Глава 4
4 февраля 2021 г., 09:08
Было так больно. Уже два месяца Нанами просто страдала, от того, что каждый день находилась рядом с Бакуго, говорила с ним, невзначай прикасалась к нему. Она не могла поверить, что вот он, такой близкий и злой Каччан стоит от неё всего в полушаге, и его нельзя назвать своим… Наблюдая за ним каждый день, Нанами влюблялась всё сильнее и сильнее. И когда Ритоку задавала ему странные вопросы, подходя к нему, когда тот сидел на диване, она радовалась этим моментам. Радовалась, что может спокойно поговорить с Бакуго. Просто поговорить ни о чём. Наедине. Таких моментов было очень мало.
— Дура, уснула что ли?!
Как по команде, Нанами обернулась на голос Бакуго. Точнее, даже оборачиваться не пришлось. В школе он же сидел впереди неё, а последние три недели Каччан всегда на переменах разворачивался лицом к Ритоку. Она считала это каким-то достижением. Своей маленькой победой.
— Ты что-то говорил? — Нахмурилась Нанами. Дожили. Теперь она даже не слушает, что он говорит, а просто пялиться на него.
— Дубина. Мы двое дежурные. После этого урока нужно будет убраться в классе.
— Стой, а разве мы с тобой не дежурили вчера? Два дня подряд что ли мы? Сегодня же должны Минета и Мидория дежурить?
— Да ты видела этих двоих?! Деку как всегда после тренировки руку сломал, а коротышка даже и не думает о том, чтобы остаться после уроков!
— Стой, подожди… А ведь точно, это же последний урок… Это что же получается, все уйдут домой, а мы останемся убираться?! Это же несправедливо!
— Не могу не согласиться, но ничего не поделаешь. Зато потом заставим этих придурков дежурить за нас.
***
— С чего начнём? — Поинтересовалась Ритоку, как только последний ученик скрылся за дверью класса. — Пока я набираю воду, ты можешь задвинуть все стулья, протереть доску и найти тряпки, — Не дождавшись ответа, Каччан вышел из кабинета, взяв с собой пустое ведро. Опять они с Бакуго остаются одни. В такие моменты сердце Нанами выпрыгивает из груди, ладони потеют, а ноги начинают трястись. Раньше такое было только тогда, когда она переживала, а значит, что теперь она начала переживать и тогда, когда они с Бакуго остаются наедине. Послушавшись Каччана, Нанами сначала задвинула стулья, а когда стала мыть доску, то вернулся Бакуго уже с полным ведром. — Я ещё не нашла тряпки, прости, — Парень не ответил. Лишь прошёл в конец класса и достав из шкафа две тряпки, швырнул одну в Нанами. — Спасибо. Думаю, что лучше сначала протереть парты. Закончив вытирать доску, девушка прошла к первой парте четвёртого ряда. Через несколько секунд, наблюдая за тем, как Каччан протирает уже третью парту, Нанами не заметила, как сама перестала работать. — Что бы ты сделал, если бы завтра утром проснулся и понял, что последние пять лет твоей жизни были сном, а всё это время ты лежал в коме? Оторвавшись от своего занятия, Бакуго посмотрел на Нанами, нахмурив брови. — Почему ты задаёшь вопрос именно сейчас? Разве ты не делаешь это только тогда, когда я сижу на диване? — Я делаю это всегда, когда мы остаёмся наедине. Может быть ты просто этого не замечал? Так я пытаюсь узнать больше о тебе. Ну так что? — Что бы я делал? Хм… — На несколько секунд парень задумался, потом продолжил протирать парты. — Не знаю. Скорее всего, пошёл бы тренироваться. Потом вызвал Деку на бой, чтобы понять, как сильно я отстал от него за эти пять лет… К чему такой вопрос вообще?! — Хи-хи, ну так я же сказала, что хочу получше тебя узнать. Все вопросы, что я тебе задаю — всегда только с одной целью. — Хорошо. Тогда спроси ещё что-нибудь. Только давай не будем молчать? Меня напрягает эта тишина. — Ладненько. Эм… — Судорожно перебирая в своей голове все вопросы, которые хотела бы задать Каччану, Ритоку выбрала самый непринуждённый. — Если бы ты стал русалкой, то какого цвета был бы твой хвост? — Ха-ха, что?! Дебилка, этот вопрос самый странный из тех, которые ты мне когда-либо задавала! — Ага, возможно. Но ты должен на него ответить. — Хм, скорее всего красный, — Бакуго снова нахмурил брови. — Или жёлтый. Не знаю… Как думаешь, какой бы мне пошёл больше? — Думаю, что жёлтый смотрелся бы лучше. Он бы подошёл под цвет твоих волос. — Ой, дебилка… Нормальные девушки подбирают всё под цвет глаз. Так что, красный смотрелся бы лучше. — А ты у нас нормальная девушка, да, Каччан? Ладно, но если тебе больше нравился красный, то зачем спросил меня, какой тебе подойдёт больше? — Нанами решила не говорить парню, что ненавидит этот «агрессивный» цвет. Ради Бакуго она готова его полюбить. — Проверить насколько наши вкусы разные. — Сказал парень, переходя на второй ряд. — Не буду спрашивать, зачем ты это проверил. Лучше спрошу какая одежда для тебя самая удобная? — Так быстро тему сменила. Любая одежда, которая не обтягивает. — С чем ешь картошку? — Да почему вопросы такие разные?! Сначала про русалок, потом про одежду, теперь про еду! Как это связано?! — Никак. Просто задаю первый вопрос, который приходит на ум. Думаю, теперь нужно протереть пыль на подоконниках и шкафу. — На шкафу я сам. Ты не дотянешься до верхней полки, — Нанами услышала в голосе Бакуго насмешливые нотки. — Это ты так сейчас пытался меня унизить? Ага, да, я ниже тебя, вау, мне так обидно, ты ранил меня до глубины души, Бакуго, — Закатывая глаза и легко улыбаясь, Ритоку прошла к подоконнику в начале класса. — Я не пытался тебя унизить. Если хочешь, можешь взять стул и сама протереть шкаф. — Да ты точно пытаешься меня унизить! — Ха-ха, нет. Это случайно получается. — Сделаю вид, что поверила. Хорошо, теперь твоя очередь задавать вопросы, — Произнесла Нанами, смахивая пыль с подоконника. — А что спросить? Я же… — И он замолчал. Замолчал надолго, минуты на две. А Нанами почему-то не хотела прерывать эту тишину, и лишь молча прошла к следующему подоконнику. — Я ведь на самом деле о тебе совершенно ничего не знаю… Откуда ты? Каччан, наконец начал протирать полочки шкафа. — Ого, ты понял это только сейчас. Я из небольшой деревушки, очень далеко от сюда. У неё даже названия нет. — Такого не может быть. Ладно, почему решила переехать? — Эм… Ну… В той деревне было так мало возможностей, а я хотела много чего, что невозможно совершить, сидя в деревушке, у которой даже названия нет. — Нанами перешла к последнему подоконнику, у которого стоял Каччан. — На твоём теле легко появляются синяки? — И кто тут из нас двоих тему быстро меняет?! К чему был этот вопрос?! Избить меня собрался?! — Нанами могла бы продолжить возмущаться, но замолчала, когда по обе стороны от неё, к подоконнику с силой врезались две руки, лишая Ритоку возможности сдвинуться с места. — Каччан?.. Сердце Нанами подскочило и, кажется, остановилось. Неужели, он и правда собрался её бить?! Нет, дело было не в этом… Бакуго был так близко. Девушка чувствовала его горячее дыхание на своей шее. И как же хорошо, что она стоит к нему спиной, и он не видит её красного лица. — Скажи… — Каччан выждал паузу и провёл рукой по рубашке Ритоку вдоль позвоночника. Девушка могла бы убежать с той стороны, с которой Бакуго убрал руку, но она лишь вытянулась, как струна, когда почувствовала, что пальцы Каччана водят туда-сюда по краю её лифчика. — Если бы я вдруг подошёл и обнял тебя, то что бы ты сделала? — Каччан… — Если я скажу, что ты мне нравишься и я хотел бы проводить с тобой больше времени, что ты будешь делать? — Парень наклонился к самому её уху и стал поглаживать плечо. Нанами вся покрылась мурашками. — Что если я постоянно буду что-то тебе говорить, нести всякий бред? Что если я позову тебя гулять? Вдвоём. Ну и будем мы конечно же молчать, потому что я не знаю, о чём с тобой разговаривать и могу лишь отвечать на твои идиотские вопросы. — Каччан, я… — Прошептала Нанами, вставая на цыпочки, сама не зная зачем. — Что будет? Мы станем лучшими друзьями или парой? Или ты меня проигнорируешь? В голове постоянно крутиться второй вариант. Потому что первый сразу автоматически отбрасывается, учитывая то, что ты интересная личность, а я, как минимум, тебе не интересен. — Можно я скажу?.. — Нельзя. Сначала договорю я, — Каччан убрал с подоконника и вторую руку, оставляя тряпку лежать там, обхватывая Нанами за живот. Наклоняясь всё ближе к её уху, он перешёл на шёпот. — Я чувствовал себя монстром, когда ты сказала, что иногда боишься меня. Ты можешь больше никогда так не говорить? Это ужасно. А я в ответ могу больше не называть тебя «идиоткой». — Можешь называть, если хочешь… — Тс, я ещё не договорил, — Парень провёл языком вдоль шеи Ритоку, оставляя мокрую дорожку на коже. Бакуго легонько прикусил её ухо, а руки начали поглаживать бока. — Как же ты меня бесишь. Сердце Ритоку ушло в пятки. Теперь она не понимала. Каччан издевается над ней или всё это серьёзно? Почувствовав, как парень упёрся носом в её макушку, Нанами обмякла. Она готова была простоять так, в его объятиях, целую вечность. — Так сильно ты меня бесишь, что я уже просто не выдерживаю… Я хочу, чтобы ты была со мной, или я взорвусь, — Кажется, Ритоку уже не могла дышать. Либо от того, что сердце выпрыгивает из груди, ладони потели, а ноги подкашивались, и только крепкие руки Бакуго, обхватывающие её, не давали ей упасть. Либо от того, что руки Бакуго обхватывают её слишком сильно. — И я хочу, чтобы сейчас ты была откровенна со мной. Мне нужно, чтобы ты не скрывала от меня своё отношение ко мне. Я хочу чтобы ты сказала мне прямо в лицо и без доли сомнений, что ты обо мне думаешь… Нет, скорее, что думаешь о «нас»? Только будь честна. Я хочу, чтобы ты всегда была честна со мной. Хочу, чтобы ты всегда говорила мне, что скучаешь, если это действительно так. Скажи мне, что ненавидишь меня, если думаешь так. Скажи, что я тебе противен, чтобы я убрал руки, отошёл от тебя и никогда больше не смел с тобой разговаривать. Можешь сказать, что не хочешь слышать и видеть меня. Скажи правду. От правды редко бывает легкo и хорошo, но это уж точнo лучшe, чем догадки и подозрения. Вот. Теперь можешь говорить. Пока Нанами слушала Бакуго, ей захотелось плакать, радоваться, смеяться, поцеловать его, обнять и никогда больше не отпускать. И всё это, наверное, одним разом. Ей хотелось сказать ему, что она думает о «них». Хотелось быть честной с Бакуго до конца. Хотелось сказать, что она не ненавидит его. Сказать, чтобы сейчас он не отходил от неё ни на шаг. Хотелось сказать, что она уже два месяца жить без него не может. Сказать, что хочет, чтобы он с ней говорил сутками напролёт. Много чего хотелось сказать, но Нанами уже две минуты, как не могла ничего ответить Бакуго, потому что просто стояла в шоке и не верила в происходящее. — Понятно, — Ритоку почувствовала, как Каччан убрал руки и отошёл от неё. Сразу стало как-то холоднее. — Могла бы так и сказать, что тебе это не нужно. Знаешь, ведь когда ты молчишь — это больно. — Подожди, Каччан! — Нанами наконец обернулась и впечаталсь лицом в спину парня. Она поняла, что нужно начать говорить только тогда, когда почувствовала, что Бакуго может сейчас уйти. Но она всё ещё была рада, что он не видит её лица. — Это было признание в любви? — Не то, чтобы признание… — Каччан не стал поворачиваться к ней лицом, давая ей возможность обхватить себя руками и уткнуться лицом в спину. — Но в целом, да. — Я… Хи-хи, а можно ответить, что я думаю, завтра? — Кое-как Ритоку смогла выдавить из себя смешок. — Что за…?! Да ты чёртова интригантка! — Наконец, Бакуго повернулся к ней и посмотрел в лицо. — Какого чёрта вообще?! Что значит «ответить завтра»?! Ты вот сейчас доиграешься, и на тебе реально синяки появятся! — Ох, Каччан, неужели, ты собрался избить меня после всех этих слов о любви?! — В шутку удивилась Нанами, смотря парню в глаза. — Теперь я знаю, что ты не сможешь этого сделать. — Тупица… Я не говорил о любви. — Да-да, я поняла, — Нанами отошла от парня, намереваясь выйти из класса. — Я дам свой ответ завтра. Думаю, что ты не против. Ритоку почувствовала, как Бакуго резко хватает её за плечо, разворачивает лицом к нему и прижимает к своей груди. — Ч-что ты делаешь? — Спросила Нанами почему-то шёпотом. — Ритоку… — Так же тихо ответил парень, крепче прижимая девушку к себе. — Я не дурак и понимаю, что шансы того, что ты скажешь «да» ровно такие же, как и то, что ты скажешь «нет». Поэтому, пожалуйста, дай мне просто насладиться этим моментом, ведь такого больше может и не быть. «Ого, он первый раз обратился ко мне по фамилии…», — Подумала Нанами и расслабилась, позволяя себе утонуть в объятиях парня. Она мечтала об этом два месяца. Даже больше. Наверное, она уже давно влюбилась в Бакуго, но не сразу заметила это. И теперь она знала, что это взаимно.***
Ночью Ритоку не могла заснуть. Было уже половина двенадцатого, а она всё лежала, глядя в потолок. Все её мысли занимал Бакуго. Она вспоминала, как утром он обнимал её, как проводил широкой рукой вдоль позвоночника, как трогал плечи, кусал за ухо, помнила каждое его прикосновение и горячее дыхание на своей шее. Но больше всего она запомнила его слова, которые раз за разом на протяжении всего дня крутились у неё в голове. «Если я скажу, что ты мне нравишься, и я хотел бы проводить с тобой больше времени, что ты будешь делать?». Действительно, что Ритоку собирается делать со всем этим. Завтра у неё наконец будет шанс сделать Каччана своим. Казалось, прошла вечность с того момента, когда Нанами поняла, что влюбилась в этого агрессивного парня. И ведь он даже был не в её вкусе. В средней школе она в основном засматривалась на ботанов. Парней, которые были неприметными. На тех, кто не выделялся, и некоторые люди могли забывать о существовании таких не выделяющихся парней. Нанами считала, что однажды выйдет замуж за одного из парней, над которым издевались в школе, родит ему детей, они будут жить долго и счастливо и умрут в один день. Но, кажется, Ритоку очень сильно ошиблась. Ей понравился хулиган. Нет, нельзя назвать Бакуго хулиганом. Просто он заносчив и агрессивен. Мысли Ритоку прервал короткий и негромкий стук в дверь. Взглянув на часы, она поняла, что было уже ровно двенадцать часов ночи. Кого могло принести в такой час? Где-то в глубине души, Нанами надеялась, что это был Бакуго. Ведь по факту, «завтра» уже наступило, а значит, он может прийти к ней и потребовать ответ. — Кто там? — Тихо спросила Нанами, на цыпочках подойдя к двери. За дверью послышался шорох. Девушка насторожилась. Она ненавидела ночь из-за этого. Ей было страшно. Ещё до поступления в UA она пережила самую страшную ночь в своей жизни, которая начиналась, как раз с тихого шороха за дверью. — Ты сказала, что ответ дашь завтра, — Послышался приглушённый мужской голос из-за двери. Ритоку облегчённо выдохнула, но уже через мгновенье снова напряглась. К ней в комнату пришёл Бакуго. О боже. — Время уже двенадцать, так что «завтра» уже наступило. Можешь открыть дверь? Хочу поговорить. — Нет. — Что значит «нет»?! Я тут для кого распинаюсь?! Я, блять, даже не ложился спать лишь для того, чтобы поскорее с тобой поговорить, а ты тут выпендриваешься! Открой дверь! — Я не одета. — Да плевать мне! Живо одевайся и открывай дверь! — Бакуго, — Твёрдо сказала Ритоку. Её бесят такие моменты. Она ненавидит, когда ей командуют. — «Завтра» только началось. А значит я могу дать ответ и через двадцать три часа, пятьдесят девять минут. Я хочу спать. Давай поговорим утром, пожалуйста? — Только попробуй завести эту тему перед всеми, и я тебя убью. Спокойной ночи. — Я бы могла что-нибудь сказать по типу «а что, Каччан, боишься, что кто-то узнает о твоих чувствах ко мне?», но слишком хочу спать, поэтому, действительно, поговорим утром. Спокойной ночи. — Сладких снов, дебилка. — Каччан, — Уже с лёгкой улыбкой позвала парня Ритоку. Она начала ощущать, как дремота подкрадывается к ней и поняла, что как только её голова коснётся подушки, то девушка сразу же провалиться в сон. — Можешь не переживать, я никому не расскажу. Нанами постояла возле двери ещё несколько секунд, но вместо ответа услышала лишь неторопливые шаги. Бакуго ушёл, так что и она решила пойти спать.***
За завтраком Нанами лишь изредка ловила на себе косые взгляды Бакуго. Тот сидел как всегда один. Иногда Ритоку подсаживалась к нему, когда у него было хорошее настроение, но такое было не слишком часто. Сейчас ребята все вместе обсуждали свои планы день. Кто-то собрался пройтись по магазинам, кто-то тренироваться, а кто-то проведёт этот день в общежитии. И когда Ритоку хотела рассказать, как планирует провести свой день, то в столовую вошла Яойорозу. В руках она держала нежно-розовую продолговатую коробочку. — С днём рождения, — Улыбнувшись, она протянула эту самую коробочку Ритоку. — Ого… — На самом деле, Нанами не хотела, чтобы кто-то узнал о её дне рождении, поэтому никому не говорила. И она понятия не имела, откуда Момо знала дату её рождения. — Спасибо, Яойорозу, но как ты узнала…? — Иида, как староста класса, проверял документы, которые ты подавала при поступлении в академию, и там была указана дата твоего рождения, так что он сказал мне. — Так, стоп! — Воскликнула Ашидо. — У тебя день рождения и ты ничего об этом нам не сказала?! — Я не хотела, чтобы вы знали об этом… — Ритоку! — Возмутился Киришима. — У меня даже подарка для тебя нет… — Я придумала! — Мина подскочила со стула, и схватила Ритоку за руки. — Вечером устроим вечеринку по такому замечательному поводу! — Ашидо, я не люблю вечеринки с недавних пор… — Нанами дёрнулась, вспомнив тот день, когда они ходили с Бакуго пристёгнутые друг к другу. Это был ужас… Хотя сейчас Ритоку многое бы отдала за ещё один такой день. — На этот раз всё будет хорошо, Ритоку!***
— Так о чём ты хотела со мной поговорить? За завтраком ты пыталась мне что-то сказать, но я так и не понял, — Киришима и Ритоку сидели на лестнице, как делали всегда во время обеда. — О Каччане… — Нанами грустно опустила взгляд в пол, заправляя за ухо выпавшую прядь волос. — Вчера после уроков мы с ним остались дежурить. Он признался мне в симпатии и спросил, что я думаю о нас с ним, как о паре… Ритоку не постеснялась расскзать об этом Киришиме. Он — единственный человек, кто знал о чувствах Ритоку к Каччану. Она рассказала ему об этом на следующий день, как только поняла, что влюбилась. Раньше ей ещё никто никогда не нравился, поэтому эта неосведомлённость её пугала. — Что?! Прям так и сказал?! — Воскликнул Киришима, но через секунду понял, что он слишком громкий, поэтому начал говорить тише. — Как это произошло? Что ты ответила? — Он сказал немного по-другому, но смысл тот же. Я сказала, что дам ответ сегодня. Теперь не знаю, как выбрать подходящий момент. — Почему ты решила подождать до сегодня? Ну ладно. Думаю, что дать ему ответ на вечеринке — отличный вариант… Боже, Ритоку, ты не представляешь, как я рад за тебя! Ты так долго этого ждала и вот, это случилось! Поздравляю! Думаю, что из вас выйдет хорошая пара. — Да, спасибо… Но, Киришима, я не знаю, что ответить. Вдруг на самом деле Бакуго мне совсем не нравится? Я его очень плохо знаю. Вдруг он абьюзер? Может быть мы не подходим друг другу по знаку зодиака? Вдруг вместе с ним мне не будет комфортно, и я не буду чувствовать себя в безопасности? Вдруг он просто так пошутил? Мы знакомы всего четыре месяца, да и вообще… — Ритоку, — Резко и холодно прервал её Киришима. — Сейчас ты просто накручиваешь себя. Бакуго не абьюзер, но он и не идеален. Ты тоже не идеальна. И оба вы никогда не будете такими. Но, думаю, что он сможет сделать тебя счастливой. Конечно, он не будет цитировать стихи, как в книжках, которые ты читаешь. Он не думает о тебе каждую минуту, но он подарит тебе ту часть себя, которую ты можешь разрушить, и он знает об этом. С такими вещами Бакуго шутить не будет. Да и нет у него чувства юмора. Но, я думаю, что он ждёт от тебя того, что ты не причинишь ему боль и не будешь стараться изменить его. Не жди от него больше, чем он может дать. Улыбнись, когда он делает тебя счастливой, кричи на него, когда он бесит тебя и скучай, когда его нет рядом. Любовь трудна, когда это любовь. Помни, что идеальных парней не существует, но со временем ты начнёшь видеть в Бакуго идеального парня. У вас двоих всё получится. Дерзай. — Что? Киришима, вы же с ним не сговорились? Или ты и вправду его так хорошо знаешь? Мне даже не по себе сейчас стало. — На самом деле, Бакуго легко можно понять. Просто нужно захотеть этого.***
Весь день Нанами наблюдала за Каччаном. Тот хотел подойти, но как только видел, что с Нанами кто-то разговаривает, то разворачивался и уходил. Это было странно. И потом на вечеринке он опять с ней не разговаривал. Поэтому, Нанами заговорила первой. Каччан сидел как всегда на диване, но в этот раз Ритоку была в его поле зрения. Подходя к нему, девушка уже придумала вопрос. — О чём ты думаешь, в первую очередь, утром и перед сном? — Плюхаясь рядом с парнем сказала Нанами так, чтобы никто не услышал кроме Бакуго. — Воу, ты наконец-то решила заговорить со мной. Неожиданно. Ты обещала ответить сегодня, а сегодня кончается уже через три часа. — Ну, значит у меня есть ещё три часа в запасе. Ответь на вопрос. — Да ты издеваешься. Я тебя точно убью когда-нибудь. — Стоп. Нет, я серьёзно. Хватит, — Нанами отодвинулась от парня. — Бакуго… Я не выношу жестокость. И если мы хотим быть вместе, то пожалуйста, хватит угроз и побоищ… Я боюсь. — Чё?! Ха, ты серьёзно?! И как ты тогда собираешься становиться героем?! Ладно, пропустим эту часть. Вчера я кажется просил тебя больше не говорить, что боишься меня. Не хочу чувствовать себя монстром. — Тогда прекращай говорить вещи, по типу «Я тебя убью», «сдохни» и подобные слова, которые ты используешь каждый день. Да и драки, наверное, нужно свести к минимуму. — Косолапая, бесишь меня. Это не драки, это тренировки. Ох, или мне запрещено говорить, что ты бесишь меня? Это тебя пугает? — Разумеется Каччан говорил сарказмом. — Всё-всё, поняла. Но всё-таки я ведь прекращу говорить, что боюсь тебя только после того, как ты перестанешь быть агрессивным, — И вдруг Ритоку вспомнила слова Киришимы. Бакуго наверняка ждёт от неё того, что она не будет пытаться изменить его. — Ладно, прости. Просто забудь, можешь вести себя как хочешь. — Похоже на какой-то женский скандал. Похоже на то, что мама мне говорила в детстве: «делай, что хочешь» и ни дай бог мне сделать то, что я хочу. — Нет, Каччан, я серьёзно. Фактически, я ведь тебе никто, а значит и не имею права указывать, как тебе себя вести и что делать. — А вот это что-то новенькое. Ладно, я вот ещё с утра хотел спросить, почему ты не сказала о своём дне рождении?! — Ты перевёл тему. Я просто не хотела говорить. — Нет, идиотка, это не ответ. Если бы ты предупредила меня заранее, то я тоже мог бы придумать что-то типо подарка. Ну и сколько тебе исполнилось? — Шестнадцать. И ты уже сделал мне вчера подарок. — Что? Какой? — Бакуго действительно не понимал, что его признание в любви для Ритоку самый лучший подарок. А когда понял, его глаза стали постепенно расширяться. — Понял. Знаешь, я ведь… — Ритоку! — К ним подбежала улыбающаяся Мина. — Пойдём скорее со мной! — Что? Ашидо, куда? Зачем? — Нанами не хотела уходить от Бакуго, но подруга активно тянула её за руку. — Ладно, пойдём, только дай две минуты. — Хорошо. Пойду пока что чего-нибудь выпью, — И как только Мина удалилась, Нанами подошла обратно к Бакуго, но садиться обратно на диван уже не стала. — Ты что-то хотел сказать. — Да… Хотя, знаешь, это не так уж и важно. Можешь идти. Я скажу тебе это позже. — Неизвестно насколько Ашидо меня утащит. Лучше скажи сейчас, а то любопытство будет сжигать меня изнутри. — Ничего, потерпишь. Иди, тебя рогатая ждёт. — Хорошо, но… Ответь, о чём ты думаешь, в первую очередь, утром и перед сном? Повисло молчание. Бакуго и Ритоку смотрели друг другу в глаза, и никто не хотел отводить взгляд первым. — Думаешь, тебе станет легче, если ты узнаешь, что есть человек, который постоянно думает о тебе? — Спросил Каччан, не отрывая взгляда. — Думаю, это можно считать за ответ, — Улыбнувшись, сказала девушка и отвела взгляд.***
Ашидо вела Нанами по лестнице с завязанными глазами. Объяснила она это тем, что хочет сделать сюрприз. Ритоку лишь слушалась её и следовала рядом, держа за руку. — Так, хорошо. Мы на месте, но снимать повязку пока нельзя. Это сюрприз, — Сказала Мина через несколько минут. Нанами почувствовала, как подруга перестала держать её за руку. Теперь любопытство сжигало её изнутри из-за того, что ей не только хотелось узнать, что хотел сказать Каччан, но и из-за того, что ей хотелось посмотреть на сюрприз Мины. — Всё, можешь открывать глаза! — Сказала подруга, после того, как послышалось несколько странных щелчков. Сняв с глаз повязку, Нанами забыла как дышать. Она стояла посреди своей комнаты, но вот только эта комната отличалась от той, что была утром. Было темно, а на потолке россыпью светилось много-много мелких звёзд. Поискав глазами источник света, Ритоку увидела светильник, стоящий на столе посреди комнаты. — Вау… — Девушка не могла подобрать подходящих слов, поэтому просто стояла, наблюдая за своим собственным звёздным небом. — Ашидо, это прекрасно… Я даже не знаю, что сказать… — Я не знала, что ты любишь и чем увлекаешься, поэтому целый день каталась по магазинам в поисках чего-то, что могло бы понравится обычной девушке. Потом я встретила Каччана, он сказал, что тебе нравится наблюдать ночью за небом. Вот я и подумала, что такой подарок может тебе понравится. — Ашидо… Спасибо. — Да не за что! Даже удивительно, что такой человек, как Каччан знал о чём-то, столь не важном… Что ж, думаю, пора возвращаться. Хихикая и что-то обсуждая, девушки вышли из комнаты Ритоку, вышли на лестницу и спустились на первый этаж. Стоило им войти в общий зал, как они услышали громкие звуки. Перепугавшись, девушки кинулись к одноклассникам. — Что случилось?! — Завела разговор Мина со спокойно стоявшим в стороне Серо. — Каччан опять дерётся с Мидорией. Внутри Нанами всё рухнуло. Всё-таки, так сильно она ненавидела драки, что ей захотелось плакать. Надо же было ей влюбиться в человека, который почти каждый божий день с кем-то дерётся. — Что?! Опять?! На этот раз почему?! — Разве этим двоим нужна причина для того, чтобы подраться? Ну, а вообще, из-за того, что Мидория сказал что-то по типу «Каччан испортил Ритоку весь праздник одним своим угрюмым видом. Думаю, она боится его» или что-то подобное. Уже с каменным лицом Нанами протиснулась сквозь толпу и просто стала наблюдать за парнями. Бакуго жесток. Он без всяких опасений бил Деку, ни в чём не сомневаясь. — Сдохни! — Закричал Каччан прежде, чем заметить Ритоку. — Косолапая… — Бакуго… — Сказала Ритоку одними губами, наблюдая за тем, как Каччан слезает с Мидории, не забыв пнуть его. В горле стоял ком, а глаза были полны слёз, из-за которых Нанами не видела парня, который подходит к ней. Поняв, что эти два месяца были напрасными, и что Каччан всегда будет таким жестоким и агрессивным, когда Ритоку планировала найти себе тихого парня, с которым проживёт всю жизнь, девушке надоело это терпеть, и она ушла, отбросив руку парня, которая хотела приземлиться на её плечо.
