Все твое - мое

      Тусклый солнечный свет постепенно проникал внутрь спальни, позволяя частично ориентироваться в полумраке. Ребята сопели и храпели как могли, макнэ утонул в теплом одеяле, что даже волос не было заметно. Лидер и самый старший лежали лицом к стенке, оттолкнув от себя покрывало. А Чонсон и Джэюн спали в странных позах, один уткнулся лицом в подушку, у другого нога свисала вниз. Лишь двое парней тихо спускались по деревянной лестнице с верхней кровати. Оба выглядели уже достаточно бодро, только растрепанные волосы и слегка опухшие глаза портили весь образ. Впервые не хотелось спать после пробуждения.       Младший до сих пор испуганно смотрел перед собой. Спина, рука, затылок — это тело точно принадлежало ему, однако сейчас он видит его со стороны. Удивляло одно, как он еще не начал кричать на весь дом. Между тем Пак настороженно оборачивался по сторонам, оглядывая каждого из мемберов, в надежде что те не проснулись. Наконец покинув спальню, старший, а точнее младший* волочил собственное тело к уборной. Вид у него был явно невеселый. Нахмуренные брови, холодный взгляд и сжатые губы – он в ярости.

*Сонхун (в теле Сону)

- Что за? – испуганно спрашивал Сону. – Хен, это что сон? - Если бы! – голос собеседника сделался грубее.       Одно резкое движение и замок двери громко щёлкнул, развеивая тишину вокруг, отчего младшего еще больше кинуло в пот. В ванной и без того не так много места, что тесно находится здесь даже одному человеку. Но в данный момент это никого не волновало, поэтому приходилось стоять почти вплотную друг к другу. Зеркало находилось прямо за парнями, и Ким в конце концов решил взглянуть на себя «нового». Его изумлению не было предела, нижняя челюсть была готова соприкоснуться с полом в ту же секунду. Эти знакомые даже слишком, черты лица находились теперь прямо перед ним. Глаза, истощающие равнодушие даже когда парень находился в шоке, смотрели в душу. Любое движение руки или пальцев - все повторялось в отражение. Вскоре он прекратил разглядывать себя, и повернулся к собеседнику лицом. - Как? – вырвалось с его уст. - Я не знаю, - ответил Сонхун. – Сейчас уже не важно как, нам нужно быстрее все исправить!       На первый взгляд можно не заметить никаких отличий от настоящего Ким Сону, но такие мелочи, как взгляд, эмоции, движение – не были его. Единственное что не изменилось в образе парня – голос и лицо. Остальное в точности описывало вечное состояние хена, когда они находились наедине. Младший, который сейчас являлся старшим, заинтересованно наблюдал за своим товарищем, будто увидел перед собой восьмое чудо света. Он оглядел все с ног до головы, постоянно прикрывая лицо ладонью, и постоянно восклицал.       Парни стояли все еще близко, поэтому напряжение только набирало обороты. Осознав все еще раз, Сону схватился за лицо, затем начал быстро перемещать руки по всему телу. Заснуть в своем родном теле, а проснуться в совершенно другом. Этого уж точно не было в планах на сегодня. Утешает только одно, сейчас парень был немного выше себя прежнего. Губы машинально расплылись в невинной улыбке от таких мыслей, что не совсем обрадовало старшего. Его взгляд сделался в разы холоднее, пуская мурашек по спине. - Есть мысли, как такое вообще могло случится? – спросил он. –Почему именно мы? Ты что-то странное не замечал перед сном?!       Вопрос шел за вопросом, младшему не удавалось нормально обдумывать ответ. Как в ту же секунду, хен начал надвигаться на собеседника, стесняя второго. От того что обстановка накалялась, мозг уже отказывался трезво думать. Расстояние между ними сократилось в разы, Ким чувствовал горячее дыхание на своей груди. Сделав пару коротких шагов назад, парень встретился со стенкой, и такое положение его не устраивало. Конечно, он понимал, что зря улыбнулся, однако теперь его тело косвенно старше. Исходя из этого он вправе сказать что-то наподобие: «Как ты ведешь себя со своим хеном?». Правда это было довольно рискованное решение, да и непривычное. Не хватало еще больше разгневать Сонхун-хена, чтобы в итоге все закончилось ссорой. - Со мной все было как обычно, я просто устал, - младший замешкал. – Вот и пошел спать пораньше. - Должно быть что-то, - Пак отстранился, освобождая пространство товарища. – Я тоже ничего не заметил необычного.       Ручка двери неровно зашаталась, издавая металлический звон. Наверняка кто-то из ребят проснулся из-за шума, и, скорее всего, это был Чонсон. Обычно он просыпается раньше остальных, для того чтобы занять ванную первым и спокойно умыться, а затем разбудить всех. Молчание длилось недолго, хен за дверью издал звук, похожий на вопрос «Кто там?». Парней, находящихся в ванной, сразу бросило в холодный пот. Но, Пак не растерявшись, снова прикрыл ладонью рот младшему, после чего сказал его клишированную фразу: «Я увлажняю кожу, скоро выйду!». Абсолютно все в общежитии знали, насколько долго это его «скоро выйду», поэтому Джей, ничего не отвечая, побрел обратно к кровати.

***

      Небольшая видеокамера в машине, висящая перед лицом, записывала все. Также и то, как Сону, в теле своего хена, отчаянно поправлял новую короткую прическу. Самый старший, сидящий позади, с улыбкой наблюдал за парнем. Наверняка он находил в этом что-то смешное или милое, отчего даже спросил: - Ты пародируешь Сону-я? - Что? – испугался младший. – Нет, хен.       Хисын в очередной раз усмехнулся, а затем уткнулся в свой телефон. С облегчением выдохнув, Ким поудобнее сел. Голова трещала от всего. Ему казалось все ужасно непривычным, начиная с похода в туалет. Вот это было настоящим испытанием для парня. Пришлось делать все полузакрытыми глазами, а когда он завершил, его посещали разные мысли, не давая покоя. Да, в этом не было ничего такого, однако все же неловкость поглощала изнутри. Он также боялся представить как его старший прошел через это. Отныне смотреть в глаза хозяина тела ему будет стыдно.       По дороге до центра города в салоне автомобиля была необычная тишина, никто даже не пытался начать разговор. Только Сону* изредка настороженно глядел, на сидящего рядом. Сверлил таким непривычным и серьезным взглядом, что его товарищ чувствовал жуткое давление. И вот в очередной раз парень сложил ноги вместе, потому что не понимал, чего от него хотят. Спустя какое-то время рука младшего незаметно указал на нижние конечности, говоря, что хен сидит в странной позе. Немного поерзав на месте, Сонхун* послушно расставил их в разные стороны, сдержанно кивнув.

*тело Сону (Сонхун), тело Сонхуна (Сону)

- Вы, - скептически начал Джэюн. – В порядке? - Что ты имеешь в виду? – неожиданно спросило тело Кима.       Его взгляд сразу изменился после того, как с ними начали разговаривать старшие. Не дожидаясь ответа, парень повернул голову к своему родному телу, не сильно нахмурив брови. - Да, что ты имеешь в виду? – видимо он хотел сделать тон расслабленным, но получилось совсем не то, что хотелось.       Лица двоих хенов сделались удивлёнными на мгновение. Вскоре Хисын-хен снова глупо улыбнулся, показывая всем свои ровные зубки. А Шим просто кинул настороженный взгляд на своего друга, который не поворачивался за все время поездки. - Вы что поссорились? – спросил самый старший. – Сону-я, ты снова злишься?       В доли секунд лицо Сонхуна сменилось на более милое и нелепое, отводя все подозрения. Кто бы мог подумать, что его младший просто ужасен в актерской игре? Мысленно парень уже начал биться головой об стенку лишь бы не видеть эту жалкую пародию себя. Однако сейчас надо любыми способами взять ситуацию под контроль, чтобы эти двое ничего не заподозрили. Наконец пришло время показать себя, и статус превосходного актера точно закрепится за ним. - Нет, хен попросил помочь ему с милой мимикой лица и интонацией, - «непроизвольно» взмахнуло рукой тело младшего. - Вау, - заинтересовался Хисын. – Так вы можете терпеть друг друга?       Оба старших сразу засмеялись, наполняя машину шумом. Душа готова была упасть в пятки, но вроде бы парню удалось избежать недопонимания с их стороны. Хены ожили, и пока что-то обсуждали, Сону виновато посмотрел на собственное тело, неожиданно его взгляд скрестился с чужим. Недолго думая, Ким потупил глаза на резиновый коврик, находившийся под ногами.

***

      На этот раз съемочную площадку полностью изменили. Посередине стояла одна большая декоративная зона. Яркие, неоновые светильники, расставленные в ряд, образовали собой небольшой коридор. Красный ковер лежал между этими рядами ламп, а на заднем плане висела черная, матовая ткань. Атмосфера была мрачной, одновременно аристократичной. Вокруг туда-сюда сновали разные работники, операторы обсуждали методы съемок и остальные замороченные вещи. Менеджер отошел по делам, оставив ребят на своих помощников.       В конце концов парней отвели в гримерную, где им отдали новые наряды. За дверью их уже ждали различные стилисты и визажисты, стоящие возле столиков с зеркалами. Времени до съемок было мало, поэтому они даже выдохнуть не успели, как вокруг начался полнейший хаос. Закончив с макияжем и прическами, участников отправили обратно в зону съемок.       Хоть они сейчас и находились в отапливаемом помещении, им было прохладно в новых костюмах. Сегодня у ребят снова готика, однако одежда отличалась от вчерашней. Красивые черные пиджаки с белыми узорами и вшивками на воротниках и груди, привлекали внимание мемберов. Все внимательно изучали наряды друг друга, вечно прикасались и как-то шутили.       Единственные кто остались в стороне были двое «переселенцев», которые держались все время вместе. Не будь здесь других, Сонхун бы давно начал отчитывать товарища, за произошедшее в машине. Парень обреченно кинул взгляд на младшего, незаметно потянув его за край одежды. - Я знаю ты сейчас нервничаешь, - начал он. – Но, пожалуйста, соберись.       В груди неуловимо кольнуло от этих слов. Сону стоял напротив своего собеседника с опущенной головой, ему было до сих пор стыдно за себя. Часто заморгав, парень переводил свой дух, затем решительно взглянул на старшего. Их глаза мгновенно встретились, отчего сердце сжалось сильнее. - Вроде мы работаем сегодня все вместе, - тихо сказал хен. - Так что я тебе помогу.       Наступили долгожданные съемки, фотограф вечно переставлял мальчишек, менял их местами. Слышался его громкий голос, который иногда сильно раздражал. Ким не мог нормально сосредоточиться на фотосессии, вечно витал в облаках, не обращая внимания на других. Спустя час или полчаса с этим было покончено, парням позволили недолго отдохнуть. Они могли потратить время на обед, чем хотел заняться парень. В этот момент к бедняге со спины подошел Джэюн-хен. Он дружелюбно улыбнулся ему и заговорил: - Ты сегодня потерянный, что-то произошло? - Нет, нет, - отодвигаясь от старшего, ответил Сону. - Тогда ты переживаешь из-за Ддону-я? – подмигнув, спросил Шим.       После этого вопроса хена сразу позвал оператор с фотографом, парень еще раз улыбнулся и пошел прочь. Застыв на месте, младший прокрутил услышанное еще раз в голове, однако не понимал в чем кроется смысл. Обеспокоенно оглянувшись, он пытался найти глазами свое настоящее тело, только ничего не вышло. Вокруг ходили работники, шумно обсуждали что-то. Остальных ребят тоже не было видно в толпе. Сейчас парня охватило настоящее отчаяние, словно он маленький ребенок, который потерял свою маму.       На плечо резко легла чужая рука, что испугало Сону еще больше. Дрогнув всем телом, он повернулся лицом к незнакомцу, которым оказался его хен. Сердце вновь больно кольнуло в груди, отчего младший отпрянул в сторону. - Пошли покушаем, - заявил Сонхун. – Нам нужно кое-что обсудить.       «Кое-что» — это он про неожиданный обмен телами?! Говорит так, будто это все какая-то веселая штука, которая происходит с ними каждый день. Легонько кивнув, Ким направился за старшим. Оба пришли в столовую, где, как оказалось, совсем не было людей. Только в дальнем углу сидела компашка из трех человек. Непривычная тишина успокаивала, редкий шум доносился, когда дверь в общий коридор открылась. Аккуратно поставив подносы с едой на столик, младший не спешил садиться. - Долго стоять собираешься? – усмехнулся хен.       Удивляет то, что этот парень ведет себя как обычный Ким Сону*. Его движения, манера речи – все указывало на повседневное поведение младшего. Было жутко такое осознавать, но из Сонхун-хена правда получился бы классный милашка. Возможно, он даже и не старается подражать, просто делает все на автомате. Мимика лица, выражающая легкую глупость или нелепую радость, привлекала взгляды остальных как обычно.

*Поведение такое же, как и у настоящего Сону.

- Хен, - голос парня колебался, - Почему вы с Джэюн-хеном так близки? - Почему ты спрашиваешь? – задал вопрос на вопрос старший.       Тон заметно поменялся, сделался строже, словно его спросили о чем-то личном. Младший по-прежнему неподвижно стоял, но только сейчас решил сравняться со своим собеседником. Тихо отодвинув стул в сторону, парень опустился на деревянную сидушку. - Дело в том, что… - Сону посмотрел в глаза хена, продолжив. – Он у меня спросил…       Буквально каждое его слово выходило с тяжестью. Пальцы, под столом, судорожно теребили край пиджака, а взгляд бегал по всему помещению. Тело охватил дикий страх, рой мурашек пробегал по спине, рукам, ногам, всякий раз, когда изо рта вырывалось очередное слово. - Он, он, - нервно повторял парень. – Спросил, переживаю ли я, то есть ты… из-за Ддону-я…       Ритмично отбивая в груди, сердце готово было разорваться на части в любую секунду. Кровь в венах вскипала от давления. Договорив до конца, в воздухе повисло неловкое молчание. Ким опустил голову над столом, чтобы не видеть реакцию своего товарища. Мертвая тишина окружила ребят, сводя с ума. Неожиданно послышался стук редких капель об стекло. - Понятно, - ледяным голосом произнес Пак.

***

      Снова подземная парковка, на которой парни ждали две машины, чтобы вернуться домой. Ноги не держали, перед глазами все плыло, а мысли не давали покоя. День был поистине чумовым, такого даже злейшему врагу не пожелаешь. Радовало одно, есть вероятность, что они могут проснутся в своих прежних телах! Конечно, это не было стопроцентной гарантии, однако надежда жила в сердце Сону. Со старшим они не пересекались после обеда, да и пока они кушали, не проронили ни слова, хотя хен ранее упомянул о каком-то разговоре.

***

      Ужин проходил с веселыми шутками, чавканьем и порциями жареной курочки, которую им заказал менеджер. На длинном столе стояло семь коробочек с острыми ножками, рисом и приправами. Самый старший громко говорил про какую-то неловкую ситуацию с фотографом, в это время Сонхун* мило улыбался ему и как-то отвечал. Незаметно его взгляд проскользнул к своему младшему, который сидел поодаль от остальных, ковыряя палочками, полную чашку риса. Короткие волосы небрежно свисали вниз, скрывая его глаза. В целом можно было уже понять, что парень вел себя отстраненно, мало говорил. Ребята старались не обращать на это внимания, чтобы ему удалось поскорее прийти в себя.

*тело Сону

      После всеобщего пира, несколько парней дружно убирались на кухне. Остальные же удалились кто в спальню, кто в гостиную. Ким же побрел в сторону их домашней «гримерной», где лежала его увлажняющая косметика. На самой верхней полке, деревянного шкафчика, расположились, в ряд, тюбики с кремами и разные умывалки. Лениво перебирая руками, парень взял пару вещей, нужных ему. Пока он медленно растирал белую субстанцию по коже рук, в комнату зашел кто-то еще. - Нам надо поговорить, - сказал старший. – Я нашел способ, как нам вернуть все на свои места.