её. На столе, либо же в гримерке, а может прям на паркете, когда блондинка говорит «Юлечка» — Санина пока не решила. Сообщение поп дивы осталось без ответа, ибо Юля сразу побежала одеваться. — Думаю белая рубашка и черные штаны будут в самый раз, — решила Юля, зайдя в гардероб. Время шло до боли медленно, хоть Кароль и приготовила, убралась в доме, внутри было жуткое волнение. Она то и делала, что ходила вокруг своего дома, каждые две минуты проверяла свой телефон в надежде на маленькое сообщение «Я на месте, открывай». Через пол часа она все-таки его получила, правда не в такой форме. — Уже возле твоего дома, жду тебя, Тинуль. Сердце Тины забилось в бешеном ритме, коленки задрожали, а на лице читалось и волнение, и безумное желание увидеть свою «любимую женщину», которая уже прибыла к ней. — Юляяя, — прокричала она радостно как ребенок, который впервые за долгое время увидел кого то самого близкого. — Привееет, — подбежала Юля, заключая блондинку в своих крепких объятиях. Мурашки. Тепло. Какая то химия в душе и тысячи фейерверков, которые взрывались в телах девушек. Разцепить такие нежные, долгие объятия смогла Юля, осознав что Тина в лёгком костюме, а на улице не лето, и даже не весна, а серая, такая холодная осень. — Кароль, тебя не учили на улицу одевать верхнюю одежду? Давай в дом быстро! На самом деле, Тина даже не и почувствовала тот холод, ведь в руках своей девочки было так тепло и так уютно, что совершенно не важно что творится в этом мире, ведь главное то, что внутри. Но певицы все-таки забежали в дом, где уже пахло вкусной едой, везде ярко светили красивые фонарики, и казалось, что в этот момент, впервые за все года, дом ожил. В нем присутствовала любовь, нежность, доверие, а главное искренность. День Юли и Тины пролетал незаметно, уже пообедав, они переместились в гостинную, где разожгли камин, и сидя с бутылкой хорошего дорогого вина, обсуждали насущные темы. Для рок дивы существовала только она — нежная, хрупкая девочка с глазами Вселенной, которую хочется спрятать, защитить от всего мира, с которой хочется провожать закаты и наблюдать за звёздами. На Тине был домашний костюм, минимум косметики, но менее сексуальной от этого она не становилась. На лице Саниной непроизвольно появилась улыбка, такая детская, которую скрыть она уже не пыталась, давая волю своим чувствам. — Я тебе уже говорила что ты прекрасна? , — неожиданно для себя выдала Юля. — Сегодня нет, а вообще, говорила, — произнесла Кароль и залилась смехом. — Так вот, знай это и никогда про это не забывай. — Юля, — прошептала она и положила свою руку на колено Юли, — я рада что мы можем так искренне поговорить, не прячась за масками, очень благодарна тебе за это. Да, Тин, Юля тоже благодарна за почти что оргазм, который только что испытала, когда ты так по хозяйски коснулась её ног. А ещё больше Юля рада что смогла скрыть свои эмоции, ну, а тело предательски покрыло мурашками. — Люблю тебя, — с улыбкой сказала рок певица, и положила свою руку сверху руки блондинки. — И я тебя, Юль, люблю. То ли сейчас было признание века, то ли вино дало в голову и потянуло на честность, объяснить никто не сможет. Но впервые за 8 лет Тина почувствовала себя нужной, почувствовала себя живой, осталась лишь малость — жить с этим, принять это и решать как дальше существовать в этом огромном мире, когда уже каждая твоя клеточка наполняется любовью, и к сожалению, этот процесс Тина уже не остановит. А если честно, то это уже не имеет никакого значения — она полностью растворяется в девушке напротив и даже не сопротивляется. Да, пропадет, да, сломается, да, станет зависимой, всё это уже не важно. — О чем ты задумалась? , — спрашивает брюнетка, нежно потирая её пальцы. Сказать правду или снова спрятаться за пустой фразой «все хорошо»? — Тебе горькую, больную правду, которая может все разрушить или же ложь, которая спасет многих? На секунду Юля замирает, ведь знает что это такое, знает что такое всё скрывать в себе и прятать за тысячи замками, не давать никому притронуться к сокровенному и больному. И когда люди лезут в душу, когда люди узнают слишком много, наступает фиаско, падение, желание сбежать и больше никогда никого не видеть, ибо это своё, своё личное, что не даёт спать ночами, но уже так приелось в душе. Но Санина оценивает все риски за пару секунд и понимает что назад пути нет, его просто стёрли, а рядом оказалась Тина, открытая как никогда и не при ком, как окаленный провод, который нужно защитить и не дать ему сгореть. — Я хочу слышать правду, — шепотом просит Санина и сжимает ладони своей любимки. — Считай это как за правду, — отвечает Тина и резко впивается в губы Юли. Время остановилось. Сердце перестало биться, по всему телу пробежали тысячи мурашек, а внутри творился ураган из чувств. Не единой мысли о том что «правильно», а что «неправильно», всё в миг стало понятным, и появилось только два решения этой ситуации, за что Санина была благодарна. Юля ответив на поцелуй, прижала к себе блондинку на сколько это возможно, на удивления Тины, которая уже не понимала в какой вселенной она находится, рассудок был затуманен, а в голове только искры, салют, будто она выиграла самый дорогой приз в мире, будто теперь она его обладатель. Поцелуй закончился лёгким причмокиванием Тины, которая уже не могла отлипнуть от влажных губ Юли. Самое сложное — посмотреть в глаза, боясь увидеть ненависть, потому что любви Кароль больше не боится. Ей нечего терять, у нее есть только её раскаленное сердце и желание отдавать всю любовь, все остальное — не имеет смысла. Санина заглянула в глаза полны страха, и нежно улыбнулась, её лицо освещала лучезарная улыбка, а в глазах были те самые огоньки. — Ты… выглядишь… счастливой, — прошептала Тина и удивилась. — А что, мне плакать что ли? Меня только что поцеловала Тина Кароль — самая лучшая девочка в этом мире. — И ты не хочешь разорвать нашу дружбу, уйти и больше никогда меня не видеть? — Глупенькая, нет конечно, но вот только один вопрос, — со вздохом произнесла фронтвумен, — Дружбу, Тин, дружбу? Кароль залпом выпила свой бокал вина и наконец то сказала то что так долго держала в себе: — Не знаю, Юсь, я сама ничего не знаю, я не знаю что люди вкладывают в понятие «дружба». У меня просто такого не было, не знаю как люди полностью открываются другим и доверяют им свою жизнь, я всего этого не знаю, я понятия не имею как это доверять безоговорочно и любить безусловно. Но я чувствую только одно, что чертовски люблю тебя, расшифровуй это слово как тебе угодно, но оно не передаст даже одной сотой части всего того, что происходит в моей душе. И если это любовь, то забирай меня всю, забирай всю мою любовь и делай что хочешь. Все будет как ты решишь, Юлечка. — Тина, — шепчет Юля и прижимает к себе блондинку. Человек, который вывернул душу наизнанку, сейчас в руках Юли и она понятия не имеет как жить дальше. — Я люблю тебя, моя хорошая, — произносит Санина и целует Тину в макушку. Их губы снова соприкасаются, ибо слова здесь лишние, нужны касания, много касаний что бы наконец то почувствовать то, что искал годами. Прошли месяца, недели, дни. Мучения, боль, слишком много сказано, слишком много сделано, и они обе понимают что обречены. После очередного тяжёлого дня, Кароль сидит возле камина, смотря на огонь, и чувство будто скоро все поменяется загорается в ней как тот самый единственный кусочек деревяшки, что резко загорелся и теперь горит ярче всех. Тине уже всё равно, Тина зависима, Тина вдохновляется лишь Юлией, Тина по тысячи раз за день просматривает интервью своей любимой женщины и пытается найти хоть какой то ответ. Стук в дверь. Певица чувствует себя главной героиней типичного американского фильма, где за дверью должен быть человек, который изменит её жизнь. Так и происходит. Её дыхание сбивается как только она видит в дверном проёме свою Юлю, которая прожигает её своим взглядом. — Пустишь? , — спрашивает она. — Конечно, проходи. — Нет, Тин, ты пустишь меня в свою жизнь? , — с волнением спрашивает Юля. Моя. Внутри все рушится и остаётся лишь пропасть, в которой Тина тонет доставая до самого дна. Ещё несколько месяцев назад, ответом было категорическое нет, но теперь, почувстовав любовь, которая была дарована с небес, Тина полностью в ней растворяется. — Я ответила на твой вопрос. — Тина, — Юля подбегает к Тине и наконец то обнимает свою котю. — Юля, — шепчет Тина. Приход к Тине был знаком Юли, что она теперь её, и Кароль без слов это понимает, она все прекрасно осознает и уже через секунду шепчет «Я люблю тебя» прям в губы Саниной. — Моя, и только моя, — отвечает та, и дарит им двоим такой сладкий поцелуй.