Тепло пролитых слёз

Лампочка судорожно мигает, периодически освещая узкое помещение. Серые стены, покрытые желтыми пятнами, от протекающей крыши, кажутся слизкими и плохо пахнут. Типичный день в больнице... В храме здоровья, само нахождение в котором наполняет энергией и жизненной силой. Самый. Типичный. День. Кто последний? - раздался тихий голосок юноши. Кто последний в семнадцатый кабинет? - повторил он более уверенно и чётко. В очереди пронеслась волна ленивой суеты. Я, - хрипло отозвалась женщина лет сорока, покрытая пятнами в области шеи и рук, ее волосы были взъерошены и наверняка не мытые. Не знаю, почему я обратил на это внимание, но в тот момент, это особо бросалось в глаза. Бабка, что обсудила уже все и вся, торжественно начала обсуждать меня со своей новоиспеченной приятельницей. В их возрасте найти собеседника в подобном месте не составляет труда. Я слышал обрывками их диалог, и когда речь зашла о моей одежде стало понятно, что пришло время позволить музыке себя поглотить. Рука скользнула в карман, погрузилась на его дно и нашла плеер, после чего начала выбирать наиболее подходящую песню. Старушке не понравились мои вещи, но от ее гардероба я был в восторге. Леопардовый свитер, фиолетовый шарф, кожзамовые сапоги и видавшие виды колготки из дряхлой шерсти. Обожаю винтаж. По сути, я мог заткнуть её мигом, одной фразой, одним словом, взглядом, но ничего такого меня на тот момент не интересовало совершенно. В голове я очень часто ставлю не угодных мне обывателей на место. А в жизни? Как часто это случается? Кажется, ответ ясен, как сегодняшнее ноябрьское утро. Ясное. Смекаете? *** Знаете, у меня было плохое предчувствие касательно летних каникул, однако летний лагерь превзошел все мои ожидания. Все мои друзья были убеждены, что лагерь, это не что иное, как способ избавиться от надоедливого ребёнка, хотя бы на месяц и дать родителям отдохнуть. Я же там был все три. Трудно даже представить, но за эти три месяца попробовал, все, что не успел за шестнадцать лет. Началось все с безобидной бутылочки пива. К слову я и до этого пробовал алкоголь, но вкус меня не впечатлил, а количества не хватило, чтобы опьянить, даже мой детский рассудок. На вкус было отвратительно, будто газированная грязь разбавленная квасом, зато чувство того, что ты уже взрослый доставляет не слабый экзистенциальный оргазм. Конечно, пивом все не ограничилось. Это было бы слишком здорово. В принципе теория моих друзей была не глупой, и вправду многих детей отправляли, чтобы от них отдохнуть. И именно с такими “излюбленными неженками” мне получилось обрести тесный контакт. В любой другой ситуации я бы обошел их стороной, желательно за несколько кварталов. Бывает посмотришь на человека и сразу понимаешь, что он из себя представляет, обычно я этим не злоупотребляю, но тут попал в цель. Так вот, через неделю после крещения хмельным, мы отправились в женский корпус, где находились те кого в этом месте мы не ожидали увидеть от слова совсем. Оказывается самые привлекательные львицы летнего лагеря “Побережье”. Я бы с удовольствием переименовал его в “Саванну”, ведь главный лев выходит на охоту. Кстати, вам, наверное, очень интересно как же выглядит этот самый лев. Ну что же, представьте, что перед вами Кудрявый очкарик, в меру высокий, бледноватый, худощавый, нос с горбинкой (всему виной еврейские корни) и шрам, который проходит через весь подбородок. Активное детство, догонялки на стройке, а дальше сами все понимаете. Шестнадцать лет, бурление гормонов, прыщи начинают пропадать, девчонки интересуют все больше и больше, а родители начинают казаться представителями прошлого века, да и не самыми смышлёными. У себя в городе я особо не засматривался на девушек, мое окружение не побуждало вносить подобные мысли в мой ум, а гормоны, бьющие в голову, так-то понимали, чего хотят, но я не понимал. Мои новые друзья были не из робкого десятка, и путем не долгих манипуляций с окном мы уже находились на первом этаже корпуса, где и увидели первых представительниц сего зверинца. Был тихий час, поэтому все вожатые были в своих номерах и отдыхали от ребят, которых ровесники моих родителей называют поколением “Z”. Знать бы, что означает буква ЗЭ и почему моё поколение окрестили последней буквой латиницы, но ответ как мне кажется, разрушил бы все интересующее меня напряжение. Подобно тому, как начать встречаться со своей первой любовью, а после изничтожить, всю ту магию первого впечатления и жить с этой микро горечью в душе всю оставшеюся жизнь. Уж лучше хранить добрые воспоминания, знаете ли. Вот мы уже ходим по коридору в поисках малейшего шума, дабы представить себя прекрасной половине человечества. Тех, что видим -избегаем сами, больно молоды, не сойдемся интересами. И вот… там я увидел её… Она сидела на подоконнике и что то рисовала в скетчбуке, она казалась очень сконцентрированной и серьезной. Её светлые локоны аккуратно, подобно морским волнам опускались по плечам, глаза были подобны колодцу мироздания, осиная талия… Когда видишь таких – язык заплетается, мозг отключается. Ты забываешь всё, самооценка подводит и думаешь, что она на тебя и не взглянет, а может еще чего хуже и взглянет, а потом что? Что потом? Бежать?! Кричать?! Отвести взгляд в противополож0ную сторону! Конечно же! Отворот, поворот. Улепётываем, мне нужно.. я должен.. я, - неумело оправдываясь произнес я. Мне наверное, нужно было видеть свое лицо в этот момент, ведь парни смотрели на меня и едва сдерживали смех. Ребята были не дураками, и сразу поняли на кого я, простите пялюсь, и недолго думая взяли меня под руки и поднесли к ней. Я сопротивлялся, как мог, но мог ли я кричать? Конечно нет. Я же был по сути в женском общежитии и, наверное, каждый человек, кто хоть раз оказывался в месте, где ему быть не должно, поймёт меня. Отпустите меня - раздался громкий вопль по коридору. Кретины, - шёпотом продолжил я. Отвалите, - превозмогая, ужасный стыд, в исступлении промолвил я. Если бы меня сегодня спросили, чего самого постыдного со мной приключалось, то я бы без сомнений вспомнил эту историю. - Прости, за мои вопли - растерянно улыбаясь, начал я. Она улыбнулась и сказала - ТАК неудобно себя чувствовать можно только, когда попадаешь в самую нелепую ситуацию. Ах да, это же она и есть. Ты меня развеселил, как тебя звать - спросила она и ловким движением скрыла скетчбук сумку. А, друзья зовут меня… - пытался я представиться, но звук электрического звонка перекричал мою попытку. - Прости но мне пора, еще увидимся! Она закинула сумку на плечо и пошла в сторону комнату вожатых Ты будешь на танцах? – сглотнув слюну и переведя дыхание, спросил я Она повернулась и... *** Дружище, ты следующий в очереди… Вставай к двери и не прошляпь - посоветовал дед, сидящий на краю скамейки. Я благодарно кивнул ему и последовал совету. Что если тест будет положительным? Я до этого, даже представить не мог такого исхода. Обычно, нечто такое происходит с другими. Тебя это обходит стороной и ты, как правило принимаешь все как должное, как правильное, правильное в твоем понимании. Интересно, что творится в головах людей, что оказались в моем положении? Таким людям не сочувствует общество, это факт, однако я не хочу, чтобы меня жалели. Я не жалкий! Люди – лицемеры. Они твердят, что им не все равно, но разве это правда? Разве их как то задевают бесконечные смерти окружающих? Я не осуждаю тех, кому все равно, я презираю тех, кто прикрывается маской милосердия, скрывая за ней алчную жажду одобрения. Бремя скорби лежит на близких - лишних это не касается. Возможно, из меня вырывается маленький мерзкий циник, однако я искренен перед вами. Войдите, пожалуйста - прозвучал гнусавый женский голос, и дверь отворилась. На секунду меня ослепило потоком света, который вывалился из кабинета, но даже ослепленный я вновь заметил, как на меня смотрит тот мужик. На самом деле по всему коридору больницы громом пронеслась тишина, и ВСЕ взгляды провожали меня в этот кабинет. Я зашел внутрь, закрываясь от света, излучаемого окном, крайне пафосно и уверенно. Мой триумф был не долгим. Порожек. Аккуратно, - прозвучал все тот же голос. Но замечание было уже не актуально, я летел, казалось, вечность. Разве нельзя повесить предупреждение?! Вдруг споткнется бабушка или дедушка? Скорая помощь в больницу то приедет? Все равно падают не старички, а мне подобные растяпы. *** Мы сидели на пирсе, горизонт поедал мягкий закат, а приятный бриз обдавал влагой по нашим босым ногам -Дурак, ты говоришь так, будто для тебя это очередная интрижка, если это так, то скажи мне сразу! -Очередная интрижка?! Ты с ума сошла? Я не хочу тебе лгать, я говорю как есть, потому что люблю, а не влюблен, как же ты не понимаешь… -Черт. Судьба – сука. Почему расстояние так жестоко -Что-нибудь придумаем, отношения на расстоянии не приговор, ведь так? -Ох, ладно тогда будем переписываться все время, пока снова не увидимся -На какой адрес мне строчить письма? – пошутил я -Точно! – крикнула она. Какой же ты молодец, решено! Я недоумевающе глянул ей в глаза -Будем отсылать друг другу письма. Это же невероятно интересно, - ее глаза мечтательно следили за звездами -Хах, а это идея, так мы сохраним чувство предвкушения перед общением, каждую пятницу пишу я, каждое воскресенье отвечаешь ты, а? Она взяла меня за руку. Я подумал в тот момент… скорее всего начались те самые лучшие годы, о которых все так бурно кричат. В тот момент я был счастлив. Мы сидели на пирсе и смотрели, как закат тонет во тьме. Уже давно наступил комендантский час и находиться вне корпусов не разрешалось. Парни, наверное, веселились в нашей комнате, вместе с очередной бутылочкой. Кажется, они нашли рог изобилия, в работу которого входит производство исключительно дешёвого алкоголя, да и только. Интересно, что они думают? Они по сути меня свели с ней, а теперь я бросаю их, ради нее. Меня это не интересовало. Больше не интересовало… Мы и не заметили, как солнце потухло и теперь нас освещали миллионы звезд, сливающихся во всевозможные созвездия. Казалось что они разгораются всё ярче и ярче. В огне этих маленьких светил мне прекрасно было видно ее беззаботную улыбку. Ёё глаза были самыми яркими звездами в моей жизни. Путеводными… Она отпустила мою руку и резко вскочила. -А что будет дальше? Если мы устанем от переписки, или… или найдем кого-нибудь другого? Она отвернулась, сделала пару шагов к краю пирса так, что казалось, будто любое дуновение ветра снесет ее в море и заберет в свое водное царство. -Не знаю как ты, но я не собираюсь от тебя уставать. Меня тоже пугает возможность будущего расставания, но давай просто не будем об этом думать сейчас? Знаю это тяжело, но в данный момент я люблю тебя как никого другого и даже на миг не могу представить как предам эти чувства… Она взяла мою руку еще крепче чем раньше и мы пошли в сторону женского корпуса. Луна взошла на пик небосвода, разбавляя красоту звезд, добавляя изящности и нежности этой ночи. Лучшей ночи… *** Молодой человек, так и будете лежать на полу, вам там уютно? - уже басом промолвила доктор. Вы очередь задерживаете между прочим! - перевела она. Простите, - я быстро поднялся парой движений оттряхнул пыль с черного пальто, локоны волос закрыли мои глаза, и я стремительным поворотом головы вернул их на место. Вот моя амбулаторная карта, вот реквизиты, вот паспорт, - очередью прочеканил я. Садитесь на скамейку, вещи можете повесить на стойку у двери, - уже не гнусавым, а более выразительным голосом сообщила она. Я послушно сел и наблюдал, как она листает реквизиты, свет мерцал хаотично, тускло. Задавал стиль всему заведению. -Господи, - шепотом произнесла она. Доктор очень тихо произнесла мою фамилию, чтобы уточнить я ли это -Да-а, что-то не так? *Она глубоко вздохнула* -Ваш тест положительный.... Мне очень жаль, - она встала и положила руку мне на плечо. Зрительный контакт не состоялся. В голове пронеслись тысячи мыслей, ни на одной из которых я не мог сосредоточиться. Я остолбенел, и меня бросило в жар, медленно, но верно в глазах темнело Старые касио, украшавшие мою руку, подсказывали, что опоздание в школу неизбежно. Может не стоило ехать в больниццу? Жил бы себе, не зная грез и одним днем просто не проснулся. Вечный сон. Не бойтесь, это ещё может не подтвердиться…- солгала она Сделайте повторный. Возможно это какая-то ошибка, - настаивала она. В вашем возрасте такое возможно только при наличии генетической предрасположенности, ваши родственники были подвержены этому заболеванию? Я не слушал. Уже не слушал. Меня не было в этом помещении. Поток мыслей унес меня, куда-то далеко в воспоминания. Не знаю, что именно, но это были что-то из детства, что-то родное, близкое, но не досягаемое. В глазах потемнело… *** Почему люди так держатся за свою жизнь? Цепляются за каждую веточку, пытаются увернуться от всех снежинок, в течение своего зачастую никчемного существования. Надежда? Да, это правильный ответ. Надежда…лишь она держит человека в нашем мире. Надежда на успех, счастье, любовь, заботу, удовольствие. Но что, когда надежды нет? Когда вера во всех проявлениях тебя покидает? Конец? Может это и называют духовной смертью? Говорят, же человек сгнил? Так ведь говорят же? Мол прогнил, ничего хорошего в нем не осталось, только оболочка и есть. Где-то слышал подобное… Я думаю надежда – это главный враг жизни. Мы говорим – я верю, что с тобой все будет в порядке, но не делаем ничего для обеспечения этого самого порядка. Мы говорим – я надеюсь она полюбит меня, но не делаем ничего, чтобы завоевать ее любовь. Мы говорим – да “завтра” не будет ничем отличаться от “сегодня”, но что мы сделали, чтобы оно отличалось? Может быть смысл жизни сломить веру? Может, чтобы жить, нужно убить надежду? Я бы хотел верить, что ошибаюсь и надежда славная подруга каждого из нас, но не хочу обманывать вас, а главное себя? *** Моросил дождь. Тучи заполонили всю небесную гладь и определить местонахождение солнце не представлялось возможным. Хотелось прилечь в ближайшей луже и, наверное, остаться там до лучших времен. Не знаю. В такие моменты ты теряешь все свои амбиции, все свои жизненные ориентиры, вся мораль, в которую ты верил лишь труха, вся гуманность, которой ты придерживался пыль. Единственный вопрос в голове - почему я? Я проходил дом за домом, но от того не приближался к своему. Я вышел из больницы и пошел куда глаза глядят. На улицах было относительно безлюдно. Машины тем не менее проворным потоком лавировали по трассе ни на секунду, не пропадая из виду. От горькой вести, настигшей меня, я совсем забыл про телефон. Я ждал одного звонка, но проверять не хотелось. Дорога перешла в грязное месиво от бесконечных заездов машин. Мои шаги уже были не уверенными, а вялыми, мои плечи висели словно только что постиранное бельё, моя спина была подобна водосточной трубе, а моя душа была не чиста, а проклята… Нужно ли возвращаться домой в таком случае? Однако ответ на этот вопрос разрешился сам собой. Я почувствовал легкую вибрацию в области груди. Мое сердце наконец-то взорвется, - прошептал я. И с грустной гримасой достал мобильник с грудного кармана. Входящий вызов. Мама. Судя по всему, с сердцем все будет в порядке, а перед будущей беседой, следует приобрести контрацептив для головного мозга. Кажется, сегодня вечером его будут “любить”. С матерью у нас отношения очень спорные. Она всегда поддерживала отца, даже после того, как он нас бросил - она отказывалась это признать, и считала, что он до сих пор нам помогает и живет с нами. Отец был болен лейкемией и ушел из семьи, дабы не быть обузой, хотя его присутствие дома было намного приятнее отсутствия. Я расценивал его уход как предательство. Меня предал самый дорогой человек, которого я любил больше всей жизни. Остановившись посреди дороги, в меня врезался мужчина, и я выронил мобильник. Он осмотрел меня с ног до головы, извинился и пошел дальше. Да что сегодня за день?! Вдруг меня с ног до головы окатило водой. Экая оказия, еще пару минут назад я хотел подохнуть в луже, а теперь все содержимое лужи на мне. Мечты сбываются. Буду с ними осторожнее. *** Она дышала мне в шею и крепко-крепко сжимала в своих объятиях. Мы уже были самыми близкими людьми друг для друга. Автобусы, проезжающие друг за другом светом своих фар ослепляли нас, заставляя отвернуться от трассы и глядеть на пейзажи в потемках, иногда они останавливались, забирали некоторых ребят и уезжали, скрываясь в дали полуночной дали. Я покидаю лагерь через неделю, она в течение часа. Я надеюсь… нет. Я верю, что мы встретимся осенью. Я приеду к ней… или она ко мне. Я пропитан обидой, ненавижу расставания. Это несправедливо! Я бы с радостью расстался с доброй частью окружения в моем городе. Смотреть на звезды, лежа на травке и придумывать созвездия, вот что я хочу, а не провожать ее на автобус. Потом, скорее всего вместе в одну больницу с пневмонией, но главное не проблема, а компания, которая тебя сопровождает в ее ходе. Что-то теплое капнуло мне на плечо. - Кажется, дождь начинается, – сгладил я - Ты не забыл про переписку, ведь так? - Уже сказал матери купить пару десятков конвертов - Ненавижу расставания, почему все люди, что мне дороги покидают меня? - Знаешь, человек живет и привязывается невидимыми нитями к людям, которые его окружают, - начал я, а она шмыгнула носом и взглянула на меня красными глазами. - Наступает разлука, нити натягиваются и рвутся, как струны скрипки, издавая унылые звуки. И каждый раз, когда нити обрываются у сердца и человек испытывает самую острую боль. - Что ты хочешь этим сказать? - недоумевающе спросила она - Наши нити никогда не оборвутю тебе слово! Ее автобус плавно припарковался в метре от нас и потушил фары, оставив всех провожающих при свете луны. Она обняла меня еще сильнее и тяжелыми шагами направилась к автобусу. Я проводил ее взглядом. Она не обернулась. *** Кажется, конечная. Именно здесь кончается город. Ветхие дома, построенные еще, наверное, при Царе. Вековые лужи, всегда грязные, но всегда в них можно увидеть себя настоящего, как тебя видят прохожие, идя мимо которых, ты переживаешь, насчет того, что о тебе подумают. Лужа неплохой пример для сравнения. Смотря в нее ты собой не любуешься, лишь осознаешь факт своего существования. На каждом шагу - мусор, однако, количество урн ставит факт существования мусора под сомнение. На трассе нельзя полюбоваться изобилием автомобилей, советский и российский автопром, но есть в этом какая то романтика.. Камерность. Детские площадки поражали своей незаурядностью. Нигде до этого я не видел горку, которая завершается своеобразным водоемом из грязи и воды, круговая карусель изогнута набок и измазана в чем-то черном, наверняка в мазуте, а качели мало того, что отсоединены, так еще и закопаны и на этих “детских” площадках бухают наши сограждане люди, тело нации, Стране стоит посетить дерматолога… Глядя на площадку, ненароком осознаешь, почему в стране все плачевно. Все на ней сулит депрессивность. У наших детей чертовски хорошее воображение, раз вырастая, они ностальгируют по детству и помнят все светлым, радостным и приятным. Менталитет, идеология, нравственность, сознание нации формируется родителями. Неужели они виноваты? Наши родные и ненаглядные? Возможно. Ведь наше прошлое так же туманно, как и наше будущее. Я говорил, что аполитичен? Может поэтому некоторая часть всеобщей деградации меня не коснулась. Меня за это в школе и учителя не признавали. Говорили, что из за таких как я… Никогда ничем таким не интересовался, телевизор не смотрел, газеты не читал, к учебнику истории относился с любовью, но с ним нам суждено остаться только друзьями. Зачем спешить со взглядами в столь юном возрасте, когда даже сравнивать не с чем. Просто, когда ты спешишь куда-нибудь, да понимаешь, что спешить уже некуда, то есть что-то отменили, перенесли или даже ты опоздал и ты останавливаешься, смотришь по сторонам и бежать уже некуда и начинаешь идти, но значительно спокойнее, чувствуя каждый шаг, каждый сгиб стопы ты контролируешь, каждую секунду твоя осанка прямая, все это в твоей власти и в этот миг ты замечаешь все то, что стало рутиной, что под скоростями событий утекало из головы, то что стало замаскировалось перед глазами миллионов, научилось быть невидимым большинству. Грязь, старость, вонь, смог, гнилые люди, гнилой ты… Мы перестали даже следить за собой. Может быть нужно стать человеком невероятной силы воли, чтобы не замечать грехов человечества? Или наоборот быть заурядным идиотом, что интересуется лишь футболом, да алкоголем? Понятия не имею, честно. НО! Знаю лишь одно… Знаю, что человек я ни тот, ни другой. Знаю, что все вокруг меня удручает. Что выбор сделан… жребий брошен… В моем сознании исход решен. Я достал шарф и только посмотрев на него на глаза навернулись слезы. *** Глядя в окно, я видел необычайные пейзажи, а чувство одновременной эйфории и тоски вкупе давали своего рода гормональный наркотик, который доставлял удовольствие не сравнимое ни с чем. Автобус двигался стабильно быстро, но лес, принявший в себя лучи солнца виднелся отчетливо и был потрясающе пугающим, стволы деревьев были стройными и стремились к солнцу, рисуя готический образ этому месту. Я очень устал, но спать не собирался. Внутреннее состояние не позволяло, да и терять его не хотелось. На задних сиденьях громко разговаривали мои старые друзья, громко поедая чипсы. Наверняка у них был с собой и алкоголь, зная их это не будет сюрпризом. Я мог бы сесть с ними, и дорога показалась бы скоротечной и потешной, однако я этого не хотел, напротив, хотелось ехать вечность глядя на красоту природы, пока мозг отчужден от чувств. Я знал что выйдя с автобуса без нее меня охватит меланхолия. Передо мной, сидел полноватый паренек, с длинными кудрявыми волосами и наушниками. Он создавал особый антураж этой поездке, верите? Его храп в унисон с песней из наушников, кажется это был последний альбом популярной группы, знаете с такой красивой солисткой, сливались в незабываемую композицию. Если это не было бы так потешно, то грозный удар кроссовка по сиденью наверняка бы его разбудил, но надобности в этом не было. Все остальные в основном спали. И правильно делали, нужно было восстанавливать силы. Я пытался придумать, что напишу в письме, которое естественно предназначалось ей. Хотел написать все так, чтобы она не тосковала, сказать, что и я по ней скучаю, мне очень сложно, наверное, я однолюб, мы разъехались, но я обещаю, я приеду к тебе и обниму так сильно, как никто тебя никогда не обнимал, даже я из лагеря. Моя мысль прервалась неожиданным маневром водителя автобуса, и мы резко остановились. Остановка, - прозвучал громкий мужской бас, с южным акцентом. Можете сходить “по делам”, или купить перекусить, - продолжил он. Я хотел лишь подышать свежим воздухом. Солнце уже скрылось за горизонтом и лишь самые последние лучи освещали все вокруг, минут пять, и они покинут меня… нас. Я расстегнул куртку, сел на бордюр, поправил прическу и вдруг в воздухе что-то резко изменилось. Его состав пополнило нечто знакомое, и лишь мгновение отделяло меня от истины. В их автобусе какая-то неполадка, - прозвучал голос нашего водителя. Сейчас разберемся с их проблемой и поедем, - серьезно заключил он. В голове что-то стрельнуло, зрачки расширились, я напряг глаза, как их напрягают, когда что-либо ищешь и остановил взор на дверке, сломанного автобуса. Улыбка автоматически покрыла все мое лицо, а рука невольно поднялась вверх. Запах ее духов. Это был он. Я не из суетливых, но тогда - мандраж захватил моё тело, а глаза бегали в поисках той самой. Когда аромат усилился, меня неожиданно кто-то схватил за плечо, отчего я на мгновение дрогнул - И ты здесь, кудряш? – спросила девочка с моей смены, в которой я узнал соседку по комнате моей девушки Улыбка поглотила моё лицо, я поздоровался и приглядевшись к ней получше понял, что аромат исходит от нее, точнее от шарфа в который она была укутана. ЕЕ шарф. - Я думал, что она ехала в этом автобусе, я услышал запах духов и… - я опустил взгляд, - не знаю, наверное, я просто устал, никогда не вел себя так по детски, прости за… - Эй, эй не тоскуй, я знаю как она для тебя дорога, ведь именно ты стал причиной, по которой она начала покидать свою комнату, - поддержала она меня. - Знаешь что? Я знаю, как поднять тебе настроение – закрой глаза, - с наигранной строгостью скомандовала она, а я послушно последовал приказу Я почувствовал тепло на своей шее и открыл глаза. Подруга смотрела на меня широко улыбнувшись и скрестив руки на груди. – Так то лучше, - посмеялась она, - тебе нужнее, знаю! Я крепко обнял ее и держал долго до неловкости, после чего шепотом промолвил – спасибо, большое спасибо Когда с автобусом было уже покончено я уже занял свое место у окна и пытался уснуть. Меня уже не терзали никакие тоскливые мысли, я был в гармонии с эмоциями. В гармонии с собой. *** Мое лицо походило, пожалуй, на видавшее виды пальто. Я уже направился было домой, как понял, что если пойду пешком, то скрою факт прогула школы. Решено. Я развернулся и скрылся прочь, с остановки. Пока я двигался по направлению к своему дому, я решил слегка ускорить шаг, в надежде явиться до темноты. Интересно, а много ли людей вообще сталкивались с моей проблемой? Как они принимали подобный удар? Сдавались ли или мужались? Жили, как прежде или кардинально меняли вектор развития своей жизни в противоположную сторону? Люди, наверняка, подумали бы, что я слабак и не гожусь ни на что, с подобным подходом к проблемам. Чтож, они правы. Каждая проблема, которая так воспринимается, в полном состоянии убить ее владельца. Я не всегда был таким. Ох нет, про меня говорили “это тот парень, который не боится проблем, а решает их”. Ладно про меня так не говорили, однако это было так. С детства был привит к трудностям, и они давались мне с завидной легкостью. Так говорила моя бабушка. Чтобы испытать меня и мою веру. Уход бабушки был первым ключиком к двери в мою будущую безнадежность. Мне сказали она не мучилась. Умерла во сне. Тогда я плакал на протяжении всего дня. Я был не в состоянии это остановить. Я не хотел останавливаться. Зачем?! Это эмоции. Это я. Это было одно из первых испытаний, что было не выдержано мной. Жизнь нанесла свой удар, а я ни уклонился, ни поставил блок. Пропустил. Картинка города тем временем менялась. В лучшую сторону. Парки, аллеи, мусора не видно ни где, разве что в урнах, грязь местами оставалась, но это свойственно осени, а автомобили радовали разнообразием. В парке сидели мужчины средних лет и беседовали. Их лица были неразличимы, но казалось будто один из них смотрел на меня. Дико. Какое самое сильное чувство вы испытывали в жизни? Может быть любовь? Победа в каком-либо состязании? Что насчёт страха? Кошмаров, которые снятся по ночам и мучают на протяжении всего сна, а после заставляют в ледяном, словно зимний ветер, поту и с невероятной одышкой. Моим самым сильным чувством в этот момент было броситься под этот поезд. Так чудно, ведь каждый из нас живёт в среднем больше пятидесяти лет, а ведь любая неловкость, любая ошибка, любой опрометчивый поступок в состоянии лишить тебя жизни и тем самым завершить повествование твоей истории. Чем дольше я думаю, тем меньше времени на то, что я задумал. Ну что же, прости меня столь любящий мир и ты, боже, твои испытания оказались для меня чересчур тяжкими. Рельсы были в расстоянии шага, даже меньше, если посмотреть, с другой стороны. Поезд начал предупреждающе гудеть. Я сделал шаг. Боковое зрение уловило объект, двигающийся с неистовой скоростью. Конец? Тьма заполнила мой взор, а все тело похолодело. Поезд промчался и прошёл через меня, как рука проходит через водную гладь. Кнопочный телефон упал в метре от меня и экран треснул в районе значка уровня заряда. Принято считать, что в такие моменты, за этот жалкий миг ты видишь всю свою жизнь. Я увидел лишь новый, но разбитый мобильник. Может нужно по-настоящему умереть? Я сделал шаг назад от рельса, ни наоборот. Письмо было не написано. Пожалуй, последнее письмо. Она не отвечала уже полгода. Ни одного гребанного письма. Я же - писал как и обежал, каждую пятницу. Мы не обменивались соцсетями. Я искал ее на всевозможных сайтах и форумах. Скорее всего, она была записана под другим именем. Я не хочу причинять себе большую боль. Мой жизненный путь не закончится, пока я не напишу письмо - это моя цель, мой смысл жизни, мой ориентир, который ведёт меня к смерти, но одновременно с этим уберегает от неё. Игры со смертью, ха-ха, это азартно. Азартные люди, либо успешны, либо мертвы, либо в процессе... Звучит чертовски хорошо *** Последняя смена покинула славное “Побережье”. Я уехал последним рейсом наедине с водителем. Под конец всех начали забирать родители на машинах. Мои товарищи договорились и уехали вместе на микроавтобусе. Мне места не хватило, поэтому пришлось доплатить за билет. Когда автобус тронулся, мои глаза наполнились слезами счастья. Я не был преисполнен радости в тот миг. Просто осознавал, что замечательно провел время и вряд ли когда-нибудь смог бы повторить это необычайное приключение. Тогда в отражении моих мокрых глаз можно было увидеть столько тепла и радости, что количество пролитых слез не имело значения. Вспоминая все, что успело произойти за эти три невероятных месяца, я не заметил как автобус уже прибыл в мой город и поворачивал на мою остановку. Погода на улице была удивительной. Конец августа показал себя во всей красе. Прохладный летний ветерок, солнце ещё не было в зените, за что ему большое спасибо, я не хотел жары и её не было. Деревья хаотично извивались от лёгких порывов ветра, а птички уже завели свои утренний песни. Все играло в тёплых тонах и на душе от того было легко и приятно. Такое ощущение, что лагерь перевернул мою жизнь с ног на голову и теперь я буду жить иначе. Автобус уже уехал пару минут назад, а я все оставался на остановке, в лёгкой льняной рубашке, шортах, и обмотанным на шее шарфом, который подобно материнскому объятию не только согревал, но и придавал сил. Я повесил на плечи свой верный рюкзак, натянул на голову кепку, взял в руки дорожную сумку и направился в сторону дома, все в округе было потрясающе. Чистота, свежесть, повсюду все красиво и мило, я люблю это место, раньше не замечал, какие здесь аккуратные и яркие газоны, и искусно постриженные кустарники. Три месяца пролетели незаметно, но с другой стороны заметен отпечаток, что остался в моем сердце после поездки. То и дело, я все время поправлял кепку, дабы не потерять её на радость, ветряным потокам. Я шёл не спеша, вспоминая по пути разные весёлые моменты, которые произошли у нас с Ней в лагере. Помню мы договорились не общаться в интернете. Это было бы слишком просто, и нам не подходило. Чувства бы остыли, а интерес пропал, но этого в слух никто из нас не говорил, поскольку это своего рода мыслепреступление, хоть и правда. Не заводить других отношений, тоже не оговаривалось, но предполагалось, как само собой разумеющееся. Я уже потихоньку подходил к дому, точнее видел макушки крыши, места, где прожил всю свою жизнь. Дорога до подъезда составила не более десяти небольшим минут, я был в предвкушении разговора с мамой. На одной из остановок по пути к дому, мне пришло в голову купить брату, что-то необычное. Металлический конструктор, который был очень популярен в Союзе. Младший брат не всегда получал от меня внимание, которого он так хотел. Так сложилось, что мне попросту было с ним неинтересно, да и сам он по большей части таскался за мамой и по любой возможности ябедничал на меня. Я его даже на тот момент уже не ненавидел. Все лето я был изолирован от общения с родственниками, поскольку это было частью кодекса в лагере. '' Общение с людьми близкими тебе извне - есть проявление личностной слабости, ты должен быть самодостаточен и хладнокровен''. Слова смешные, а ситуация страшная. Подъезд был уже во всей красе предо мной. На маминой машине была повязана чёрная лента. Поминающее? Раньше мать таким не увлекался... Вот я уже поднимаюсь заветные тридцать шесть ступенек, третий этаж, дальняя правая дверь из четырех возможных. Ручка ловко поворачивается в моей руке и вуаля! Вход распахнут, только больно тихо. Что забыли, чтоль? Волна негодования прошла по мне, старшего сына все лето не было, а им хоть бы хны. Разувшись, я последовал на кухню, где всегда раньше была уютная суета, создаваемая мамой и ее подружками, с которыми она так любила посплетничать. Представшее перед глазами сначала создало много мимолетных вопросов, на которые ответы и не нужны, все ясно, но до конца не понятно. Гнилая стрела пробило моё сердце. На столе стояла тара, со всевозможными угощениями, рядом ваза с двумя гвоздиками, неподалёку от нее чёрная рамка с фото моего младшего брата, перекрытая чёрной лентой по диагонали, рядом со столом на стуле сидела моя мама. Она была в чёрном платье, и её лицо было мокрым от слез, а тушь расплылась от влаги. Её взгляд медленно и боязливо поднимался на меня. Меня бросила в дрожь, пот заполнил все участки тела, и шатать начало подобно кораблю во время грозы. Здравствуй, милый, как отдохнул? *** Пожалуй, тот факт, что я родился должен априори меня вдохновлять на продолжение жизни…, наверное, если бы кто-либо залез в мою голову, то осмотревшись там он бы задерживаться не стал, упаси господь. Мои мысли могут показаться окружающим мыслями слабого. Мыслями кой-ни будь жалкой омежки, что потеряла себя, столкнувшись с неприятностью. Я, знаете ли, в отличии от окружающих меня людей имею на то право, позвольте. Мой дух сломили тяготы, с которыми в силу своего возраста справиться достаточно сложно, если вообще возможно, у тебя такого не было, ты не можешь меня судить. Вообще каждый кто решит меня судить, на что ты рассчитываешь? На то, что я возьму себя в руки? Да черта с два! Моя жизнь перенесла некоторые ужасы, при виде которых ты воскликнешь, - кто нагадил в мои штаны?! Я уже решил, как закончится моя история, но пока у меня остались незаконченные дела в мире живых. Ага, попробую объясниться по поводу разрушенной жизни. Слушай приятель, но запомни, что твои истории из разряда, - люди находили в себе силы и выбирались из проблем покрупнее. Засунь их себе поглубже в одно место. Ты такими утверждениями, знаешь ли, обесцениваешь мою проблему и ставишь свои интересы, в виде сохранении моей жизни и самоутверждения, превыше моих чувств. Многие психологи бы, услышав твои тезисы, касающиеся моей ситуации, разбили бы тебе лицо, чем показали бы себя не с лучшей стороны, как профессионалы, но с лучшей как люди. Послушай, это не твое дело, и тут ты ничего не исправишь, тебе остается два выбора. Дослушать мою историю и сделать вывод, который я создал ценой собственной жизни, или проваливать, кстати, если ты не читаешь дальше, то скатертью дорожка. А теперь, когда со мной лишь те, кому интересно, кто не задает лишних вопросов, то я готов поведать, что же все-таки стало основной причиной моего выбора. Скажем так, в моем сердце было три отверстия, а в каждом был кинжал, а кинжалы те защищали мое сердце и были своего рода печатями, что не позволяли моей душе истечь кровью. Первая печать была сломлена вместе со смертью моей бабушки. Она была частью меня, не каждый человек так близок со своими стариками, как был близок я, а также акцент, который опять же делается на мой возраст. Я уже понимал все как есть, и смерть близких становилась днем великой скорби для меня, а также “испытанием”, которое я пережил, но такие раны никогда не заживают до конца. Вы можете сказать, что столь меланхоличное состояние сознания при любом исходе бы меня погубило, но тут я спорить не стану. Вам виднее. Что же до второй печати? Она была разрушена с уходом из семьи отца. Мой старик был выдающийся человек. Слишком добрый, пожалуй, это его и сгубило. Не умевший говорить “нет”. Мир не заслуживал его. Никогда никого не оставлял в беде, выручал порою даже людей, презиравших его. Он уделял все свое время семье и нашему с братом воспитанию. Первая рыбалка, первый поход, первый заезд на велосипеде, первая победа на соревнованиях. После его ухода, моя жизнь стала в тысячу раз скучнее. Она стала пресной. Папа учил меня быть мужчиной, принимать решения, именно он вкладывал в меня идею пассивного пацифизма, как он ее называл. Любой конфликт решается словами, когда он не угрожает тебе, твоей семье или твоей чести. Он всегда ставил превыше всего достоинство и завещал мне не потерять его. Это самое ценное, что у тебя есть, - говорил он. Одним поздним вечером я вернулся домой. Побитый, потрепанный, в общем похожий на тот самый футбольный мяч, которым ребята так любили играть. Я был избит ребятами постарше, которые решили, поиздеваться надо мной и моей семьей. После шутки про маму, я не думая бросил кисть своей руки по направлению к челюсти одного из верзил, однако не подумал, что смогу промазать. Парни заломили мою руку и заставляли извиняться стоя на коленях. Хоть убейте, никогда не преклоню колено перед животными, - сказал я. Итог – фингал, вывих руки, подозрение на сотрясение, и сломанный нос. Наверное, другой на моем месте бы расстроился, но я шел счастливый домой. Я дал отпор и чувствовал себя мужчиной. Защитником. Я не потерял свое достоинство в тот вечер. Я знал, что отец будет мной гордиться. Он вырастил Человека. Отца же дома не было. Была записка. Я не помню, что дословно было записано, но почерк был папин. Мама говорила, мол отец болен и ему нужно было срочно ехать на лечение заграницу. Я не поверил. Он не предупредил меня, значит что-то иное побудило его нас бросить. Бросить меня, маму и младшего. В тот вечер второй кинжал вынули с сердца. Вы наверняка уже догадались, что там с третьей печатью. Мой брат…Комок встал в горле и глаза заполонили слезы. Я хотел было утереться шарфом, но его нельзя использовать подобным образом, поэтому подошла манжетка рубашки. Я же тем временем уже прошел остановку, где автобус высадил меня после летнего лагеря. Я чувствовал, что моя паранойя прогрессирует. Мне казалось, что кто-то преследует меня. *** Атмосфера преобладала холодная. Мертвая тишина пронизывала стены моего дома. Приходили люди, которых я никогда не видел, чтобы передать свои соболезнования и два цветка в придачу. Спасибо, очень мило с вашей стороны, - заключал я каждую подачку. Временами я смотрел на маму и сразу отводил взгляд. Её грустное лицо передавало тоску и уныние, и это не удивительно, кто может быть печальнее матери, потерявшей ребёнка? Я чувствовал себя биполярно. Прежде я не терпел малого, но теперь будто готов был отдать все что у меня есть, лишь бы он вернулся. Знаете, мне казалось, что не столько я хочу, чтобы он вернулся, сколько хотел, чтобы мама перестала тосковать. После подобной утраты люди долго восстанавливаются. Сегодня был дождь и тучи сгущались вокруг нашего дома, подобно небесному водовороту, кажется, что вот-вот дом засосут небеса. Увы, ничего подобного не произошло, и я продолжал ходить по дому без дела, принимая соболезнования и ловя постоянные рукопожатия серых мужчин и объятия серых женщин. Пахло слезами и тоской, но я уже давно не плакал и не тосковал, я просто выпал из времени на какое-то время. Что же мне делать в этом склепе, здесь слишком много живых мертвецов. Решение пришло, не успев я к нему подготовиться. Тюль, выталкиваемая потоками воздуха, развевалась, то и дело цеплялась за стулья, стоящие перед входом в балкон. Это был своего рода знак, для меня и я направился туда. Моё желание найти убежище не увенчалось успехом. На балконе, облокотившись на сушилку, стоял, покуривал мужчина лет сорока, с приятным лицом и не аккуратно подстриженной бородой. Он бросил на меня взгляд, и я уже хотел было уйти, как он окликнул меня по имени. Чёрт, - промолвил я так, чтобы он услышал. Поди сюда, юнец, - начал он - Ты здорово вырос с нашей последней встречи, помню тебя еще вот таким, - он показал рукой рост, который остался в его памяти - Извините, но я вас не помню, но вы мне кого-то очень напоминаете - Это не удивительно, сынок, я брат твоего отца, я не был частым гостем вашего дома, но теперь буду посещать вас чаще, обещаю - Ох, крайне неожиданно, в таком случае приятно познакомиться, отца очень не хватает сейчас, маме очень тяжело, - я опустил глаза - Держись парень, и береги мать, - он бросил с балкона бычок, похлопал меня по плечу и вышел с балкона. Я почувствовал чувство, которое давно не присутствовало в моем сердце. Странно. Дико. Необычно. Долго это чувство не покидало меня. Как будто на мгновение я обрёл отца. Я хотел вновь прочувствовать это и попытался догнать его, но он уже давно скрылся из виду, и все мои попытки были тщетны. Как оказалось, позднее, мама его не приглашала и не видела с моего рождения...